Амнезия

Терапия шла без затруднений, с каждым днём Чонгук всё меньше времени проводил в больнице и мог больше времени уделять Тэхёну. Чуть позже ему составили новый график, исходя из которого в поликлинике его ждали только 3 раза в неделю. Старшего распирало от счастья и при первой же возможности он пригласил Чонгука на свидание. Так странно осознавать, что, будучи знакомыми с самого детства, на подобное мероприятие они выбираются только сейчас. Тэхён всё это время активно работал, чтобы помогать оплачивать лечение. Продавал картины, взял себе несколько учеников на живопись. Деньги, пускай, и не сыпались на него с неба, но заработанного вполне хватало на то, чтобы обеспечить себя, Чонгука и даже отослать что-то родителем. Он переехал поближе к больнице и находил время, чтобы отвести и забрать оттуда парня. Но теперь они впервые из дома шли не в поликлинику, а в небольшую уютную пекарню. Пили зерновой кофе, бурно общались и наслаждались друг другом. — А дальше я отведу тебя в весьма банальное место, романтизированное всякими дорамами, но очень дорогое мне. Место, которое помнит все мои слёзы и невероятно ждёт знакомства с тем, кому они были адресованы, — смущённо пробормотал Тэхён и взял Чонгука за руку. Собственно, место само располагалась неподалёку. Они зашли в полуразрушенное здание, огибая рыночные палатки, расставленные вдоль разбитых окон и разрисованных стен. Дальше по частично раздробленным ступенькам на самый верх, где располагалась ржавая лестница. Какую бы тоску ни нагоняли заброшенные сооружения, с Тэхёном ему было комфортно. И думалось, что так было всегда. И в Ёнджэ он просто видел Тэхёна, ведь мозг искал достойную подмену самом едкому и упрямому воспоминанию, которое никаким способом не хотело вылезать из головы. — Думаю, крыши не зря используются в фильмах как некий романтический элемент. Удивлён, как на нас, страдальцев, вообще их хватает. Я знал это место, потому что учился неподалёку и приходил сюда с одной своей хорошей подругой. Она мне его показала, и она же в последствие уступила. — Неважно, сколько режиссёров сняли об этом фильмы. Важно то, сколько чувств ты оставил теплиться здесь и какую историю рассказал открывающемуся отсюда виду, — Чонгук улыбался, не сводив с Тэхёна глаз. — Ты прав. На какое-то время они оба поймали тишину и молча следили за тем, как солнце постепенно прячется за домами. Всё это время Тэхён ощущал себя влюблённым школьником, собирающемся с мыслями для признания. Сердце бешено колотилось, а губы содрогались от желания сказать хоть что-то, ведь это что-то было недосказано в их золотые годы. И в это же время младший пребывал в идентичном состоянии. — Чонгук. — Тэхён. Они сказали это одновременно и тут же потупились в пол. — Я хочу снова сделать это первым, — твёрдо заявил Тэхён, и Чонгук коротко кивнул. — Не знаю, что именно заставляло меня ждать тебя так долго и надеяться на продолжение. Вероятно, я спятил и просто не останавливался перед желанием получить ответ, которого пообещал дождаться. И я всё ещё настроен его услышать, Чонгук! И мне уже не терпится пообещать каждому здешнему кирпичику о том, что нашу историю им придётся теперь наблюдать в прямом эфире! И чувствовать вместе с нами, и хранить наши обещания, слова и поцелуи. Я хочу вцепиться в тебя и никогда не отпускать, быть самым жадным человеком на этой земле. А сейчас я читаю по твоей улыбке и точно знаю, что ты чувствуешь то же самое. Твоё сердце помнит, оно просто не может забыть! И всегда будет помнить, потому что море передаст. Не держи зла, но я не смог сдержать любопытства и подсмотрел твоё желание на песке. Боги уже услышали твоё послание и благословили меня на то, чтобы я предложил тебе стать моим парнем. Чон Чонгук, ответ теперь за тобой. Он улыбался. Улыбался и плакал, расцеловывая каждую родинку, каждое пятнышко и каждый сантиметр на лице Тэхёна. «Придурок! Болван! Дурак! Идиот!» Чонгук улыбался, плакал, выкрикивал всяческие оскорбления и продолжал оставлять мокрые следы на коже, плавно подбираясь к губам, которыми Тэхён успел завладеть раньше него. Они целовались как в последний раз, будто впереди их ждут долгие годы разлуки. Но судьба не оставит их, ведь последние 6 с половиной лет они успели пережить все заготовленные для них чёрные полосы. Впереди лишь неведение, но совсем не пугающее, а наоборот, располагающее и приглашающее утонуть в своих мягких и тёплых объятьях. Они под защитой, небеса их больше не разлучат и не оставят.

Тот, кто хотел вспомнить — сумел не забыть и помог обратить тяжёлое прошлое в счастливый финал тому, кто желал вычеркнуть его из памяти.

2 года спустя

— Какие люди и без охраны! А как подрос наш малыш Чонгуки! Про Донхёка уже и речи не идёт. Будущий похититель женских сердец. Маленький, но по-взрослому разодетый мальчуган вцепился в мамину юбку и с недоверием поглядывал на незнакомых дяденек в то время, как его брат с удовольствием рассказывал про свою новую машинку. — А мы, между прочим, тёзки, — уточнил Чонгук старший и присел на коленки, протягивая ребёнку ладонь, отчего мальчик закричал и залился слезами. Чонгук обиженно фыркнул, на что Наён рассмеялась и взяла сына на руки. — Он у нас избирательный, — пояснила она с улыбкой. С семьёй Минхо они не виделись уже порядка года. Он занялся собой, привёл себя в должный вид и в целом располагал к себе гораздо больше даже на подсознательном уровне. Тэхён времени тоже зря не терял. Вылечил кожу, убитую отвратительным образом жизни, вернул себе былое чувство стиля и взял в привычку следить за порядком в квартире. Закончил парочку педагогических курсов, устроился в частную художественную школу. Чонгук внезапно ощутил тягу к фотографии и ударился в это. Пускай и не слишком успешно, но первые шаги были им уже сделаны, и это дело даже начинало приносить небольшой доход. Родителей Тэхён перевёз поближе на деньги с продажи дома в Чинхэ. Матушка его, пускай и выдавала иногда странные вещи, но чувствовала себя гораздо лучше, получая хорошее лечение. Отец сумел вывести свою деятельность на дистанционный формат и на предприятии появлялся гораздо реже. От Ючона весточек никаких не было. Вряд ли он планировал рисковать и предпринимать попытки похитить Чонгука вновь. Вполне вероятно, что он просто залёг на дно, ведь бизнес его арестовали вместо со всеми счетами. Оставалось только выживать на наличные (впрочем, если они у него вообще были). Так или иначе, он остался лишь персонажем прошлого и сейчас никак не влиял на судьбы Тэхёна с Чонгуком. Сейчас Чонгук намного больше походил на себя прежнего нежели на свой образ Доёна. Те же растрёпанные волосы естественного цвета, мешковатые футболки, джоггеры, подолгу нестиранные кеды. Тэхёну видеть его таким было привычнее, даже несмотря на долгие годы разлуки и не менее долгое (по ощущением) возвращение к старому формату жизни. Помнится, Чонгука и до исчезновения тянуло к финансам, но сейчас эта сфера ощущалась чуждой, из-за бесконечно мельтешащих ассоциаций с Ёнджэ. Подсознательно казалось, будто бы этот путь выбрали за него, поэтому он всячески старался вывернуть своё призвание в другое русло. Фотография же больше привязывала его род деятельности к увлечению Тэхёна. В будущем им хотелось бы связать свои занятия получше и создать что-нибудь совместное, но для начала стоило хотя бы бросить якорь и надёжно закрепиться. Чинхэ, как ни странно, своей кровавой историей ни только не оттолкнул, но напротив привлёк в свои границы немало любителей прочувствовать атмосферу события. Можно с уверенностью сказать, что новость стала визитной карточкой города. И если некто услышал бы сейчас это название, то навряд ли бы рассказал про экологический центр пусанского округа или обширную территорию для развития крупного бизнеса. Намного значимей были различные вариации криминальных рассказов, охватывающих собой и некогда популярную историю про близнецов, и медицинскую байку про серийного маньяка, побег во имя любви и всяческие другие небылицы. Кто знает, было ли это тяжёлое испытание последней проверкой или же им ещё придётся столкнуться с трудностями вновь, но сейчас, спустя 2 года, Тэхён обнимает со спины своего парня как самое дорогое сокровище. Он аккуратно касается губами оголенной кожи Чонгука, собирая с его плеч капли воды, и поглаживает бедра сквозь махровое полотенце. В отражении зеркала портрет их молодости, бескрайняя любовь, непредсказуемое будущее и всё ещё по-юношески наивные надежды на лучшее. Жизнь идёт своим чередом в комфортном для всех ритме. Любовь спасает мир, а в динамиках отдалённо играет акустика и мужской приятный баритон.

Пой, моя молодость! Пой как в последний раз! Он наступит завтрашним днём