Когда перебьется хрусталь

      Холодные, до жути знакомые стены заставляли Драко передернуть плечами. Здесь вокруг стоял сырой запах, будто это вовсе и не жилой дом, а чертов подвал. Слизеринец с ненавистью смотрел на висящие на стенах картины и сжимал кулаки так, что ногти впивались в белоснежную кожу. Спасибо, отец, что забрал из Хогвартса на два месяца раньше нужного. Спасибо, отец, что теперь по всему дому беззаботно разгуливают пожиратели смерти. Разгуливают, будто по своему дому.       Теперь, кажется, даже эти темные каменные стены впитали в себя потный грязный запах этих животных. Теперь Драко придется ходить по собственному дому будто между камерами с заключенными, откуда в любой момент на тебя может обрушиться смертельная опасность. Почему это Лорд Волан-де-Морт решил устроить змеиное логово именно в Мэноре? Почему именно этим стенам суждено услышать истошные крики и стоны пытаемых и видеть последние дни жизни невинных людей?       Мать была ужасно расстроена узнав, что Темный Лорд велел готовить Мэнор к прибытию пожирателей. Хорошо, для них выделили отдельные комнаты, находящиеся в отдельном от спален Малфоев крыле. Нарцисса с грустью убирала очаровательные вазы с пышными цветами, что добавляли хоть немного живости в их серую однотонную жизнь. И вот, эти твари расхаживают по этим самым коридорам, имеют право ходить везде, где им только вздумается. Мерлин, и как отец согласился на это?! Ах, да, неповиновение ведь карается смертью…       Да и Люциус, честно сказать, совершенно не выглядел счастливым при виде них. Ознакомительную работу поручил трусливым и робким эльфам, что получили несчитанное количество пинков, подзатыльников и простых насмешек со стороны пожирателей.       Драко запер за собой тяжелую дверь и без каких-либо сил упал на двуспальную кровать. Конечно, спорить с отцом он не стал, но в душе готов был бросить в него как минимум Круциатус. Обессиленно закрыв глаза, Драко вскоре провалился в глубокий сон.

***

      Хогвартс во всю готовился к СОВам. Это время одновременно радовало и заставляло коленки подкашиваться от волнения. Ученики сидели на зеленых лужайках с раскрытыми учебниками на коленях и упорно пытались все запомнить. Некоторые, особо не заботящиеся учебой, предпочитали в это время сидеть в столовой и съедать тонны жареного, вареного, сладкого и так далее.       В последнее время за обедами в Большом зале собиралось всего несколько групп из двух-трех человек. Остальные же либо вообще не приходили на обед, либо приходили забрать себе какой-нибудь еды и снова уйти. Одними из самых беспечных оказались Гарри и Рон. Целыми днями сидели в гостиной, коротая время партиями волшебных шахмат, или гостили у Хагрида за чашкой малинового чая, или болтали о чем попало, сидя в Большом зале. И, конечно, Гермиону они старались везде таскать за собой.       Перечитывая учебник по травологии, девушка отметила, что многим деталям раньше не уделяла нужного внимания. Внезапный крик прямо в ухо заставил девушку со скоростью света захлопнуть учебник и поднять глаза на мальчишек, которые выжидающе пялились на нее, едва сдерживая смех.       — Что вы творите? — возмущенно спросила Гермиона.       — Ты была так увлечена чтением, что даже не заметила, что мы уходили, — при этом Гарри состроил обиженную рожицу, — Ну же, Гермиона, расслабься!       — Вы слишком несерьезно относитесь к СОВам. А это очень важные экзамены. Тем более, вы находитесь на седьмом курсе обучения. В этом году добавят дополнительные задания по вашей специальности.       Если Гарри хотя бы чуточку вникал в суть речи Гермионы, то Рон был увлечен исключительно гороховым супом на курином бульоне. Девушка закатила глаза и поднялась со своего места.       — Пожалуй, я буду готовиться в комнате, — произнесла она.       Поттер хотел что-то сказать, но гриффиндорка уже развернулась и была на полпути к выходу. Она не знала, сколько еще можно уговаривать своих лучших друзей взяться за ум, начать учебу хотя бы в последний год своего пребывания в школе.       Миновав лестницы, портрет Полной Дамы и гостиную, Гермиона вошла в прохладную женскую спальню. Она была плохо освещена дневным светом, льющимся из окна, а также зажженными свечами в золотистых настенных канделябрах. Причудливые тени от кроватей ложились на пол и тумбы. Как и предполагалось, соседок здесь не было. Девушка легла на свою кровать и, шепнув «Люмос», освещала себе строки в учебнике. Ноги чувствовали божественный отдых, которого не видели уже много месяцев. Гермиона почти никогда не позволяла себе отдыхать, окружая все новыми и новыми заботами, занимая себя самыми разными делами, не оставляя места полноценному отдыху.       Учебник наскучил, девушка отложила его на прикроватную тумбочку и потянулась. Дверь комнаты открылась и в спальню вошла одна фигурка. Она почти бесшумно прошлась по комнате и села на кровать рядом. Гермиона разглядела в ней одну из своих соседок — Фэй Данбар. Поправив изящную прическу, собранную из густых темных волос, Фэй наконец заметила сокурсницу.       — О, Гермиона, — она мягко улыбнулась, — Ты уже слышала новость?       — Нет, а что за новость? — девушка села на кровати, удобно поджав ноги.       — Об этом гудит половина школы! Вчера из школы забрали Драко Малфоя, он даже не сдавал СОВы. Говорят, его отец подкупил Дамблдора немаленькой суммой, — активно жестикулируя, повествовала девушка.       — Чушь, — вынесла вердикт Гермиона, — Дамблдора невозможно подкупить, он честный человек.       — Думаешь? — растягивая слоги, проговорила Фэй, — Я думаю, против отца Малфоя мало кто пойдет. И директор в числе тех, кто не будет рисковать.       — Какова же причина отъезда Малфоя?       — Никто не знает. Наверное, летит сейчас на отдых… — девушка легла на кровати, заложив руки под голову и мечтательно закрыв глаза.       Гермиона не стала комментировать, а лишь молча поднялась и направилась к выходу из комнаты. Гарри и Рон, скорее всего, не знают об этом. Стоило бы им рассказать. В коридорах по-прежнему было пусто, будто все ученики уже разъехались по домам. Но, стоит лишь выглянуть в окно, и можно увидеть переполненные учениками всех факультетов полянки.       Гриффиндорцев она нашла около выхода из школы. Гарри сидел, приобняв Джинни, и читал какую-то газету. Рон одиноко уплетал захваченные из Большого зала тыквенные пирожки, сидя рядом с ними. Гермиона подсела к ним, положив теплую ладонь на плечо рыжеволосого обжоры.       — Привет, Гермиона, — улыбнулась Джинни, — Ты уже знаешь про Малфоя?       — Да, мне все рассказала Фэй. У кого-то есть догадки, куда он делся?       — Возможно, у его отца какие-нибудь проблемы, — предположил Гарри, — Или Волан-де-Морт собирает пожирателей. Драко ведь тоже находится в их рядах.       — И то верно, — заметила Гермиона. Ее голову подобная мысль почему-то не посетила.       А что, если Малфою снова поручили какое-нибудь задание? По типу убить Дамблдора. Хорошо, что прошлое его задание провалилось. Иначе говоря, что, если Темный Лорд вновь хочет использовать Драко в своих целях? Это было, наверное, самое логичное объяснение. А с отдыхом, как предположила Фэй, можно было и повременить.       — Кстати, уже в эту субботу проведется матч по Квиддичу между Пуффендуем и Слизерином, — оповестила Джинни, — Вы пойдете?       — Это даже не обсуждается, — вытирая руки от крошек, сказал Уизли, — Как можно пропустить проигрыш Слизерина?       — Я тоже пойду. А ты, Гермиона? — Гарри пристально смотрел на подругу.       — Нет.       — Это из-за подготовки к экзаменам? — хмуро спросил Рон.       — Не только, — ответила Гермиона, разглядывая пушистые облака, — Я не считаю игру интересной, если там нет моего факультета. Несомненно, поддержать пуффендуйцев нужно, но я не буду этого делать.       — Тогда как хочешь, никто не заставляет тебя идти, — улыбнулась Джинни.       Гермиона отлично понимала, что не должна уделять учебе так много времени. СОВы она и без такого количества нагрузки напишет идеально. А вот парням стоило бы подготовиться тщательнее. Они ведь даже не пытались учить материал или хотя бы понять темы. Такое поведение иногда раздражало. Как в свои семнадцать можно так беспечно относиться к будущему? Ведь даже чтобы стать аврором нужно знать некоторые вещи. Гермионе о предстоящем месте работы волноваться не стоило — профессор Макгонагалл множество раз приносила ей письма с предложениями работы в самых разных направлениях магического мира. Правда, девушка ни на одно из писем не ответила согласием — все ссылалась на наличие будущей работы. Сама же она по-настоящему не понимала, чему хочет посвятить себя и свою жизнь. Наверное, стоило бы серьезнее к этому относиться.       Пока Грейнджер размышляла, друзья успели обсудить прошлую игру в Квиддич и единогласно решили, что студенты Пуффендуя играли почти так же ловко, как и гриффиндорцы. А значит матч будет горячим, ведь и Слизерин, и Пуффендуй натренированы одинаково хорошо и игра должна быть честной.       — Ох, я совсем забыла, что у меня еще и отработка у Снейпа! — Джинни прикрыла рот ладонью, — До завтра!       — Интересно, что она уже успела натворить, — ухмыльнулся Рон.       Отработка у Снейпа — развлечение не из приятных. Гермиона знала это не понаслышке, убедившись в этом на своей шкуре в начале учебного года. До этого ей не приходилось бывать на отработках вообще. Еще одним минусом отработки стала Паркинсон, что все время поддразнивала Гермиону на отработке, что в итоге превратилось в драку и им вдвоем приходилось отрабатывать разбитые баночки вместе целую неделю. Впрочем, вспоминать об этом гриффиндорка не особо любила, а вот парни весь год при словах «отработка у Снейпа» косились на подругу, едва сдерживая смех. Но в этот раз они даже не удостоили ее своими взглядами. Похоже, наконец-то забыли об этой ситуации.       — Может, пойдем в гостиную? — предложил Рон, заворачивая в бумажный пакет объедки.       — Да, пойдемте, — поддержала Гермиона.       До гостиной они добрались вполне быстро. Ученики начинали собираться в здание, так как ветер на улице крепчал и становился холоднее. В гостиной, как и всегда, потрескивали дрова в камине и студентов здесь было достаточно много. Большая их часть собралась у доски с объявлениями, что-то читая и тыкая пальцами. Рон тоже подошел к доске, дабы разузнать, что же так привлекло всеобщее внимание. Но он быстро возвратился к друзьям, разведя руками в воздухе.       — Что там? — с нетерпением спросила Гермиона.       — Объявление о матче по Квиддичу, — объяснил он, — Для нас ничего нового.       — Гарри, может, сыграем? — Невилл, улыбаясь и что-то жуя, протягивал Гарри волшебные шахматы.       — С удовольствием.       Девушка непроизвольно вздохнула. А потом будут просить ее помочь с экзаменами! Что ж, пусть сами пишут, ежели такие умные. Гермиона направилась в спальню, в которой уже собрались все ее соседки и что-то бурно обсуждали, собравшись в круг на одной из кроватей. Волшебница успела заметить лежащие на кровати модные журналы, косметику и сладости. Когда в комнату вошла Гермиона, все внимание было обращено на нее. Она никогда не была в тёплых отношениях с соседками, кроме Фэй. Девушка иногда рассказывала Гермионе новости или просила объяснить тему по какому-нибудь предмету, но никогда не говорила с ней в присутствии своих подруг. Она будто стыдилась, что ее тоже отвергнут и она всегда будет одна. Гермиону же такое положение не напрягало. Еще с первого курса она привыкла читать книжки и практиковаться в заклинаниях пока остальные развлекаются.       Она легла на кровать и отвернулась от девушек, все еще чувствуя спиной их осуждающие взгляды. «Пусть смотрят, — подумала Грейнджер, — Может, им делать больше нечего». Но вскоре соседки снова вернулись к шумному обсуждению сплетен и надвигающихся событий. Из обрывков фраз Гермиона поняла, что темами для обсуждений является все, что попадается на глаза девчонкам или всплывает в воспоминаниях. Так они минут двадцать обсуждали новое платье Лаванды, а затем — грядущий матч по Квиддичу, а позже — горячих парней со Слизерина. Наверное, их слова служили девушке чем-то вроде снотворного. Веки быстро набрали массу и вскоре Гермиона тихо посапывала.

***

      Открыв глаза, девушка обнаружила, что в спальне уже светло, а за окном вовсю чирикают птицы. На остальных кроватях мирно спали соседки. Спустив с кровати ноги, она заметила, что спала в мантии и та ужасно помята и не исключено, что испачкана. Исправив все взмахом волшебной палочки и парой слов, Гермиона беззвучно сложила в сумку нужные учебники и, обувшись в старенькие потертые туфли, вышла из спальни.       За столами в гостиной, положив головы на исписанный пергамент, спали несколько человек. Подбросив пару поленьев в затухающий камин, Гермиона вышла в коридор, где уже шли несколько студентов. Утро пятницы всегда было для девушки чем-то особенным, не схожим ни с одним другим днем недели. Многие радовались пятнице, ведь это последний день учебы перед выходными, но Гермиону радовало не это. Какая-то странная, едва уловимая атмосфера пятничного утра заставляла ее вставать на несколько минут раньше обычного и вылаживать в дела как можно больше сил, энергии, времени. От этого странного чувства хотелось танцевать прямо посреди школьных коридоров. Жаль, эти ощущения были понятны ей одной и все, с кем бы она этим не поделилась, принимали ее за сумасшедшую.       Первым уроком было ненавистное Зельеварение. Гермиона решила не торопиться в подземелья — все равно ей не будут там рады, а прогуляться на свежем воздухе перед завтраком. Теплый апрельский ветер раздувал волосы в разные стороны. Девушка шагала по пестрой невысокой траве с редкими желтыми цветочками, и наблюдала, как носки туфлей покрываются мелкими каплями утренней росы. Прогулка весенним утром вдоль озера — прекрасная возможность, которую, видимо, решила не упустить не только Гермиона.       С одной стороны озера к гриффиндорке медленно приближалась высокая фигура в темно-зеленой ведьминской шляпе с острым кончиком. Одежда была весьма скромной — длинная мантия в том же цвете, что и шляпа, черный корсет нещадно стягивал талию. Судя по звуку, обувь имела небольшие, но звонкие каблуки, отбивающие ритм от мелких камушков. Безусловно, это профессор Макгонагалл.       Когда декан подошла ближе, Гермиона мягко улыбнулась, невнятно произнеся приветствие.       — И вам доброго утра, мисс Грейнджер, — сдержанно ответила Минерва. Ее маленькие глаза с интересом разглядывали студентку, — Гуляете?       — Да, сегодня чудесная погода для прогулки.       — Хорошо, что мы с вами встретились, — вдруг сказала профессор и сразу продолжила, уловив вопросительный взгляд Гермионы, — Директор Дамблдор просил вас зайти к нему сегодня. У него есть некоторая информация для вас. Если хотите, мы можем пойти туда прямо сейчас.       — Было бы неплохо, профессор.       — Тогда пойдемте.       Макгонагалл улыбнулась и пошла вперед Гермионы. Девушке оставалось лишь следовать за ней. Войдя в школу, она ощутила непонятный холодок и тянущее чувство внизу живота. Несмотря на свой возраст, передвигалась профессор достаточно быстро: минут за пятнадцать они уже были у кабинета Дамблдора, а Гермиона едва ли поспевала за ней.       — Лимонный щербет, — проговорила Макгонагалл и горгулья пропустила их на ступени.       Стоило им только поставить ноги на ступени, как они двинулись вверх и вот они стояли перед дверью в сам кабинет директора. Профессор постучала в дверь и, услышав одобрительное «Войдите», открыла дверь перед Гермионой. Девушка вошла в кабинет и внимание ее сразу же было привлечено высоким каменным сводом с вырезанным на нем узором. Стена была увешана портретами предшественников Дамблдора, которые тут же взглянули на пришедших. По всему кабинету были расставлены интересного строения серебристые столики на закрученных резных ножках, а на столешницах стояли самые разные волшебные приборы, видимо, коллекционируемые директором. Сам он поднялся из-за стола и вышел чуть ближе к пришедшим, сложив пальцы в замок.       — Здравствуйте, мисс Грейнджер, — мягко приветствовал девушку директор.       — Доброе утро, профессор.       — У меня есть для вас требование, — она вопросительно изогнула бровь, — Вы должны переехать в Малфой-Мэнор до окончания учебного года.       Глаза Гермионы расширились, а ладошки слегка вспотели. Она перевела испуганный взгляд на Минерву, которая, в свою очередь заинтригованно и чуть настороженно смотрела на профессора. Попытавшись собраться с мыслями за пару минут, Гермиона выдавила из себя первый возникший в ее голове вопрос:       — Зачем и почему я должна ехать туда?       — Это будет полезно для вашего здоровья, вы сможете отдохнуть от большой нагрузки по учебе и даже будете освобождены от СОВ, — говорил профессор.       — Я не верю, что вы делаете это только для моего блага. Вы ведь точно преследуете какие-то цели. Какие? — выпалила девушка первое, о чем подумала.       — Гермиона!.. — шикнула Макгонагалл, сдерживая изумленный вздох.       Но Дамблдор успокаивающе кивнул ей и улыбнулся, обращаясь к Грейнджер:       — Вы ошибаетесь. В этой ситуации я не могу получить никакой выгоды и действую исключительно в добрых намерениях.       Грудь Гермионы вздымалась часто-часто, сердце пропустило несколько ударов, но девушка все же выпрямилась и, совладав с собственными эмоциями, она произнесла холодным безразличным голосом:       — Когда и как я поеду?       — Завтра Хагрид отвезет вас туда на своем летающем мотоцикле, поэтому лучше вам начать сбор вещей сразу же после занятий.       — Хорошо. Могу я идти на занятия?       — Кончено.       Профессор Макгонагалл кивнула Гермионе и та быстро удалилась из кабинета. Выйдя из директорского коридора, девушка направилась в Большой зал. Наверняка, Гарри и Рон будут ждать ее там, если завтрак, конечно, не закончился.       В голове было огромное количество вопросов, на которые Гермиона не получила бы ответы от Дамблдора. Вытащить из него правдивый ответ на значимый вопрос — проблемная задача. На своем опыте гриффиндорка еще давно убедилась, что этот старик не раскроет своих секретов, даже если бросить в него «Круциатус». Что ж, раз никто ей ничего не расскажет, Гермиона сама узнает все тайны, скрываемые Малфоем. А, быть может, еще и Гарри с Роном помогут что-нибудь выведать.