Хорошие новости! Эти достопочтенные переродились.

Мо Жань шел к себе, раздумывая над планом. То, что он собирается сделать… Поступок, мягко говоря, не слишком хороший. Если бы он узнал, что подобное хотят провернуть с его Учителем, Вэйюй бы лично удостоверился, что этот человек уже никогда не переродится. Однако, прошлая жизнь научила его, что руководствуясь принципом «Поступай так, как хочешь, чтобы поступали с тобой» ты ничего не получишь, кроме ножа в спину. Мо Жань рос в мире, где все люди живут по правилу «Либо ты, либо тебя». Идти по головам? Пожертвовать малым ради большего? Пока праведники отсиживаются в тени, ублажая себя мыслями о том, какие они правильные, он поднимется выше всех и сам установит новые правила. В голове вдруг всплыл образ Чу Ваньнина. Не холодный, жестокий Учитель, а его любимый Ваньнин, который, словно кот, податливо терся щекой о его ладонь, беспечно засыпал у него на груди и расчесывал ему волосы по утрам. Сердце сжалось от тоски, а ноги словно налились свинцом. Остановившись на мгновение, Вэйюй прикрыл глаза и вздохнул. «Этого человека больше нет» — думал он, нервно перебирая меж пальцев ткань своих одежд — «Черт возьми. Чем я вообще занимаюсь?» — А-Жань! Мо Жань слегка вздрогнул, а потом нехотя открыл глаза, словно его вытащили из сладкого сна, который он не успел досмотреть. Он обернулся на Ши Мэя, который с обеспокоенным видом приближался к нему. Вэйюй принял ожившего друга как нечто само собой разумеющееся. Сначала он все списывал на то, что еще не совсем осознал свое перерождение, но и сейчас его каменное сердце даже не думало трепетать при виде этого живого, здорового юноши. А ведь когда-то его бездыханное тело и стало причиной, по которой он поклялся отомстить Вэй Усяню. Чего же тогда он задирает его сейчас? Разве есть в этом какой-то смысл? Есть ли смысл мстить кому-то, если преступление еще даже не были совершены? Ши Мэй остановился рядом с Мо Жанем и аккуратно положил на него руку. Вэйюй слегка дернулся и вынырнул из своих мыслей, возвращаясь к реальности. Кисло улыбнувшись, Мо Жань первым завел разговор: — Ну, как прошли занятия? Могу поспорить, я не пропустил ничего интересного. Его голос звучал как будто со стороны. Улыбка снова пропала с лица. Ситуация внезапно показалась ему такой нереальной. Он стоит в Облачных Глубинах и разговаривает с Ши Мэем, которому суждено умереть через три года. Этот светлый, чистый человек, который не заслужил в своей жизни ничего плохого. Улыбается ему, не зная, что происходит у него на уме. Не знает, каким Мо Жань станет после его смерти. Не знает, что сам Мо Жань умрет потом ужасной смертью, чтобы потом воскреснуть, и, едва открыв глаза, начнет планировать убийства и ловушки для ничего не подозревающих людей. Вэйюй вдруг протер сухими ладонями лицо и сел на корточки, качая головой. «Нет. Нет!! Все не так. Они все заслуживают смерти. Даже если они еще не совершили всего этого. В конце концов, они попытаются. Я ведь знаю это. Знаю, что должно случиться…» «Прямо как с Вэй Усянем, хах?» — ответил он сам себе в мыслях грубым, незнакомым голосом. Ши Мэй, растерянно хлопая глазами, аккуратно присел на колени рядом с ним и осторожно провел ладонью по плечу юноши. — А-Жань… Что случилось? — шепотом спросил Ши Мэй — Ты прямо-таки сам не свой в последнее время… Мо Жань громко усмехнулся на эти слова и запрокинул голову назад с тупой улыбкой на лице. — Сам не свой, да… Да уж… Лучше и не скажешь…— прохрипел, гортанно посмеявшись над собой. Старший беспомощно закусил губу, и убрал руку, украдкой вздыхая. — Что было сегодня утром? Что на тебя нашло? Как будто в тебя эта самая нечисть вселилась, про которую говорил Глава… Вэйюй раздраженно выдохнул и выпрямился. Странная неконтролируемая злость снова начинала растекаться в нем, словно отрава. Мысленно он приказывал себе вести себя сдержанно рядом с Ши Мэем. Но вопросы о действиях и поведении пробуждало в нем ужасную агрессию. Потому что он сам не мог себе это объяснить. Нет, конечно, он мог обосновать свои действия, как будто все происходит не с ним. Ощущение перерождения извратило в нем представления о ценности жизни. Теперь она ему виделась как интересная настольная игра, в которую он мог сыграть снова после тотального поражения. Анализировать свои ходы. Предугадать действия соперника. Заставить противников работать на себя, разыграть партию как выгодно ему. Но кубики, которые он бросал на доску, надеясь на те же цифры, что и в первой партии, неумолимо показывали ему совершенно другие комбинации. И вместо того, чтобы двигаться к своему счастливому финалу, ему оставалось только наблюдать, как Вэй Усянь забирает себе все лавры… Но ведь жизнь - это не настольная игра, черт возьми. Мысли накладывались одна на другую, конфликтовали и противоречили друг другу. Недостижимые цели, неоправданное желание отомстить, слепая ревность…Какое значение все это имеет в этой жизни? Вэйюй осознал, что сейчас стоит перед своим Ши Мэем со скорбным, растерянным лицом, и поспешил вернуть себе самообладание. Но было поздно. Молчание затянулось, и Ши Мэй уже успел сделать свои выводы. Эта улыбка… Да. Та самая улыбка. Которая означает «Я не понимаю, что происходит, но я рядом. Мне жаль, что ты так себя чувствуешь, и что я никак не могу помочь тебе». — Ладно… Не хочешь - не нужно рассказывать — мягко сказал Ши Мэй и аккуратно отступил от Мо Жаня — Просто… Постарайся не допускать больше такого, ладно? Учитель… Мы не должны подвести его, А-Жань. Просто помни об этом. Хорошо? Вэйюй прикрыл на секунду глаза и кивнул, громко сглатывая. Он почувствовал странное облегчение, но при этом ощутил, что груза на его душе прибавилось, когда осознал, что происходило в последние несколько дней. Противная горечь на кончике языка, словно трупный яд, пристала к нему, ему хотелось отмыть себе рот с мылом и окунуть в лицо в холодную воду. — Вот и хорошо — продолжал успокаивающе лепетать Ши Мэй — Если тебе что-то нужно, я буду у себя. Пожалуйста, приходи. — Мгм… — обессиленно промычал Мо Жань в ответ, не желая открывать глаза. Пусть все это пропадет. Слишком сложно. Слишком не вовремя. Слишком долго. Слишком… — А-Жань. Если тебя что-то волнует, я… — Я в порядке!! Хватит!! — не выдержав, рявкнул Мо Жань. Открыв глаза, он тут же пожалел об этом. Ши Мэй смотрел на него большими глазами олененка, который только что понял, что человек перед ним - охотник. Он сделал шаг назад и прижал сжатую в кулак руку к груди. — А-Жань… — только и смог выдавить из себя старший, а потом грустно приподнял уголки губ — Прости. Мне не нужно было лезть. Вэйюй застыл, потеряв дар речи. «Зачем? Зачем ты извиняешься, дурак? Разве не я только что накричал на тебя, когда ты просто пытался мне помочь? Зачем ты извиняешься? Мне от этого…Ни чуть не лучше.» — думал он, тупо смотря на Ши Мэя, ничего не ответив на его извинения. Неловко дернув взглядом, Ши Мэй снова выдавил улыбку, виновато попрощался и поспешил скрыться с глаз Мо Жаня, оставляя его наедине со своими мыслями. Черти в голове Вэйюя голодно потирали руки, готовые снова наброситься на его душу с новыми терзаниями. Мо Жань стиснул зубы и схватил себя за волосы, с трудом подавляя желание свернуть себе шею. «Придурок… Идиот! Ну что, доигрался? Доволен собой? Забавная игра получилась? Теперь живи с последствиями!!» Сглотнув ком в горле, Мо Жань бросился, куда глаза глядят. Не помня себя, не желая больше слушать мысли у себя в голове, он просто бездумно бежал по горной тропе, тайно надеясь, что по пути он поскользнется и разобьется насмерть. Никаких больше игр. Никаких Вэй Усяней. Никакой мести. Ничего…