Игра в ложь

      Хэппи устало вздохнул.       Эта девчонка болтала без умолку. Её длинный язык шевелился, совершенно не уставая, хотя они добирались до Башни уже больше двадцати минут. Она рассказывала, каким был её день в школе, про её изобретение, выставленное на конкурс, про волнение, которое она испытывала прямо сейчас, находясь в машине с шофёром (вообще-то, начальником охраны!) Тони Старка и старшей сестрой. И если на десятой минуте пути у мужчины всего лишь разболелась голова, то к завершению поездки оба его глаза едва ли не дёргались в нервном тике.       Он абсолютно точно попросит у Тони премию. А лучше — две. И выходной желательно. А то у него совсем нет времени посещать психолога.       Петре успело показаться, что её выход из роскошного автомобиля был до ужаса долгим. Словно в замедленной съёмке, внезапно ослабевшей, чуть дрожащей рукой она взялась за ручку двери. За окном виднелось огромное здание, в которое девушка мечтала попасть, сколько себя помнила. Дыхание перехватывало, а пульс зашкаливал. Казалось, сил выйти наружу просто не было, но всё же Петра открыла дверь и поочерёдно высунула сначала одну ногу, затем и другую, аккуратно поставив их на землю. Мистер Хоган и Эмили уже ждали её, стоя напротив. Паркер-младшая окинула их беглым, полным неловкости взглядом и, прикусив губу, поспешно выбралась на улицу.       «Соберись, Петра, ну же! Не этого ли ты ждала всю жизнь? Соберись сейчас же! Шанс показать себя наконец-то настал!..» — одновременно и подбадривала, и корила себя девушка.       И почему её решительность проявлялась только тогда, когда девушка носила костюм и маску? Почему она чувствовала себя спокойно и уверенно, лишь когда оставалась одна, наедине со всякого рода железяками, или во время того же патруля, или на автосвалке, ныряя из одной груды металлолома в другую? Шагая последней, Петра осматривала всё вокруг, каждую деталь, пока они шли до входа в здание. И несколько раз девушка исподтишка бросала тоскливые взгляды на сестру — такую статную, впечатляющую, взрослую. У них была разница всего-навсего в пять лет — даже неполных, однако для Петры она казалась огромной. И дело было не в цифрах, а в поведении. Всё-таки правильно, что они выдали Эмили за Девушку-паука, она куда больше подходила на эту роль, а Петре до звания героини Нью-Йорка ещё расти и расти… С этим бы определённо согласились Мстители — все до единого. Так что всё это — то, что сейчас происходило — было уж точно тем, что должно было быть.       «И всё же я ненавижу врать…» — пронеслось в голове Петры.       Впрочем, именно этим она занималась постоянно, так что можно и потерпеть, верно же?       «Мы ведь пока зашли не слишком далеко… Ещё есть возможность всё исправить…» — вновь раздался внутренний голос, полный сомнений.       А, собственно, когда будет это «далеко»? Какие у него границы? И есть ли они у вранья в принципе?       Что будет, когда правда раскроется? Нужно ли об этом думать заранее или забить и не думать вообще, следовать культовому правилу «будь что будет»? С каждым шажком, приближающим Петру к Stark Industries, мысли девушки всё больше и больше ударялись в полнейший, необратимый и неконтролируемый хаос. Её ладони вспотели, и она в духе большинства фильмов на ходу вытерла их о джинсы. Но как будто это работало!..       Когда мистер Хоган провёл девушек в здание, Петра в очередной раз ощутила себя не в своей тарелке: одетая в широкие потёртые джинсы и огромную толстовку, она заметно выделялась среди снующих туда-сюда людей; ей резко захотелось натянуть капюшон на голову и стянуть его завязками, чтобы на всеобщем обозрении остался лишь краснющий нос.       Ну почему она была такой трусихой?.. — Чёрт, я же выбрала тебе одежду на сегодня, почему ты в… — Эмили красноречиво махнула рукой, — … этом?       Это было правдой. Прошлым вечером Паркер-старшая приготовила сестре блузку, юбку и туфли, которые, по её мнению, подходили Петре куда больше, нежели все эти футболки на два размера больше, бесформенные толстовки, длинные свитера и широкие штаны, и Эмили ещё молчала про обувь — эти убогие кеды, которые давным-давно пора выкинуть, или такие же древние кроссовки, стёртые практически до дыр… В общем, девушка обо всём позаботилась, прекрасно зная о том, что её сестрёнка либо не успеет найти подходящую для SI одежду, либо попросту не догадается. Но, естественно, и даже это не помогло: как и обычно, проснувшись абсолютно убитой из-за перспективы поднимать свою тушу с кроватки, Петра благополучно упустила из виду подготовленный для неё наряд и напялила то, что первым попалось под руку, а именно — то, что она носила почти всегда. И поэтому в данный момент выглядела так, будто ошиблась адресом.       Петра не ответила, только кинула на сестру «Прости меня, пожалуйста, я очень глупая» взгляд, смущённо пожала плечами и продолжила восхищённо глазеть на высокие потолки, длинные администраторские стойки, редкие растения, стоящие в качестве живого интерьера, наверняка безумно дорогие кожаные диванчики и прочие «мелочи», вызывающие у девушки какой-то невообразимый детский восторг.       Хэппи в это время яростно переписывался с кем-то, с явным усердием набирая каждую букву. Эмили делала селфи на фоне вывески «Stark Industries», расположенной на стене за постом администрации, и уже в третий раз извинялась перед своим парнем за то, что пришлось отложить их свидание. Петра же прыгала с ноги на ногу, грызла ногти и лихорадочно поглядывала на время — оно, как назло, текло до смерти неторопливо. Совсем как на уроках испанского.       Наконец, мистер Хоган выпрямился и даже как-то оживился, смотря куда-то за спину Петры, из-за чего девушка не сразу поняла, что случилось. Но всё было просто: пришёл человек, освобождающий Хэппи от его тяжкого бремени. Вот мужчина и засветился, как радий при распаде. — И года не прошло! — воскликнул он то ли радостно, то ли осуждающе. — Всё, теперь вы обе — её головная боль, — не очень вежливо заявил начальник охраны и, махнув руками в жесте «приступай», поспешил ретироваться.       Мишель — а подошедшей оказалась именно она — про себя хмыкнула, подумав о том, что Хэппи частенько обвинял босса и по совместительству друга в некоторой… несдержанности, а сам-то перенимал у него те же привычки.       Петра резко обернулась и столкнулась взглядом с красивой мулаткой, на бейдже которой было написано «Мишель Джонс». Волосы сотрудницы SI на этот раз были собраны в слегка растрёпанный пучок, из которого выбивались несколько прядей. На ней не было ни грамма косметики и ни одного украшения, кроме пары серёжек в хряще левого уха. И… игрушечного колечка на мизинце — смотрелось весьма странно. Но также и мило. — Приветствую вас в Stark Industries, — сказала девушка голосом, не выдающим ни радости, ни печали, ни чего-либо вообще, кроме безграничной скуки. — Сейчас я объясню, что с вами будет дальше, — её взгляд касался только бумаг, которые она держала в руках. — Одну из вас… мисс Эмили Паркер на восемьдесят шестом этаже ожидает мистер Старк, — Мишель нечитаемым взглядом посмотрела на старшую из сестёр и, тяжело вздохнув, подошла к ней поближе: — Вон там, у лифта, стоит мисс Моррис, она почтёт за честь проводить вас к нему. Эй, Джесс! — внезапно крикнула Мишель, махнув сотруднице у лифта рукой. — Прошу, следуйте за ней, — Джонс протянула руку в приглашающем жесте.       Петра вспомнила только сейчас. И успела схватить сестру за руку прежде, чем она ушла. — Ты же взяла очки? — негромко спросила Паркер-младшая. — Да, — с волнением поправив волосы, ответила Эмили. — Всё будет хорошо. Будем на связи, Петс.       Петра отпустила её, ощущая странный привкус во рту. До неё довольно быстро дошло осознание того, что с Тони Старком — её кумиром, её героем — она не встретится. Раз уж её сестра поднималась к нему, раз уж он был аж на восемьдесят шестом этаже, в то время как сама Петра пока что не поднялась ни на ступеньку, то вряд ли ей перепадёт встреча с владельцем компании. — Мисс Паркер, — на этот раз Мишель обращалась к ней. — Просто Петра, если можно, — попросила девушка. — Как скажете, Просто Петра, — безэмоционально исправилась Джонс. — Вы идёте со мной, — и моментально развернулась на сто восемьдесят градусов.       Петре она понравилась. Было трудно объяснить, почему именно, по какой причине, но… да, определённо понравилась. Хотя её манера общения с посетителями и оставляла желать лучшего, Петра не обижалась ничуть. Да и ей отчего-то казалось, что это не просто так. Конечно, характер Мишель, без сомнений, играл немаловажную роль, но также… была в её поведении какая-то вседозволенность. Вряд ли Джонс была здесь просто девочкой на побегушках, обычной сотрудницей — она держалась крепко, с корнями.       Не то чтобы Петру это сильно заботило. Она и не собиралась размышлять об этом, подобное пришло в голову само собой, чисто автоматически. Порой… у неё срабатывала некая «сигнализация» на людей, некий… анализатор. Как правило, запускался он без её ведома. И крайне редко ошибался. — Можно спросить, куда мы идём? — Отдел кадров. Для официального подтверждения стажировки. Есть три варианта графика на выбор: понедельник–среда-пятница, вторник–четверг-суббота и среда–пятница-воскресенье. — Подождите, я должна буду приходить три раза в неделю?       Петра не знала, радоваться ей или начинать бояться. Она совершенно не рассчитывала на то, что ей придётся ездить на стажировку три дня в неделю. Она ведь читала, что участники конкурса, проходящие обучение в школе, стажируются максимум два дня, а в большинстве случаев и вовсе один. Не то чтобы она была против проводить много времени в Башне, получать больше денег и всё такое, но школу ведь никто не отменял, уроки, патрули… Справится ли она с ещё большей нагрузкой?.. — Да, обычная стажировка третьекурсника включает в себя… — Стоп, стоп, стоп! — остановилась Петра, и Мишель, особо не скрывая недовольства, громко цокнула. — Наверное, произошла какая-то ошибка, потому что я не студентка, не третьекурсница. Я учусь в двенадцатом классе Мидтаунской школы науки и технологий, и… я не знаю… Я думала, что я выиграла конкурс, поскольку мне передали, что мистер Старк пригласил меня на стажировку… — О-очень интересно, — вздохнула Джонс и, нахмурив брови, вперила пристальный взгляд в свои бумажки, а после — в телефон. — Честно говоря, не понимаю нихрена, — в итоге выдала она. — Но у меня был приказ назначить Петре Паркер стажировку, поэтому надо идти в отдел кадров. Пока что оформим обычную стажировку, как для третьекурсников и старше, а потом я уточню этот вопрос у мистера Старка или мисс Поттс.       Петра почувствовала, как вся её окрылённость медленно исчезает. Судя по всему, выходило так, что мистер Старк даже не видел её работу. Ну, или она чего-то явно не понимала. Но если всё было так, как она думала, то… Чёрт, её что, приняли просто ради того, чтобы принять? Как это там называется — по блату? Потому что Эмили попросила? Потому что Петра — «сестра героини»?       Потрясающе.       «Ну, что сказать? За что боролась, на то и напоролась!» — съёрничал внутренний голос, который словно имел биполярное расстройство, постоянно то поддерживая хозяйку, то, наоборот, уничижая.       «Ладно, без паники. Всё ещё можно исправить», — успокаивала себя девушка.       Из всей этой ситуации Петра знала только одно — она никогда не займёт чьё-то место незаслуженно.       То есть, чёрт его знает, каким способом, но ей придётся сделать так, чтобы мистер Старк увидел её работу. И если она ему не понравится, то Петра не будет цепляться за это место. Тогда она будет учиться в школе, ходить на патрули, веселиться с Недом, ругаться по мелочам с Эмили и работать, работать, работать над тем, чтобы стать лучше. — Вы давно тут работаете? — поинтересовалась Петра у Мишель; та кинула на неё быстрый взгляд и еле слышно — как думала она, но не Паркер — охнула. — Два года. — Ого. У вас тоже стажировка? Вы очень молодая. Сколько вам? Двадцать один? Двадцать два? Извините, если я… бестактна. Я довольно сильно в-волнуюсь, — Петра опустила голову вниз и снова прикусила губу, её руки спрятались в глубоких карманах тёмно-серой толстовки.       Мишель молчала всё время, пока они поднимались на тридцать пятый этаж, и Петра уже решила, что Джонс ей не ответит, но та вдруг заговорила: — Двадцать два. — Моей сестре скоро будет столько же. Сложно было попасть на стажировку?       И снова повисло молчание, но в этот раз Петра была уверена, что Мишель ответит, она просто искала подходящий ответ — по ней было видно. — Как-то само собой получилось.       Больше Петра вопросов не задавала. И старалась молчать, правда, каждый раз, как девушки проходили мимо лабораторий со стеклянными стенами, через которые Петра могла видеть процесс работы, из её рта вырывались нечленораздельные восклицания. И неважно, что на тридцать пятом этаже работали самые «зелёные» учёные, а их лаборатории именовались «уровнем F». — Хэй, как дела, Джослин? Отлично? Прекрасно. У меня тоже, спасибо, — без стука ворвавшись в кабинет с табличкой под названием «Отдел кадров», на одном дыхании выдала Джонс. — Чего? — не поняла та самая Джослин — привлекательная темнокожая девушка лет двадцати пяти с очень густыми «типично африканскими» чёрными волосами. — Ничего. Просто сэкономила нам несколько минут, — пожала плечами Мишель. — Вот, держи данные, эту девушку надо оформить на стажировку в… отдел тестирования. Что с графиком? — этот вопрос уже предназначался Петре.       Она растерялась.       «Когда там у меня патрули? Когда декатлон? По каким дням я жалуюсь Неду на жизнь?..»       «Ну, точно не тот, где понедельник, потому что если мы с Эмили будем в разных отделах и при этом в одной копании и при делах, то это будет не очень хорошо… У меня должно быть свободное время, чтобы следить за тем, что она говорит… Кстати, об этом…» — Э-эм. Пожалуй, вторник–четверг-суббота. Да. Думаю, это будет хорошо. Наверное. Да. Так. — Хорошо, большинство документов уже у нас. Напишите, пожалуйста, свой электронный адрес, и я скину те, которых не достаёт. — Конечно, — немного нервно улыбнулась Петра.       Она наклонилась, чтобы оставить свой причудливый адрес «Lovestarwar_4rever@gmail.com», но внезапно на её телефон пришло уведомление, и её рука дрогнула, чуть смазав «собаку». Глубоко вздохнув — а то так трусить каждую секунду совсем не дело, — Петра дописала адрес почты и отошла от стола, поспешив проверить телефон.       Эмили:       Я надела очки! Ты видишь? Петра, он спрашивает меня про костюм! Включайся уже в работу, алло!!! — Что-то случилось? — слегка испугавшись того, что с лица Петры резко сошла вся краска, поинтересовалась Джослин. — Н-нет! — поспешно заверила Петра. — Извините, а я могу идти? У меня… эээ… живот вдруг заболел, — и схватилась за голову. — Не подскажите, где здесь ближайший туалет? — обратилась к Мишель.       Минуту спустя Петра уже сидела на крышке белоснежного — серьёзно, она такие только в магазине видела! — унитаза в одной из пяти кабинок, готовая сосредоточенно следить за тем, что говорит и показывает Тони Старк её сестре.       Петра:       Я на связи, всё нормально, не волнуйся.       Первым, что Петра услышала через наушники, был смех. Эмили мило смеялась, и Петра могла видеть, как Тони Старк, стоящий напротив её сестры, тоже улыбался — чёрт возьми, его губы, растянутые совсем чуть-чуть кривовато, почему-то заставили Паркер-младшую испытать лёгкую дрожь. Он смотрел прямо на неё с экрана телефона, точнее говоря, — на Эмили, но в данный момент они с сестрой были одним человеком, так что всякие мелочи были не столь принципиальны. Его длинные и наверняка шершавые из-за постоянной работы с техникой пальцы мягко поглаживали не менее знаменитую, чем и сам миллиардер, идеальную эспаньолку, и Петра на каком-то краю сознания примерила эту бородку к лицу повзрослевшего Юджина Томпсона… И помотала головой. «Так, не отвлекайся!» — Я много думал насчёт твоих линз. Они ужасны. Что это, лыжная маска? Как ты в них что-то видишь?       Петра закатила глаза.       И не успела она сказать Эмили, что та должна ответить, как раздался голос сестры: — Да уж, не очень удобно. — Эмили, блин! Всё мне удобно! У меня зрение работает на сто десять процентов, без линз я или ослепну от лучей солнца, или врежусь в ближайшее здание из-за бликов! — Кхм, — кашлянула Паркер-старшая, — не очень удобно, но приходится терпеть, потому что, знаешь ли, моё зрение сильно улучшилось и без линз я… ну, врежусь во что-нибудь. — Скажи: будет сенсорная перезагрузка. — Без них у меня будет сенсорная перезагрузка. — М-м… — это уже начал говорить Старк, и Петра затаила дыхание. — Хорошо, я понял. Линзы оставляем, но лыжная маска — это всё равно не вариант. Запомни это.       Петра показала ему язык, будто он мог это видеть. И тут же, несмотря на то, что не видел, накрыла губы ладонью. «Ох, он же не рядом…»       Дальше разговор шёл в подобном ключе. Мистер Старк что-то спрашивал, Эмили либо вставляла что-то «самоироничное» типа «Мда, когда нет средств, никакой вкус не спасёт! А на тот момент, когда… когда я его делала, у меня и со вкусом была беда… А может, и с головой», либо сначала отвечала то, что хотела сама, а потом переиначивала на манер Петры, либо сразу слушала Петру и повторяла её слова точь-в-точь (в основном, это было тогда, когда Эмили не понимала вообще ни слова из того, что произносил миллиардер).       А в какой-то момент, когда Петра уже было подумала, что разговор плавно подходит к концу (что было бы неплохо, потому что двадцать минут сидеть в туалете, наверное, весьма подозрительно), Старк вдруг предложил пообедать.       И если Эмили в силу возраста и немалого опыта сразу поняла, что конкретно имел в виду Старк, то Петра простодушно решила, что, ну, есть человек захотел, пообщаться где-то в другой среде захотел, отдохнуть захотел — но уж никак не трахнуть её сестру захотел.       И только поэтому она едва ли не закричала: — Соглашайся!       У неё было много вопросов к главе компании, которые девушка собралась благополучно задать на обеде.       Может быть, её и не пригласили, но кого это волновало в данной ситуации?