Помани пальцем

— Тебе нужно расслабиться, — привычно ворчит Кугисаки. — Серьезно, Итадори, тебе нужно отдохнуть. Девушка убирает прядь волос за ухо, когда они проходят мимо огромного зеркала в холле, и возвращается к другу. Юджи выглядит паршиво, хотя, безусловно может выглядеть лучше, если бы чуть-чуть поберег себя: глаза красные, под ними — синяки от постоянного недосыпа, лицо болезненно бледное, сам в целом юноша помятый. Хорошо так помятый, такое ощущение, что по нему потоптались первокурсники. — Давай я куплю тебе кофе? — предлагает Нобара и оттягивает парня за локоть, когда тот, уже засыпая на ходу, едва не врубается в дверной косяк. — Буду признателен, бро, — в шутливой манере Итадори легонько пихает подругу кулаком в плечо. — Сегодня у тебя нет смены? — Юджи отрицательно качает головой, подруга, почти сестра, усаживает его за парту и уносится за напитком. Парень хочет крикнуть, чтобы та не забыла, что кофе он любит без сахара, но ему просто не хватает сил. Хорошо, что сегодня не его смена в баре, и хорошо, что после пар нет никаких собраний. Сегодня он определенно проспит больше десяти часов. Кугисаки появляется как раз перед трелью с обжигающе-горячим горьким кофе без сахара. — Я люблю тебя, — мурлычет парень, притираясь щекой о ее плечо. Нобара хмыкает и включает планшет. Юджи страдальчески вздыхает и тянется за своим, преподаватель по анимации должен вот-вот открыть дверь, чтобы с порога начать закидывать их заданиями. Так и происходит, Гето-сан едва открывает дверь, коротко приветствует студентов, довольствуется уже готовыми аппаратами и с ходу начинает лекцию. Юджи вздыхает, на этот раз тихо и менее страдальчески, горький вкус на языке бодрит. Юноша смотрит на часы: еще две пары. Две пары, двадцатиминутная поездка на метро, родная квартира и мягкая кровать.

***

Итадори даже толком понять не успевает, когда закрывает сессию. По некоторым предметам автоматом, если то позволяла дисциплина и преподаватель. Каникулы хоть и короткие, и работу никто не отменял, но можно хотя бы, в кои-то веки, поспать подольше. Например, сегодня он выползает из кровати к вечеру, удивленный тем, что никто не пытался его разбудить телефонным звонком. Ночная смена в баре до двух часов, затем час на дорогу. Проснуться в четыре часа вечера — нормально. — О, проснулся, — Юджи сталкивается с Сукуной в кухонном проеме. — Я предупредил твоих, что ты спишь, телефон на зарядке, жрать себе сам готовь, — скороговоркой тарабанит он, и Юджи замечает, что тот уже в своей рабочей одежде: черных брюках и белой рубашке. — А че ты так рано? — Дорогу на пятой делают, придется круг наматывать, — говорит брат и накидывает черную косуху. — Сейчас выеду, приеду как раз вовремя. Юджи тянет вялое «ммм», прислоняясь плечом к стене. Сукуна пшикает парфюмом на шею, на запястья, поправляет зализанные волосы и поворачивается к младшему. — Звони если что, — ухмыляясь, Итадори-старший ерошит волосы Юджи и напоследок щелкает по носу. — Крошке Гумми от меня горячий привет. — Входная дверь с тихим щелчком хлопается, возвращая младшего к реальности. Юджи находит свой телефон на зарядке в гостиной. Пару пропущенных от Нобары и один принятый от Фушигуро, усмехаясь, он заходит в общий чат. рыжая чихуахуа |13:43|: как насчет отметить конец наших каникул? рыжая чихуахуа |13:43|: к слову, сессию мы так и не отметили крошка гумми |13:45|: почему бы и да? мы давно не зависали втроем рыжая чихуахуа |13:46|: о, даа, кажется это было еще в начале того семестра? я уже почти забыла какова на вкус отвертка* рыжая чихуахуа |13:46|: мегуми что хочешь делай, но дозвонись до нашего трудяги крошка гумми |13:49|: попробуй через его брата рыжая чихуахуа |13:50|: давай ты. кажется, вы открыли для себя язык на котором можете разговаривать, больше практики крошка (｡•̀ᴗ-)✧ крошка гумми |13:51|: что тебе мешает найти с ним общий язык? западный тигр |16:22|: брат передавал тебе пламенный привет, гумми. это что-то значит?) крошка гумми |16:27|: нет. крошка гумми |16:27|: с добрым утром, принц на бобах. рыжая чихуахуа |16:29|: принц с ПРИбабахом* западный тигр |16:30|: кстати о тусе западный тигр |16:30|: кажется, я достаточно набрался сил и хочу оторваться на полную (─‿‿─) рыжая чихуахуа |16:33|: встречаемся у гробницы в 9 рыжая чихуахуа |16:33|: и чтоб при параде были, ясно? ╰(°益°)╯ Юджи фыркает, снимает телефон с зарядки и ползет в кухню. Нужно хоть что-нибудь поесть, охмелеть от той же отвертки или голубой лагуны как-то не хочется. Хочется нормально потусить, не до критической отметки, чтобы не провести оставшуюся ночь возле унитаза. Запастись энергией, возможно зажечь танцпол и может быть познакомиться с кем-то. А почему бы и нет? У него давно ничего не было, впереди еще один долгий и нудный семестр, нудная работа, смены невпопад. В холодильнике молоко, кусочек сыра, к слову надгрызанный, и пару яиц. Не густо, но есть еще хлопья, Юджи быстренько подогревает молоко, заливает хлопья, и пока они разбухают, подготавливает себе прикид. Черные джинсы-багги и скромную белую футболку. Какая разница, он собирается просто напиться и вернуться домой, возможно к трем. Может позже, а может ему повезет, и брат соблаговолит подвезти его задницу до дома после своей смены. Пережевывая хлопья, Юджи ковыряется в лентах соц.сетей, переписывается параллельно в общем чате с Фушигуро и Кугисаки, где парень делится желанием кого-то подцепить. рыжая чихуахуа |17:50|: ахаха, тебе нужно хорошенько трахнуться, ю-кун? рыжая чихуахуа |17:50|: мне бы тоже не помешало Несмотря на договоренность встретиться в девять, все трое едва собираются к десяти. Нобара, которая время и назначала, опоздала больше всех. — Эй, я знаю как загладить свою вину! — говорит она сразу, как только вылазит из такси. — Оплачиваю вам первое, что возьмете! Фушигуро скептически поднимает бровь, намекая, что одним напитком подруга не отделается, и делает максимально отстраненный вид, когда та тянет его за плечо, заставляя наклониться, чтобы чмокнуть в щеку. — Отлично выглядишь, — Итадори обхватывает тонкую талию пальцами и поднимает девушку над землей. — Естественно! — Кугисаки бьет его по макушке, но тут же целует в щеку, и когда ее отпускают, поправляет кожаную юбку. — Тоже надеешься подцепить кого-нибудь? — спрашивает Юджи и встает по правую сторону от подруги. По левую становится Мегуми. «Гробница Зла» — клуб, где подрабатывает Сукуна, встречает их тяжелым воздухом, громкой музыкой и горячими телами. — Мне отвертку, — Нобара наваливается на барную стойку, встречая Итадори-старшего такой же акульей улыбкой. — И этих на меня запиши. — Крошка сегодня пьет за мой счет, — заявляет Сукуна и ставит три бокала: обещанную отвертку, голубую лагуну и французский поцелуй. Кугисаки расцветает на этих словах и с блестящими глазами тянется к коктейлю. Фушигуро поджимает губы и вместо предложенного Сукуной французского поцелуя отбирает у Юджи голубую лагуну. Друг прячет ухмылку за бокалом — так весело за ними наблюдать. Особенно за тем, как брат стелется перед брюнетом: уже и так и сяк, и цветочки, и подарки, а Мегуми словно трактором переехало. Уже вот как два года Сукуна хлопочет за ним, а тому все равно. Юджи даже не уверен, кого ему следует жалеть — брата, который Мегуми готов поставить на божничку и выцеловывать землю, по которой тот ходил, или все же стоит проникнуться сочувствием к другу, кажется подкаты брата того в конец задалбывают. Итадори не спешит напиваться, потягивает слабые коктейли, стреляет глазами по залу в поисках собеседника на этот вечер и иногда выползает на танцпол с Кугисаки. — Если ищешь кого-то для «потрахаться», — бормочет Сукуна ему на ухо. — То обрати внимание на снежинку во-он в том углу. — Юджи отслеживает направление пальца близнеца и сразу же в темноте находит «снежинку». — Ты его знаешь? — Стабильно рисуется у нас каждые две недели по пятницам. — Брат протягивает ему «секс на пляже» и вновь наклоняется к уху. — Один еще ни разу не уходил и на сегодня пару себе еще не нашел. Покрутись перед ним, должно быть, раз он подкатывал ко мне, ты тоже в его вкусе. Брови Юджи ползут вверх, и он с широкой ухмылкой поворачивается к Су. Тот игриво передергивает бровями и отстраняется, обращая внимание на клиента. Парень неспеша потягивает напиток, ищет Фушигуро глазами, находит его с Кугисаки. Кажется девушка пошла во все тяжкие, в свободной руке находится полупустой бокал еще какого-то напитка, другой она крепко прижимает к себе за шею несчастного брюнета. Как только Мегуми повернулся в сторону барной стойки и встретился глазами с Юджи, то корчит гримасу. — Ну, что? — спрашивает Сукуна, когда возвращается к нему. — На мордашку тоже хорош. — На его губах рисуется тонкая ухмылка, когда он замечает горящие глаза. — Давай, хочу увидеть его морду, когда он поймет, что есть еще один я. Опрокидывая в себя остатки алкоголя и дожидаясь нового трека, Юджи поднимается со стула и направляется к танцполу, по пути обхватывая чью-то талию руками. В руках оказывается симпатичная сочная брюнетка с синими глазами. Она подхватывает ритм Итадори в ту же секунду, оплетает шею руками, зарывается пальцами в волосы и притирается к его паху. Юджи толкает ее как можно ближе к тому углу, где сидит ничего не подозревающая жертва. Прижимает к себе девушку, скользит руками по тонкой спине к лопаткам и налегает на нее, заставляя прогнуться, тут же припадает губами к шее. Сочная, полная грудь упирается в торс, и будь Юджи меньшим геем, возможно такой бы вид заинтересовал его член. Но, нет, никакого шороха в джинсах, а жаль. Когда «снежинка» поднимается с дивана, Итадори едва не давится. Какая снежинка, думает он, оглаживая бедра, это же вешалка. Он зарывается носом в висок, скользя, словно невзначай по залу, и натыкается на минимум топ-модель, максимум — полубога. Глаза у него голубые, все остальные резко меркнут для Юджи. Парень, удивленно приоткрывая рот, скользит изучающее, когда они пересекаются глазами, и облизывается. «Где-то двадцать пять, наверное все же модель, возможно иностранец», — размышляет парень и провожает мужчину взглядом. Снежинка направляется в сторону туалета, перед этим, значимо глядя в его сторону, и Юджи отпускает девушку. Что-то бормочет ей, она навряд ли слышит, только кивает и разворачивается, принимаясь вилять бедрами. По пути в туалет Юджи пересекается глазами с братом. Тот кивает, на губах одобрительная ухмылка, отрываясь от клиента, он мельком показывает ему знак «отлично», и младший в ответ очерчивает большим пальцем свои губы, закатывая глаза. «Буду сегодня поздно» — говорит он этим жестом, и близнец понимающе кивает. Итадори кусает губы, терзает их, чтобы они набухли, облизывает их, желая придать блеска, и ступает в мужской отдел. Непривычно яркий, белый свет бьет по глазам, юноша морщится и не успевает заметить силуэта сбоку. Запястье обхватывает чья-то рука, его с силой дергают в сторону, и он впечатывается в чужое, весьма складное тело. В нос бьет сладкий запах, на талию ложатся широкие ладони, а над ухом хмыкают. — Вот уж не думал, что есть еще один такой засранец. Юджи кусает губы, голос приятный, теплый. Парень медленно поднимает руки, скользя по груди, расправляет воротник светло-голубой рубашки, подмечая бледную кожу из-за ворота, и чуть отклоняется назад. Чтобы узреть лицо так называемой «снежинки», приходится задрать голову. Брат знатно приуменьшил в отзывах. Не смазливый, а охренеть какой красивый. — Ну, мы же близнецы, — пожимает Итадори плечами, все еще ковыряя воротник пальцем. — А ты, я смотрю, не сильно удивился, да? — улыбается он. — Почему же, — фыркает мужчина, поглаживая талию. — Растерялся, если честно, подумал, что перебрал, и у меня просто в глазах двоится. Уже почти был готов отречься от алкоголя. Руки проводят от талии до лопаток с нажимом, Юджи прикусывает губу, отрываясь от разглядывания лица, в частности глаз, и возвращается к шее. Наклоняется, втягивая сладкий запах, нарочно задевает шею кончиком носа. Отпускает ворот рубашки, разглаживает складки на плечах, и, когда добирается до выбритого затылка, скрытого копной белых волос, нажимает на него и тянется навстречу. Руки подтягивают за пояс, чужие губы накрывают его с готовностью, язык тут же проскальзывает в просторы рта: очерчивает, словно знакомится, зубы, уделяя особое внимание клыкам, оглаживает небо, напрочь игнорируя чужой язык. Юджи недовольно мычит в чужой невероятно горячий рот и сжимает белые пряди у корня. Чертовски заводит, парень даже не может определиться что больше: то, что его игнорируют, или то, что затылок требовательно обхватывают, не давая отстраниться. Наконец, когда его рот перестают терзать, юноша воодушевленно вздыхает в тонкие губы. Внутри что-то взрывается, кажется, он даже слышит звучное «бабах» и звон в ушах, но все это пропадает, когда его вновь целуют. На этот раз без игнора и почти целомудренно, нежно. — Какой сладкий, — шепчет мужчина и с улыбкой целует в уголок губ. Юджи призывающие откидывает голову, обнажая шею, и мурчит, когда губы прихватывают тонкую кожу под подбородком. Юноша ухмыляется, ерошит белые, снежные волосы, облизывает свои губы. Горячо выдыхает через рот, когда огромные ладони с силой сжимают ягодицы. — Ко мне? — спрашивает мужчина и целует в щеку, подбираясь к губам, вновь целомудренно целует. Юджи не успевает углубить поцелуй, как незнакомец переходит на другую щеку. — Да, — отвечает Итадори почему-то шепотом, нежась под такой лаской. — И чем скорее, тем лучше. Прекрасный (юноша ничуть не смущается, называя его так в своей голове) мужчина хмыкает и достает телефон из заднего кармана. Не отпуская Итадори ни на секунду, он заказывает такси, ожидает ответа, отрываясь от экрана смартфона на редкие поцелуи. «Ожидает вас на месте» приходит уведомление, и мужчина со стоном отлипает от сладкой шеи. — Собираемся, — шепчет снежинка в губы. Медовые глаза утягивают на дно похоти и разврата, и он едва держится, чтобы не нагнуть парнишку в грязном туалете. — Давай, котенок, такси ждет, кажется ты хотел как можно скорее покататься на мне? — О, — Итадори трясет головой, возвращая себе самообладание. — Да, и не только. Парню стоит огромных трудов сдерживать свои конечности в автомобиле. Мужчина невероятно красив, тонкий, как лоза, аккуратный, но сила исходит от него волнами, юноша качается на этих волнах. Еще чуть-чуть и он уйдет на дно. Когда такси останавливается, Юджи едва ли не силой вытаскивает блондина из салона, закидывает руки на шею и тянет на себя. Губы у него сладкие, мягкие, хочется целоваться бесконечно. — Кажется, мы так и не представились? — в лифте довольно душно, алкоголь вновь кружит голову, но не так уж и сильно, чтобы заплетался язык. Парень прижимается к холодной поверхности, пальцами скользит по ряду пуговиц. — Сатору, — мурлычет мужчина на ухо и кусает мочку, вырывая из груди парня томный стон. — Но ты можешь называть меня как тебе хочется. — Ммм, посмотрим, как пойдет, — фыркает Юджи и ступает назад, когда двери лифта раскрываются. — Юджи, но ты можешь звать меня малыш. — Игриво подмигивая и кусая губу, юноша выскальзывает из лифта, нарочно виляя бедрами и усердно уклоняясь от цепких рук. Сатору впечатывает его в дверь своей квартиры, разводит бедра коленом, давит на пах, вгрызается в губы. Итадори отчаянно цепляется за плечи, ноги едва держат, и это не действие алкоголя. Сладкий запах парфюма все еще при мужчине, Юджи чувствует его. — Тебе нужно в душ? Туалет? — бормочет блондин, закрывает дверь квартиры и вжимает парня в свое тело. Юноша мотает головой, обхватывает красивое лицо руками и накрывает губы голодным поцелуем. — Только ты и какая-нибудь поверхность, — выдыхает он. — Не обязательно горизонтальная. — Сатору широко улыбается, отстраняется, для того чтобы стянуть чужую футболку, и небрежно кидает ее на тумбу в прихожей. Юджи горячо выдыхает, с готовностью подставляется под ласки, не уступает в этом сам. Выдергивает полы рубашки из брюк, скользит руками под нее, царапает кожу ногтями, рвано прижимается губами к шее: — Давай здесь… — Кратко выдыхая, парень ловко тянет мужчину на себя за пояс брюк, а сам упирается лопатками в холодную поверхность стены. Сейчас вообще без разницы где и как — желательно поскорее. В голубых глазах вспыхивает довольство, язык пробегается по губам, Юджи все это нравится. Этот мужчина — гребаное произведение искусства. Тонкий, изящный, белый, словно из гипса. Все его прикосновения не вызывают противных мурашек, только сладкую дрожь. Все его поцелуи будоражат, возбуждение растет в геометрической прогрессии. Его взгляд, томный и размытый, взрывает почву под ногами. Все правильно. Руки на ягодицах, шее — все это ощущается как никогда правильно. Когда Сатору рывком разворачивает его лицом к стене, резко и неожиданно, оттаскивает за бедра назад и едва слышно рычит на ухо — тоже кажется безумно правильным, верным. Тот ритм, те движения и чувства, захлестывающие обоих. — Грубо и быстро? От холодного и резкого тона внутри все вибрирует. От того, как чужая рука без промедлений стягивает с задницы джинсы вместе с бельем, Юджи всего в дрожь бросает. «Он идеальный», — думает парень, переступает через боксеры и пинком отправляет их вместе с джинсами в дальний угол. То что нужно. Сатору со свистом втягивает воздух возле его уха, пересчитывает средним пальцем позвонки, зарывается свободной рукой в короткие, персиковые волосы и тянет на себя. На тонких губах предвкушающая улыбка, в синих глазах — огни страсти, а вокруг огней черти водят хороводы. Итадори хнычет, отрывает руку от стены и обхватывает ею длинную шею. Так целоваться совершенно не удобно: слюни текут рекой, одних губ недостаточно. Юджи еще сильнее нажимает на шею и высовывает свой язык. Они сплетаются ими в яром танце, размазывают слюну по своим подбородкам и тонут в этом желании. Сатору отстраняется первым, рвано выдыхая. Он быстро впечатывает разомлевшего Юджи в стенку и толкается пахом в ягодицы. Бугорок проходит ровно между ягодицами, и они оба несдержанно стонут. — Хватит тянуть… — Парень до боли закусывает губу, из-за всех сил пытаясь удержаться на грани. — Пожалуйста… — Хнычет он, падая на стенку грудью. Задница зудит. Хочется, хочется, хочется — до дрожи в коленках хочется ощутить чужой член в себе. Итадори слышит, как вжикает молния брюк, и сглатывает, прикрывая глаза. Он уже совсем забыл это чувство. Наконец до его слуха доносится шуршание презерватива, одна рука обхватывает талию, головка мягко трется о вход. Сейчас, сейчас. Вот тот самый сладкий и желанный момент. Юджи едва не скулит, когда чувствует упирающуюся головку в кольцо мышц. Сатору выдыхает на ухо, сжимает руку на талии сильнее и толкается дальше, одним плавным движением. Парень задушено хнычет, когда член замирает в нем. Он уже забыл каково это. Как член, распирая стенки, почти причиняя боль, скользит туда-сюда, как головка упирается, как чужой орган пульсирует, давит на комочек нервов, как его талию сжимают до белых пятен и шумно дышат на ухо, изредко срываясь на бормотания. Юджи ловит ртом раскаленный воздух в прихожей, считает на потолке звезды, которые падают на него и разбиваются о кожу золотой пылью, оседают поцелуями горячими, мокрыми, болезненными. От этого контраста так хорошо, пальцы на ногах непроизвольно поджимаются. Прихожая наполняется пошлыми шлепками, громкими стонами и невероятно шумным дыханием. Итадори закрывает глаза, наклоняет голову, позволяя горячему языку слизать пару капель пота, наклоняется, прогибается в пояснице как кошка. Сатору довольно стонет и ускоряет движения. — Да, да, вот так, — жадные губы целуют плечо, пробираются цепочкой к уху. — Сильнее! Горячий язык скользит по ушной раковине, щекочет. Жадные губы кажется что-то шепчут в ответ, но у Юджи напрочь отбивается слух. Все, что он чувствует в этот момент, как член неустанно попадает по комку нервов. Кажется, что он посреди шумного и сильного океана. Все звуки: шлепки, стоны, грязный шепот — это не они, а океан. Буйный, сильный, резкий, отчаянный, голодный. Еще немного. Еще немного и буйства океана сменяется тишиной и голубой гладью. Юджи дрожит, как осиновый лист, мужчина над ним дрожит не меньше. Отчаянно цепляясь за стенку, парень прилегает к ней всем телом. Еще немного и он упадет. Оргазм настолько сильный, что онемели все конечности, он едва дышит, стараясь продлить это мгновение, эту бесконечную синеву перед глазами как можно дольше. Как можно дольше почувствовать себя птицей в океане. Сатору рвано выдыхает ему на ухо, прижимается невероятно горячим телом и зарывается носом в волосы на макушке. — Черт, парень, где ты был раньше? — бормочет мужчина спустя пару минут тишины. Пальцы пробегают по ребрам, слегка царапают кожу на пояснице. — У меня тот же вопрос к тебе, — фыркает Юджи и поворачивается к собеседнику лицом. — Хотя может мне просто кажется, что ты слишком хорош? — Итадори задумчиво хмурит брови и обводит лицо напротив оценивающим взглядом. — У меня давно никого не было… — Хочешь сказать, — выдыхает Сатору в губы. — Тебе нужны прямые доказательства? Юджи закусывает нижнюю губу и стреляет невинным взглядом из-под ресниц. Отступившая синева вновь заволакивает радужку глаз. Юджи сравнивает эту синеву с той, в которой он тонул несколько минут назад. И не прочь вновь окунуться в нее с головой. Мужчина подхватывает его — одной рукой за руку, другой под коленками — и подбрасывает на свое плечо. Парень успевает ойкнуть, широкая ладонь шлепает по ягодице, легонько, сам Сатору весело фыркает. — Ты напросился. Ночь обещает быть веселой.