Майор Шашлык: Чумная Курица

— Шашлычок ту-ту-ту-ду-ду и лучок ту-ту-ту-ду-ду На природе ту-ту-ту-ду-ду, при погоде ту-ту-ту-ду-ду Из свинИны ту-ту-ту-ду-ду, из баранИны ту-ту-ту-ду-ду Слюнки текут ту-ту-ту-ду-ду, а гости жду-у-у-т, — напевал Олег, глядя на заветное мясо, которое пахло так же притягательно и прекрасно, как новый автомат, с которого ещё не стёрли заводское масло. От мысли о новом автомате Волкова отвлёк вернувшийся Дубин, которого только и ждали. Усадив напарника за стол, Игорь стал раскладывать всем курочку и грибочки из одной большой немного обсыпаной пеплом кастрюли. — Разумовский? Эй, слыш? Пните его, а, — попросил Гром, наблюдая полное отсутствие реакции от Сергея. — Пусть работает, не мешай, — закрывал Серёженьку от желающих пнуть Олег. — Подайте, пожалуйста, хлеб, — попросил Дима, отвлекая Игоря от вопроса о присутствии Разумовского. — Юль, ты что пить будешь? — Вино «за тыщу рублей, совсем оборзели». — А, точно, сейчас принесу, — метнулся Игорь за напитком для любимой дамы. — А вам что? Так, у Олега пиво. Лера? Хочешь вино попробовать, оно абхазское, хорошее? Отлично. Дима? У нас есть эль или Олег пивом поделится. — Олег жадина, — сказал Олег. — А эль это вообще что такое? — поинтересовался Дубин. — Попробуй — узнаешь, — ответил Игорь. — Это пиво фэнтезийное, ну, помнишь, гномы в «Хоббите» пили. Короче оно крепче, плотнее и вкус ярче, — объяснил Волков, как-то раз случайно ещё во время службы в Волгодонске забредший на ролёвку к толкинистам. — А, тогда, ладно. — Ты только Смауга при нас душить не полезь, Бильбо Бэггинс. — Олег, блять! — шлёпнула его по ляжке Лера. — Можно выйду? — попросился немножко оживший Серёжа, которому нужно было куда-то позвонить. — Выходи, — не желавший вставать Олег предложил просто перелезть на другой конец дивана через себя. Ушедшего в работу Разумовского это ни разу не смутило, он спокойно перелез и удалился улаживать рабочие вопросы. — Ладно, значит первый тост без него, — налив себе эля, предложил Игорь. — За то, что, несмотря на всё произошедшее между нами, мы все по-дружески собрались здесь сегодня. Тост был поддержан всеми без исключения. Чокнулись без звона пластиковыми стаканчиками с бутылкой олеговского пива и, выпив, приступили к еде. Но, как говорится, между первой и второй перерывчик не большой, а Бог любит троицу, а за тремя — четвёртый бежит… — Можно грибочек? — попросил немного странный чуть-чуть пернатый желтоглазый Разумовский. — Да, держи, — Олег передал наколотый на пластмассовую вилочку гриб. — Спасибо, — забирая еду, ответил ему этот Разумовский и нежно провёл когтистыми пальцами по щеке, которые Волков тут же поймал и поцеловал. — Что у вас там за шуры-муры, блин? — не понял внезапной романтики Игорь. — Шпили-вили, — поправил Птица. — Давайте выпьем за любовь! — тут же сменил он тему. — За то, чтобы наши любимые всегда были счастливы! — Серёж, с тобой всё нормально? — глядя на чёрные перья, поинтересовался Дима. — Да, всё хорошо, я закончил, только совет директоров мне все мозги выебал. Можно курочки? — ответил вернувшийся Разумовский. — Так ебать, а вас какого фига двое? — протирая глаза, пытался убедиться, что они не врут, Гром. — Вы тоже его видите? — удивился Серёжа. — Да, они тоже меня видят, чему я несказанно рад. Тогда, за знакомство! — предложил новый тост Птица. Сложно было не согласиться с этим тостом. Игорь пытался налить Разумовскому эля, но тот отказывался, потому что не пьёт, ну, и потому что знаком уже с этим пернатым. Выпили, закусили. Дима отчаянно пытался проснуться, или протрезветь, но не получалось и второй рыжий не исчезал. — Твои родители случайно не террористы? — допив очередную бутылку пива, спросил Птицу Олег. — Тогда откуда у них такая бомба? — От Хольт-интернешонал, — ответил он, пересаживаясь Волкову на колени. — Выдернешь чеку? — касаясь носом носа краснеющего от смущения Олега, предложил Птица. — Ммм, надеюсь это не пистолет, — шептал он на ухо, прижимаясь бёдрами. — Это пистолет. — Может вы выйдете? — грозно попросил Гром, глядя на устало закрывающую глаза Леру и напряжённо смотрящего в пол Серёжу. — Может выйдем… — протянул желтоглазый, — но сначала бахнем. — Бахнем? — переспросил Олег. — Бахнем, — с дурной улыбочкой и безумным взглядом Птица потянулся за абсентом, открыл его и хряпнул из горла. — Ты хоть закуси. Вместо закуски поцеловав Волкова, под охуевший взгляд Птица поднялся, оставив в его руках лишь бутылку абсента. Щёлкнув Олега по подбородку, крылатый направился на кухню. Волков ошарашено пронаблюдал сколько мог за своим демоном, сглотнул, посмотрел на колени, заметил бутылку и прилично так из неё отпил, с громким «эрххх» закусив, он последовал на кухню. Дверной проём перегораживал шкаф, оставлявший лишь узкую щель между ним и стеной, через которую едва ли мог протиснуться кто-то шире чем Юля Пчёлкина, но бесстыдная улыбка Птицы, вальяжно рассевшегося на подоконнике, бросала Олегу вызов. Ещё раз грозно посмотрев на шкаф, Волков, как мог, втянул всё, что мог, и попытался пролезть. — Тупой шкаф, — застряв на середине, ворчал Олег. — Чувствуешь конкуренцию? — Тихо, курочка, — Волков собрал все силы и протиснулся в относительно свободный кусочек комнаты. Птица закусил губу и, простонав, улыбнулся, протягивая руку к Олегу, который в особом приглашении не нуждался и, пройдя разделявший их шаг, опёрся на подоконник по обе стороны от пернатого и посмотрел прямо в глаза, близко-близко. — Мне нравится цвет твоих глаз. Он такой… Конченый. Птица от неожиданности сравнения замер на мгновение, а потом засмеялся, касаясь лбом лба Олега. Волков склонил голову на бок, чтобы было удобнее, и провёл языком по верхней губе демона, такой дразнилки хватило, чтобы захотеть большего, поэтому уже через мгновение Птица с упоением целовал его. Когтистые пальцы зарывались в волосы наёмника, притягивая ближе, спускались шее, оглаживали подбородок. Олег в долгу не оставался и, проведя рукой по бедру Птицы, придвинул его к себе, держа за ягодицы. — Твой пистолет меня смущает, — прервался, чтобы высказать недовольство, желтоглазый. Волков целовал его шею с маленькими щекотавшими нос чёрными пёрышками за ухом, пока вытаскивал из штанов незаменимого друга ГШ-18. — Больше не будет, — демонстративно повертел в руках пистолет Олег. Птица не удержался и как в старые добрые времена лизнул огнестрел. У Волкова от этого по спине пошли мурашки. — Так, голубки, а ну идите к нам, Юлька в правду или действие предложила играть, — позвал уединяющихся Гром. — Мы ещё не закончили, — укусив Олега за ушко, прошептал Птица и ловко вылез из кухни.