И три тысячи звёзд в твоих глазах...

День прошёл отлично, даже замечательно. Вся компания была рада смеху Джисона, а Минхо искренне наслаждался этим. Этот лёгкий, бархатистый голос рассказывал шутки, а затем сам же смеялся с них. Хану было легче общаться с людьми, и он всё так же неизменно держал кого-то за палец. На этот раз очередь выпала Феликсу, и он принимал это за честь, с дурацкой улыбкой осматривая парня. Под вечер уже нужно было расходиться, и старший Ли виновато опустил взгляд. — Хёнджин~и, спасибо, что нёс меня всё это время, — шатен увёл взгляд, а затем вернул его на лицо прямо около себя. Фактически, он говорил это младшему на ухо, и это тоже сильно смущало его. — Можешь ли ты донести меня и до дома тоже…? Я не могу ходить… — Да, конечно. На этой реплике у Джисона в горле похолодело. Если Хван уйдёт сейчас с Минхо, то ему придётся идти одному до дома? В темноте? ОДНОМУ В ТЕМНОТЕ?! Но прежде чем он успел со страхом в глазах посмотреть на лучшего друга, тот развернулся и подозвал младшего: — Пойдём, Джисон~и, быстренько донесём и вернёмся домой. Одного-то я тебя не пущу. Они втроём отправились к Минхо. Парень внутри радовался, что не пришлось самому говорить об этом. Хёнджин учится на своих ошибках, даже не совершая их. Тёмный вечер, освещаемый лишь фонарями, звёздами и настроением Минхо. А всё потому, что он наконец смог увидеть те самые глаза, что так старательно искал все эти месяцы. И эти глаза идут около него, осматривая округу. Джисон такой милый, когда метает взгляд от одной скамеечки до другой. И три тысячи звёзд в его радужке освещают всё вокруг похлеще этих лампочек на столбах, будто все эти огоньки в блестящих глазных яблоках не отражение тех самых фонарей, а искорки в самих глазах. Ли всерьёз хотел просто разом выключить все источники света, чтобы наслаждаться только Ханом, пускай это и невозможно. Тут младший повернулся в сторону шатена, мирно находящегося у Хёнджина на спине, что заставило того смутиться. И Джисон смутился тоже. Минхо уже подумал, что напугал его опять, но щёки блондина загорелись румянцем, прямо как у старшего. Спустя несколько секунд Хан всё же не смог сдержать улыбки, после чего опустил взгляд в землю и продолжил идти чуть-чуть быстрее лучшего друга. Финишная прямая до нужного многоквартирного дома, несколько этажей на лифте, и трое в квартире старшего. Хван аккуратно усадил Минхо на диван и потянул спину. — Ну и тяжёлый же ты. — Да ну тебя, — буркнул Ли и услышал лёгкий смешок рядом. Он повернулся в сторону звука, а Джисон спешно прикрыл рот рукой, дабы скрыть улыбку. — Спасибо, что донёс. — Не за что, — отмахнулся шатен и повернулся к лучшему другу. — Теперь домой, белка. Пока, Минхо-хён. — Спокойной ночи, хён! Двое ушли, и Ли остался наедине со своими мыслями. А он всё ещё не мог осознать, что действительно эти дни находился рядом с возлюбленным. Да и вообще, 2 месяца назад он влюбился в одного и того же человека дважды, подумать только! «Нужно же что-то придумать, чтобы заново заслужить его доверие… Заслужить доверие к окружающим… Может, позвать компанию куда-нибудь?» Пока юноша думал об этом, совсем не заметил, как на улице окончательно стемнело. Что ж, по-хорошему нужно уже идти спать… Минхо углубился в изучение мест, куда можно было бы сходить компанией. А поскольку сейчас почти декабрь…

-----------

Друзья дошли до дома без приключений, что очень радовало всех. Пока Хёнджин готовил ужин на скорую руку, Джисон сидел на диване и оглядывал свои ладони. Он сжал правую в кулак. Именно ей он держал за руку Минхо. Что же он всё-таки к нему чувствует? Отвращение? Обиду? Влечение. Несмотря на всё, что было, блондин хочет быть с Ли как можно ближе и дольше. «Ну невозможно же так долго играть заботу… Хотя может он отчётливо чего-то добивается…?» — Да, тебя, — послышалось с кухни, и Хан аж вздрогнул от неожиданности. — Ты всё ещё влюблён в хёна? — Я сказал это вслух? — растерянно пробормотал младший, а после опустил взгляд и затеребил пальцы. — Кажется, да… Но я боюсь довериться… Вдруг он поступит так же, как… как… — Джисон, — оборвал речь друга Хёнджин и сел рядом на диван. Он аккуратно подал руку, и Хан неуверенно взял её в свою. Теперь касания не так страшны, просто вгоняют в бдительность и готовность чуть что убежать или ударить. — Когда к вам подошли те парни, хён ведь тебя защитил, верно? — Да… — Ты видел, насколько он счастлив, когда ты улыбаешься? Когда смотришь на него, просто живёшь нормальной жизнью? Он по-настоящему влюблён, и этого не скрыть и не опровергнуть. Каждый день, пока ты не ходил в универ, хён спрашивал про тебя. Про состояние, здоровье, успехи в учёбе, просто жизнь. Он не Нагиль-хён, Джисон~и. — Думаю, ты прав, — неуверенно ответил блондин и уставил взгляд в пустоту. — Но я всё же боюсь… — Если ты действительно ему нравишься, он сделает всё возможное, чтобы вернуть твоё доверие к миру, людям и ему самому. Уж я-то его знаю, пусть и не так давно. — Ладно… Спасибо, Хёнджин~и, — Хан улыбнулся и начал бегать взглядом по комнате. Просто Ками решила устроить марафон на ночь, поэтому носилась по квартире как угорелая. Хван на лету поймал собаку и позвал к столу на ужин. Ещё через полчаса они улеглись спать. Тихим, спокойным, мирным сном.

---------

На следующий день выпал выходной, и вся компания с удовольствием отсыпалась после трудных будней. Но один ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК РЕШИЛ НАСТРОЧИТЬ В БЕСЕДУ ГРУППЫ УНИВЕРСИТЕТА МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО СООБЩЕНИЙ, ПОКА ПРИЛОЖЕНИЕ НЕ ВКИНЕТ КАПЧУ НА ПОДТВЕРЖДЕНИЕ, ЧТО ИМЕННО ЖИВОЙ ЧЕЛОВЕК ЗАНИМАЕТСЯ ЭТОЙ ХЕРНЁЙ. И Джисону-то нормально, он спит с телефоном на беззвучном, и сам гаджет лежит в тумбочке на столе, а вот Хёнджин понял, что не выключил звук на ночь, только тогда, когда проснулся с мрачным лицом и под лай собаки. Та гавкала от звуков телефона и бегала вокруг кровати. «Кому, блять надо спрашивать конспекты в 8 утра в субботу?!» — проклинал того человека Хван и листал беседу. Вроде всё успокоилось, но теперь не уснуть: Ками просит еды, сон в обоих глазах, но спать больше не хочется. Парень с полностью испорченным настроением вышел в гостиную, плюхнулся на диван и тыкнул кнопку пульта. Там, на первом появившемся канале, пошли новости, и не абы какие, а… — Опираясь на погоду этой недели, можно с уверенностью сказать: да будут катки! — милый голос диктора аккуратно затёк в одно ухо и вытек через другое. Хван прикрыл глаза и попытался уснуть на диване, пока в телевизоре продолжали. — Мы все так долго ждали, и наконец ледовые площадки для катания на коньках открыты! — Доброе утро, Хёнджин~а… — потянулся вышедший из комнаты Джисон. Его лицо было сонным и припухшим, каким обычно бывает по утрам, отчего он был похож на милого хомячка. Шатен лишь похлопал по сидению дивана рядом с собой, не открывая глаз. — Не выспался? — Просто один любознательный человек решил поинтересоваться конспектами в восемь утра… — пробубнил старший и потёр глаза, наконец посмотрев на соседа. — Доброе утро. — Ну раз уж мы проснулись… — пробормотал Хан, аккуратно присев рядом. После произнесения фразы он ещё долго думал над продолжением. Что придумать, чтобы сгладить такое резкое пробуждение? — Можем встретиться с ребятами. — Думаешь, они тоже не спят, потому что внезапно решили прогуляться с нами? — сразу после этой фразы телефон Хёнджина разразился негромким трезвоном в другой комнате. Заметив, насколько состояние Хвана сейчас схоже с состоянием овоща, блондин подорвался за гаджетом и через несколько секунд уже протягивал звонящий мобильный. — Алло? По очень тихому голосу из трубки Джисон узнал Феликса, и он что-то увлечённо рассказывал шатену, пока тот потирал и закатывал глаза. Разговор длился в том же темпе, так что Хан решил потратить это время с пользой, приготовив завтрак не выспавшейся несчастной душеньке лучшего друга. И не выспавшейся несчастной душеньке собаки лучшего друга. После относительно длительного разговора с бодрым солнышком, Хёнджин присоединился к соседу на кухне и просто молча наблюдал за магическими действиями младшего. Зачем что-то говорить рано утром? Ты не выспался, без настроения, хочешь убить всех и вся, а кто-то ещё требует от тебя какого-то разговора и банального «доброе утро». Как же это раздражает. Благо, Джисон, его лучший друг, абсолютно солидарен в таких рассуждениях Хвана. Наверно, поэтому он и лучший. Обернувшись, Хан вздрогнул и чуть не выронил тарелку с едой, но, быстро извинившись, поставил её перед голодным другом. Тот с улыбкой поблагодарил за такую заботу и принялся уплетать вкуснейшую еду. — В общем, наф поввали погулят', — с набитым ртом констатировал Хёнджин, и Джисон завис в воздухе, в конце подперев щёку рукой. Будто прочитав мысли, старший дожевал, проглотил и ответил. — Всей компанией идём. Они умудрились встать так рано, а ещё Феликс сказал, что Минхо-хён придумал, куда идти. Только это будет вечером, а так мы до этого времени по городу мотаемся. — Я согласен, — немного подумав, ответил Хан и быстро помыл за собой посуду. Нужно социализироваться несмотря ни на что! Правда, Джисон надеется, что можно будет контактировать с как можно меньшим количеством людей. Не готов он всё-таки общаться с незнакомцами…