Амнезия

Прошлое

Чонгуку скоро 16, а Тэхен только-только отметил своё совершеннолетие. Миссис Чон всегда знала, что нужно сыну, поэтому он не имел привычки что-то клянчить. За день до празднования юноша заскочил в храм и, краснея от собственных мыслей, пролепетал, обращаясь к высшим силам: «Хочу… Поцелуй…» И пулей ринулся прочь. Над ним, наверное, все ангелы потешаются там. Нормальные парни в его возрасте вопрошают о чем-то более серьёзном, а он молит о поцелуе. «С другой стороны», — убеждал себя Чонгук. — «Я ведь тоже человек, и у меня есть свои потребности. В нашем классе все мальчишки уже целовались, а я чем хуже? Господи, да пускай она даже не будет суперской красоткой (хотя, по правде говоря, в партнёршах он представлял себе кого-то сравнимого с Галь Гадот)» Из гостей были какие-то незнакомые Чонгуку ребята разных возрастов, дети маминых подруг. К слову, все занимались своими делами и всем друг на друга было плевать. А потом на пороге появился Ким Тэхён. Мало кто из местных девчонок не сходил по нему с ума. Просто для кого-то это было пройденным этапом, в то время как у других всё только начиналось, продолжалось, или же они попросту не имели понятия, кто такой Тэхён. (Пренебрежем тем небольшим процентом людей, которых он не привлекал) В любом случае, даже если принять к сведению тот факт, что его не мог знать каждый горожанин, на данном мероприятии незнакомцем он никому не приходился. Вполне вероятно, что по известности он стоял на втором месте после Ли Минхо. Симпатичная брюнетка возраста Чонгука замялась и покрылась багряным румянцем, поймав взгляд Тэхёна на себе. Правда, он тут же перевёл его на именинника, расплылся в улыбке и подскочил к Чонгуку с небольшим подарочным пакетом в руке. Парень потянулся к младшему, чтобы шепнуть что-то на ухо, и Чонгука резко как током прошибло от такой близости. Тэхён не придал этому никакого значения и, прилипнув к мочке губами, загадочно проговорил: «Вскроешь после праздника». — Какие мы таинственные, — вполголоса сказал Чонгук. — Ты ведь так заботишься о своей репутации. Не хочу, чтобы все эти гости подумали неправильно, — безрадостно пояснил Тэхён. Чонгуку отчего-то вдруг стало неловко. Упоминание репутации прозвучало как камень, брошенный в его огород. Однако юноша решил просто выкинуть из головы эти бессмысленные рассуждения и пригласил друга за стол. Их примеру последовали остальные ребята. Старший по-хозяйски распорядился оставленными на столешнице салатами, поделив их на каждого и разложив по тарелкам. Потом разлил по стаканам персиковый сок и демонстративно вытащил из-за пазухи бутылку пенного. Гости вытаращились на него с нечитаемыми эмоциями, но у брюнетки и парочки других детей чётко прослеживалось восхищение. Чонгука такое показушничество давно уже не впечатляло, хотя, признаться честно, некогда он на него всё-таки купился. Тэхён просто обожал публику. Обожал внимание, прикованное к нему, и делал всё для того, чтобы его получить. Порой Чонгуку казалось, что парень живет в своём мире, где никто не знает о чувстве стыда. Возможно, людей влекло к нему не столько безумство поступков, сколько позиция Тэхёна относительно этих действий, да и жизни в целом. Чонгук, пожалуй, западал на эту черту характера не меньше остальных, правда в силу различных (весьма очевидных) обстоятельств признать любого рода симпатию к парню он не мог.

***

Тэхён всегда поступает спонтанно. Берёт то, что хочет, делает, что вздумается. А сейчас в полумраке крадёт чей-то первый поцелуй. Хотя, конечно же, он знает чей. На небесах живут те ещё шутники, как ни посмотри. Это произошло спустя пару часов после застолья. Чонгуку внезапно захотелось занести все подарки в комнату, а Тэхён увязался за ним. Потом они вместе вскрыли матовую коробочку от старшего, и Чонгук, вынимая из неё золотую подвеску, вопрошающе взглянул на ухмыляющегося приятеля. — Лимитированная серия? — догадался младший. — Именно так! Нравится? — Дорого наверное… — Пустяки. К тому же, это всего лишь дополнение к основному сюрпризу. — И что же это за «сюрприз»? Как по сигналу Тэхён встаёт на ноги и притягивает к себе Чонгука, вовлекая того в поцелуй. Младший не отталкивает его, но и не отвечает. Правда скорее от неумения, чем от неожиданности. Тэхён же изо всех сил изображает из себя опытного гуру несмотря на то, что для него это тоже впервые. На лестнице слышатся шаги, и они отстраняются друг от друга, но как только за дверью стихает, Чонгук оборачивается, требуя взглядом объяснений. И по одной лишь усмешке старшего подтверждает собственные догадки. Судя по всему, тот слышал вчерашнюю жалкую мольбу в храме. Какой позор! Чонгуку уже никогда не отмыться от него. Позже никто этот эпизод не вспоминал, но, кажется, тот день стал поворотным, окончательно изменив их отношение друг к другу.

Настоящее

За день до того, как всё прояснилось, Тэхён без устали зубрил конспекты в библиотеке кампуса. Ли Чонён крутилась вокруг стеллажей в паре метров от него и рассматривала пожелтевшие корочки давнишних изданий. За окном уже было довольно сумрачно, и студенты давным-давно разбежались по общежитиям. Глаза потихоньку переходили в режим «автопилот» и начинали неуправляемо смыкаться. Девушка чудом успела подхватить голову Тэхёна, когда тот уже готов был приземлиться на деревянную поверхность. А потом в помещение вошёл грозный охранник с хриплым старческим голосом и пронзительным возгласом приказал обоим покинуть университет. В попытке изобразить из себя интеллигента юноша проводил однокурсницу до двери её апартаментов и на минуту замялся у порога. Чонён пригласила его войти внутрь, заверив, что её соседка будет отсутствовать ещё пару дней и не сможет возразить на присутствие гостя в их квартире. И Тэхён принял её приглашение. Они попили сладкий лавандовый чай, перекусили лапшой быстрого приготовления, посмотрели какой-то боевик, сюжет которого парень толком не понял, и Чонён начала стелить ему постель на диване, услышав согласие на своё предложение переночевать. Никакого подтекста, скрытого смысла и намёков. Просто район взаправду был небезопасен для ночных прогулок. Утро наступило для Тэхёна раньше обычного. Вместо будильника на смартфоне звучал рингтон, установленный на звонок. На часах было без пяти шесть, это время въелось в его мозг раскалённым трафаретом. — Привет, Тэхён, это детектив Ли Минхо, — послышался в трубке обеспокоенный голос. — Давненько я вас не слышал. Правда, вы немного рановато, я сейчас не совсем настроен на разговоры. — Тэхён нарочно сделал голос ещё более заспанным, дабы побудить мужчину взглянуть на часы. — Мы нашли Чонгука. — отрезал он без всякой радости, и юноша заподозрил неладное. — Вы ведь не только это хотели сказать? — понуро пробубнил Тэхён, отмахиваясь от всевозможных плохих мыслей. — Дело в том, что… Мы нашли его не совсем в том виде, в котором хотелось бы тебе и всем тем, кто участвовал в поисках, — он немного помолчал, давая парню подготовиться. — Чонгук мёртв. Тебе стоит принять это, как бы сложно оно ни было. Мы все верили в счастливый исход, но в душе понимали, что надежды тщетны. Ты тоже понимал, я знаю, и сейчас нужно просто взять себя в руки и двигаться дальше, слышишь? Тэхён не слышал. Не слышал ничего кроме омерзительного писка, пробирающего до костей. Эти эмоции невероятно трудно передать. Ты словно слышишь историю, ни коим образом не связанную с твоей жизнью, будто бы это всё о каком-то другом, фантомном, Чонгуке из детективного сериала или сопливой мелодрамы. Так проявляется первая стадия — отрицание. Роговицы пересохли, а пальцы на руках стали почти что неощутимы. Тэхён осмотрел комнату вокруг себя, потом встал и прошёл к зеркалу в коридоре. В отражении он впервые увидел незнакомого ему человека. Перед ним стоял худощавый жалкий мальчишка с дрожащими белёсыми губами. Его одновременно хотелось и пожалеть, и отшвырнуть от себя, скривив лицо. Он разделся догола, чтобы внимательнее разглядеть столь незнакомое ему тело, и с отвращением принялся неистово кромсать себе кожу на животе ногтями. Чонён, вынужденная стать свидетелем этого зрелища, в ужасе бросилась к телефону и прокричала в динамик свой адрес с просьбой выслать всевозможные службы. Вскоре в гостиной воцарилось мнимое затишье, но она всё ещё слышала каждый вздох и всхлип за дверью, так и не решившись выйти до приезда скорой и полиции. Юношу увезли в клинику, он не стал сопротивляться. Туда же примчались родители вместе с Минхо, Чонён, успевшая прийти в себя после большой дозы успокоительного, и мама покойного Чонгука. Они столпились у больничной койки, наперебой тараторя незамысловатые слова поддержки, и оставили Тэхёна в покое лишь тогда, когда на пороге появился доктор. Он приспустил одеяло, осмотрел повязку на торсе и сочувственно покачал головой. — Пускай отдыхает, пройдёмте в мой кабинет, дам вам дальнейшие инструкции, — заключил врач и последовал на выход. Мужчина вскрыл коробку с пакетированным чаем и включил электрический чайник. — Я выйду ненадолго, подождите меня здесь, — сказал он и помчался как по чьему-то зову. — Я слышала, Чонгука нашли мёртвым. Это так? — начала было Чонён, но Минхо одернул её, взглядом намекая на присутствие здесь матери погибшего. — Расскажи ей, как оно есть, Минхо, — прошептала женщина и слабо улыбнулась. — Возможно, она единственная, кто останется рядом с Тэхёном и поможет ему встать на ноги. Мужчина сделал глоток газировки и положил девушке на плечо руку. — У одной женщины неделю назад пропал сын, он убежал в лес и заигрался там до наступления темноты. Его быстро нашли, пустяковое дело, лес ведь небольшой. А уже наутро лесник отправился на поиски его велосипеда. Ночью как-то не до этого было, сама понимаешь. Они двигались по маршруту, который показывал ему сам мальчишка, уверяя, что точно помнит, где оставил транспорт. Правда, в какой-то момент свернули не туда и забрели в болотистую местность, где стариком и были обнаружены останки. Сверили по ДНК с родителями, доказали родство, сделали выводы. Нет сомнений в том, что это были кости Чонгука. Обстоятельства смерти выясняются, следствие возобновилось. Чон Донгён резко закашляла с ужасающей силой. Казалось, изнутри ей разрывало в клочья лёгкие, но также внезапно она встрепенулась и оголила прогнившие от табака зубы в одержимой улыбке. Чонён вздрогнула и тут же опустила глаза. Минхо обвёл женщину взглядом, полным сочувствия, и взял в руки ладонь испуганной девушки. Та, в свою очередь, явно смутилась от такого жеста поддержки, и её уши заметно подрумянились. Несмотря на наличие романтических чувств к Тэхёну, Минхо казался ей невероятно привлекательным, но на запястье у него красовался плетёный браслетик. Такое вряд ли можно встретить в крупных мегаполисах, но в деревнях и маленьких пригородных городишках всё ещё встречалась традиция дарить фенечки в напоминание о данной клятве в вечной любви. Тэхён, вероятно, знал об этом обычае, поэтому у Чонён уже тогда закралась идея об изготовлении подобного подарка. Дабы поддержать диалог, Минхо ненавязчиво поинтересовался у девушки об её учебе в университете, потом изъявил желание рассказать глупую историю студенческих лет, поделился трудностями работы в правоохранительных органах, мимолётно затронул Чинхэ, Тэхёна и их подозрительно близкую дружбу с Чонгуком.