Dad or dead

      Первой в подвал выбежала Мэдди. Последний раз Дэнни был здесь ещё до уборки, но операционный стол по-прежнему находился на своём законном месте и было логично предположить, что призрак им воспользуется. Парень лежал, запрокинув голову, рычал от пронзительной боли. Он даже не пытался вытянуть ноги, прекрасно осознавая, что ему не удастся этого сделать. Колени дрожали; на расстоянии двух метров было слышно, как неестественно переламываются кости, а на поверхности плитки уже образовались несколько кроваво-плазменных лужиц; его руки крепко сжимали металлический край поверхности, не позволяя телу совершать лишние движения.       Следом за женщиной влетели подростки, в сопровождении Джека. Охотница сделала немало выводов, касающихся отношений сына с друзьями. Они действовали так, словно их одноклассник каждый божий день ломает себе конечности. Дети подбежали к столу. Сэм склонилась над головой полукровки и прижала плечи последнего к холодному столу, блокируя дрожь. Такер, в свою очередь, зафиксировал ладонями предплечья, а локтями — повреждённую грудную клетку.       Каким бы сильным не было удивление Мэдди, она до сих пор сохраняла хладнокровное спокойствие, намереваясь оказать первую помощь. Только вот, она совершенно не знала, какие от неё требуются действия. Ей казалось правильным прислушаться к опытному мнению подростков. М— Есть смысл сейчас вправлять кости? Т— М… Вообще, — Заикаясь начал Такер — обычно Дэнни это делает сам. С— Обычно, — Моментально отреагировала подруга — а сейчас я вообще в этом не уверена! Дж— В каком смысле «сам»? М— Давайте потом с этим разберёмся! Джек, принеси аптечку! Пока мы ещё можем что-то от туда достать.       Охотница принялась осматривать оголённые мышцы; не вправлять же ноги на место, когда большая их часть покрыта слоем запёкшейся крови и всякой уличной грязи. Мужчина принёс находку спустя несколько секунд, но начало процедуры прервал технарь. Т— Миссис Фэнтон, м… можем попробовать кое-что побыстрее. С— Ты думаешь, он… Т— Ну знаешь! Призракам виднее, какая там у них зараза в пасти!       Последнее предложение ввело винчестеров в ступор. О ком именно говорят школьники — не ясно, но это точно призрак и, скорее всего, не совсем человеческого вида. Мэдди стояла на своём — им виднее. М— Вы как-то с ним свяжетесь? Парень медленно выпустил напряжённое тело из рук и подбежал к порталу. С— Ты хоть не забыл? Д— La mondo de la… la vivantoj bezonas vian helpon, Wolfe!       Было довольно неожиданно, что Дэнни хватало сил сопротивляться обмороку, при этом продолжать слушать оживлённый разговор и как-то его воспринимать. Произнесённое шокировало взрослых до невозможного. Мальчик использует мёртвый язык, для общения с духами, а им и в голову не приходило, что можно выучить его так быстро, да ещё и вспомнить в таком состоянии.       Для друзей же это не было чем-то удивительным. Такер схватился за арку портала, как можно дальше продвинувшись в водоворот, и дважды прокричал услышанную фразу.       Долго ждать помощи не пришлось. Мэдди отшатнулась в сторону, когда в сантиметре от её головы засияла искрящаяся полоса. Материя разрывалась, словно состояла из плотной ткани, а сквозь прореху просочилось несколько когтей. Охотничьи инстинкты велели учёным схватиться за оружие и пришлось приложить немало усилий, чтобы им не поддаться.       Новоявленный портал в размере сравнялся с металлической конструкцией, как показалась голова животного. Зверь чем-то напоминал винчестерам ту тварь, которая чуть не раздавила мальчика. Однако этот призрак вёл себя совсем не агрессивно и выглядел в разы лучше, за неимением таких же внушительных клыков и токсичной шерсти.       Пространство сомкнулось за спиной фантома. Первым диалог начал Такер. Т— Saluton amiko! — Произнёс парень на чистом эсперанто.       Волк растянул пасть в улыбке и радостно облизал старого знакомого. Какой бы противной не была эктоплазма, технарь по дружески пожал звериную лапу, в процессе возвращаясь к разговору. Т— Эм… Вульф, Danny estis atakita de fantomo kaj… — Последовала тревожная пауза — Жу-уть… Ĉu vi povas helpi lin?       Призрак, не обращая внимания на перепуганных взрослых, принялся обнюхивать раненного. Затем провёл когтем по ране, собирая часть токсина. Сэм в пол голоса успокаивала друга, пока тот боролся с очередным приступом боли. Прикосновения стали для подростка настоящим испытанием: не кричать; не потерять сознание; в конце концов, не стать человеком — всё это приходилось контролировать в одиночку. В— Iu mordis lin de vermtruo — Заключил Вульф.       Дэнни знал эсперанто достаточно хорошо, но слово «vermtruo» не слышал ни разу. Для всех присутствующих и так было очевидно, что его кто-то укусил, а неизвестное слово было тем местом, откуда этот кто-то пришёл. Призрак продолжил. В— Tiaj portaloj malfermiĝas ĉiujn kelkajn jarcentojn. Vi ĉiuj bonŝancas. Т— Так редко?! — Возмутился Такер — Ты прав, Дэнни у нас «везунчик». С— Кхм! А можешь ненадолго включить свой режим переводчика?! Т— Да, я забыл, извини. В общем, такие порталы открываются каждые несколько столетий и Дэнни напоролся на один из них! — Технарь самодовольно улыбнулся, но вовремя понял, что сейчас не самый подходящий момент хвастаться своими познаниями. С— Спроси: это имеет какое-то отношение к его ранам? Т— Кхм… Do… Ĉu ĉi tio rilatas al la… traymooto? Д— Traŭmato! — Приходилось тщательно следить за тем, как проходит разговор, и, разумеется, Дэнни вслушивался в каждый произнесённый звук.       Призрак ничего не ответил. Он и сам видел, чем грозит приятелю столь долгое ожидание, а если быть точнее — возможной потерей конечностей. Дух обхватил ногу когтистой лапой и с силой провёл по ней языком. Раздвоенный стиснул зубы, от чего сдержанный крик раздался в лаборатории протяжным приглушённым стоном. Альтернативное тело не могло ощущать раздражение в полной мере, но влияние живого организма было достаточно серьёзным, чтобы почувствовать нестерпимую боль.       Такер мгновенно занял прежнюю позицию. Подросткам пришлось выложиться на полную, иначе бы Дэнни давно вылетел за пределы подвала. В этот момент ступор прошёл и у Мэдди. Теперь уже трое человек удерживали пострадавшего, в то время как Джек в панике блокировал открытый портал (пускай система и была переустановлена, но, за два года постоянной работы, конструкция сильно износилась и требовала чуть больше пары дополнительных кнопок).       Вскоре Вульф принялся за вторую рану. Бывшее жжение теперь превратилось в настоящую пытку. Первое повреждение пришлось на целую конечность, эта же, по ощущениям, разваливалась на части. Вой стих, а сил на противостояние обмороку оставалось всё меньше. Мать что-то говорила, периодически парой фраз перекидывались и друзья, но Дэнни слышал только звон кипящей в голове эктоплазмы. Он понятия не имел, сколько они здесь находятся; никак не воспринимал редкие реплики призрака; даже с открытыми глазами, мальчик больше не мог различать силуэты родных. ***       Прошло немало времени, прежде чем жгучая боль постепенно перешла в судорожное покалывание, а уже с ним появилась хоть какая-то осознанность. Обездвиженное тело ощущалось в разы легче, усталость никак себя не проявляла, да и сквозь гул просачивались какие-никакие внятные предложения — всё это казалось до жути подозрительным. Ещё бы: секунду назад организм боролся за жизнь и то, почему парень чувствовал облегчение, решительно не ясно. Полупризрак привык рассматривать худшие варианты. Один из них — смерть. Уверенность в собственной гибели не покидала Дэнни ровно до тех пор, пока не послышался голос Такера. Т—Dankon denove! Se vi bezonas helpon — venu ĉi tien, la ĉasistoj memoros vin! — Казалось, технарь кричит куда-то в бездну, словно фраза звук за звуком растворяется в пространстве.       Тут же последовал ответ, расслышать который уже не удалось — бездна ответила тихим басом, когда до пострадавшего наконец дошло. Эта была не агония и не скоропостижная смерть. Он просто не выдержал и отключился от боли. Всё сошлось: тело частично восстановилось; Такер уже прощался с Вульфом, пытаясь докричаться до него через портал; голоса остальных выражали спокойствие — ничего из этого не могло произойти спустя минуту яростной борьбы с шоком. Несмотря на уходящую боль, тело до сих пор не было достаточно крепким, чтобы однозначно оценить ощущения. Это вызвало ещё один вопрос: почему он не слышит голоса матери? Ответ пришёл чуть позднее, когда конечности понемногу начали восстанавливать чувствительность. Мэдди не отходила от сына ни на секунду; даже с учётом более-менее стабильного состояния, она всё равно держала пальцы на запястье, проверяя пульс, а свободной рукой проводила по некогда повреждённым рёбрам, чтобы в очередной раз убедиться в их целостности. Всё это Дэнни понял в тот момент, когда наконец удалось очнуться.       Охотница не спускала глаз с раздвоенного и заметила признаки пробуждения практически сразу. Джек о чём-то говорил с подростками, довольно увлечённо, так что, отрывать троицу от беседы она не стала, вместо этого обращаясь к мальчику. М— Как ты себя чувствуешь, сладкий? Можешь говорить? — В пол голоса произнесла женщина.       Дэнни попытался ответить, но его голос звучал не лучше скрипа обветшалой двери. Крики и несколько травм не пошли ему на пользу, поэтому пришлось откашляться и привести связки в подобие порядка. Последнее действие отдавалось болью в груди, повезло, что из-за слабости она не была такой сильной. На резкие звуки обратили внимание и все остальные, и уже через секунду окружили выжившего. Т— Друг, прекращай нас пугать! Нам одной твоей смерти хватило!       Сэм и Такер, чуть ли не плача, обнимали парня. Однажды Дэнни уже пообещал, что не станет втягивать их в подобные авантюры: в одной из битв он крайне неудачно приземлился на руку и получил открытый перелом; вправлять кости он тогда ещё не умел, поэтому «операцию» пришлось проводить друзьям; наблюдение за жестокими сражениями и так давалось им тяжело, не говоря уже о прямом контакте с открытыми ранами; всё это никак не подходило слабонервным подросткам, конечно же им потребовалась не одна неделя, чтобы прийти в себя и вновь научиться смотреть на полупризрака без слёз.       Мэдди бы в жизни не позволила школьникам даже наблюдать за процессом, если бы узнала о произошедшем раньше. К сожалению, информация до неё дошла уже после операции. Пока Дэнни был в отключке, Джек всё же обсудил с ними подробности прошлых сражений. В первую очередь, его волновало то, что, по их словам, раздвоенный с переломами справлялся самостоятельно. Как выяснилось, он довольно часто создавал для этого клонов, просто, в этот раз он потратил слишком много сил и не смог бы ими воспользоваться. Женщина с ужасом слушала рассказ о многочисленных травмах, подтверждение которым сама изучала буквально два дня назад. Д— Это последний раз, обещаю! Чёрт, простите, как идиот без оружия туда полез… С— А ты по-другому и не умеешь! — Ехидно подметила Сэм. Т— А ещё, кто-то снял тебя на камеру.       Такер вытащил из сумки телефон и включил отрывок из сегодняшних новостей. Репортёры не успели запечатлеть битву, зато тот самый парень, которого Дэнни выхватил из-под лапы призрака, довольно быстро сориентировался и записал почти половину действия. Видео тут же разлетелось по интернету, даже засветилось на телевидении.       «По словам очевидцев, победу в сражении одержали местные винчестеры, прибывшие на место событий спустя считаные минуты. Что произошло с Дэнни-призраком — не известно. Помимо охотников, участие приняли двое учеников Casper High. Сегодня город увидел одно из самых опасных существ, появившихся в Amity Park за последние три года». С— Отлично! Прощай спокойная жизнь. Д— Она никогда не была спокойной — Усмехнулся парень — Может выйдете из «клуба неудачников»!       Мэдди должна быть рада, что её сын приходит в норму, шутит, да и вообще может говорить, но всё это не было поводом для радости. Охотница прекрасно понимала: случись это с ней, ни о какой норме не шло бы и речи; если дети с такой лёгкостью относятся к чудовищным травмам, остаётся лишь догадываться, сколько раз кто-то из них, в частности — Дэнни, оказывался в шаге от смерти. Им всего по шестнадцать, а сколько ужасов им пришлось пережить и, если Сэм и Такер находились под защитой и могли воспользоваться оборудованием, то Дэнни оставалось только надеяться на свою регенерацию.       Женщина не встревала в разговор, не обращала внимания на излишне весёлого мужа и таких же подростков. Ей приходилось сдерживать слёзы после каждой услышанной шутки: …Друг, ты когда эсперанто выучил?! Я то думал, что тебя не тянет болтать со всякими древними бешеными духами!.. …А помните, на Дэнни уже нападал призрак с такими когтями! Ха-ха, ужас! Ты бы тогда хоть про щит вспомнил… …Не первый раз умираю! По крайней мере, второй раз точно не хуже первого… — И так на протяжении получаса, пока к парню возвращались ощущения и силы на самостоятельные движения.       Из раздумий Мэдди вырвал взволнованный голос полупризрака. Д— Мам, всё хорошо? Только не злись… Я подумал, что вы не успеете и… В общем, это было глупо — Дэнни нервно переводил взгляд из одной части лаборатории в другую, стараясь не смотреть матери в глаза.       Для неё, во всей этой ситуации была ещё одна пугающая деталь — полная уверенность сына в том, что родители его осуждают. К сожалению, для страха у него было немало оснований. На лице Мэдди появилась счастливая улыбка, а рука потянулась к растрёпанной причёске и непринуждённо провела по волосам. М— Я не злюсь, дорогой — Хотелось сказать что-то в духе: «Постарайся больше не подвергать свою жизнь опасности» — но сейчас был тот самый момент, когда стоило бы начать его поддерживать, а не просто выражать банальное родительское волнение — Я тобой горжусь!       Парень заметно повеселел, хотя его взгляд выражал скорее удивление, чем радость. Насколько редко он слышит эти слова, что собственным ушам не верит? Этот и ещё сотни вопросов перекликались в разуме охотницы. Страшно то, что она знала правильный ответ — никогда. Они с Джеком постоянно говорят Джезз, что гордятся её оценками, альтруизмом, гордятся тем, как увлечённо она изучает семейное хобби и не упускает ни единой возможности чему-то у них научиться. Список Дэниела — это чистый лист, и в нём впервые появился хотя бы один пункт. Дж— Согласен с мамой! Наш сын — великий охотник! — Поддержал Джек.       Радости школьников не было предела. Как для Дэнни, так и для его одноклассников, просто не существовало лучшего исхода! Полукровка боялся за свою жизнь, а друзья, в свою очередь, переживали, что больше никогда его не увидят, если тайна раскроется, но реакция винчестеров говорила о том, что пора бы уже выбросить весь этот ужас из головы. ***       Парень попрощался с приятелями; он ещё раз помахал им из окна, перед тем как выключить свет в гостиной и вернуться на кухню к родителям. Семейный ужин больше не был поводом лечь спать пораньше. Сказать точно подросток не мог, но, если память его не подводит, за последние несколько месяцев они ещё ни разу не проводили вместе столько времени. Тихий и спокойный вечер за одним столом с родными — этот день стоит отмечать наряду с Рождеством.       Пока Дэнни снимал повязки, попутно обсуждая с Такером вопрос передачи скопившейся информации охотникам, домой вернулась Джезз. Девушка старалась не думать об очередной травме, ведь гораздо важнее то, что в итоге этот случай заставил родителей серьёзно задуматься о своей безответственности. Она не стала изматывать брата своими наставлениями; ей, как и родителям, оставалось только сделать правильные выводы и отбросить подробности невесёлой истории. Сегодня не хотелось закатывать скандал или сбегать к одногруппникам, как это обычно и происходило; Джезз была готова простить своим непутёвым предкам даже самые жестокие поступки, только лишь потому, что рядом с ними Дэнни мог наконец-то почувствовать себя в безопасности, услышать, что он не просто обладает гордой фамилией «Фэнтон», а является любимым сыном и по-настоящему дорогим человеком.       Ужин, как и надеялись дети, не был похож ни одно семейное собрание: никакой школы, призраков, планов по расщеплению особо противных их представителей — нет. Теперь они были обычной американской семьёй! Отец травил байки про студенческую жизнь и с теплотой вспоминал проведённое с Мэдди и Владом время; мать в шутку расспрашивала дочь о знакомых парнях, часто обращала внимание на то, каких замечательных друзей удалось найти сыну и не смогла удержаться и не похвалить детей за то, что, несмотря на все разногласия, они нашли в себе силы поладить, став надёжной опорой друг для друга. ***       День подошёл к концу. Джезз так вымоталась, что заснула сразу, как только её голова коснулась подушки. Усталость забрала и остальных членов семьи, всех, кроме Мэдди. Возможно, это скоро войдёт в привычку, но она никак не могла уснуть, не проверив сына. Её постоянно преследовало чувство, что он потерял бдительность и во сне с ним может что-то случиться.       Выходя в коридор, женщина почувствовала неестественный для помещения холод. Она мельком заглянула в комнату дочери и, убедившись, что с ней всё в порядке, прошла к соседней двери. На металлической ручке скопился конденсат, будто с другой стороны находится не следующая комната, а зимняя улица.       Мэдди осторожно открыла дверь и также бесшумно вернула её на место. Внимание сразу привлекли клубы пара, которые выдыхал Дэнни. Ещё секунда наблюдения и кровать окутала ледяная энергия. Что касается мальчика, то он постоянно менял положение, морщился, словно испытывал во сне ужасную боль, пытался согреться собственными руками, не понимая, что они и являются источником холода.       Сначала, охотница просто хотела убедиться, что парень не сбежал на патрулирование (кое-какие сведения об этом родители получить успели, пускай и от его друзей), но уже спустя секунду решила вытащить сына из ночного кошмара. Сократив расстояние до нескольких сантиметров, она принялась настойчиво будить полупризрака. Много времени не потребовалось — он проснулся почти сразу, как только руки матери коснулись его плеч.       Дэнни подскочил и неожиданно отодвинулся от женщины. Его глаза выражали панический страх, руки дрожали в такт нервным вдохам, а на лице сверкали влажные дорожки. М— Дорогой, всё хорошо! — Мэдди заключила сына в объятия. Мгновение он не был в этом уверен, однако не сопротивлялся — Я рядом.       Парень ухватился за мать, как перепуганный котёнок. Весь его внешний вид говорил о том, что для него это не норма. Дэнни трясло от холода, голова не слушалась, а в памяти мелькали сцены из сна, который вряд ли удастся забыть в ближайшие дни. Немного подождав, Мэдди продолжила. М— Это просто кошмар, солнышко, мы дома — Не прекращала успокаивать сына охотница — Что там произошло?       Семейная идиллия выглядела таковой только со стороны. Если бы кто-то мог залезть парню в голову и увидеть там мрачные образы лаборантов, которые тайно готовят оборудование для его уничтожения… Дэнни снилось, как он с родителями проводит какой-то опыт, как вдруг в лаборатории заработал барьер.       Тебе не нужно ничего бояться, сладкий, мы делаем это для твоего же блага…       …Мы достанем из тебя этого монстра!       Простой кошмар, но боль от электричества ощущалась вполне реально. Он чувствовал всё, начиная с ремней на запястьях, и заканчивая разрядами тока, выжигающими не только альтернативное тело, но и душу.       Рассказывать что-либо об увиденном совершенно не хотелось, да и вряд ли бы получилось. Прижавшись к матери, парень никак не мог перестать плакать. В страхе он попросту не мог себя контролировать. Ещё одним препятствием к ответу стала мучительная неуверенность: если такое произошло, вполне возможно, что это могло повториться уже наяву, и избавиться от этой мысли было совсем не просто. Хотелось верить в то, что это невозможно, верить в то, что родители так не поступят, но страх поселился в голове мальчика задолго до этого сна и закрепился после их с Владом поимки. Однако, рассказать об этом было необходимо, как ради укрепления доверия, так и ради собственной безопасности. Возможно получится углядеть в реакции женщины что-то, что убедит его отсутствии опасности, либо же подтвердит догадки и тогда не удастся застать его врасплох.       Мысли худо-бедно пришли в порядок и Дэнни отстранился. Мэдди по-прежнему терпеливо ждала ответа. Глубоко вздохнув, парень начал рассказ. Д— Мам, только… Только не обижайся, хорошо? Не знаю, почему в голове такой бардак… «Надо как-нибудь научиться не врать! Это уже за гранью» — Раздвоенный прочистил горло и продолжил — Мы были в лаборатории и проводили какой-то эксперимент, а потом Джек включил барьер и…       Пауза продлилась совсем недолго. Мальчик рассказывал всё, до мельчайших подробностей; не упустил ни единой услышанной фразы; картинка рисовалась в памяти слишком чётко, от чего было немного жутко в присутствии матери: она внимательно, с сожалением во взгляде слушает пересказ сна, но стоит закрыть глаза на секунду, как она собственными руками приковывает его к хирургическому столу, улыбается, успокаивает, слишком реалистично успокаивает — становится мерзко от собственных мыслей. Д— Я знаю, что вы бы так не сделали, просто… Чёрт, прости, не нужно было это говорить — Дэнни виновато опустил голову.       У Мэдди были подозрения на счёт того, что сын по-прежнему их боится, однако ей на ум не приходило, что этот страх настолько сильно его мучает. Охотница мягко обхватила замёрзшие пальцы, согревая их собственными руками. Отвечать стандартными фразами было бы бессмысленно, да и вряд ли бы помогло. «Не переживай», «всё будет хорошо», «тебе нечего бояться» — всё это он уже слышал, наблюдая за тем, как родители готовятся его убить. Сейчас стоит играть не на чувствах, а на каком-никаком рациональном представлении. М— Дэнни, мы гордимся тобой и твоими поступками — Мальчик поднял недоверчивый взгляд — Ты настоящий герой и я бы себе не простила, если бы ты это потерял. Мы с Джеком ужасно поступили, но, может быть, когда-нибудь у нас получится всё исправить.       На лице Мэдди появилась лёгкая улыбка; она продолжала терпеливо дожидаться реакции сына, пока тот не вернулся к ней в объятья. Он чувствовал себя ещё более виноватым, когда понял, что чуть не превратил мать в айсберг, после пробуждения. Тело до сих пор излучало ледяную энергию, пускай и с меньшей силой. Д— Тебе не холодно? — Парень задал вопрос спустя какое-то время, хотя подозревал, что знает ответ. М— Конечно нет — Коротко отозвалась охотница, ещё крепче обнимая мальчика.       Они провели так не одну минуту, прежде чем температура поднялась до нормы. Числа на циферблате предательски близились к полуночи, но им не было до этого никакого дела. Мэдди не уйдёт, пока не убедится, что у того кошмара не будет продолжения. Она заботливо накрыла сына одеялом, пожелала сладких снов и ещё долго наблюдала, как замедляется его дыхание во сне. За сегодняшний день было сделано достаточно вывод, все они, к сожалению, неутешительные. Придётся приложить огромное количество усилий, чтобы их жизнь наладилась. Для начала — простые семейные ужины, больший интерес к жизни детей и, разумеется, избавление от всех ловушек, способных навредить полупризраку; можно рассчитывать на помощь Влада, даже предложить ему иногда устраивать совместные поездки или взять парня к себе на пару дней — им тоже стоит налаживать контакт; в конце концов, просто необходимо оградить подростка от опасности и разобраться с его страхами.       Женщина бросила взгляд на будильник. Уже перевалило за час ночи, всё это время она строила планы на ближайшее будущее. Дэнни крепко спал, не проявляя никаких признаков паники, и Мэдди с облегчением покинула комнату. К ней сон пришёл так же быстро, как и к остальным членам семьи. ***       С этого момента у Фэнтонов началась новая жизнь: появилось больше работы вне лаборатории; Джезз перестала избегать родных, часто приезжала и проводила с ними все выходные; Дэнни значительно улучшил оценки — теперь ему не нужно было сразу после уроков бежать на разведку, ведь большую часть патрулирования на себя взяли винчестеры; а обстановка в доме лишилась той враждебности, которая мешала нормальному общению с детьми.       Пока непонятно, как дальше пойдут дела, но родным точно больше не придётся скрывать друг от друга свои проблемы и переживания. Возможно, когда-нибудь они станут обычной, по-настоящему счастливой семьёй, с одним маленьким общим секретом: сын охотников — самый настоящий призрак, защитник города и огромный повод для гордости!