Яд в твоих костях

Конечно, Софию смущало ровно ничего, она и знать не знала о прошлом Эдварда, а если и знала, то вряд ли видела фотографию его бывшей избранницы. В течение всего вечера Пингвин либо в открытую пялился на Изабеллу, либо прятал взгляд, лишь бы не пересекаться с ней. Он не понимал, кто здесь больше сошёл с ума и как вообще появился буквально двойник бывшей девушки его друга. —...это просто любовь с первого взгляда,- рассказывал об их с Изабеллой встрече Эд. Освальд и не думал слушать, а София же впитывала все, как губка. Она искренне восхищалась такому чувственному и искреннему рассказу. Несколько тостов спустя Кобблпот унял свою раздражительность, слегка. Но в разговор не вступал, был лишь наблюдателем. Скоро официанты унесли все со стола, компания продолжала общаться. — Может быть, сыграем во что-нибудь?,- игриво улыбнулась женщина. Изабелла мгновенно поддержала предложение Донны. Одним приказом решились все вопросы, стол очистили от всего ненужного и подали колоду карт. — Кратко о сути игры...,- загадочная улыбка не сползала с ее лица. Тонкие пальцы мастерски тасовали карты. — Дай угадаю...,- раскрыт рот Освальд. —... верно. Освальд, к сожалению, не очень любит эту игру,- карты стали перемешиваться между собой с ещё большей скоростью. — Наверное, потому что этой игре ее научил ее русский любовник,- с явной болью в глазах прокомментировал Кобблпот, забрал карты и стал раздавать их, пока его супруга говорила о правилах игры. — ...если же ты не отобьёшься, то принимаешь все карты,- по большей части она объясняла это Изабелле, которая была несколько далека от карточных игр не смотря на свою начитанность. Эдвард же в свою очередь хорошо знал как простые правила, так и разновидности. Пингвин не смотрел на стол, он отвернулся к огромному окну за баром. — И да, играем мы не на деньги, не на что-то материальное. — На что же?,- поднял брови Эдвард. — На поцелуй. Изабелла и Нигма немного засмущались, но положительно кивнули, все ещё хохоча. Освальд никак не среагировал на услышанное, будто ставя барьер на все слова Фальконе. Игра шла в ритме вальса. Совсем скоро в игре образовался первый вышедший, это оказалась Изабелла. — Браво,-похлопала София. Девушка приподняла ладошки и спросила: — И как же... — Тебя поцелует проигравший,- ответила София, продолжая играть. — Такое уж ли это наказание для проигравшего? — Смотря, кто это будет,- явно намекая на Эдварда, улыбалась София. Счастье случилось, Нигма открыто поддавался и планировал каждый ход так, чтоб остаться в дураках. С огромной колодой карт в руках, он радостно снял очки с лица.Их нежный, для кого-то с пометкой «чересчур» поцелуй был длительным. Они точно мечтали остаться наедине прямо сейчас. Освальд брезгливо отодвинул от себя карты и тактично удалился вместе с супругой, оставив голубков одних.София перехватила с собой бутылку вина и только с ней в обнимку залезла в лимузин. — Ты испытываешь оргазм, когда провоцируешь меня?,- хлопнул дверью мужчина. Лимузин тронулся, девушка открыто рассмеялась. — Возможно. Но лучше ответь вот на что. Почему ты так сильно испугался?,- без внимания его действительно напуганный взгляд не остался. Фальконе облизнула пухлые губы, ожидая ответа. — Не знаю, о чем ты,- вжался в свои же плечи Пингвин. Молча он ушёл из зала и уехал к пирсу, где он любил прогуливаться и отдыхать хотя бы мыслями. Девушка же осталась дома только в компании той самой бутылки и своих мыслей. Пингвин дышал полной грудью. В лицо бил сильный ветер, темные воды бушевали не по-детски. Капли смывали грязь с лакированных туфель Короля преступного мира Готэма. Пингвин приехал домой поздно, супруга уже крепко спала. Мужчина провёл рукой по ее оголенному плечу и прилёг рядом с ней. Леди сопела, тихо и даже мило. Освальд продолжал медленно гладить ее по плечу, мечтательно засыпая. Он хотел бы жить теми же эмоциями, что живет Эдвард. Возможно. Безумие друга будто достигло своего пика, от этого сжималось сердце, которое, как оказалось, окаменело не до самого дна. Застолье Криминальной Семьи было таким же напряженным, как и всегда. Освальда последнее время часто расстраивали прямо с утра, отчего он проходился по каждому, сверкая клыками во время криков. Очередной раз стукнув по столу, он скривился в невнятной гримасе. Боль в руке была внушительной. - Пингвин?,- приподнялся один из бандитов, за что мгновенно получил по руке. - Все вон! И не дай Бог я снова услышу что-то подобное...,- утренней весточкой оказалась новость о краже большой суммы и фактически в открытую. Все разошлись. Пингвин застегнул пиджак и уже хотел было поехать и по своим делам, но в особняке оказался очень необычный гость. - Освальд,- кивнул Джим, брезгливо оглядываясь по сторонам. По щелчку охрана ушла, Освальд молча указал на стол. Вновь оказавшись на своем месте, Кобблпот внимательно слушал каждое слово полицейского. — Я бы не обратился без надобности,- Джим будто боялся трогать каждый кусочек любого предмета в этом доме. Даже спокойно сидеть он не мог. — Ты же знаешь, я буду рад помочь городу. Кто, если не я,- ехидно ухмыльнулся Пингвин. Он медленно стучал пальцами по столу. — Кражи происходят у всех. Примечательно, что кражу у тебя нельзя связать с остальными. Но свидетели говорят об обратном,- продолжал Гордон. — Мои люди в этом замешаны?,- сократил поток мыслей собеседника Освальд. Джим замешкался. Рука потянулась во внутренний карман. — Помнишь, несколько лет назад по городу бродил наркотик, который просто валил людей толпами?,- мужчина вытянул пакет. Внутри было нечто, похоже на песок. Воспоминания дали свои ответы. — Помню,- хмурился Кобблпот. Он старался искоренить наркоманов среди тех, кто оберегает денежные точки, подполья и имеет дело с товаром, но человек, распространяющий этот наркотик, действовал наверняка. Гордон и Кобблпот обсудили все необходимое, с обеих сторон исходило яростное желание избавиться от этой Гадюки. Скоро Джим уехал, а Пингвин отправился по своим делам. София уехала к отцу. Одна ночь один на один для Освальда была золотом. На улице шёл дождь. Тусклый свет ни разу не освещал комнату, а просто добавлял атмосферы, антуража. Он пытался расслабиться, как давно хотел, но все события, которые происходили в городе, не давали нужного спокойствия. Освальд ворочался, открывал глаза на каждый шум, на каждую ветку, которая била в окно от ветра. Даже шорох от лап крыс внутри стен старого особняка мгновенно нарушал сон. Все же, Кобблпот встал с постели. Он взял в руки лампу и спустился вниз, чтоб глотнуть холодной воды. Пока мужчина искал лёд, он успел удариться коленом о тумбу и обругать ее в тот же момент. — Чёртово дерево. Утолив жажду, он поспешил к лестнице, но кое что его остановило. Этим кое что оказался громкий стук в дверь. Стук не прекращался, Пингвин перехватил нож с кухни и подошёл к входной двери. Шум дождя и стук смешивались в одну симфонию. Эта композиция адски била по нервам. Взглянув в щель, Освальд увидел знакомую зелёную клетку на плотной ткани пальто. — Эдвард!,- Кобблпот раскрыл дверь. Перед ним стоял насквозь промокший Нигма. Волосы вились от сильной влаги , с носа стекали капли, а под пальто была пижама и только она. Даже обувь не была до конца завязана, шнурки волочились по лужам и собрали кучу грязи на себя. На все позывы он не отвечал. Взгляд ничего не выражал, мужчина был похож на зазомбированного. Освальд затащил его в гостиную и стянул пальто. — Эдди? Эй, скажи хоть слово! Что с тобой?!,- пытался выбить из друга хоть слово Освальд, но безрезультатно. Сначала Пингвин задумался, что тот под какими-то веществами, но нет. Освальд отдал приказ привести парня в порядок и выделить отдельную комнату. В глубине души брюнет догадывался, что могло скрываться за этой болезненной тишиной. Эдвард так же молча лежал в постели и смотрел в одну точку. Его омыли, переодели. Когда поступило предложение вызвать докторов, Освальд четко дал понять, что о них здесь даже говорить нельзя. Нигму незамедлительно отправят Аркхэм на неопределенный срок. До самого рассвета Пингвин не сомкнул глаз. В конце концов он уже хотел бы оставить приятеля и поспать. Вслед неожиданно были кинуты только три слова. — Я убил её. Освальд выдохнул. Он знал, что так случится. И искренне был рад, что случилось именно это. Смерть Изабеллы - не самое страшное, как казалось Кобблпоту. Оба снова замолкли, но после такого откровения Пингвин не мог уйти от Эдварда, пока тот не заснул от простой усталости. София скоро вернулась в город, а следом и в особняк. Вместо традиционного улетающего из дома Кобблпота ее встретил сонный с ещё более тёмными мешками под глазами Пингвин, который словно пережил Армагеддон. Девушка оказалась в замешательстве, таким Пингвина она ни разу не видела. Задав естественные для такого случая вопросы ответы она получила не сразу. Да и потом не все. Открывать всю правду Освальд не планировал. Софии он не доверял до конца, как и она. Все на взаимной основе. —...ей кто-то подлил эту Гадюку. Бедняжка умерла на глазах у Эдварда,- король драмы Освальд Кобблпот сумел навешать лапши, даже сам поверил в свои же слова на некоторое время. — Чертова Гадюка. Надеюсь, что полиция в купе с нами сумеет поскорее отловить этого мерзавца,- хмурилась девушка. Освальд обернулся на ее слова. — Не приходится сомневаться, это ты все передала Гордону,- сил на скандал не было, хотя очень хотелось. Связываться с Гордоном он и себе не всегда позволял, а София в силу своего характера любила насолить супругу. В ответ было четкое оправдание, против которого было даже лень вставлять свои аргументы. София заглянула в комнату, где спал Нигма. Тот покрылся холодным потом, медленно что-то бормотал и забивался глубже в постельное белье, зарываясь в подушки. Девушка приказала обтирать несчастного холодным полотенцем. Пингвин сидел в кабинете и разглядывал шипящую таблетку в бокале с водой. Работа не шла, голова была в каком-то тумане, но хотя бы без боли. Он прикрыл глаза и впал в небольшую пустоту, освободив голову от лишних мыслей. Из спокойствия его вывел громкий звук. Что-то звонко громыхнуло со стороны комнаты с Нигмой. Освальд сорвался с места и поспешил туда. — Эд!,- закричал Кобблпот, врываясь в комнату. Когда он увидел болтающиеся ноги, то пришёл в ужас. Он подскочил и принялся приподнимать тело, которое держалось на петле и стал звать на помощь. Мгновенно прискакала прислуга. Пингвин крепко прижимал к себе бьющиеся в конвульсиях тело, Эд не хотел жить. Когда он отдышался, то бросил взгляд на закрытый на все замки балкон в комнате, Освальд тут же отвернул его лицо от окна и прижал всю голову к своей груди. Следом полились горькие слёзы. Весь особняк покрылся мраком от рыдания друга Кобблпота. Невыносимая боль разрывала сердца. Он крепко держал Пингвина за жилет и как будто пытался порвать его, всеми силами тянул мужчину вниз. Эдвард сжимался в ком, не прекращая рыдать. Освальду оставалось только принимать. Он бы с радостью высказался сейчас, но нельзя. Это был не тот момент. — Я... Мы хотели пожениться!..,- шмыгал носом Эдвард. Он откинул очки и ещё плотнее прижался к груди Освальда. — Эдвард... Внутри смешивались такие чувства, как омерзение и сочувствие. Он видел себя. Самого себя после смерти матушки, ведь никого более близкого тогда у него не было. Ее смерть обрубила всю его жизнь, разделила на до и после. И только Эд, хоть и весьма странным образом, смог помочь и вытащить из этой бездны. — Она верила, что мы сможем!.. Верила мне, а я... своими руками,- не останавливался Нигма, подбирая стекающие сопли и слёзы. Скоро брюнету удалось оторвать друга от себя и уложить на подушку. Эдвард не отпускал его. Освальд был единственным, кому он мог вот так поплакаться. В чьи глаза он позволял себе смотреть после совершенного убийства. Он держал его за рукав рубашки и умолял не уходить. Молча. Сердце Освальда истекало кровью, он не позволил себе уйти. Жизнь с Софьей расставила жизненные приоритеты по своему, Эдвард был таким же единственным человеком, которому он мог исповедаться. Пингвин лёг рядом, продолжая держать друга за руку. Тот медленно успокаивался, всхлипывал, но в конце концов смог уснуть. Освальд приказал одной из служанок находиться в одной комнате с Нигмой пока тот не проснётся. Как только глаза Эда откроются - от этом сразу должны доложить Освальду. Узнать от него что-то сейчас было трудновато... невозможно. Однако, все это может повлечь за собой необратимые даже по меркам Готэма последствия. Король приказал посетить пристанище Изабеллы и Эдварда, чтоб хотя бы иметь в виду, где же тело покойницы. Пингвин вертел в руках бокал и смотрел в огонь. Треск поленьев гармонировал с очень тихим плеском виски в бокале. Иногда от этого тоскующий готический принц позволял себе улыбнуться. Скоро его плечей коснулись руки супруги. Он отставил бокал и положил поверх ее холодных кистей свои. — Ты хороший друг,- с долей удивления хрипло высказалась София. Освальд фыркнул и поднял голову. Девушка опустилась и поцеловала того в лоб. — Поспи. На тебе лица нет,- Фальконе погладила его по темным волосам. Тот все так же брезгливо оторвал голову от ее рук и выпрямился. София тяжело выдохнула. — Уйди,- отрезал Кобблпот. Дама уже успела приоткрыть рот, чтоб чуток взбодрить пассивную агрессию супруга, как в зал вошла темная тень, которой был Эд. — Прошу прощения,- очень тихо шепнул Эд, глядя в никуда. Сонные заплаканные глаза еле моргали, лицо заметно опухло от слез. Пингвин подскочил с дивана. — Я же просил её..! — Она уснула,- как и всегда, Эдвард хранил ответы на все. София и Освальд одновременно приоткрыли рты, пытаясь выразить что-то внятное. Эд немного огляделся. — Где мои вещи? Не хочу вас больше утомлять...,- Эд сделал несколько шагов вперёд и хотел было пройти мимо обоих, как София и Освальд синхронно взяли его за плечи. — Куда ты собрался?,- София начала первая. Она усадила упрямца на диван и посмотрела на Освальда. Тот потеряно перебирал слова, не представляя, как лучше его удержать. Вспомнились ночи, проведённые у Эда дома. Ведь Освальда останавливали только его немощность и обмороки. Кстати, на вопрос Эд не ответил. Он был в тупике, что делать дальше - мужчина не знал. В особняк приехали люди Освальда. Тело осталось дома, оно аккуратно лежало на постели, в самых красивых одеждах. Эд не смог ее похоронить. Вот он и ключ. Пока Пингвин разговаривал с подельниками, София пыталась вывести Нигму на разговор, но тот отвечал только рядовыми фразами, словами. — София, ты не могла бы нас оставить,- вернулся Кобблпот. Девушка кивнула и ушла, подозрительно переглянувшись с людьми Кобблпота. Брюнет сел рядом с другом и положил руку на его колено. Эд повернулся и вопросительно взглянул на него. — Ты не смог проститься с ней?,- Эд продолжал смотреть в глаза и замотал головой. — Нет. Освальд продолжил свои слова, подводя тему к тому, что Нигме так или иначе нужно попрощаться с ней, похоронить и начать жить заново. Эдвард тяжело дышал и смотрел в сторону. Позже Освальд заметил, что тот смотрел на граммофон. — Она так любила музыку. Мы могли вечерами напролёт слушать Вивальди... Разве она заслужила это?,- снова навернулись слёзы. Эд положил руку поверх ладони Кобблпота и сжал его пальцы. — Я должен сдаться,- у Эда казалось бы загорелась лампочка над головой. Он подскочил с места, но следом ринулся и Освальд. Он схватил его за обе руки. — Думай, что ты говоришь! София слушала весь разговор за стенкой. От удивления она только поднимала брови, каждый факт поражал ее с новой силой. Эдвард был настоящим психопатом, неудивительно, что они с Освальдом так подружились. Сдавать его она не хотела, даже не из жалости, а из интереса, как далеко зайдет ее муж и чем все может кончится. Кобблпоту удалось вразумить друга. — Поехали. Я буду рядом,- Освальд настоял на личном прощании. Скоро он вернул ему одежду и остался ждать в зале. София подошла к одинокому Освальду. — Возьмёшь все на себя?,- все с тем же удивлением спросила девушка. Освальд не шелохнулся. —...как мало нужно, чтоб достать до твоего сердечка,- хмыкнула девушка. Освальд резко развернулся и подошёл к ней вплотную. — Послушай меня, дорогая. Я терплю каждую твою выходку, пропускаю мимо глаз каждое твоё предательство и играю под дудку твоего отца. Будь добра, не лезь ко мне хотя бы сейчас,- выдавил из себя улыбку Освальд. Услышав, как друг спускается по лестнице, он вышел из гостиной. Фальконе вслед не могла не кинуть хотя бы слова. — Дерзай, Кобблпот! Освальд держался за трость и молча наблюдал, как Эдвард гладит свою мертвую любовь по уже окаменевшей руке. Нескончаемые клятвы и прошения прощения. Все это давило на мозг. Освальд не один раз намекнул другу, чтоб тот закруглялся, но тот не слышал. — ...прощай, моя милая. Последние три слова. Освальд распустил Нигме руки, тот завалил её могилу целой кучей цветов. Ближайшие недели Освальд попросил пожить Эда у себя. Ради общего спокойствия. Было ли Кобблпоту плевать на Изабеллу? Определено. Он просто наконец чувствовал себя в большем комфорте, пока Эдвард присутствовал в его жизни буквально. София ползала вокруг да около, стараясь сильнее укусить Пингвина и узнать как можно больше. Освальд едва держался. Меньше всего ему хотелось скандалить при Эдварде. Очередные сумерки. Освальд вернулся из Айсберга и на пороге стянул обувь, которая так давила на припухшие ноги. Оставшись в одних носках он тихо топал в кабинет, где планировал оставить некоторые документы клуба. Когда он вошёл внутрь, там его ждала София. Шмыгая носом, она собирала разбросанные бумаги. — София?,- испуганно спросил Освальд. Ее глаза были красными от слез, которых уже не осталось. Сложив все собранное в одну стопку, она отложила бумажки на брифинг, а сама подошла к мужу. Освальд осторожно обнял ее, та выглядела особенно потерянной. Это означало только одно: — Отец приезжал? Фальконе кивнула и сильнее обняла супруга. Тот молча повёл ее в гостиную, на диван. Не имея счастливого детства и красочной юности, девушка выросла именно такой. Ее мало волновало доверие, не интересовала преданность, как со своей, так и с чужой стороны. Желание быть услышанной переросло в нечто маниакальное, от этого в ее глазах горел тот самый огонёк, который горит в глазах Освальда. Огонь психопата, пламя озлобленной души. Скандалы с Кармайном проходили в очень тяжелой форме. Для неё это все давалось особенно тяжело, спорить с причиной душевных травм было по-настоящему невыносимо. Она не заметила, как Освальд ушел. Но скоро он вернулся с чашкой травяного чая. — Травяной чай с мелиссой. Хорошо остужает нервы,- мягко улыбнулся Кобблпот. Без лишних слов, она сделала несколько глотков. В доме было очень тихо. Прислуга если и бегала, то возле спальни Эда по указу Пингвина. Тот медленно отходил после всего случившегося. В коридорах не было и малейшего огонька, то же касалось и всех залов. В кромешной темноте девушка сопела на чужом плече. И только где-то вдали, на верхнем этажа тихо играли композиции Вивальди. Освальд морщился, но гладил супругу по руке. Больнее всего понимать, что следующий день забудет эту ночь. Любую ночь. Готэм был в плавучем состоянии. «Гадюка» продолжала распространяться среди горожан, постепенно подбираясь к более высоким слоям общества. Освальд дочитывал последние сводки в газете. За широким окном шумел народ, клуб работал на полную мощность. Пингвин отложил в сторону кусок бумаги, подошёл к стеклу и закрыл его шифоновым белым тюлем. На столе резко зазвонил телефон. Кобблпот скоро взял трубку, хотя не так уж и хотел. — Слушаю. На проводе оказался Джим Гордон. Как ни странно, звонил он вовсе не по их общему делу, интересовался он Эдвардом Нигмой. —... последний раз все видели, как он уехал вместе с тобой. С похорон он так и не появился на работе. Что с ним?,- в голосе послышалась тревога. Освальд ухмыльнулся и ответил. — Мне казалось, для полиции это была бы радость. Избавиться от кого-то... странного,- Освальд вспомнил то, как именно именовали Эда его коллеги по работе. Хотя, это же Джим. Святой и особенный Гордон. — Когда Крингл его бросила, он проводил на работе ещё больше времени, чем обычно. А сейчас вдруг все отпустил. Это не характерно для него и... — Боже, Гордон. Не суйся в психологию, это не твоё. Мистер Нигма... устал. Он реабилитируется. Смерть Изабель сильно его травмировала, земля ей пухом. В кабинет заскочил Виктор. Он подслушал несколько последних предложений и застыл в задумчивой позе. Освальд постарался закончить разговор как можно скорее. Бросив трубку, он повернулся к Виктору в весьма гневном виде. — Стучаться, Виктор. Я многого прошу? Виктор продолжал во что-то вдумываться, ещё больше раздражая Кобблпота. — Ну что?,- сжал губы брюнет. — Её же вроде Изабелла звали,- Виктор встретился сначала с непонимающим взглядом, который скоро перерос в сердитый,-...ну, как вино. Изабелла. — Спасибо, что подметил. Это всё?!,- чуть повысил тон Пингвин. Виктор замотал головой. — Эд приехал. Сидит в зале, просил тебя позвать,- пожал плечами киллер. Брюнет накинул пиджак и немного покрутился возле зеркала. Снова почувствовав на себе пристальный взгляд, он повернулся в Засу. — Что? — Ничего. — Тогда иди,- выпучил глаза Освальд и широко улыбнулся. Битва безумных взглядов была окончена, Кобблпот победно вышел в зал. Эдвард стоял возле барной стойки в строгом темном костюме и с такое же аурой возле себя. Он был очень хмурый. — Здравствуй! Эд, я удивлён. Ты наконец вышел в люди,- брюнет волновался за единственного друга так, словно он был чем-то наиболее особенным в его жизни. Он заботился, иногда даже слишком, чем особенно раздражал Софию, ведь иногда он и правда делал различные жесты в сторону Эда просто чтоб задеть Софию. Однако, раз за разом, эти жесты стали привычкой, нормой. — Не пойми меня неправильно, но твоя супруга умело... села мне на уши,- Эд сжал губы, требуя уединения. Его что-то волновало. Это было то, за что Освальд так обожал Эдварда. Дружба была ощутимо взаимной, в отличие от того же бравого полицейского. Освальд увёл Нигму через служебный проход прямо на крышу клуба. Ветер в этот день не был таким сильным. — Что такое, Эд? Что София тебе наплела? — Я не думал, что ваш брак настолько купленный,- виновато опустил глаза Эд. Освальд находился в недоумении. — Эд, пожалуйста. Расскажи мне, что случилось?,- на грани истерики спросил Пингвин. — Она хочет, чтоб я тебе это рассказал. Только я пока не понял, зачем,- Эдвард выглядел ожившим и отвлеченным от проблемы последних недель. Это радовало бы, если бы из одной проблемы не вытекала другая. — Не дразни!,- шипел Освальд. Эд набрал больше воздуха и поправил очки. — Я могу подкрасться сзади или поджидать тебя впереди, но когда я покажусь, тебе уже не быть прежним. Что я?,- такие раздражающие загадки в такое неудобное время. Кобблпот едва не взорвался. — Эд!,- крикнул мужчина. Немного поразмыслив, он ответил: — ...предательство. И? Думаешь, я удивлюсь, что это создание роет мне яму?,- выдохнул Пингвин. Эд всего не знал и не мог знать, от этого брюнету стало легче. Он выдохнул, надеясь, что не узнаёт для себя ничего нового. — Но ведь она прямо сейчас... — Мне изменяет. Я знаю,- с полным безразличием в глазах ответил Освальд. Эд застыл на месте, поражаясь спокойствию Освальда. Это ведь Освальд Кобблпот, тот самый Король Готэма, который если и наблюдал развал своей империи, то только по вине своего сердца. Брюнет был эгоистом, но он был самым чувственным эгоистом, который настолько сильно зависим от своих чувств, что сам себя топит раз за разом. — Ты так спокоен?.. Брюнет отвернулся от друга. Скрывать то, что ему не все равно, стало невозможным. Его волновала не София и ее поведение. А то, что он дожил до той самой стадии, что ему и правда плевать. Душа просила... нет, требовала любви. Но в ответ летели только ржавые стрелы, небезосновательно. — Прости. Я запаниковал, когда увидел ее в таком... положении. Я хотел побыстрее сообщить тебе и... — Тс-с-с,- поднял руку Освальд,- оставь это. Я... благодарен тебе за содействие. Но постарайся не лезть в это,- он развернулся обратно к Эду и положил руку ему на грудину,-...ты встанешь на опасную и грязную дорожку. Тебе не стоит этого делать. На все «но» Эда Пингвин отнекивался. В итоге хозяин Айсберга заставил друга спуститься обратно и наконец отдохнуть, повеселиться. Нигма остыл только на втором бокале крепкого коньяка, но в голове все ещё осталась эта хитрая улыбка, с которой на него смотрела София. В рамках отвлечения от всех сторонних проблем оба решили поностальгировать. В пьяном бреду они решили дойти до квартиры Эдварда. Нигма снимал ее и не появлялся там слишком долго. Возле дома они пересеклись с хозяином квартир. — Нигма! Я уже думал, ты сгинул!,- мужчина не сразу оценил потенциал друга квартиросъемщика. Пингвин без лишних слов схватил полупустую бутылку, коих валялось на улице большая куча, и с своей любимой агрессивной манере избавил ее от дна, смастерив розочку. Это оказалось просто, бутылка была из под явно дешевого пива. — Эй! Слушай, я всего лишь хочу свои деньги! Это бизнес,- поднял руки владелец. Он в панике затряс губами и всем телом следом, Пингвин молча зажал того в угол. — Сколько он должен?,- Освальд отбросил бутылку и нагло осмотрел «противника» сверху до низу. Тот назвал какую-то сумму, будто бы он и забыл собственные расценки. Встреча с Кобблпотом не входила в его планы. — Больше не должен,- зелено-голубые глаза налились кровью, спиртное крепко ударило в голову. Эдвард завороженно наблюдал за тем, как Пингвин всеми попавшими под руку предметами забивал хозяина квартиры. Он не был плохим, даже сейчас он просто хотел спросить с Эда деньги, которые он был должен по закону. — Спасибо...,- поднял брови Эд. Его губы слегка дрожали, пока не застыли в улыбке. Нигма помог запыхавшемуся другу встать, отряхнул его костюм от грязи. Все лицо Кобблпота было в поту и крови. — Идём. Умоешься. Они медленно поднимались по лестнице, уже позабыв о забитом трупе, который выбросили в ближайший мусорный бак. — А тот ресторанчик ещё работает? Пьяные и отъевшиеся друзья после питья и еды оказались в горизонтальном положении. Кобблпот был в большей любви с комфортом, потому рухнул на постель. Эдвард же скромно расположился на диване. Оба закрыли глаза и пытались уснуть. — Освальд?,- Эд ворочался все это время, хотя Пингвин уже почти что заснул. Потерев глаза, он что-то промычал и немного поднялся. — Чего?.. —...Зачем ты женился?,- с полной серьёзностью в голосе спросил Нигма. Кобблпот дышал ровно, будто медитируя. От лишних мыслей и выпитого спиртного появилась боль. Противная, давящая. Рука гладила шумевший на всю квартиру живот. — Ответишь?,- Эд вскочил и стал искать что-то на полках, пока Пингвин просто молчал и держался обеими руками за своё тело. — Ты же знаешь. Я до безумия сентиментален,- криво улыбнулся Пингвин. Эдвард сел на постель, как много лет назад, и протянул другу стакан с мутной водой. Брюнет отвернулся, морщась. — Кажется, мы это уже проходили,- Эд поправил очки и стал ещё плотнее прижимать стакан к Кобблпоту. Тот покосился на стекло, после на того, кто его держал и снова отвернулся. — Пройдёт. Нигма обошёл постель и все же заставил Пингвина выпить все до дна. Кое как оторвав позывы тошноты, брюнет лёг на бок, отвернувшись от Эдварда. Уже засыпая он услышал, как тот ушёл обратно к дивану. София приехала из будущего приюта домой где-то в обед. Освальда, как и все последние недели, просто не было дома. Изредка он прибывал в особняк, чтоб переночевать, а после снова уезжал в неизвестном направлении. Вернее, в вполне известном. Тот проводил вечера в компании своего друга, который уже вполне свыкся со смертью своей любимой. Наличие такого союзника у Пингвина не предвещало беды, но обещало проблемы. Фальконе видела только местного готэмского сумасшедшего, который был помешан на загадках и порядке. Стоило бы им пересечься, мужчина тут же пичкал всех собеседников ненужными фактами. Даже Кобблпот не стеснялся кривить лицом, когда тот высказывал свои научные речи. — Ох, Боже мой...,- выдохнула девушка, сбросив пиджак. Она уже почти что дошла до ближайшей мягкой мебели, но пересекалась с одним из киллеров как своего отца, так и ныне своего мужа. — Привет,- безумный холодный взгляд Виктора заставил позабыть о боли в ногах. Она схватилась за спинку стула, уже приготовившись огреть им противника. Заас осторожно сделал шаг назад и приподнял руки.