Игра в ложь

      Тони был прав насчёт того, что юбка у Паркер была абсолютно, совершенно, в наивысшей степени дурацкой. И бес-по-лез-ной. Молочно-белые коленки то и дело притягивали взгляд и вызывали безудержное желание потрогать их, на каком-то глубоком ментальном уровне заверяя Старка в том, что они идеально поместятся в его больших ладонях. Ему нравился их цвет. И в голове миллиардера всё мелькала одна навязчивая мысль. «На этой бледной коже просто идеально бы смотрелись красные отметины». От зубов, губ и ладоней. От твёрдого пола, из-за которого девчонка стёрла бы себе все коленки, пока делала ему, Старку, минет. — Мистер Старк?.. — как сквозь туман, донёсся до него девичий голосок, и мужчина тут же пришёл в себя. — С вами всё в порядке?       Они стояли на улице, на какой-то пустой парковке, куда их привёз Старк, и Петра отчаянно пыталась привлечь внимание миллиардера, потому что, стоило им выйти из машины, как Тони тут же завис. Она в третий раз щёлкнула пальцами прямо у него перед носом, сама не заметив, как подошла уж слишком близко. Между ними не было и шага.       «Тони, блять, окстись!» — яростно одёрнул себя Старк. — Ну разумеется, — секунду спустя ослепительно улыбнулся он. — Садись за руль. — Вы правда уверены, что мне стоит учиться водить именно на такой машине? — с сомнением уточнила Петра. Тони сделал вид, что не расслышал её, поэтому девушка, тяжко вздохнув, плюхнулась на водительское сидение, обитое натуральной кожей, после чего Старк несильно захлопнул дверь и через пару мгновений оказался рядом с девушкой в роли пассажира. Петра почувствовала, как задрожали поджилки, а дыхание участилось, когда её пальцы мягко обхватили гладкий руль. — Ну так что, поедем или дать тебе время помедитировать? — чуть насмешливо, с нотками нетерпения, но без капли раздражения поинтересовался мужчина. — Не то чтобы я спешил. Настраивайся, сколько твоей душе угодно, просто, знаешь, перед смертью ведь всё равно не нады… Чёрт! — его пламенную речь прервал резкий удар по педали газа, заставивший Тони едва не вылететь через лобовое стекло; от позорного полёта в небытие Старка спасли только его быстрая реакция и ручка над дверью, после он быстренько пристегнулся. — Так, хорошо, начало положено, а теперь давай-ка самую малость сбросим скорость, — сказал настолько безмятежно, насколько это было возможно при скорости сорок миль в час, будучи на ограниченной территории парковки.       Чуть не вылетев на дорогу, Петра сообразила, что до педали тормоза далеко ходить не надо, а стоит всего-навсего пошевелить левой ногой, которая у неё, судя по всему, отказала, как, впрочем, и соответствующая часть мозга. — Простите! — вскрикнула она; на её лице был неподдельный ужас, а нижняя губа подрагивала, и Тони подумал, что сам не так сильно испугался, как эта девушка, хотя из них двоих только у неё имелась способность к регенерации. — Господи, я не могу! Я угроблю эту тачку, угроблю вас и окончательно упаду в ваших глазах, — пробормотала Петра и убрала руки, положив их на голые ноги; Тони приложил максимум усилий, чтобы не проследить за ними глазами и сосредоточиться на лице расстроенной Паркер. — Перестань нести чушь и клади руки на руль, — спокойно произнёс он.       Петра подумала, что, наверное, каждое её слово с момента их знакомства казалось миллиардеру чушью, каждое её действие — глупостью, а каждое выражение лица — странным. «Вот бы залезть к нему в голову и узнать, какой он меня видит». Девушка заправила прядь волос за ухо, в который раз громко вздохнула, потрясла руками, как бы разминая их, нарочно избегая взгляда мужчины, и наконец-таки коснулась руля.       «Вот ведь ненормальная девчонка… Летает между небоскрёбами на паутине, а водить машину боится…» — мысленно покачал головой Старк, а на губах у него расплылась лёгкая, вполне реальная улыбка. — У вас ведь есть страховка?       Тони закатил глаза.       Вдруг в его голову пришла гениальная идея (хотя, конечно же, в глубине души он понимал, что это далеко не так). Ничего не ответив Петре, мужчина отстегнул ремень безопасности, открыл дверь, вышел из машины и обошёл её. Затем обратился к девушке: — Выходи. — Ох, вы всё-таки поняли, что это изначально было плохим решением, — моментально вывалилась из салона Паркер, будто только этого и ждала.       Тони сел на её место и, не успела Петра вернуться на соседнее, дёрнул её на себя, кривовато усаживая на колени. Она, разве что, чудом не ударилась головой, а когда приземлилась на ноги босса-наставника-инструктора, забыла, как надо говорить, и только открывала да закрывала рот, как выброшенная на берег рыбёшка.       Старка тем временем просто повело от её грёбаного аромата, который неожиданно оказался вполне ощутимым, а внутри автомобиля, вероятно, не чувствовался из-за перебивающих его запахов кожи и — совсем чуть-чуть — дезинфицирующих средств. Он мог поклясться, что уловил как минимум три запаха: корицы, шоколада и кофе. И все они так удивительно прекрасно сочетались, что до него очень быстро дошло: зря он, блять, это сделал. — Слышал, отцы обычно сажают детей на колени, чтобы учить держать руль, а сами жмут на педали, — Старк сам чуть не скривился от того, что сказал; вот это реально было настоящим фиаско!       Петра слегка нервно хихикнула и, немало удивив Тони, почему-то не стала спорить. «Неужели прокатило?» — не поверил мужчина. Но девушка только поудобнее утроилась на его ногах и захлопнула дверь. Тони сглотнул, когда она начала ёрзать, выискивая лучшее положение для них обоих. Было приятно чувствовать её вес на себе, и она была тёплой. Кудри девушки щекотали и слегка покалывали его шею, и пахли каким-то ягодным шампунем — возможно, клубничным. Вблизи её волосы куда больше походили по цвету на карамель, в них мелькали редкие медные прядки, а также более тёмные и более светлые, выгоревшие на солнце. — Простите, что я такая бездарность, — прошептала она. — Это совсем не так, — ответил Тони и, вытянув ремень, буквально пристегнул Петру к себе, ссылаясь на меры предосторожности. — Думаю, к тебе просто нужно найти подход, — прошептал ей на ухо, практически касаясь его.       Петра будто ничего не замечала.       Тони прикрыл глаза на секунду. Очков на нём уже не было — он снял их в какой-то момент, сам не зная зачем. А жаль. Ему было чертовски страшно, что вот сейчас девушка повернёт своё покрытое мелкими родинками и едва заметными веснушками личико к нему и увидит эти глаза, в которых от отцовских чувств только желание отшлёпать по попе. — Я буду рада, если вы меня научите, — искренне заявила Петра, и Старк не видел, но знал, что на её губах сияла яркая улыбка.       «Буду рада, если вы меня научите», — и почему эта фраза в его не по возрасту забитой гормонами голове имела совсем не тот смысл, который в него вложила девушка? Тони готов был научить её многому. Даже слишком многому. Но вряд ли Паркер думала о нём в роли учителя в том плане.       Петра была чистой воды ребёнком.       Только что она дотронулась до висящего на зеркале брелока в виде пары боксёрских перчаток. И ещё раз. Он двигался из стороны в сторону — её это забавляло. Она мяла гладкую ткань перчаток.       Боже.       Петра просто максимально хотела оттянуть момент до того, как придётся ехать. Она не знала, почему это так пугало её. Не то чтобы она боялась водить в принципе. Но сейчас она была с мистером Старком, и одно его нахождение рядом с ней вгоняло в стресс, с которым ей, пожалуй, стоило бы научиться справляться. — Руки на руль, — в очередной раз напомнил Тони, и Петра послушно положила ладони на «штурвал» автомобиля, а пару секунд спустя, будто решая, делать или не делать это, Старк накрыл её руки своими. Паркер почувствовала их шершавость и теплоту. Это было необычно и приятно. И чертовски смущало, но девушка искренне надеялась, что миллиардер не заметит отчаянного румянца на её лице. А то ещё подумает, что она воображает чего о нём… «А это совсем не так!» — заверила саму себя Петра. — Сейчас я медленно надавлю на газ… — и они поехали. Петра пялилась вперёд с таким усердием, что глаза грозились выкатиться из орбит и потеряться на дороге. — Расслабься немного, — усмехнулся Старк. — Получай удовольствие, — неосознанно мужчина начал гладить её руки и чуть подался вперёд, едва не положив подбородок ей на плечо, но это было близко.       Краем глаза миллиардер видел красивую девичью шейку, абсолютно белую. На которой бы так гармонично смотрелись оставленные им засосы. Розовые. Алые. Фиолетовые. Он бы с удовольствием впился мокрым, слегка кусачим поцелуем в эту пульсирующую венку.       Вообще-то, ему не стоило думать о подобном, потому что положение его было отнюдь не выгодным. Когда девушка вот так сидела на его коленях, в этой своей юбчонке, не прикрывающей практически ничего, ему самое время было бы подумать о том, как потрошат рыбу или забивают ягнят. А не о её блядской шее, которая выглядела и пахла просто восхитительно. И он испытывал дичайшее желание её лизнуть. А ещё куснуть за ключицы. Блять, он не считал нужным оставлять засосы, хотя иногда в порыве страсти это вполне ожидаемо выходило как-то само собой, но его так завораживала белизна паркеровской кожи, что Старку хотелось пометить всё её тело от шеи до внутренней части бёдер.       Думая об этом, он вроде и смотрел на дорогу, но нихрена не видел, и это было так в его духе. Так безответственно, что мужчина уже даже сам себе не удивлялся. А девочка тем временем вполне справлялась. Но выглядела, конечно, комично: хмурилась, закусывала нижнюю губу, постоянно пыталась сдунуть непослушную прядь со лба и нервно клацала зубами. — У меня, кажется, получается… — неуверенно пробормотала Петра, и Старк убрал левую руку с руля, погладив Паркер по спине, пройдясь по позвоночнику, отчего та вздрогнула то ли от неожиданности, то ли от пробравших всё тело мурашек. — Тебе не кажется. Всё отлично, Паркер, ты всё делаешь правильно, — он не помнил, когда в последний раз чувствовал себя так… — Только не отпускайте руль, — боязливо прошептала Петра.       Он ласково улыбнулся, чуть не поцеловав её в макушку, но сдержался и просто выдохнул девушке в волосы.       Левая рука плавно перебралась с позвоночника на талию и аккуратно сжала, но без какого-либо намёка, а будто машинально.       Петра не придала этому значения, словно и не заметила вовсе. А может, так оно и было. В данный момент девушка была сосредоточена лишь на одном — вождении.       Около получаса спустя Петра, выглядящая так, словно выиграла миллион, спасла страну и написала тест по испанскому на «отлично» одновременно, на едва гнущихся ногах вышла из автомобиля. — Пожалуйста, не светись так ярко, у меня будет солнечный удар, — (в очередной раз) закатил глаза Старк.       Улыбка девчонки стала только шире.       Тони покачал головой, стараясь не показывать Паркер то, насколько сильно она заражала его (да и наверняка всех, если бы тут кто-нибудь был) своим возбуждённо-счастливым настроем. Потому что ему это не передавалось. Нет. Нисколечко. — Знаете, мне даже понравилось! — заявила девушка.       «А мне-то как», — ухмыльнулся про себя Тони. — «Но повторять лучше не стоит, а то во второй раз так не повезёт», — то, что ткань джинсов оказалась достаточно и даже слишком плотной, а в мужчине на сороковом году жизни вдруг открылась чудесная способность к какому-никакому самоконтролю, и вправду стало огромнейшим успехом для него. Ну, или удачей. — Я рад, потому что это ещё не всё.       Из его груди всё же вырвался лёгкий смешок, когда он увидел, как переменилось лицо девушки. Петра стала похожа на бедного маленького зайчонка, попавшего в лапы грозного волка. Для полноты картины ей оставалось только поджать ушки и хвост, и «Тони, старый ты извращенец, не смей представлять на этом ребёнке костюм зайчика из секс-шопа». — Уже, знаете ли, довольно поздно. Мне пора домой, — сходу забраковала его идею Петра (что бы там ни было). — Не волнуйся, мы туда и собираемся, — сказал Тони, и Петра непроизвольно подняла бровь. Затем он сел на пассажирское сидение, сделал несколько взмахов рукой, нажав на уйму кнопочек на панели, и расслабленно откинулся на кресло, предварительно пристегнувшись. — Не стой столбом, я не молодею!       Петра пробурчала что-то про сбрендивших стареющих миллиардеров, но Тони не расслышал. И слава Богу.       Девушка и без объяснений поняла, что Старк посадил её за руль, чтобы она самостоятельно добралась до дома, до родного Куинса, расположенного где-то в сотне миль от этого места, и параллельно попрактиковалась водить в оживлённом городе. Ну точно спятил.       Она с любовью погладила дверь, краешек бокового стекла, руль, приборную панель… — Вы были прекрасны… — Какого чёрта ты делаешь? — недоумённо спросил мистер Старк. — Прощаюсь, — ответила Петра. — Потому что к концу нашей поездки ваш доблестный железный конь превратится в груду чуть менее доблестного металла. — Паркер, хватит маяться дурью, — миллиардер посмотрел на неё тем-самым-взглядом, которым девушку каждый раз одаривала учительница испанского, когда Петра пыталась убедить миссис Монтеро в том, что «banda» — это банда, а не диапазон. — Много вы понимаете, — еле слышно буркнула девушка и, резко дёрнув ручник, крутанула руль так, что Старк от неожиданности смачно выругался и бросил на неё полный раздражения взгляд.       На её губах расцвела ухмылка. Чем-то даже похожая на его собственную. Тони засмотрелся.       Она всё ещё сжимала руль до побелевших пальцев, но уже почти не нервничала. Петра, вообще-то, знала всю теорию, просто терялась. С её везением ей каждый раз попадались злобные, нетерпеливые инструктора, норовившие упрекнуть её в каждом неровном вдохе. Мистер Старк… он был другим. Он разговаривал с ней по-другому. Спокойно. Негромко. Да, иногда с насмешкой, но совсем безобидной. Ладно, миллиардер оказался лучшим учителем, чем она представляла. Впрочем, чего ещё она могла ожидать от идеального человека? — Ну вот ты и сделала это, — с триумфом объявил Старк, когда они подъехали к её дому и Петра чуть кривовато припарковалась.       Она посмотрела сначала на свои руки, потом — в окно и после — на мужчину напротив. Её рот приоткрылся в неверии, глаза блестели от радости. — Я сделала это! — пропищала она. — Как вам это удалось?!       Если честно, в душе она знала ответ. — Я верил в тебя. — Почему?       «Ты — чёртова Девушка-паук. Как ты могла не справиться с таким пустяком, как вождение? К тому же… я — прирождённый учитель». — А почему бы и нет? — ухмыльнулся он. — А если бы что-то пошло не так? — нахмурилась девушка.       Одна мысль о том, что план мистера Старка (если такой вообще имелся) мог потерпеть крах и Петра бы не справилась с управлением, спровоцировав аварию, вгоняла в ужас и вызывала смешанные эмоции касательно здравомыслия мужчины.       Тони тяжело вздохнул и поспешил признаться: — В каждой моей машине есть встроенный автопилот. На всякий случай. Мы бы не попали в аварию, даже если бы перед нами внезапно вылез динозавр.       Петра приказала себе посчитать сказанное тем, что она и хотела услышать, даже если у неё ещё остались вопросы, потому что она уже подустала выглядеть в глазах наставника противоречивой тупицей. — Это здорово, — сдержанно ответила она и вышла из машины, почувствовав, что только теперь сможет по-настоящему расслабиться.       Ей хотелось залезть в горячую ванну на весь вечер, смотря «Теорию большого взрыва» и поедая запасённое печенье, которое она прятала за стиральной машиной от вездесущего борца-против-мучного-и-жирного в лице Эмили.       На улице было прохладно, и Петра заметила это не только сейчас. По правде говоря, её тело начало замерзать ещё пару часов назад, и это не было чем-то необычным, учитывая то, что на дворе стоял октябрь, а её наряд больше соответствовал летним месяцам. Впрочем, она была виновата не меньше Эмили, заставившей её надеть всё это, потому что с утра Петра, как обычно проспав и собираясь впопыхах, забыла прихватить куртку. — Замёрзла? — спросил мистер Старк, глядя на то, как она обхватила себя руками. — Нет.       Тони пожал плечами. Он тоже вышел из машины и стоял напротив неё, почти свыкнувшись с её видом. Старк понимал, что ему определённо стоило придумать, что делать дальше, потому что что-то явно надо было делать. И в ближайшее время. Он знал, как это бывает: долго терпишь, а потом башню срывает напрочь, и менять что-либо уже поздно. Ему не хотелось каких-либо плохих последствий с этой девчонкой.       «Может, поговорить о ней с Пеппер?»       Впрочем, он уже заранее чувствовал её осуждающий взгляд на своём лице. Тони мог предвидеть то, что Поттс скажет ему. Сначала женщина заговорит о том, как подобный роман скажется на компании, а после — как он повлияет на жизнь девочки. Потому что «Тони, у тебя ведь это пройдёт, а она влюбится», и что мужчина скажет на это?       Уверенное ничего. — Ну что ж… — всё его красноречие испарилось; из-за прокрученного недодиалога в голове ему стало даже чуточку стыдно перед Паркер, что само по себе было нонсенсом, и Тони немедленно захотелось свалить отсюда подальше. — Увидимся в SI. — Конечно, — а она улыбнулась, растирая руками голые плечи.       На одном из них висел долбаный школьный рюкзак — ещё одно напоминание о его почти-что-педофильских наклонностях.       Петра развернулась и направилась к подъезду, а Тони уже сел в машину, когда увидел подозрительную компашку, направляющуюся в сторону девушки. И, да, он помнил, что Петра — героиня, что у неё сила и все дела, но…       Но.       Он буквально выпрыгнул из машины и в три шага нагнал Паркер-младшую, неожиданно даже для себя схватив её за руку.       Петра в удивлении обернулась и уставилась на него с немым вопросом. — Я провожу тебя. Мне не нравится, что тут околачиваются всякие подозрительные типы, а ты одна и… — «в таком виде». — А ты одна.       Он сказал это достаточно громко.       Особенно ту часть про «всяких подозрительных типов».       Петра собиралась напомнить, что ей не нужна защита, потому что она и сама любому наваляет, но вспомнила, что мистер Старк не посвящён в подобные тонкости её жизни. — Если вас не затруднит, — она знала, что Эмили бы не отказалась, потому что любая нормальная девушка на её месте не отказалась бы; потому что, как правило, девушки остерегаются парней из Куинса — особенно в спортивных костюмах и странных коротких шапках (весьма вероятно, Петра учуяла бы перегар, встань она на пару шагов ближе к ним). — Я здесь второй раз, и мне всё так же страшно, — прокомментировал Тони тёмный разрисованный подъезд, являющийся вместилищем самых разных и далеко не самых приятных запахов. — Не преувеличивайте, — фыркнула Петра.       Старк посмотрел на неё по-твоему-я-вру-взглядом и, найдя в кармане платок, нажал сквозь него на кнопку вызова лифта. Петра закатила глаза так, что мужчина, кажется, это услышал. — В прошлый раз мне чертовски повезло, и эта махина не сломалась, пока я был в ней. — Думаю, вашей удачи хватит ещё на одну поездку, а потом можете добираться до нашей квартиры исключительно по лестнице. Ну, или через окно на МАРКе. Или ковре-самолёте, если у вас такой имеется. Я слышала, у миллиардеров чего только нет. — Пропущу твои весьма колкие замечания — кстати, я счастлив, что ты пришла в себя после нашего урока — и спрошу вот что: ты только что пригласила меня к вам домой? — его левая бровь игриво взлетела вверх, и получалось так, что всё выражение лица как бы кричало: «Ха! Подловил!»       Петра ожидаемо смутилась, хотя она и не думала приглашать миллиардера к себе. Ну просто… а для чего? У них ведь смотреть-то особо и нечего. Разве его удивишь самой обычной маленькой трёшкой? Безо всяких роботов-помощников, искусственных интеллектов и даже вполне себе живых слуг ассистентов.       Они вошли в лифт, и Петра, игнорируя брезгливое выражение лица мистера Старка, нажала на цифру «пять». Двери закрылись десять секунд спустя.       И больше не открылись.