Помани пальцем

Начало учебы, первые две-три недели самые сложные. И не важно сколько у вас выдалось дней отдыха — вливаться в прежний ритм невероятно проблематично. Даже если вы вставали в шесть утра на протяжении всей жизни, неделя отдыха, и ваше тело с утра будет скрипеть, как старая лестница после засуши. Юджи вообще ненавидит начало учебы, и дело не в том, что учиться он не любит. С его ритмом жизни усталость является чем-то обыденным. Мышцы стягивает ноющей болью почти постоянно: где-то перестарался, где-то не дотянул до установленного максимума. Мышцы то расслаблялись, то напрягались и, естественно, ныли, не получая стабильных нагрузок. Новый семестр вообще мало чем радует. Во-первых, он волнуется о том, что чем больше семестров проходит, тем меньше остается. Во-вторых, в этом семестре вводилась новая, основная дисциплина, по которой в последствии нужно будет сдавать один из основных гос. экзаменов. И, в-третьих, нелюбимые однокурсники. Возможно, не будь они слишком надоедливы, учиться было бы легче. С такими мыслями Юджи валяется на кровати до того момента, пока в комнату не врывается старший брат — злой, что не удивительно — он кидает в него валявшимся у дверей рюкзаком и приказывает вставать. — С завтрашнего дня, — грохочет Сукуна за завтраком. — Готовка на тебе. Я уже задрался. — Но ты всего два дня у плиты! — Юджи потрясенно выдыхает, с удовольствием сгребая с тарелки отваренный рис. Ответом служит красноречивый взгляд брата. Вообще-то это нечестно. Сукуна хорошо готовит, но почему-то делать этого не любит. Он не скрывает этого, стыдиться тут нечего, но почему-то не нравится стоять у плиты, даже если младший ему помогает. Готовке он предпочитает уборку по дому или походы в продуктовые. Юджи уже с этим смирился и споров, как в школьные годы, у них по этому поводу не возникает. Он пропустил этот момент — после смерти дедушки они оба как-то притихли, поумерили свой пыл, и это положительно сказалось на их отношениях. Они никогда по настоящему не дрались, не ссорились и ни в чем друг друга не обвиняли, хотя, как многим думалось, поводов было достаточно. Сукуна сильнее и умнее, Юджи прозорливее и милее. Люди к ним тянулись из-за любопытства, интереса, и, утолив свой голод, уходили. Кто-то да по любому находил что-то противоречивое, то, что не вписывалось в стандарты. Да, у них идентичная внешность — две капли воды, с какой стороны не посмотри. Но все же они разные, имеют разные привычки, издержки: Сукуна — более прямолинеен и резок, Юджи — мягок и податлив. От старшего бегут, опасаясь острой правды в свою сторону. Как всем известно, никому не нравится слышать что-то очевидное в свою сторону от постороннего. От младшего уходят, вдоволь им пользуясь. Юджи может дать списать домашку, дать свои конспекты, взаймы или одолжить свою куртку. Когда с него уже нечего брать — тогда одноклассники отстают. В конце старшей школы рядом с ними остались Мегуми и Кугисаки. Не то чтобы они расстраивались, все же знакомы с детства, делили одну песочницу и никто из них даже не думал о том, что возможно в дальнейшем судьба разведет их дороги, общение будет медленно сходить на нет, и в конечном итоге — они разойдутся и вспоминать будут друг о друге лишь по школьным фотографиям. Ставя тарелку в раковину, Юджи мельком глядит на наручные часы. Пора уже выходить, можно, конечно, отхватить лишние десять-пятнадцать минут, чтобы попить кофе, учитывая стиль вождения старшего, но Юджи предпочитает приберечь заветную дозу на тот момент, когда более-менее раскачается. Сейчас толку от кофе ноль, ломота в каждой мышце хоть и привычна, все равно знатно тормозит. — Давай уже выползай, — ворчит брат у входной двери, перебирая связку ключей. — Не проснулся еще? — Вскидывает он тонкую бровь, подмечая нерасторопность младшего. — Ммм, — Юджи морщит нос и трепещется, желая хоть как-то прогнать сонную негу и эту чертову лень, что буквально камнем повисла у него на шее. — Как же хорошо, что сегодня мне в первую и всего три пары. — Повезло, — хмыкает Сукуна и закрывает за братом дверь, проворачивая ключ. — У меня четыре, а затем сбор команды. — А смена в клубе? — Младший прижимается к стенке лифта и впивается взглядом в широкую спину. — Сегодня, — кидает тот. Лифт мягко трогается и Сукуна поворачивается лицом. — У тебя? — Юта вызвался взять пару ночей подряд, вроде у его девушки день рождения, и он хотел с ней поехать куда-то. — Юджи зачесывает волосы назад, но те все равно падают на лоб неаккуратным ежиком. — Ну, это неплохо, да? Успеешь раскачаться до работы. Черный байк с одной единственной голубой полоской на бензобаке сиротливо ждет прямо напротив порога. Итадори-старший перекидывает одну ногу и грозно опускается на сиденье. Юджи садится только после того, как байк заводится. Морщась от резанувшего по ушам громкого рева, он обхватывает торс старшего и подсаживается ближе. Су гонит по трассе не из-за того, что они опаздывали, просто любит скорость, но вот у Юджи при каждой поездке грозится остановиться сердце. Брат искусно маневрирует между потоком машин, один раз проскакивает на красный, но лишь потому что желтый уж слишком резко потух. Однако это не мешает сердцу младшего испуганно сжаться. — И почему я все еще езжу с тобой? — Бухтит Юджи и на трясущихся ногах двигается к парадному входу универа. — Потому что экономия, — последнее слово Сукуна растягивает с издевательской интонацией и в добавок пихает брата локтем в бок. Юджи, одаривая его хмурым взглядом, поджимает недовольно губы. — Я сегодня после тренировки — сразу в клуб. Так что домой возвращайся сам. — Ммм, — тянет парень. — Если студ.совет сегодня не будет проводить собрание, то мы с Кугисаки и Мегуми, возможно, пройдемся по магазинам. Сукуна останавливается, обводит близнеца взглядом с ног до головы и шумно вздыхает, расправляя белую рубашку. Юджи тоже останавливается и становится к брату в пол оборота. Лицо Су расслабленно, плечи тоже, а вот взгляд какой-то расфокусированный, хотя буквально пару секунд назад выражал ехидство и смех. При виде такого брата у Юджи сжимается сердце: близнец не подарок, у него длинный язык, он слишком прямолинеен. Сукуна не плохой человек, со своими замашками, в целом сойдет. Он не лезет в душу нахрапом, но всегда рядом — словно чувствует, большой ценитель личного пространства и всегда за равенство. Сукуна действительно стоит хотя бы шанса или крохотного намека. Зная о его слепой влюбленности в Мегуми еще со школы, Юджи угрюмо хмурится и сжимает кулаки. Фушигуро не заядлый натурал, ему, как лучшему другу, это известно, а еще на правах лучшего слушателя известно о семье брюнета. И поэтому он не знает, куда деваться и кого жалеть. С одной стороны влюбленный брат, проскакивающая тоска в его глазах заставляет чувствовать себя неловко. Потому что он ничего не может сделать, даже имея права лучшего друга. С другой стороны у Мегуми весьма консервативные родители и вся родня в частности, все же один из самых старых кланов Японии, тут и говорить больше нечего. Юджи знает, друг обмолвился всего один раз, но этого было достаточно, ему уже наверняка подыскали невесту. Жизнь Мегуми лишь со стороны кажется роскошной: богатые имения, всегда лучшее из лучших, любящие родители, великолепная сестра — что еще нужно для счастья? Но лишь малый круг знал, что из всего перечисленного правды там всего-то половина: добросердечная сестра и богатые имения. Родителей дети видели только исключительно пару раз в месяц за званными ужинами дома или где-то на банкете, в честь открытия чего-то там. В силу своего подросткового максимализма Фушигуро в средней и старшей школах постоянно паясничал. Хотя это слабо сказано: сначала он просто срывал уроки, убивая учителей своей безразличностью к табелю успеваемости, потом вляпывался в драки, в которые после втянулся и Юджи, и Сукуна и, конечно же, Кугисаки. Как будто она могла пропустить что-то, где обязательно есть шанс прописать кому-то в челюсть. — Может быть… Мегуми… — Юджи обрывает свой монолог под острым взглядом близнеца. Сукуна не знает всей правды, но вполне все осознает. Если бы эта осознанность помогла как-то притупить ноющие чувства внутри, стало бы куда легче дышать. Только Юджи хочет открыть рот, чтобы извиниться, за то что лезет не в свое дело, как в затылок прилетает мощный удар. Парень дергается и шипит, а когда замечает знакомые кроссовки, едва не задыхается от возмущения. — Я обещала стукнуть тебя при встрече, дорогой. — Ехидно улыбается девушка и обходит, здоровается с ухмыляющимся Сукуной. — В следующий раз будешь немного думать, перед тем как прыгать на член. — И тебе доброе утро, — хмыкает Итадори-младший, потирая место удара. Не сказать, что слова подруги его смутили, но что-то все равно ноет в груди. Возможно? совесть. — Ты ведь ее видел, — обиженно фырчит он, смотря на близнеца из-под ресниц. — Почему не сказал. — Потому что ты обязан был получить. Не от меня, так от Нобары. — Девушка торжествующе улыбается и передергивает бровями. — Спасибо хоть Мегуми не сторонник рукоприкладства. На втором этаже они расходятся с братом по разным сторонам. Юджи с Нобарой выше — на третий, на историю искусства, а Сукуна в другой корпус, на экономику. — До вечера, — кидает Юджи и разворачивается к аудитории. — Надеюсь, студ.совету не приспичит устраивать собрание. Мы с вами давно вместе так не тусили. — В смысле без выпивки и где-то в более-менее приличном месте? — Улыбается девушка и заправляет короткую прядь за ухо. Еще будучи учениками старшей школы, они изредка, но собирались вместе, чтобы пройтись по магазинам, просто посидеть в кафе и потрепаться ни о чем. Тогда они могли себе это позволить, много свободного времени, меньше домашнего задания, меньше забот и хлопот. Сейчас же, будучи на третьем курсе в универе, имея работу (а она была у каждого), помимо всего нужно хорошо учиться, чтобы не вылететь из универа, поддерживать активность в студ.совете и ездить на всякие практики. Возможность увидеться вместе, кроме выходных у них выпадает редко. Выпадает, но, по законам несправедливости, у кого-то одного. Поэтому ради таких моментов Юджи готов пожертвовать лишними часами крепкого сна. Сукуна посреди дня пишет, что последнюю пару отменили, но он пойдет на тренировку — пораньше начнет, пораньше закончит. То, что у старшего появился лишний час-полтора отдыха, несказанно радует Юджи. Почему-то он чувствует себя виновато, собираясь просрать с друзьями лишние деньги, в то время как брат работает не покладая рук. Конечно, Сукуна его точно в этом не винит и тем более не осуждает, Юджи знает это, как и то, что потом тот обязательно припомнит это, когда они поменяются ролями. То есть когда младший будет пахать, а Сукуна отдыхать. — Ну, ты нас короче у входа подберешь? — Кугисаки смачно хлопает надутым шариком жвачки. Юджи шагает рядом, пары, слава всему святому, закончились, и им остается подождать минут тридцать, пока Мегуми заедет за ними, чтобы поехать в центр. — Окей, — фыркает подруга и косо поглядывает на Итадори. — Ага, наберешь тогда. — Без всяких прощаний Нобара скидывает звонок и убирает телефон в сумку. — Пошли в кафетерий что ли, пока наш водитель доберется, успеем кофе попить. — Я все деньги на обед потратил. — Бурчит Юджи, но послушно плетется следом. — Ну, в обед нас кормил ты, сейчас моя очередь. — Кугисаки легко пожимает плечами. Ухватываясь за перила, она с легкостью, в один прыжок преодолевает половину лестницы. И в следующий уже оказывается внизу. Мегуми является куда раньше обещанного. И это было бы хорошо, но Кугисаки, которая, не торопясь, потягивает свой уже едва теплый кофе, приходит в негодование. И стоит только оказаться на улице, накидывается на брюнета. — Я от нее еще утром подзатыльник отхватил, — Мегуми вскидывает брови и переводит на подругу вопрошающий взгляд. — Будет в следующий раз думать о том, чтобы ставить нас в известность. — Фыркает она, всем своим видом показывая, что спорить лучше не стоит. Но Фушигуро, на то и Фушигуро. — От твоего подзатыльника мозгов у него больше не станет. — Парень закатывает глаза и, разворачиваясь, спешно семенит к воротам. — Пойдемте уже, а то к вечеру в центр не доберемся. Чуть поодаль от железных ставней стоит глянцевый, явно новый Lexus LS, уже с тонировкой, с именным регистрационным номером. Юджи на пару с Нобарой замирают на воротах. Конечно, они знали, насколько богата семья Фушигуро, еще знали, что тот неровно дышит к машинам, вообще ко всем, и даже то, что друг в последнее время менял машины, как перчатки, они знали, но все это не мешает им уронить челюсти. — Когда успел? — выдыхает Юджи ошарашенно и касается кончиками пальцев капота, проведя вдоль, к лобовому стеклу. — Еще недели две назад, все никак не удавалось случая показать вам, — брюнет клацает кнопкой и машина, подмигивая фарами, приглашающе взвизгивает. — А упомянуть и момента не было. — По такому не нужно искать повода, — фыркает Кугисаки и забирается на задние сиденье. — О таких покупках говорят прямо. — Заканчивает она свою мысль и садится, как раз между водительским и пассажирским. Юджи восхищенно оборачиваясь назад, обводя взглядом каждый кусочек салона. — Пахнет, — протягивает он, легко жмурясь. — Охренеть. Благодаря Мегуми в машинах они с Кугисаки разбираются неплохо. Так что Юджи тыкает по дисплею, настраивает беспроводную сеть, и уже через секунду из колонок льется музыка. Не сговариваясь, Юджи с Кугисаки принимаются покачивать в такт басам. — Боже… — Мегуми красноречиво закатывает глаза на то, с каким буйством друзья принимаются еще и трындеть в такт — пением это никак назвать нельзя.

***

Район Раппонги у них вне конкуренции: Кугисаки любит бродить по многочисленным брендовым магазинам, Юджи обожает здешние рестораны и забегаловки, а Мегуми любит и за то, и за другое, и еще за красивые виды ночных высоток, красивые парки и музеи со всяким барахлом. Как только брюнет паркуется на подземной парковке, Нобара сразу тащит их к лавкам с сувенирами — зачем ей очередной брелок, который она потеряет уже к концу этого дня, парни без понятия, но возражать возбужденной подруге считается между ними грехом. Да и вообще опасно. Девушка, в прошлом трехкратная победительница региональных соревнований по карате, может врезать в солнечное сплетение один раз, но запомнится этот удар на всю жизнь. После сувенирной лавки, в которой все да взяли себе что-нибудь бесполезное, Юджи еще и брату прихватил, они отправляются в ресторан. После сытного, а главное халявного обеда (спасибо папочке Мегуми), они проходятся по магазинам одежды. «Пройтись» растягивается на пару часов, и когда ступни ломит от усталости, а руки от тяжести, Кугисаки никогда не пренебрегает своими деньгами, а уж когда Фушигуро, закатывая глаза, сует ей в руки свою карту, то все заканчивается тем, что пакеты в багажник машины не влезают, не хватает задних кресел, и Юджи вечно приходится с трепетом и страхом держать на коленях те, что не влезли. «Самое главное — Кугисаки довольна, а остальное неважно», — думает Итадори, запихивая на заднее сиденье пакеты. — Как насчет кофе? — улыбается подруга и кивает головой на маленькую кафешку. — Неплохо было бы. — Бурчит Юджи, с удовольствием потягиваясь и разминая ноющие мышцы. В компании друзей никогда скучно не было, даже сегодня, но все же прогулке за шмотками с Кугисаки, он бы предпочел несколько смен подряд в клубе. — Платишь ты. — Фыркает он вдогонку девушке. Мимолётно оборачиваясь, Кугисаки моргает глазами в согласии и уносится к барной стойке. — Она сегодня прям с цепи сорвалась, — шепчет Мегуми на ухо Юджи, когда они уже занимают столик в самом дальнем углу. — У нее ничего не намечается? — продолжает он тем же шепотом. — Нет, — покачивает Итадори, одновременно с этим тянется к телефону. — По крайней мере она еще ничего не говорила. Сатору |18:06|: Я только вернулся домой. Сатору |18:06|: Первый рабочий день выдался очень тяжелым Сатору |18:07|: Как твой первый день на учебе? Юджи мимолетно улыбается, совершенно не замечая пристального взгляда друга. Вы |18:07|: Не так ужасно и утомляюще чем поход по магазинам с подругой Сатору |18:08|: *вложение* это те самые блинчики Рот наполняется слюной, стоит открыть фото. Пусть Сатору не профессиональный фотограф, но он явно старается: на белой тарелке, сложенные треугольником, румяные и запечённые лежат блинчики (их вкус парень, наверное, навсегда запомнил), от тарелки симметрично были расположены три соусницы, со сгущенкой, малиной, и наверное, вишней. Вы |18:08|: Они выглядят так апетитно: ( Вы |18:08|: Хочу эти блинчики ( Сатору |18:09|: Они не так аппетитны как ты Щеки, совсем немного, но предательски краснеют. Юджи борется с желанием растереть их ладонями и уткнуться носом в сгиб локтя, чтобы скрыть эту дурацкую, расползающуюся улыбку на пол лица. Вы |18:10|: В следующий раз, когда будешь заказывать сладости, не ошибись номером Вы |18:10|: (｡•̀ᴗ-)✧ Сатору |18:11|: Хорошо, булочка — Сотри с лица это тупое выражение, оно меня бесит, — Юджи смущенно шмыгает носом, прячет телефон обратно в карман и поднимает глаза на Кугисаки. Та, встречаясь с ним глазами, морщит нос и, кидая сумку, садится напротив парней. — Это Сатору? — Тонкая бровь Мегуми немного поднимается, и когда Юджи в подтверждении кивает, так же аккуратно возвращается на место. Итадори пристально отслеживает ее движение и, не видя в этом жесте ни грамму раздражения или злости, окончательно успокаивается. Обычно брюнет откровенно высказывался обо всех партнерах Юджи, но в этот раз почему-то молчит. И в переписке ни слова о том, что как-то против нового ухажера, ни сегодня, хотя моментов было достаточно. Можно ли это считать своеобразным одобрением? — Потом с ним еще потрепешься, — делая глоток кофе, девушка довольно стонет. — Слышала у нас по проектированию препод молоденький. — Ммм? — Юджи заинтересованно вскидывает голову, отрываясь от помешивания кофе. — Без понятия кто, но точно молодой. — А проектирование у нас… — В середине семестра, — напоминает девушка и сюрпает напитком. — Давайте о чем-нибудь, кроме учебы? — Шикает Мегуми, тоже пробуя свой напиток на вкус. — А о чем еще разговаривать? — Кугисаки стреляет в друга злым взглядом. — А может просто помолчим? — Юджи хмурится, друзья сегодня через чур заведенные, понять их он может, но вот допустить новой перепалки — нет. Не сговариваясь, Кугисаки с Фушигуро тихо фыркают и каждый утыкается в свой напиток. Настает блаженная тишина, и в ней каждый ощущает огромную усталость: тянет ноги, стопы просто горят. Мегуми морщится от головной боли. Юджи, тяжело вздыхая, распластывается на спинке дивана. Кугисаки заторможенно смотрит в одну точку на столе, явно в мыслях прикидывая, сколько ей сегодня еще предстоит работы, вещи нужно расфасовать: старые перебрать и желательно спихнуть кому-то, места в шкафу не хватит, а тревожить Маки по этому поводу — самоубийство. Несмотря на усталость и короткие перепалки, внутри сладко ноет, а сознание того, что у тебя имеются такие друзья, рисует на губах улыбку. — В следующий раз давайте не будем ходить по магазинам, а сразу засядем допоздна в какой-нибудь кафешке… — И обожремся? — Ехидно фыркает Кугисаки. Несколько секунд тишины и они взрываются хохотом. — Ну, у нас по другому не бывает, — Итадори пожимает плечами, широко улыбаясь. — Или обойдем все парки Роппонги, — хихикает он, искоса поглядывая на брюнета. Мегуми, сжимая в руках стаканчик кофе, легко и непринужденно усмехается. Отрывая от стаканчика взгляд, парень скашивает глаза на свои часы и достает бумажник. — Давай, до закрытия еще два часа, — хмыкает он, кидая в друга картой.

***

Что ж, кассу той кафешки они знатно пополнили и, действительно, объелись. После прошлись по парку к парковке, где Мегуми оставил машину, и сейчас — довольные и сытые едут домой. Юджи осторожно прижимает к себе пакеты Нобары, сама девушка сладко сопит, зарываясь в свои покупки. Мегуми расслабленно ведет машину — трасса практически пуста, но он не спешит гнать, решая насладиться последним получасом в кругу друзей сполна. — Как дома? — на грани шепота спрашивает Итадори и поворачивает голову, встречаясь с синими глазами друга. — Все так же, — ворчит тот, морщась. — Цумики вроде должна приехать в конце месяца. — Это замечательно! Я так давно ее не видел. — Восклицает Юджи и тут же обеспокоенно оборачивается назад, проверяя, не разбудил ли подругу. — Сколько прошло? — Два года. — Выдыхает парень, мягко притормаживая на красный. Рядом по правую сторону останавливается черный внедорожник, Мегуми даже не может взглянуть на водителя — высота своего автомобиля не позволяла, а смотреть в чужие стекла стало уже привычкой. — Она уже выпустилась, так что, — брюнет сухо усмехается. — Отмазываться больше нечем. Отец уже давно ждет ее возращения. — Так он ведь и отправлял ее в Америку, чтобы она налаживала связи? — Юджи озадаченно нахмуривается. — Вроде речь шла о новом филиале? — Я без понятия, что у него в планах. — Хмыкает друг, плавно трогаясь с места, стоит только желтому один раз предупреждающе моргнуть. — Он не посвящает, я не лезу. — Как сложно, — бормочет Итадори. Ютясь в кресле, он немного сползает вниз, сонливость накатывает с каждым километром все сильнее. — Как по мне — нет денег, нет проблем. — Фушигуро коротко хохочет, еще один поворот и можно будет будить Кугисаки. — Ну, конечно, когда их нет совсем, тоже плохо. Когда их умеренно — вот тогда нормально. Нобара просыпается сама, стоит только подъехать к ее дому — чувствует что ли. Парни, сопровождая ее на этаж, прямиком до двери съемной квартиры, торжественно пронаблюдают, как Маки распахивает свои глаза в шоке, а потом дает подруге хорошую затрещину. — Это карма! — Хохочет Юджи и спешит скорее унести ноги, пока девушка не решила вернуть обратное. — Как там твой брат? — спрашивает Мегуми, когда они уже едут домой к Итадори. — Ну, — протянул парень, кусая нижнюю губу. — Знаешь… В общем… — Юджи, — брюнет мельком глядит на друга. Он не любит, когда друг мямлит — он вообще не любит мямль. Фушигуро за экономию времени и нервов. И если его окликнуть в толпе, тот лишь кинет что «нет времени» и исчезнет из виду. — Я не должен лезть в это. — Вздыхает тот. — Понятно, — тонкие пальцы на руле сжимаются чуть сильнее. — Давай проясним это. Я бы может сошелся с ним. Но отец, — Фушигуро не скрывает пренебрежения в своем голосе и кривится, словно от настигшей внезапно мигрени. — Узнает, разорвет в клочья. Тем более… — Мнясь и прокручивая в голове мысли, Мегуми все же выдыхает. — Нишимия Момо, это имя тебе о чем-нибудь говорит? — Нишимия… Нишимия… — Глаза Итадори широко распахиваются, рот приоткрывается. — Дочка директора департамента…ммм, международного сотрудничества? — Угу. — Охренеть, — выдыхает Юджи. — Это вроде такая коротенькая блондинка? — Ага, учится на международном, в моем универе. — Друг вновь кривится, поддаваясь неприятным воспоминаниям. — Пришлось пересечься пару раз — такая самоуверенная сучка. — Ну, ее отец глава целого департамента, — Мегуми закатывает глаза. — Имей я такого папочку, тоже может быть ходил с задранным до небес носом. — Тебе мало моих денег? — Друг оскорбленно выдыхает и хлопает ладошкой по бедру Юджи. — Ну, — хитро протягивает тот, прищуриваясь. — Денег много не бывает. — Ты пару минут назад утверждал обратное! — Фушигуро неодобрительно качает головой. — Юджи, это оскорбление для меня. Секундная заминка и парни начинают тихо хихикать, а после уже громко смеяться. — Я похож на сахарную детку? — кокетливо выдает Юджи и, наклоняясь чуть вперед, так, чтобы Мегуми видел его лицо, хлопает ресницами и скромно улыбается. Брюнет вновь дрожит от смеха. — Папочка? — Боже, заткнись, — стонет друг, из-за всех сил стараясь сосредоточиться на дороге. — Признайся, тебе это нравится. — Итадори однобоко ухмыляется, даже скалится. Мегуми, наблюдая как друг расслабленно откидывается в кресле, не переставая смотреть на него и ухмыляться, вдруг видит в нем Сукуну. Он никогда не искал одного в другом — пусть оба как две капли — у них куда более выраженные привычки, которым они не изменяют, и которые говорят о близнецах куда больше и громче, чем словами через рот. Сукуна не умеет быть милым и скромным, как Юджи, даже когда пытался, выглядело это убого, и в каждом жесте было прописано все раздражение и пренебрежение Итадори-старшего. А вот Юджи умеет быть наглым и нахальным, как близнец, и на нем все эти ухмылки, шиканья и акулий оскал смотрятся обыденно. То ли Юджи хорошо вживается в роль, то ли хорошо притворяется, но сейчас Мегуми видит в Юджи Сукуну. Словно они в миг меняются местами, единственное чего не хватает — это неловкой тишины. Мегуми знает о том, что Итадори-старший влюблен в него. Сукуна сообщил ему на первых порах, может по глупости, может потому что чувств слишком много было и их нужно было куда-то деть, а на кого, как не на объект этих дурацких чувств? Сейчас Сукуна и под дулом пистолета не скажет о своих чувствах прямо. Поэтому только подкаты, ехидные замечания, подтрунивания и пошлые намеки — все в его духе. — Просто поговори с ним. — Наконец произносит Юджи. Веселая атмосфера в салоне медленно тает, и ее место занимает усталость и все та же сонливость. — Пожалуйста, не игнорируй это. — Я должен был сделать это еще тогда. — Вздыхает брюнет. — Объяснись с ним. — Я знаю, если скажу, что может быть можно подождать, Сукуна ведь сделает это. — Итадори мягко фыркает и совсем не весело усмехается. — Я просто не знаю почему. — Для меня это очевидно. — Итадори вновь оборачивается и смотрит на друга детства теплым взглядом. Мегуми обескураженно хлопает ресницами, встречаясь с теплым взглядом парня, и возвращается к дороге. — Но не обнадеживай его. Просто скажи как есть, конечно любить тебя он не перестанет, но вам обоим станет легче дышать. А то с каждым днем атмосфера между вами накаляется. — Хмыкает он. — Ладно, — вздыхает Фушигуро. — Хорошо, я тебя услышал. — Но не говори, что это я тебя надоумил. Су оторвет мне голову, если узнает, что я полез в ваше болото. — Ладно, — повторяет брюнет и кивает. Останавливаясь прямо возле парадного входа, на том самом месте, где с утра стоял байк Итадори-старшего, Мегуми поворачивается лицом. — Так значит, у тебя с этим Сатору намечается стабильность? О, наконец, а Юджи уж раскатал губу. — Не могу тебе ничего точно сказать. — Пожимает он печами. — Но он красив, ты видел, заботлив. В целом неплохой, и я нравлюсь ему. — Ну, удачи, — друг как-то неопределенно ведет плечами и морщится. — Может у вас действительно что-то выйдет. — Может быть, — улыбаясь, Итадори распахивает двери. — Давай, до встречи. — Ага. — Мегуми салютирует ладошкой. — Напиши, как доберешься, — кидает Юджи перед тем как закрыть двери. — А то я спать не смогу. — Иди уже, параноик. — Напиши. — Напишу-напишу. Борясь с желанием продолжить спор, парень все же закрывает дверь. Мегуми разворачивается и на прощанье мигает фарами. Юджи поднимается в квартиру лишь после того, как лексус скрывается за поворотом. Сатору |22:13|: Понедельник прошел, до нашей встречи осталось пять дней. Вы |22:13|: Воскресенье не считаешь? Сатору |22:14|: Я считаю, что воскресенье должно уже начаться с тобой Вы |22:15|: В смысле? Сатору |22:15|: Как смотришь на то, чтобы я забрал тебя в субботу со смены, и мы поехали ко мне? Сатору |22:15|: Не думай ничего такого. Просто можем лечь спать, а с утра совершить набег на какую-нибудь лавку Вы |22:16|: Ты меня убиваешь Вы |22:16|: Я не против:) Спать Юджи ложится с широкой улыбкой. Пожелание спокойной ночи от мужчины несказанно греет душу и что-то бередит глубоко внутри. Чувство, словно они знакомы тысячу лет, никуда не исчезает. И Итадори это нравится. Ему вообще нравится то, что происходит сейчас: переписки, шутки, легкий флирт в общении — все это протекает естественно, словно по оговоренному сценарию. Вы |23:04|: И тебе приятных снов