Часть 1. В краю непуганых идиотов
29 июля 2021 г., 17:39
Человек способен почувствовать многое: жару и холод, радость и боль, цвет, вкус, звук. Но как почувствовать то, чего нет? Космос — великая пустота. Неправда, что он холоден. Он непостижим. Сколь яркой и раскаленой ни была бы звезда, она не в силах согреть ничто. Её жар бессмысленнен, пока лучи не встретят на своём пути нечто. Иногда Дарту Вейдеру казалось, что даже нити Великой Силы не беспокоят своим присутствием Великую Пустоту.
В этом лорд ситхов казался самому себе похожим на космос. Пустота сгоревшей души кажется навсегда замерзшей, но ровно до того момента, как вспышка огненной ярости не найдёт виновного.
Только сегодня лорду Вейдеру думать об абстрактном недосуг. Совсем. И это хорошо. Гнев создаёт иллюзию жизни. Да и презирал он себя люто в периоды эдакой меланхолии. Как презирал бы любого другого калеку за проявленную слабость.
Другое дело сейчас. Сейчас по коридорам вражеского корабля движется безупречная машина для убийства. Безжалостная и неотразимая как лавина.
В красном свете аварийных ламп всполохи сейбера почти не видны даже несмотря на полутьму коридора. Впрочем, марать благородное оружие об эту ребеловскую шваль – много чести. Им шеи походя посворачивать, чтобы на пути не мешались, всего и дел. Впрочем, темный лорд ситхов Вейдер слишком разозлен действиями таркиновских идиотов и увлечен погоней, чтобы еще и думать по дороге. Еще шаг, и очередное тело тряпичной куклой отлетает в сторону. Еще немного, и диск с похищенными чертежами будет возвращен. Еще один рывок, и…
Перед Дартом Вейдером разверзлась черная бездна космоса. Корабль мятежников успел отстыковаться. Ситху не хватило буквально минуты. С учетом творящегося на орбите Скарифа бардака, беглеца упустят. Сволочи! Душу скрутило приступом лютой, адресованной всему миру ненависти. Хоть вслед ребелам прыгай. Только Дарт Вейдер давно научился гасить пламя боевого куража и азартной ярости, в считанные секунды превращая их в ледяное безразличие. Он успеет нагнать и лично покарать похитителей.
Вновь полутемный, в багровых всполохах аварийки коридор. Некое шевеление. Силовой удар. Сила отозвалась на очередную смерть разумного. Дарт Вейдер недобитков за собой не оставляет. Еще один из очухавшихся мятежников буквально рыбкой ныряет за спины появившихся штурмовиков. Зря он это. Ситх грубо отпихивает одного из своих бойцов, остальные расступаются. Вейдер потратил лишнюю секунду на оценку ребела. Мелкая шваль, едва ли способная сообщить нечто важное. Контрразведка не расстроится. Да и плевать ситх сейчас хотел на чье бы то ни было мнение. Ярость исчезла, но глухое раздражение требовало выхода. Ради этого лишние секунды на неторопливую расправу со вкусом можно себе позволить.
Коридор захваченного корабля мятежников сменился ярко освещённой палубой ИЗР-а. Офицеры его собственного эскорта едва ни в рассыпную кинулись, завидев шефа в ярости.
– Гранд-мофф Таркин хочет… – пискнул коммуникатор, но тут же хрустнул в железных пальцах, так и не сообщив о сути желаний хозяина «Звезды смерти».
А это что за непуганый идиот по курсу торчит? Адмирал Юларен из таркиновских? Чего надо? Только вопрос не прозвучал. Дарт Вейдер просто выдернул из рук планшет. Оказалось, с информацией об упущенной яхте. Собственность альдераанского королевского дома? Совсем их величества оборзели! Только проку сейчас от этой информации. Разве что отговорка, почему ни одна криворукая зараза огонь по беглецам не открыла.
– Уничтожили?
– Нет, милорд. Но капитан Пиетт в настоящий момент разрабатывает план мероприятий по преследованию…
– Слишком много слов, адмирал.
Главком двинулся дальше, не обращая внимание на зажимающего разбитый нос после силового толчка офицера. Вызывать мостик для ознакомления с планами Пиетта лорд тоже не стал.
– Мой истребитель – готовность номер один.
Дарт Вейдер ни к кому вроде бы не обращался. Но сомнений в том, что его приказ уже исполняют, не возникло. И упаси Великая виновных не успеть к приходу лорда в ангары «Обсидиана».
Практически успели. Космолет уже выкачен на разгонный трек, кабели и заправочные шланги уже убраны. Последний механик из группы обслуживания с тестером в руках спрыгнул с крыла чтобы тут же оказаться на пути не сбавляющего скорость Вейдера. Неуклюжий дебил. Впрочем, озвучивать свою оценку лорд не собирался. Просто отшвырнул помеху с дороги. Не то, чтобы человек ему мешал… Только отшвырнуть не очень получилось. «Верткий, чисто джедай», – раздраженно фыркнул ситх, поняв, что силовой толчок прошел мимо, а механик успел шмыгнуть под стойку: «Если я из-за него настройки радара целенаведения сбил… Пусть лучше сам стреляется!». Вейдер уже начал залезать в кабину, когда его словно свежим ветром обдало, да еще и за плащ сзади дернуло.
– Сэр, энсин-стажер Джораджон Лукас, сэр, – раздалось из-под стойки правого крыла. – У вас рассинхрон работы двигателей. Я отрегулировать не успел, сэр.
– Что-о-о!
– Двигателей... Рассинхрон…– раздалось уже из-под самого днища ДИ-файтера.
И как этот нахал туда ввинтиться исхитрился? Теперь никакой Силой его оттуда не вытащишь. Хотя… Про двигатель лорд сам забыл. Возился, пробуя разные настройки, да не закончил: сообщение от Таркина пришло про чертежи «Звезды смерти», вот и замотался, запамятовал. А этот, надо же, заметил.
– Брысь отсюда, – Вейдер свесился из кабины, чтобы наткнуться на испуганный взгляд своей несостоявшейся жертвы.
– Да, сэр!
Механик, как был – на четвереньках, ухватив ремень тестера зубами, рванул прочь. От силового пинка для ускорения даже бы джедай не удержался. Проводив взглядом кубарем вкатившегося в подсобку механика, Вейдер вылез из кабины и зашагал прочь. И не в двигателе дело. Как сглазили ситха: кураж сдулся, сменившись пониманием того, что как бы ни соблазнительно сейчас рвануться в погоню, но место главкома – здесь, с бардаком на орбите разбираться.
***
Джораджон Лукас завораженно смотрел вслед удаляющемуся главкому и бессмысленно улыбался. Проходить преддипломную стажировку на флагмане лорда Вейдера для парня из глубокой провинции - удача из разряда "чудо чудное". А встретить милорда на десятый день службы - так вообще огонь! Джораджон воспринимал ИЗР как огромный город, попасть в который было праздником. В таком можно жить годами, а с некоторыми жителями так и не встретиться. Это при том, что горожане беспорядочно шатаются по всяким паркам и театрам почём зря. На флоте иначе. ИЗР и его экипаж образуют по сути единый организм, где каждый занимает свое строго определённое место. Не то чтобы места главкома Вейдера и стажёра Лукаса не позволяли им встретиться. Совсем наоборот, учитывая общеизвестную любовь милорда к полётам и технике. Но про любовь его величества Палпатина к опере тоже все знают. Однако это не гарантирует вашу встречу в театральном буфете, где его величество вам замечание сделает. А если такое случится, то едва ли оставит вас равнодушным. Мало того, Джораджон Лукас с детства с замиранием сердца следил за пилотскими достижениями лорда Вейдера, а не за политическими победами императора Палпатина. Так что несмотря на ушибы, пару ссадин и бешено стучащее у самого горла сердце, Джо восторженно следил за удаляющимся главкомом. — Эй, стажёр, ты там как? - поинтересовался старший смены. — Вау! То есть жуть! То есть готов приступить к служебным обязанностям, сэр! — Готов - приступай. Чего расселся? Каждый человек на имперском звёздном разрушителе имеет свое место и обязанности. Значит, встретил ли ты лорда Вейдера или ранкора, а, коли жив остался, то от твоего дела тебя никто не освобождал.***
Космос, конечно, великая пустота, кто спорит. Только он умеет быть величественным и прекрасным. Или ледяняще жестоким, как и обжигающе ужасным. То, что творилось сейчас на орбите Скарифа, поэт назвал бы ужасающе-прекрасным или величаво-трагичным. Бой уже превратился в бойню-зачистку, которая на фоне бездны космоса оставалась завораживающей. Особенно для способного чувствовать азарт, страх и смерть тысяч людей вокруг форсюзера. Только командир "Опустошителя" Фирмус С. Пиетт ни поэтом, ни форсюзером не был. Поэтому на происходящее за транспластилом не смотрел. Ни угрозы вверенному кораблю, ни боевых задач для него там не было. Так чего на творящееся безобразие пялиться? Командир «Опустошителя» Пиетт поприветствовал вошедшего главкома, как положено, и торопливо вернулся к своему пульту. Дело не только в катастрофической нелюбви милорда к праздности подчиненных. Работы реально по ноздри. Милорд Вейдер появился на мостике «Опустошителя» на удивление быстро. И сразу затребовал связь с руководителем орбитальной обороны. Правда к явному ситховому разочарованию вместо намеченной жертвы в объеме голопроектора появился адмирал Юларен. Почему-то с бакта-пластырем на лице. Вроде бы четверть часа назад Пиетт адмирала целым видел? Но по поводу того, где это адмирал на борту его корабля травму получить исхитрился, Пиетт только плечами равнодушно пожал. Краем уха послушал, как Юларен проинформировал главкома о том, что всех виновных в ненадлежащем прикрытии орбиты военной базы он от исполнения обязанностей уже отстранил, а кое-кого и задержал, поэтому обязанности коменданта всего, что осталось от базы на Скарифе, фактически сам адмирал и принял. Лорд раздраженно фыркнул и принялся обсуждать с Юлареном первоочередные меры по восстановлению порядка хотя бы на орбите. В детали Пиетт вслушиваться не стал. Уткнулся в вычислитель. Своих дел по горло. К моменту, когда милорд закончит с административными делами, план операции по захвату альдераанского корвета должен быть готов. Желательно, и корабль на разгонный трек вывести. Иначе бакта-пластырем на морде можно не отделаться. Хотя, это Пиетт так, не от души подумал. Во-первых, милорд сегодня просто на редкость спокоен. Иначе, Юларен сперва бы схлопотал люлей, а уж потом владыка Вейдер обратил бы внимание на то, что на другом конце кто-то не тот. А во-вторых, если местные отстраненные-задержанные раздолбаи не встретились с ситхом, это вовсе не значит, что им повезло. Нет, кого-нибудь Дарт Вейдер сегодня непременно пришиб бы. Но многие отделались бы кучей травм и последующим увольнением со службы по состоянию здоровья. Большинство своих жертв милорд оформляет как боевые потери. А вот безвозвратные или санитарные, это уж кому как повезет. Только всем этим Дарту Вейдеру заниматься сегодня не придется. Это плохо, ибо времени на подготовку у Пиетта остается куда меньше. А вот что хорошо, так это то, что лорд лично за альдераанцами не погнался. Были у капитана такие опасения. Тогда бы пришлось сперва космолет милорда со сгоревшим гипердрайвом подбирать, и только потом за мятежниками гнаться. Потому как капитан «Тантива», надо думать, не дурак. Видел, что никто крупный ему вдогонку не бросился. За мелочью, типа истребителей, не уследишь? Так для того, чтоб ее с хвоста сбросить, достаточно дюжину раз скакануть в гипер. Даже модернизированный ДИ-файтер лорда больше десяти прыжков подряд не вытянет. Теперь же все проще: выждать, пока «Тантив» совершит эти беспорядочные скачки и лишь потом пойти на перехват. Благо в отличие от небольшой, привязанной к оборудованным трассам яхты, ИЗР может переть почти напрямик. Особенно, если успеть просчитать наиболее вероятные маршруты движения беглеца. Ибо даже в беспорядочных прыжках ИИ «разрушителя» наверняка найдет некую логику. А о промежуточных точках выхода регулярно сообщает подсаженный на борт мятежников «маячок». Или кто-то сомневается в том, что «Опустошитель» успел выпустить соответствующий зонд-шпион? Впрочем, на помощь капитану Пиетту, сам того не подозревая и наверняка не желая этого, пришел гранд-мофф Таркин. Вышедший на связь с милордом прямо на мостик чиновник принялся требовать от Вейдера принятия немедленных решительных мер по преследованию и поимке беглецов. Нет, командир «Опустошителя» далек от мысли о том, что обиженный лорд специально, назло гранд-моффу будет задерживать операцию. Не дети малые, чтобы назло мамке уши отморозить: завалить ответственное дело с непростыми для всех последствиями. Просто Таркин оказался столь многословен, что у Пиетта появилась лишняя четверть часа на завершение расчетов. Наконец губернаторское пустословие вывело вообще-то спокойного сегодня владыку Вейдера из себя. О чем окружающих оповестил удушливый кашель вдруг смолкшего Таркина. – Я вас услышал, гранд-мофф. До встречи у базы мятежников. – Где? – прохрипел настырный губернатор. – На Явине. Конец связи. Не дожидаясь, когда изображение несколько опешившего Таркина сожмется в точку и окончательно исчезнет, Дарт Вейдер повернулся к объему голосвязи задом, к капитану Пиетту передом. Офицеру только и осталось, как мысленно посетовать на то, что не успел уточнить, где этот невесть откуда возникший в планах главкома Явин находится. Но к облегчению звездолетчика милорд заговорил об ожидаемом. – Где беглец? – Выходит на Судоходную линию 5709-DC в сторону Внешнего Кольца. В районе системы Тату возможен переход на Старый Кореллианский путь, Триеллусский торговый маршрут либо в Кристальный коридор в обе стороны. – Значит, будем перехватывать под Татуином. Начинайте движение. – Есть, сэр. Пиетт готов поклясться чем угодно, что ни о чем, кроме выхода на трек гиперперехода он не думал. Но ситх в очередной раз почувствовал не то, что невысказанное, но и толком необдуманное. Это всегда выбивало капитана из колеи, но сегодня еще и удивило, ибо милорд оказался склонен давать пояснения. Редкостное благодушие с его стороны. И главное, с чего бы? – Нет, из-под Татуина к Явину мы едва ли пойдем. Место, конечно, примечательное, но главное его достоинство: оно достаточно далеко, чтобы Таркин не мешался нам под ногами. – Да, сэр. Последнее оказалось адресовано уже скрывающемуся плащу ситха. Капитан с непроизвольным облегчением провел рукой по лицу. На пальцах остались капли ледяного пота. Неужели его страх так очевиден со стороны? Себя-то Пиетт вполне успешно убедил в отсутствии страха, только холодный расчет. Ужас всея галактики, ситх-убийца – это его, Фирмуса Сорела Пиетта, карьерный трамплин. Нервы – нервами, а сегодня он может сделать еще один, совсем немаленький шаг к личному успеху. Склонность киборга чуть расширить сферу общения за рамки «приказ-отчет» – явный знак расположения главкома к офицеру. Лишь бы не ошибиться с точкой встречи мятежников… Только, кто не рискует, тот не пьет коррелианского. Вон в цирке целые династии дрессировщиков ранкоров имеются, и ничего. Главное, чтобы мысленное сравнение Вейдера с ранкором, а себя с укротителем при милорде не промелькнуло.***
Младшего лорда ситхов не надо убеждать в том, что ситх управляет своими эмоциями, а не наоборот. Да и яростное возбуждение схватки давно прошло. Гнев уже не застилает глаза, душа не жаждет крови. Только привычного равнодушия глубокой заморозки им на смену сегодня не пришло. Что-то внутри заставляет беспокойно трепетать струны Великой. Некая рябь тревоги или предвкушения никак не успокаивается. Сила предупреждает его об… нет, не об опасности. Чувство клубящейся угрозы слишком хорошо ему знакомо. Здесь что-то иное. Словно привычный мир занял стойку приготовившегося исполнять тройное сальто гимнаста. Что-то смутно похожее Вейдер чувствовал накануне того дня, когда на пороге лавки татуинского старьёвщика возник джедай Квай-Гон Джинн. Хотя, может это просто фантазия разыгралась. А неловко владыке тьмы от того, что воевать ему пришлось с сопливой девчонкой. Угу, на перехваченной яхте старшей оказалась как-бы-сенатор от Альдераана девятнадцатилетняя принцесса Лея Органа. Почему как-бы-сенатор? Так Дарт Вейдер имел удовольствие несколько раз слушать ее выступления в Сенате. Реально с удовольствием слушал, потому что девица сперва пару минут заунывно читала написанный для нее высокопарный и пустой текст, потом демонстративно отворачивалась от телесуфлера и начинала рубить правду-матку от всего сердца. Называла воров – ворами, идиотов – идиотами, а работорговцев – работорговцами. При этом не щадила ни своих, ни чужих. Получали все: и моффы, и сенаторы, и региональные правители, и их имперские коллеги. Практического результата от таких правдорубских речуг – фелинкс наплакал, но, похоже, девочку это совсем не волновало. А вот организовать сколько-нибудь эффективное отражение вторжению группы захвата мадмуазель Органа не сумела. И слава Великой. Потому что его парни отнеслись к зачистке посольской яхты слишком легкомысленно. В результате имеет семерых раненых и двух убитых. Раненых, когда оклемаются, как и всех прочих ждут незабываемые часы на лучших полосах препятствий галактики. Но мерзкий осадок от нечисто сделанной работы все равно имелся. Нечисто еще и потому что украденных чертежей так и не нашли. Конечно, надежно припрятанные в некоем тайнике, они наверняка сгорят вместе с яхтой в недрах одного из Братьев. Но осадочек, как говорится, остался. В результате пребывающий в растрепанных чувствах ситх шлялся по кораблю в ожидании результатов осмотра «Тантива» и допросов экипажа. Трясти Органу он собирался сам, но предварительно хотелось иметь на руках какие-никакие козыри. Стремящийся занять себя чем-нибудь умеренно кровожадным Вейдер оказался на посадочной палубе, где дежурный офицер отчитывал замерших перед ним пилотов. – Да ты хоть знаешь, щенок, сколько такая торпеда стоит? В той заднице мира, откуда ты родом, за эти деньги можно школу построить. Или даже две. А ты ей по мусорным бакам стрелять вздумал! Вы оба у меня до конца практики палубу драить будете. А на космолеты только на картинке смотреть! Два совсем молодых парня виновато опустили головы. Не то, чтобы Вейдеру стало интересно. Скорее чем-ничем занять себя захотелось. – Что здесь происходит? – Разрешите доложить… – начал дежурный. – Не разрешаю. Пусть виновные сами докладывают. – Энсин Джораджон Лукас, коридское летное, преддипломная практика, сэр, – решительно шагнул вперед один из парней. Тот, что постарше и что показался лорду смутно знакомым. – Выполнял тренировочный полет в паре с второкурсником Зевулоном Вирсом. Учебная задача – патрулирование зоны действия ИЗР. Во время полета наблюдали отделение непилотируемого объекта типа спасательная капсула от задержанного корвета. Согласно инструкции я приказал Вирсу уничтожить подозрительный предмет. После касательного попадания в него из лазерной пушки обьект сменил траекторию движения и опасно приблизился к космолету ведомого. Я испугался, что курсант Вирс не сумеет уклониться, и выстрелил торпедой. – Хм, каридское летное? Сдается мне, еще утром вы, энсин, были механиком? – Так точно, сэр. Руководитель практики посчитал, что перед началом самостоятельных полетов нам следует повторить матчасть. Десять смен выпускающим механиком. Сегодня как раз последняя была. – Первый полет, значит? – В рамках прохождения практики – первый, сэр. – А у вас, курсант Вирс? – Первый без инструктора, милорд. – Вот вы-то и начертите схему вашего полета. Вирс от беспомощного взгляда в сторону товарища не удержался, но взял себя в руки и весьма уверенно начертил траектории движения всех трех бортов. Особенно Дарта Вейдера заинтересовало время старта странной капсулы. Похоже, чертежи можно больше не искать. Прямое попадания протонной торпеды гарантирует их уничтожение с десятикратным избытком. Только вслух это лорд естественно не сказал. – Как планировали уклоняться от столкновения? Тут Вирс-младший поплыл. Похоже, действительно, растерялся настолько, что даже задним числом не находит решения. Выходит, вмешательство ведущего было уместным. Только не благодарность же объявлять раздолбаю. Пусть ему Максимилиан мороженое купит, а от Дарта Вейдера не дождется.
