Just A Guard/ Просто охранник

Глава 3. Похоже, планы Афинодоры и Дидим изменить мнение Сульпиции не увенчались успехом.  Сульпиция даже не рассматривала другой вариант в отношении их дочери, даже когда Дидим показала свою грудь другой королеве.  И вскоре им пора было уходить, и каждый делал всё возможное, чтобы не обращать внимания на истерику, которую Дидим устроила прямо здесь, на полу, по поводу ситуации. "Мы скоро увидимся, Изабелла", – сказала Сульпиция, серьёзно глядя на Беллу, которая пыталась не смотреть на пол, где лежала Дидим.  Серьёзно, это была одна из королев, которых все боялись? "Каждый отпуск и каждый шанс, что у тебя есть, ты будешь возвращаться сюда. Нам нужно узнать нашу дочь". "Да, я так и сделаю", – сказала Белла, и, несмотря на то, насколько сумасшедшим был последний день её жизни и тот факт, что ей пришлось наблюдать, как древний вампир ведет себя как ребенок, она была серьезна. Она уже чувствовала связь с тремя женщинами. "Кроме того, как только проблема будет решена и вы закончите среднюю школу, вы немедленно вернетесь сюда. Чтобы быть обращенной и присоединиться к нам в качестве принцессы Вольтерры", – сказала Афинодора, явно недовольная из-за того, как всё обернулось. Она пыталась убедить их дочь, но Белла ясно дала понять, что хочет закончить образование.  Между ними произошло много споров — а королева не привыкла к тому, что кто-либо перечил ей, кроме её товарищей — чтобы в итоге Белла согласилась вернуться и быть обращенной после школы в первую очередь для того, чтобы она была обращена ими.  Если бы у Беллы всё было по-своему, она бы вечно ждала этого глупого, чопорного дурака вампира, который никоим образом её не заслуживает; Афинодора знал это, даже не заглядывая в разум Эдварда, как это сделала Сульпиция. Говоря об этом маленьком засранце, он снова почувствовал необходимость высказаться, и он осмелился даже явно поспорить с ней прямо на глазах у её партнёров и её охранников: "Этого не произойдет, Белла будет в безопасности с нашей семьей, и на самом деле нет причин возвращаться сюда". Афинодора и Сульпиция зарычали.  Дидим даже вскочила с пола, чтобы схватить Эдварда за шею, глядя ему в глаза. "Слушай, мальчик. Это наша дочь, и тебе повезло, что мы оставляем её на попечение твоей семьи. Тебе ещё больше повезло остаться в живых, потому что, если бы Белла меньше заботилась о тебе, мы бы сожгли тебя в ту секунду, когда мы узнали обо всех опасностях, в которых ты её подверг", – прошипела Дидим. "Ни на секунду не думай, что ты имеешь право даже поговорить с кем-нибудь из нас снова. Ни слова. Тебе ясно?" "Эм, Дидим?" – нерешительно спросила Белла, положив руку королеве на плечо, так как она знала, что сейчас лучше не волноваться, даже если это было из-за Эдварда. Лицо Дидим сразу же просветлело, когда она повернулась к Белле. "О, Белла, моя дорогая, ты же знаешь, что тебе не нужно колебаться рядом со мной!" – воскликнула она.  Бросив Эдварда, как мусор, она повернулась к дочери и схватила её в опасно крепкие объятия. "О, дитя мое, я не могу поверить, что старая Сульпиция позволяет тебе уйти. Я не могу дождаться, пока эту маленькую сучку, посмевшую угрожать тебе, зарежут самым мучительным способом". Сказав это, она сосредоточилась на Джейн и Алеке. "Вы слышали меня, не так ли? Я хочу, чтобы она страдала". "Конечно, моя королева", –сказали Алек и Джейн, быстро, но низко поклонившись. Белла, которая снова тонула в декольте, хлопала Дидим по руке так быстро, как только могла, пытаясь привлечь её внимание.  Эдвард напряженно наблюдал, его глаза были жёсткими, и ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы открыть рот, чтобы сказать Дидим, чтобы она освободила человека. Однако Элис быстро зажала ему рот рукой. "Она серьезно", – подумала пикси-вампир, обрпщаясь к брату. "Ещё одно слово, даже если ты попытаешься извиниться, и она разорвет тебя в клочья". Сдерживая рычание, ему ничего не оставалось, кроме как промолчать.  Несмотря на свою жёсткость, он, по общему признанию, немного сглотнул, когда увидел видение Элис, в котором Дидим разрывала его на части ещё до того, как он даже огласил притензии. "Достаточно, любимая", – сказала Сульпиция, вмешиваясь, отвлекая Дидим поцелуем, чтобы она могла вырвать Беллу из хватки темноволосой королевы. "Ты действительно должна помнить, что людям нужно дышать". Дидим надулась в ответ, скрестив руки на груди, но затем поняла, что Белла действительно задыхается. "Ой". «Мои королевы, если мы не поторопимся…» – нерешительно начал Алек, более чем боясь закончить фразу. "Верно. Думаю, тебе пора идти", – проворчала Афинодора, вырывая Беллу из рук Сульпиции. Положив руки на плечи Беллы, она серьёзно посмотрела в лицо нервному человеку. "Если тебе что-нибудь понадобится, позвони нам. Мы будем там как можно быстрее. И не беспокойся о том, насколько это тривиально. Ты наша дочь". "Афинодора, не воруй её. Была моя очередь", – пожаловалась Сульпиция, протягивая руку, чтобы схватить девушку.  Однако Афинодора не была готова отпустить Беллу, и они начали состязаться в нежном перетягивании каната, в роли своей дочери, глядя друг на друга. "Отпусти", – проворчала Афинодора. "Я ещё не закончила". "Сначала ты забрала её у меня", – ответила Сульпиция стальным взглядом.  Она не собиралась отступать. О, Афинодора определенно собиралась заставить Сульпицию заплатить за это позже.  Желательно с помощью Дидим, удерживающей её, чтобы Афинодора могла свободно делать то, что она хотела —наказать Сульпицию, но при этом, чтобы королева не сбежала. Хотя, Дидим определенно нужно было наказать за её поведение, и если она будет помогать Афинодоре с Сульпицией, то было бы трудно найти способ сдержать Дидим даже после того, как Афинодора покончит с Сульпицией.  В конце концов, Сульпиция не захотела бы повернуться и помочь Афинодоре после того, что Афинодора с ней сделала.  Во всяком случае, Сульпиция попытается объединиться с Дидим, чтобы доминировать над третьей королевой, и в этой ситуации было бы трудно выйти на первое место. Поскольку Афинодора была отвлечена изображениями её обнаженных подруг и стратегиями, позволяющими трахнуть их обеих до подчинения без того, чтобы её партнёры попытались сделать обратное, Сульпиция легко смогла вытащить Беллу из рук Афинодоры. "Не волнуйся, Белла", – сказала Сульпиция, когда Белла стояла перед ней, явно стараясь не тереть руки. "Твои руки не вытянулись бы ни на дюйм, даже после всего этого. Теперь о твоей защите. Мы предоставили тебе самых лучших в нашей охране. Они также хорошо дисциплинированы и ни разу не провалили миссию, независимо от того, наскольо они могут показаться тебе..." –Сульпиция замолчала, поняв, что конкретного вампира, о котором она говорила, даже не было в комнате.  Нахмурившись, Сульпиция спросила: "Где Корин?" Несмотря на то, что Корин находилась по другую сторону дворца, она услышала голос Сульпиции.  Если бы у неё была кровь в жилах, она бы остыла, так как она чувствовала, что её собственное великолепное лицо в опасности.  И это было чем-то, что она не могла допустить, тем более, что чем дольше она пыталась выжидать, тем больше её лицо, вероятно, было повреждено. Отказавшись от своих планов спрятаться от Королев до тех пор, пока Калленам и их человеку не останется ничего другого, как уйти без неё, Корин мелькнула через дворец в тронный зал. "Прямо здесь, моя королева", – сказала Корин, стараясь казаться небрежной.  Как будто она не планировала сбежать от работы нянькой, несмотря на желание её Королев. "Корин. Если ты уклонишься от своего долга…" – зарычала Афинодора, сузив глаза, когда она посмотрела на вампира.  Ей даже не нужно было заканчивать свою угрозу, чтобы другие охранники в комнате начали дрожать в своих ботинках, пораженные угрозой Афинодоры. Корин, однако, только нахмурилась и отвернулась, скрестив руки на груди, как будто пытаясь отразить внезапный озноб. "Я знаю", – сказала Корин мягким, но в то же время твёрдым голосом. "Я буду выполнять свой долг изо всех сил". И Корин сделает это. Несмотря на то, как она действовала, она была в долгу перед Королевами, и когда она действительно выполняла миссию, она делала всё возможное, чтобы завершить её.  Если бы только конкретная миссия не была долгой и скучной. Когда три королевы подошли к Белле, чтобы сказать свои последние прощания, пытаясь обнять её одновременно, Белла не могла не посмотреть на Корин. Вампир выглядел более серьёзным, чем Белла когда-либо видела её, почти как будто она была задумчива; её кроваво-красные глаза были отстраненными, челюсти стиснуты, и по какой-то причине казалось, что тени комнаты падали на неё только для того, чтобы она выглядела максимально сексуальной и загадочной. Корин, почувствовав взгляд Беллы, повернулся и поймал её взгляд.  Она приподняла бровь и ухмыльнулась, когда Белла покраснела, но человек не мог заставить себя отвести взгляд. "Чем могу помочь, принцесса?" – спросила Корин, насмешливо подчеркнув слово «принцесса». Покраснев, Белла почувствовала волну гнева, которую она не осознавала, пока не встретила Корин. "Не называй меня так!"  – рявкнула Белла в ответ, бессознательно сжав руки в кулаки, как будто она собиралась ударить вампира, независимо от повреждений её собственного тела. Это привлекло внимание трёх королев, которые хмуро посмотрели на Беллу. "Но ты принцесса, Изабелла", – сказала Сульпиция, приглаживая человеческие волосы, прежде чем поцеловать её в висок.  "Ты должна привыкнуть к этому". "Просто знай, что Корин пробует на прочность всех нас", – добавила Дидим. "И что как наша дочь, ты можете составить список её проступков, чтобы мы могли наказать её по возвращении". "Я понятия не имею, как она прожила так долго", – раздраженно пробормотала Афинодора, качая головой.  "На самом деле, если бы она не была так полезна, я уверен, что мои партнёры позволили бы мне убить её и её умный рот давным-давно". "Ой, я тоже люблю вас, мои королевы", – сказала Корин с дикой ухмылкой, превращаясь из загадочной женщины в дикого ребенка менее чем за мгновение.  Затем она сосредоточилась на Белле, её ухмылка стала развратной, когда она добавила: "Но как ваша дочь, разве она не должна придумывать мои наказания? Я уверена, что смогу вынести её порку, даже ежедневно, если это необходимо". Белла открыла рот, чтобы возразить, но не смогла придумать должного ответа.  К счастью, ей не пришлось, поскольку Эдвард зарычал на Корин, его потребность утверждать, что Белла принадлежит ему, и напоминать Корин, что она не должна даже смотреть на Беллу таким образом, подавила его здравый смысл. Даже не взглянув в его сторону, Дидим потянулась к Алеку, схватила удивлённого вампира одной рукой за заднюю часть его плаща и швырнула Алека изо всех сил прямо в голову Эдварда. Извиваясь в воздухе, Алек сумел выпрямиться настолько, что приземлился на ноги.  Только вместо того, чтобы его ноги упали на пол, он приземлился прямо на лицо Эдварда. Элис предусмотрительно отплясывала в сторону на случай, если Дидим решит бросить и Джейн, видя дебаты в голове Дидим, когда её видения изменились от тех, где всё успокаивалось, до другого снаряда-вампира, брошенного Эдварду в следующие несколько секунд. К счастью, это не произошло, потому что вой Эдварда от боли, когда его лицо хрустнуло, казалось, охладил гнев Дидим.  Не говоря уже о том, что Афинодора и Корин громко смеялись, почти как отрожения друг друга. "Эдвард!"  – воскликнула Белла, выбегая из кучки, которую королевы устроили вокруг неё, чтобы она могла добраться до Эдварда.  Как будто у ней действительно была способность помочь ему исправить или помочь ему, несмотря на то, что она была слабой и человечной. Алек был на её пути, и на секунду она подумала, что ей, возможно, придется попытаться пройти мимо него.  Но Алек казался безразличным к её приближенб, отряхивая пыль, шагая с пути Беллы к Джейн, которая затем почувствовала необходимость осмотреть его на предмет каких-либо микробов Эдварда, которые могли бы быть заразными.  В конце концов, ведьма не хотела, чтобы на Алеке было что-то от Эдварда. "Это действительно было необходимо, любовь моя?" – криво спросила Сульпиция, несмотря на то, что сцена ей понравилась не меньше, чем двум её партнёрам и Корин. "Конечно. Мальчику просто повезло, что он только рычал. Если бы он действительно заговорил, я бы сделала что-то гораздо худшее", – раздражённо пробормотала Дидим.  Затем она крикнула: "Спасибо, Алек, при необходимости, ты будешь отличным оружием дальнего действия". Брови Алека приподнялись, но он кивнул.  "Благодарю, моя королева". "Но, возможно, в следующий раз вы сделаете ему небольшое предупреждение", – добавила Джейн мягким и многообещающим голосом.  Конечно, если бы кто-нибудь ещё бросил её брата, кроме одной из королев, к тому времени они бы уже пострадали или умерли. Однако даже в самых безумных поступках королев, Джейн питала к ним только уважение и преданность. "И рискнуть предупредить мою цель? Конечно, нет", – фыркнула Дидим. "Что ж, боюсь, что действительно пора идти", – вздохнула Сульпиция.  Она скользнула к Белле. "О, ради бога, с мальчиком всё будет в порядке. Его лицо уже заживает, а его сестра прямо здесь и будет знать, нужно ли ему что-нибудь", –сказала она, нежно хлопнув Беллу по рукам, чтобы она не волновалась об Эдварде. Затем она заключила Беллу в последнее объятие. "Теперь, мы скоро увидимся. Безопасного путешествия". "Групповые объятия!" – внезапно воскликнула Дидим.  Она подбежала, волоча за собой Афинодору, и Беллу снова схватили и крепо сжали. Освободившись, Алек, Джейн и Корин присоединились к Белле, стоя рядом.  Джейн и Алек были напряжёнными и настороженными, как будто что-то собиралось атаковать, в то время как Корин казалась совершенно расслабленной. И всё же в её глазах было острое опасное выражение.  Не только взгляд хищника, но и взгляд, который напомнил Белле волка-альфу, защищающающего своих детенышей.  Это казалось совершенно несовместимым с женщиной, которую Белла знала до сих пор, и заставило её дрожать, а сердце, учащённо биться в груди. Однако, несмотря на реакцию её тела, Белла чувствовала не страха. "Я знаю, что вы трое будете безупречно выполнять свои обязанности", – сказала Сульпиция, дотрагиваясь до щек трех охранников, одного за другим, затем остановилась у Беллы, держа человеческое лицо обеими руками.  Казалось, она долго смотрела в глаза Белле, затем кивнула.  И по какой-то причине, хотя она совершенно не понимала, что происходит и что искала Сульпиция, Белла кивнула в ответ. Белла догадалась, что это был правильный ответ, когда Сульпиция отпустила её со слабой улыбкой и скользнула к двум другим королевам, взяв их за руки. "Вы можете идти", – сказали три королевы как одна. Дверь перед небольшой группой из пяти вампиров и одной человеческой принцессы открылась, и трое охранников вывели их из тронного зала, явно защищая Беллу, и игнорируя двух Калленов. Когда двери за ними закрылись, Сульпиция повернулась к Афинодоре. "Итак, у тебя были планы держать и трахнуть меня, не так ли?" "Конечно", – ответила Афинодора, красные глаза быстро превратились в чёрные. Они горели, когда она смотрела на Сульпицию и Дидим, отмечая, как Сульпиция притянула Дидим к себе, обхватив рукой за талию, только чтобы погладить Дидиму вверх и вниз, задерживаясь на её груди, заставляя темноволосую королеву мурлыкать. Сульпиция ухмыльнулась. "Хорошо. Я с нетерпением жду этого". "Значит, нас двое", – пробормотала Дидима, когда она потянулась к Афинодоре, проводя пальцами по её шее. "Или ты планировала оставить меня в стороне?" «Никогда», – прорычала Афинодора, схватив Дидим за руку и сделав шаг к другим королевам, войдя в их личное пространство, так что их тела соприкоснулись друг с другом. Осознав, что происходит, остальные охранники немедленно разошлись, зная, какое наказание их ждет, если они увидят, что будет дальше. Последнему охраннику удалось сбежать как раз вовремя, так как через секунду Афинодора набросилась и начала срывать одежду с двух своих партнёров. Именно там они проведут следующий день или два, поскольку вся охрана притворилась, что не слышит диких звуков, эхом разносившихся через стены дворца.