Кинковое ассорти

Она всегда раздевалась сама и быстро, никогда не тратила времени на лишние нежности, всегда быстрее стремилась к самому процессу. Он не успевал моргнуть глазом, как она оказывалась рядом и уже без одежды, как она запрыгивала на него и роняла его на кровать, как она прижималась к нему, и начинала действовать. И да, безусловно в этом был какой-то шарм, можно было воспринимать на свой счет и думать о том, что возможно ей хочется как можно скорее оказаться в его руках, но однако же иногда, ему хотелось растянуть этот процесс, удлинить прелюдию. Потребовалось приличное количество ночей, когда он только притворялся пьяным, чтобы начать понимать в чем проблема. Она всегда молчала. Он не стеснялся в речах, никогда не ограничивал себя в возможности сказать, единственный способ заставить его умолкнуть - это было заткнуть ему рот. Она научилась это делать в первую очередь. Ему в какой-то момент казалось, что она целует его каждый раз, когда он открывает рот, но так было не всегда. - Какие жесткие простыни, когда ты кидаешь меня так на них, все таки, я же не… Мффффффф - она закрывает ему рот своим практически сразу же, скидывая свой платок с головы уже в процессе, параллельно стягивая его резинку с хвоста и запускай пальцы в волосы. Он стонет в поцелуй от удовольствия, и обхватывает ее за талию, грея пальцами ее ледяную поясницу, которую вечно охлаждает глаз бога - Рия, радость моя, ты прелестно целуешься, однако позволь мне хоть немного поныть, ведь по контрасту с этими простынями твоя кожа меня буквально ласкает. Она замирает и вздрагивает, крупно, почти всем телом. Он смотрит ей в лицо, пытаясь понять, что произошло и что не так, но видит лишь совершенно растерянные глаза, и легкий, почти незаметный румянец на ее щеках. Она выглядит так, как будто услышала что-то, чего не слышала никогда. Ему хватает десяти секунд, чтобы понять, в чем дело. Она не успевает отследить его, он кажется вообще пропадает из под нее, появляется рядом, резко перехватывает ее руки и опрокидывает ее на подушки. Она смотрит на него все еще немного расфокусированым взглядом и не понимает, что происходит, и пока она не пришла в себя, он склоняется к ее уху и ласково шепчет "Умница". Ее выгибает на постели, она вжимается в него, и он тихо рассмеявшись продолжает: - Какая ты молодец, правильно, сейчас надо еще ближе. Смотри на меня, пожалуйста, позволь мне сегодня побыть главнее. - он быстро смаргивает уже свое удивление, когда слышит от нее стон, она никогда раньше не позволяла себе, даже в моменты самого острого наслаждения, ее максимум был просто что-то промычать, падая на него сверху - а тебе похоже и правда не хватало этого, да милая? Не сверкай так на меня глазами, я сейчас даже не шучу. Он перехватывает ее руки, сжимает их, крепко, не давая ей вырываться, впервые наверное проявляя какую-то силу в рамках их постели, и прежде чем она успеет осознать и возмутиться, снова хвалит ее на ухо. Он шепчет про то, какая она красивая. Про то, что ее растяжка и изящность возбуждают его невероятно. Про то, как ему нравиться ее реакции, то, что она открыта сейчас. Про то, как он гордиться ей, что она позволяет себе эту открытость и расслабленность. Что сейчас позволив себе расслабиться и передать ему полностью контроль, она в очередной раз подтвердит свое звание самой потрясающей женщины Монштада.