after dark

— на самом деле это пиздец какая херовая новость, — чимин толчётся у курилки, не зная, куда деть вдруг неудобные длинные руки. — на самом деле, — низко отвечает чонгук и достаёт из кармана брюк пачку сигарет, вытаскивая из неё сладковатую гильзу зубами. — меня особо не спрашивали. просто поставили перед фактом. чимин нервно посмеивается, а парень только рассеяно переводит взгляд в сторону и поджигает кончик сигареты, с оттягом раскуривая. он чувствует, как дрожит его горло внутри. как заходятся лёгкие. ему страшно. ему, блять, очень страшно. он поднимает глаза, когда чимин начинает отмахиваться от дыма. дёргает бровью. тонкие пальцы, без остановки щёлкающие зажигалку — подрагивают. ноготь большого пальца то и дело соскальзывает со стального колёсика, проезжаясь вниз и сцарапывая кожу. чонгук смотрит пару секунд на чимина, а потом выдыхает вверх, струшивая пепел с сигареты себе под ноги. ёнхва, их новенькая и недалёкая (на взгляд чонгука) практикантка, как-то призналась, сидя по-турецки в общей ординаторской, и смотря репортаж об очередном нападении прихвостней джокера, что с маниакальной улыбкой на кислотно красных губах расстреливал людей, что не прочь схватить его за иссиня-чёрные волосы, отливающие зеленцой, и оттрахать. оттрахать. слово-то какое. как же хорошо, что девчонку выперли до того, как её кумира (в этом чонгук не сомневается) запекли в аркхем. её нездоровую тягу к преступнику не заметил бы разве что слепой. — знаешь, если абстрагироваться, то это довольно интересный опыт, — парень прикрывает глаза, вдыхая глубоко в лёгкие новую порцию горького дыма, и не видит каким зашуганным взглядом его одаривает друг. — только вдумайся: чувак даже не скрывается. все правоохранительные органы прекрасно знают его имя и что он из себя представляет, но ничего не делают. чимин хмыкает. ким тэхён. «джокер». скользкая тварь с мёртвым, как у рептилии взглядом и безумной улыбкой на полных ярких губах. унаследовал от папаши не только компанию, но и умение рвать глотки. новый отец всех самых жутких генетических опытов над людьми и биохимических отрав нового поколения (о чём прекрасно говорит его лицо, бледное, как у мертвеца). всех, кто перешёл ему дорогу, находят в лучшем случае в психбольницах, в худшем — в морге, без пары органов, в счёт долга разумеется. потенциально опасен для себя и для окружающих. так его любит описывать начальник чонгука. — добавь к этому, что под ним пол города, если, конечно, не весь, — снова заговаривает чимин, срываясь в шёпот и отрывая чонгука от собственных мыслей. оглядывается. вокруг густой тёмный лес и высокий забор, а позади аркхем, словно сошедший со средневековой гравюры, из которого, по меньшей мере несколько раз в год, любой уважающий себя псих пытается сбежать. и сбегает. статистика откровенно дерьмовая, доктора закрывают глаза, начальство упорно игнорирует проблему, а санитарам платят слишком мало, чтобы они начали хоть что-то делать. ну знаете, хотя бы запирать чёртово крыло во время вечернего обхода и вместо дешёвого порно смотреть в камеры видеонаблюдения. чонгук тонко усмехается и глубоко затягивается. — точно, — говорит парень и сжимает сигарету зубами. — поэтому и странно, что он здесь всё-таки оказался. чимин фыркает. — я по новостям слышал, что его подставили. чонгук вопросительно выгибает бровь. — серьёзно? — копы вроде как накрыли всю его шайку прямо во время передачи какого-то товара. но поскольку экспертиза показала, что мужик явно не в себе, его отправили к нам. парень выдыхает сквозь зубы густой дым и щелчком отправляет сигарету в урну. — сомневаюсь, что всю шайку, — чонгук сильнее запахивается в тонкое кремовое пальто и прячет порядком замёрзшие ладони в карманы. — будь уверен, с его деньгами и связями он здесь и неделю не пробудет. они заходят в здание и чонгук на ходу кивает парочке работников в белых тошнотворно стерильных халатах. чимин тормозит его у регистратуры. дёргает по-детски за рукав пальто, вынуждая остановиться. парень молчаливо приподнимает тёмную бровь. — ты самый лучший психиатр в этой дыре, — чонгук коротко улыбается самым уголком рта, но друг только мотает головой, продолжая. — я серьёзно. ты действительно лучший из нас всех и босс это прекрасно знает. мы все это знаем. но не нужно… делать то, что ты обычно делаешь со своими пациентами. не нужно пытаться его вылечить. парень снова дёргает уголком рта и медленно кивает. он и не собирается. он не самоубийца.