Masters of Spinjitzu: Mixed pain

Черный песок, поднятый резким порывом ветра, летел во все стороны. Внезапно появившийся портал нарушил привычную тишину этого места. Он материализовался в воздухе внезапно, но так ожидаемо, как первый снег. Из портала вышел человек. Облаченный в черное, он настолько сливался с окружением, что выделял его только ярко светящийся камень. Меллоу двинулся вперед. Его встречали резкие порывы ветра, которые так и хотели выдуть его отсюда. Он бы и сам с радостью ушел из этого прогнившего места. Раздражение каждый раз становилось все сильней, стоило только напрячь память. Раньше это был пустынный пляж, даже был водоем, но магия Они мгновенно отравила тут все живое. Вода в первые же дни стала черной субстанцией, а рыбы в ней умерли из-за сильной концентрации темной магии в одном месте. Меллоу поежился, когда очередной поток ветра ударил в лицо. Точно, здесь всегда было холодно, прямо как в темницах старых домов. Отец стоял лицом к своему трону, когда Меллоу склонился в поклоне. Взгляд пал на трон. Давно известный факт среди сородичей, что он сделан из костей воинов, которые скончались от голода, или же Король Они съел их в попытках обрести силу за счет их магии. Это заставляло демонов, чьи разумы были свободны, еще более покорно подчиняться всем приказам. Но ни один день капитализма не приближал отца к силе. Меллоу тихо хмыкнул. Ему-то никого не нужно есть, чтобы быть самым сильным в армии.  — Ты сделал это, — это был не вопрос — утверждение. Король просто не мог допустить даже мысли о провале операции, возлагая на сына неимоверную тяжесть. — Сделал, — он наконец повернулся лицом к Меллоу. В его глазах вспыхнуло желание обладать, когда взгляд упал на местикамень. Хочешь присвоить его себе? Ухмылка вновь незаметно коснулась губ Меллоу. Конечно, хочешь. Меллоу еще никогда не ощущал в себе такой силы. Он держал в руках лишь камень, лишь оболочку этой силы, но она уже подобно змеиному яду попадала в вены и смешивалась с кровью совсем быстро. Голова шла кругом, перед глазами словно стояла пелена… могущества. Да, могущество. Меллоу ощущал его глубоко в себе всегда, но в эти минуты оно словно обострилось. Всесильный, умный, могущественный… Такую силу нужно укротить, пока она не вышла из-под контроля. — Сегодня свершится правосудие, — Меллоу сжал камень в руках, впитывая в себя дозу сил, прежде чем отдать его в руки отцу. — Этот мир наконец узнает о том, что бывает, когда зло возвращается.  — Их мир достаточно находился в безопасности, — не мог не согласиться Меллоу. — А мы достаточно находились взаперти, чтобы с громом заявить о себе. Парень протянул Королю кубок, наполненный бордовой жидкостью, а затем материализовал из тьмы нож. Одним резким движением он порезал свою ладонь вдоль. Кровь крупными каплями падала в кубок, наполняя его почти до краев. Зловещая улыбка коснулась уст Короля, и он залпом выпил содержимое кубка. «Мерзость», — подумал Меллоу, отворачивая лицо от этого зрелища. Глупые ритуалы. Глупая жизнь. Глупое все.  — Отец, позволь мне провести переговоры…  — Переговоры? — перебил он, обнажая свои клыки в презрительной усмешке. — Какие переговоры могут быть с жалкими людишками?  — Мы можем избежать ненужных потерь, если сначала представим свои условия, — твердо продолжал Меллоу. — Людишки будут настолько испуганы, что просто отдадут свой мир на наше правление. А если нет, то начнем атаку, — в глазах была уверенность в своих словах и холодная ярость. Король на секунду посмотрел на него и лишь небрежно махнул рукой.  — Валяй. А затем в глаза ударил яркий свет. Он поглощал тело Короля, впитывался в кожу, проникал в вены и сливался с разумом. Свет озарил всю пустыню, привлекая внимание блуждающих Они. Казалось, это длилось всего одно мгновение, но и целую вечность одновременно. Когда свет погас, пустота рябью прошлась по этим местам, обязательно оставив свой след.

***

Голова раскалывалась пополам. Нет, она точно раскалывалась. Так, будто маленький острый топорик насквозь прошел через череп и расколол его на две ровные части. На две идеально ровные части. Интересно, почему так тихо? Кажется, будто весь мир замер в одно мгновение и никто не способен выдавить хоть звук. Все вокруг стихло, мир вокруг стих, в ужасе раскрыв рот. Воспоминания этих трех месяцев резко пролетели перед глазами отдельными кадрами. Мелисса как издалека услышала стон, пропитанный болью. Тренировки, убийства, нападение, пропажа, Меллоу в квартире и бледная Харуми, прикованная цепями к пожарной лестнице. Мелисса резко открыла глаза и подалась вперед, игнорируя миллионы раскаленных на огне ножей, пронзающих ее тело. Значит, стон принадлежал ей. На улице все еще была ночь. Свет от рекламного баннера ударил в глаза, вынуждая всего на секунду зажмуриться. Перед ней был один человек, он лежал на холодной крыше в позе эмбриона, сжимаясь от каждого порыва ветра. Сердце Мелиссы сжимали в твердом кулаке, выжимая каждую каплю крови из него, а затем отпускали, позволяли налиться кровью, а потом снова сжимали. Губы дрожали, и она закусила губу. Она вдруг поняла, что не может дышать. Попыталась вдохнуть, но все, что у нее получилось — судорожно выдохнуть. Голова шла кругом, как все окружающее. По подбородку пробежалась струйка крови.   — Ма… — единственный звук, который удалось выдавить из себя. Во рту была пустыня. Мелисса закашляла, словно хотела таким образом убрать песок изо рта. Грудная клетка тоже сжалась от боли, прямо посередине.  — Мелисса? — тихий голос долетел до ее ушей. Такой тихий, схожий с дуновением ветра. Такой поломанный и сухой, прямо как солома. И в этом голосе она узнала свою мать. Мелисса осторожно поднимала голову, опасаясь, что от очередного приступа боли может снова потерять сознание, и молилась, чтобы с ней было все нормально. Харуми выглядела хуже. Место, где обычно были щеки, оказалось пустым, кости прямо-таки выпирали из-под кожи. Ее руки дрожали, ведь она опиралась на них. Из-под куртки не было видно, но Мелисса готова поспорить, что и там были лишь одни кости, облаченные в кожу. Ее глаза совсем потухли. Харуми всегда отличалась природной худобой, но сейчас она была истощенной. Именно истощенной. Мелисса открыла рот, но не смогла выдавить хоть какой-то звук. Множество вопросов. Мелисса хочет спросить ее обо всем, хочет обнять ее так сильно, чтобы слиться с ее телом. Разговаривать с ней часами на кухне на самые разные темы, слушать ее, ее голос, и наслаждаться им. Утопать в этом чувстве.  — Какое милое семейное воссоединение, скажи же, Меллоу, — насмешливый голос был таким внезапным, что Мелисса вздрогнула. Может, это были судороги, знаете, после того, как твое тело бьется в конвульсиях. А может, это было из-за холода. Харуми с явным страхом в глазах взглянула куда-то за спину Мелиссы.  — Полностью согласен с тобой, отец, — его голос был холодным. Слишком холодным. — Такое жалкое зрелище. Меня бы обязательно вырвало, если бы я ужинал сегодня. Король внезапно рассмеялся. Холод змеей прошелся вдоль позвоночника, заковывая тело в свои оковы. Мелисса впервые за это время сглотнула. Это был ужас. Человеческий ужас, заставляющий ее сердце биться в грудной клетке с такой скоростью, что оно вот-вот должно вырваться наружу. Капелька пота скатилась вниз по лицу и беззвучно упала на крышу. Король перестал смеяться. Это даже не было смехом. Что-то отдаленно напоминающее смех дохлой собаки, но не человека.  — Ну что за слова, — он покачал головой, как обычно качают головой родители, если ребенок огорчает их. Мелисса ощутила, как воздух содрогается с каждым шагом Короля. Он содрогался ровно настолько, насколько это было возможно. Темная магия шла за ним попятам, оставляя за собой шлейф из холода. Король остановился возле Харуми.  — Не… трогай ее, — слова были больше похожи на хрип, и вряд ли кто-то смог бы различить звуки, но он различил. И повернул голову, чтобы посмотреть на ее лицо.  — Не трогать? — в его руках появился нож. Мелисса подорвалась со своего места, и тут же свалилась от боли. Она задыхалась в этой агонии, тонула в ней. Так, будто кости ее ног пропустили через мясорубку, мышцы вырезали, и она находилась на краю между пустотой и жизнью. До ее слуха вновь долетел смех.  — Готов смотреть на это вечность, — Король театрально смахнул слезинку с лица и поднес острие ножа к серому лицу Харуми. Легким движением он провел вдоль впалых щек, едва разрезая ткани. Харуми с ужасом смотрела на свою дочь. Это было почти не больно. Правда, не больно. Король аккуратно, почти нежно взял ее кисть и сжал в своих черных ладонях. Мелисса попыталась издать звук, но поняла, что только может сидеть с открытым ртом и смотреть на действия Короля. Глаза защипало. Слеза медленно скатилась к ее губе, обжигая рану. Она навсегда запомнит звук столкновения ножа и бетона. Этот момент она прокрутила в голове слишком много раз, прежде чем поняла, что произошло. А затем вспышка боли. Белый свет. Тьма. Это все связалось в один комок эмоций, и Мелисса неспособна была различить их.

***

Среди темноты было слишком уж хорошо. Она обволакивала тебя, нашептывала что-то так тихо, что ты не понимал слов, но остро ощущал это всем своим телом. Здесь совершенно не было света. И было совсем не холодно. Было хорошо. Шепот становился все громче. Громче, громче и громче. Но чем более громким он становился, тем менее понятны были слова. Мелисса ощутила на своей коже касание темноты. Такое аккуратное, более нежное, чем нужно. Что-то теплое словно ожило в ее венах, начало пульсировать, гнать кровь туда-сюда, туда-сюда.  — Оставайся…  — Это…  — Опасно… Она слышала обрывки слов среди всего шепота.  — Открой глаза… Эта фраза ударила по ней так резко, что ее тело рефлекторно дернулось. Черт. Лучше бы она этого не делала. Боль пронзила ее мышцы, но эта была та боль, которая бывает после долгой тренировки. И Мелисса медленно открыла глаза. Размытые силуэты, большие предметы… Изображение непрерывно двигалось, не позволяя взгляду сфокусироваться даже на чем-то одном. А на всем сразу — это было казалось почти невозможным. Хриплый стон сорвался с ее губ. Видимо, она хотела что-то сказать, но звук превратился в один сплошной хрип. Что-то коснулось ее губ, а затем попало в рот. Вода. Она жадно поглощала ее, пока желудок не был полностью наполнен ею. Мелисса наконец-то смогла вдохнуть, но грудная клетка снова сжалась. Взгляд сфокусировался.  — Она очнулась! — крикнул Рон остальным, а по ее вискам вновь ударило несколько раз. Он пристальным взглядом наблюдал за изменениями на ее лице и, кажется, нашел то, что заставило его нахмуриться. Мелисса попыталась встать, но поняла одно — на руках Рона вряд ли она сможет двигаться.  — И она встанет на ноги, — прошептала Мелисса, когда ее попытка слезть с его рук провалилась. Мелисса постаралась сделать взгляд холодным и решительным, но, видимо, это так же не удалось. — Рон. Он наконец поставил ее на землю. Мелисса осмотрелась: они, судя по всему, были еще на крыше дома. Только со второго раза она различила среди людей мистера Коула и Рика. Они стояли прямо напротив них и с опаской смотрели, как Мелиссу качает из стороны в сторону.  — Как долго вы здесь?  — Минуты три, — напряженным голосом ответил Коул. Значит, их отправили на ее поиски, и они нашли их. Но сколько прошло времени в общем счету? Король уже успел что-то натворить? Где все остальные? — Твой от… Король Они, — сразу исправил себя Коул, когда увидел, как сверкнули глаза Мелиссы, — захватил здание «Борг Индастриз», но пока не предпринял никаких действий. В здание не попасть, оно окружено тьмой. Мелисса кивнула и снова огляделась в поисках матери. Та лежала на железных ладонях Самурая Х, и ее левая рука свисала с правого края.  — Венозное кровотечение. У нее сильная потеря крови и истощение, но она держится. Какая у нее группа крови? — Пиксель не смотрела на Мелиссу, так даже лучше.  — У нас одна группа крови — четвертая, — ответила она, опуская взгляд вниз. Это слишком больно. Смотреть на нее слишком больно.  — Ты станешь донором? У нас нет времени искать эту группу крови в больницах.  — Я стану.

***

Ния в очередной раз начала постукивать пальцами рук по своему бедру. Движения были резкими, и ритм постоянно сбивался, но Ния все равно продолжала повторять одно и то же. Нет, она точно обратится к психотерапевту после всего этого. И остальных захватит с собой. Ее кисть мягко обхватили, призывая перестать. Рука сама по себе сжалась в кулак.  — Мам, — Сэм одарил ее укоризненным взглядом, когда она попыталась выхватить кисть из руки, и крепче сжал ладонь.  — Прости, прости, это из-за нервов, — Ния опустила взгляд, чтобы лишь не встречаться с его синими глазами. Их группа остановилась на крыше возле самого высокого здания в мире — «Борг Индастриз», и наблюдала за темнотой. Это единственное, что оставалось делать. Ни один демон не был замечен за все это время, и этот факт оставлял только послевкусие напряжения. Сзади Джек измерял крышу большими шагами, а Зейн же внимательно наблюдал за показателями на своем миниатюрном мониторе. Ничего не менялось. Тишина. Глаза замечают движение внизу. Прямо по опустевшим дорогам города идет человек. В его руках камера, а сам он что-то непрерывно говорил. Джек узнал его. Бин Глесс. Нарушитель режима решил выйти на улицу в поисках эксклюзива и поставить свою жизнь под удар? Джек гневно сжал кулаки и выдохнул.  — Парень, уходи немедленно! — крикнул Зейн так громко, что уши на секунду заложило. Бин обернулся и нервно огляделся. Он не сразу понял, где сидят ниндзя, но стоило ему найти их взглядом, как его кожа побледнела на несколько оттенков. — Убирайся! Но парень сделал несколько шагов по направлению к «Борг Индастриз» и что-то сказал в камеру. Его глаза бегали от лица к лицу и с каждой секундой расширялись все больше. Сэм вздрогнул и обернулся, когда большой рекламный экран засветился прямо за ним. Все экраны, как по цепочке, начали включаться, и на них одновременно показалось Его лицо. Острые черты лица, рога и черные, как бездна, глаза. Это единственное, что Сэм смог разглядеть в первые секунды на экране. Это точно Король Они. Бин восторженно перевел камеру на экран.  — Пусть правительства этого мира услышат мой приказ. У вас есть два варианта, прежде чем я встану у власти Этого мира. Вы покинете свои посты добровольно, или же прольется ваша кровь. Даю вам на выбор полтора часа. Иначе кровь ваша будет литься рекой, — он выдержал паузу. — Вот мое доказательство. И в этот момент экран выключился так же быстро, как и включился. А внизу раздался оглушительный вопль. Прямо на глазах Джека копье пробивает Бина насквозь и, пролетев еще несколько метров, со стуком падает на асфальт. Его толстовка мгновенно заливается кровью, а тело беззвучно падает на холодную землю. Алая лужа медленно растекается под ним.

***

Ллойд быстро переваривал эту информацию в голове несколько раз, прежде чем безмолвно открыть рот. Что он должен сказать? Он так и стоял с открытым ртом несколько минут, просто моргая. Мысль так и крутилась на языке, но он словно забыл все слова и навык соединять их в одно целое предложение с единым смыслом.  — Он чертов ублюдок, — мысль сформулировалась сама по себе и вылетела до того как Ллойд понял ее смысл. Но это чертовски подходило к ситуации.  — Да он хорек ублюдочный! — подорвавшись со своего места, воскликнула Скайлор, да так громко, что сидящая совсем рядом Тася невольно зажмурилась. — Сидит наверняка в страхе и трясется! На что он рассчитывает? На то, что мы просто так бросим все и отдадим этот мир? Он же просто унизить хочет нас! — женщина махала руками в стороны, едва не задевая голову Таси, пока та не вжалась в свое кресло настолько, что могла спокойно слиться с ним.  — Миссис Смит, вы говорите об очевидных вещах, — Джессика Беннет вроде согласилась со Скайлор, но в ее голосе слышался упрек. — Но мы не можем рисковать нашими людьми! Они уже убили одного. Если это число увеличится? Нам нельзя рисковать! — теперь вскочила уже сама она, грозно держа руки на своей талии.  — Но и бездействовать тоже нельзя! — не согласился Ллойд. — Он в любом случае начнет убивать, лишнее население ему не нужно. Это лишь время, чтобы запастись силами!  — У него уже достаточно сил, — покачала головой Лиса. Сожаление отразилось на ее лице и тут же исчезло под маской спокойствия. Тася взглянула на нее в тот момент, когда та судорожно вздохнула. Сейчас они все находились в особняке Уолкеров, и на данный момент это самое безопасное место. Совсем недавно вторая группа вернулась с целым президентом Ниндзяго и сразу же попала под прямой эфир Короля Они. — Не зря же он выкачал все силы из Мелиссы… Но ее голос утонул в водовороте разногласий.  — Значит, решили? — Ллойд скептическим взглядом посмотрел на президента. — Скайлор, свою роль в этом плане ты поняла. Главное — будь всегда на связи с нами. Пиксель, ты следишь за ситуацией сверху. Через десять минут расходимся с командами на свои места. Тася и Мики, вы за главных в штабе.

***

Рик пристально наблюдал за Мелиссой, пока из нее выкачивали кровь. Он заметил, как бледнело ее лицо, как под глазами образовывались круги, а затем ей велели спать. Только после этого он вышел из палаты и двинулся вниз по лестнице. Он был зол. Явно был зол, и это Рейчел заметила издалека. Почувствовала эту злость на себе. Он сжимал и разжимал кулаки, его ноздри с каждым вздохом раздувались все сильней, и, кажется, его глаз начал дергаться. Но она промолчала. Конечно, она промолчит. Промолчит и пойдет дальше наверх, чтобы наблюдать за Мелиссой. Он спустился на нулевой этаж особняка и прошел еще немного вперед, пока перед ним не показалось множество мониторов и толпа людей. Они все разговаривали на повышенных тонах, и только трое из них вели себя тихо. Рик встал позади кресла Таси и внимательно посмотрел на данные монитора. Признаков жизни кроме двух в здании «Борг Индастриз» не было зафиксировано. Выходит, там только этот главный и его шут. Занятно. Рик вновь закрыл глаза в попытке успокоить себя. Дыши, дыши.  — Моя мама не будет принимать участие в таком рискованном плане! — вспылил он через минуту. — В ней же нет крови Они, она не сможет слиться с ними! Это опасно для нее!  — Рик, успокойся, — Скайлор мягко обхватила его лицо ладонями и нежно провела по нему, — я справлюсь с этим, не пере…  — Не переживать? Не переживать?! Не проси меня «не переживать»! — Тася вновь вжалась в кресло от криков. — Ты знаешь, что я буду не только переживать!  — А ну тихо! — Тася не сразу поняла, что это она воскликнула и ударила о стол ладонями, призывая всех замолчать. И они замолчали. — Своим шумом вы мешаете мне и Мику работать, — она покрылась румянцем, пока говорила свой монолог, усаживаясь назад в кресло.  — Значит, решили? — Ллойд скептическим взглядом посмотрел на президента. — Скайлор, свою роль в этом плане ты поняла. Главное — будь всегда на связи с нами. Пиксель, ты следишь за ситуацией сверху. Через десять минут расходимся с командами на свои места. Тася и Мики, вы за главных в штабе. Тася согласно кивнула. В этой битве она не та, кто будет сражаться. Через пару минут зал опустел, а шаги и разговоры стихли за пределами особняка. Она взглянула на часы: пять часов пятнадцать минут. Время еще было, но так ли много у них времени?

***

Мелисса проснулась из-за нарастающей тревоги. Все ее подсознание так и кричало об опасности со всех сторон. Медленно приняв сидячее положение, она осмотрелась. Это была та же комната в особняке Уолкеров, по правую руку от нее все так же спала Харуми и всяческие устройства окружали ее. Циферблат наручных часов показывал ровно 5:33 утра. Она ощутила легкую тошноту и покачивание, когда встала на ноги. Маленькими и неуверенными шагами подошла к кровати, где лежит Харуми, и медленно опустилась на колени. Мелисса бережно сжимала ее ладонь в своих руках, словно таким образом говорила: «Давай, бери мою силу и выздоравливай. Ну же, забирай все!», но Харуми на это лишь молчала. На ее лице была маска от аппарата ИВЛ, а грудь медленно поднималась и опускалась. Горечь крупными кусками скапливалась на кончике языка, со слюной попадая в организм. Мелисса проглотила всю ее и спрятала в самую глубину разума. Она подумает об этом позже, когда все успокоится.  — И как же ты себя чувствуешь? — знакомый язвительный голос вырвал ее из мыслей, вынуждая натянуто, как струна, повернуть голову. В кресле сидел ее ночной кошмар. Рейчел О’Коннел. Мелисса рефлекторно выгнула бровь и скептически оглядела ее. Она в особняке? Не уехала? Что она тут забыла? Можно предположить, что она тут по просьбе Рика или Таси, ради ее же безопасности. Или же это снова игры ее сознания. Всегда есть и такой вариант.  — Нормально? — неуверенно выдавила из себя Мелисса, осторожно выпуская ладонь Харуми из рук.  — Так и напишем в нашем отчете, — она что-то написала в своем телефоне и довольно улыбнулась ей. — Я знаю, что ты будешь меня спрашивать, поэтому отчитаюсь сразу: ниндзя ушли около пятнадцати минут назад, Король Они еще не действовал, и, похоже, ждет. Состояние твоей матери стабильно, ей поставили витамины.  — Спасибо, — Мелисса не поняла, было ли это тем же вопросом, или утверждением.  — А теперь серьезно, как ты себя чувствуешь? — улыбка на лице Рейчел быстро сменилась мрачностью и уверенностью в своих словах. Кажется, она была такой всегда. Всегда прямолинейная, всегда уверенная в своих словах и действиях. Одним словом, это была Рейчел. — Ты не можешь чувствовать себя достаточно нормально после выкачки сил из тебя, даже несмотря на силу стихий в твоей крови. Мелисса прислушалась к своим ощущениям. Определенно, ее кости не пускали через мясорубку, мышцы не разрывались на мелкие частички. Голова больше не болела, да, было легкое головокружение и тошнота, но это определенно лучше, чем было до. Мелисса могла говорить и ее грудь не болела. А еще была пустота. Эта странность располагалась где-то внутри нее, ощущалась так остро, что, кажется, голова шла кругом из-за нее. Пустота не росла, но и не уменьшалась. А остальное же заполнял свет, но этот свет был словно заперт где-то глубоко в ней. Эта сила была спокойной, она не бушевала как океан и не порывалась захлестнуть ее. Ощущать ее было приятно. Это как дуновение легкого ветра, и, кажется, этот ветерок способен опьянить. Мелисса ощущала в себе могущество этой силы и даже могла поспорить, что она ни в чем не уступает тьме. Тьма. Была тьма, а теперь пустота. Постепенно свет заполнит ее, как должно было быть и всегда. Нельзя находиться четко посередине между светом и тьмой, одна сторона все равно будет в преимуществе, пока не поглотит тебя. Это Мелисса знала всегда.  — Мне просто нужен кофе, и я смогу сражаться, сделай мне, пожалуйста. И покрепче, без сахара, — она быстро вышла из палаты и направилась вниз по лестнице. — Сообщи координаты команды, в которой я нахожусь, и передай, что я планирую идти к ним, — сказала она Мику сразу, как только увидела мониторы и устройства управления.  — Ты должна отдыхать, — обеспокоено предупредила Тася. — Твои жизненные показатели в норме, но ты должна отдохнуть хотя бы еще немного.  — Отдых, пока я буду переодеваться, считается?  — Думаю, да, — Тася, будучи смущенной, отвела взгляд на мониторы и вновь застучала по клавиатуре. Мелисса посмотрела на часы. Пять часов сорок одна минута. Время почти на исходе.

***

Лиса поджала губы. Еще никогда она не ощущала такого волнения, как сейчас. Раньше она считала, что способна вытерпеть все, но теперь же она не уверена ни в чем. Она сильней сжала в руках свое оружие и посмотрела на светлеющее небо — скоро рассвет. Может, это ее последний рассвет, может, она никогда больше не увидит своих близких. Их жизни могут рухнуть в один миг, оборваться, так и не начавшись. У них нет будущего, все они могут умереть в любой момент, и Лиса это поняла еще три года назад. Это неизбежно. Все мы когда-нибудь умрем. Может даже сегодня. Сэм наверняка бы ударил ее по голове за настолько пессимистичные мысли, сказал бы, что все в порядке и жизнь продолжается, что они смогут победить в этой битве. Лиса улыбнулась воспоминаниям о брате. Сзади послышались шаги. Джей угрюмо сложил руки на груди, вставая рядом с дочерью. Лиса посмотрела на профиль отца. Его взгляд был направлен прямо на соседний дом, но в глазах отражалась лишь пустота. Синие глаза потускнели, а зрачки стали еле заметными. Обычная улыбка сейчас отсутствовала, на ее место пришла одна сплошная полоса. Джей был бледным, и эта бледность совсем не была ему к лицу. Ллойд вновь посмотрел на циферблат часов: ровно 6:17 утра. Время поджимало. Время, время и снова время. Кажется, после этого дня Ллойд перестанет употреблять в своем лексиконе это слово. Ллойд не сомневался — они смогут победить. У них был план, и этот план приведет их к победе. Спустя столько сражений, войн и предательств, он понял, что добро не всегда побеждает зло как в детских сказках. Но он не мог допустить иной исход. Жизни людей сейчас находятся в их руках. Звон лезвия. Лиса делает выпад вперед, и ее цепь охватывает копье демона, прежде чем острие войдет в спину Ллойда. Рывок на себя, и копье вылетает из лап демона, с треском исчезая в воздухе. Требуется всего секунда, и в руках Они материализуется черный меч. Джей едва успевает отпрыгнуть в сторону от летящей в него стрелы, и несколько молний вылетают из золотых нунчак, и те попадают прямо в грудь противников. Сзади на него наваливается один Они, но Джей ловко перебрасывает его через себя и несколько раз ударяет по смертоносным точкам золотым оружием. Мелисса как-то рассказывала о них. Лоб, грудина и колени, стоит только нанести удар по ним, и демон уже мертв. Лиса вонзает острие кусаригамы прямо в грудину монстра и пинком сбрасывает того с крыши. Внешней стороной ладони она убирает капельки пота с лица. Вот же. Ее руки в чем-то на подобии человеческой крови, только это кровь Они: густая и почти что черная с ужасным запахом. Мерзость-то какая. Это определенно ужасный день. Ллойд запускает очередной поток света в голову демонов и ловко отпрыгивает назад. Черт, они теснят его к краю крыши. Ллойд тихо выругался. Да их же тут целое множество! Лезут со всех дыр и едва не падают с неба! Почему никто не предупредил их о чертовой опасности? Чем они там занимаются? Мелкая боль пронзила ухо. Две капли крови упали на плечо. Черный меч со звоном упал на бетон. На лице Они блестит гадкая ухмылка, он точно доволен собой, гад подсобный.  — Почему никто не сказал о засаде? — Джей крикнул в коммуникатор так громко, словно боялся, что его вопрос не дойдет до главного штаба, утонет в звуке борьбы. Но в ответ было лишь шипение. — Ответьте же! Лиса на мгновение обернулась, чтобы взглянуть на отца. Он был зол. Впервые зол. И та ярость, с которой он атаковал демонов, была ему чужда. Он кричал что-то в коммуникатор, но его слова так и растворялись в воздухе, не долетая до Лисы. И этого мгновения хватило. Лиса задохнулась от боли. Она не могла определить, откуда исходила боль. Казалось, что все тело просто было раздавлено. Черные точки так и мигали перед глазами, меняясь с яркими вспышками. Лиса ощутила, как земля уходит из-под ног. Она рефлекторно подставила руки вперед, чтобы смягчить падение, но получилось наоборот. Лоб ударился о землю. Желчь встала посреди горла, и ее привкус лег на кончик языка.

***

Скайлор в очередной раз посмотрела на циферблат наручных часов. Шесть часов тридцать восемь минут. Осталось две чертовы минуты. Сто двадцать секунд. Внизу живота уже был крепко завязан узел волнения. Оно тонкой струйкой поднималось по пищеводу и оседало на кончике языка. Она сжимала кулаки, пока ногти не воткнулись в кожу до крови. Баннерный экран прямо напротив ее укрытия засветился. Король Они злобно смотрел прямо в объектив камеры, но казалось, что прямо в твою душу.  — Вы открыли нам войну, — он выдержал долгую паузу, — ну а мы же, не станем стоять на месте. Мы принимаем ваш вызов, Людишки! — и экран погас. «Пора», — сказала себе Скайлор. Ее кожа начала окрашиваться в черный, плечи стали более широкими, а лицо обрело твердые черты. Одежда тоже изменилась. Через мгновение среди мусорных баков в темной подворотне стол Они.

***

 — По всему городу замечен концентрат темной магии! Повторяю, по всему городу замечен концентрат темной магии! Пиксель пролетала округи Ниндзяго Сити, когда датчики, заранее расставленные по разным местам города, засекли подозрительное скопление темной магии и жизненных процессов. Она уже битых семь минут пыталась донести до ниндзя эту информацию, но передатчики наотрез отказывались работать. Связи не было. Видимо, Они смогли вывести из строя вышки связи или установили глушащие устройства. Было множество способов сделать так, чтобы ниндзя не смогли связаться друг с другом, и один гениальнее другого! Меч Самурая Х рассек воздух и остановился в нескольких миллиметрах от шеи Джея.  — Какая разница в возрасте у Лисы и Сэма? — мера предосторожности. С появлением Они ниндзя составили ряд вопросов, на которые нужно отвечать, чтобы утвердить свою личность.  — Ровно тридцать секунд, хотя врачи уверены, что это между тридцатью и тридцатью одной секундой, это скорей тридцать целых и шестьдесят сотых, — устало сказал Джей, отходя на несколько шагов в другую сторону. Пиксель окинула его дотошным взглядом. Явных повреждений у него не было, но в глазах стояла явная боль.  — С тобой пропала связь, — подал голос Ллойд, следуя за Джеем. — Но мы заметили костюм Самурая Х и решили не медлить. На нас напала группа Они…  — Именно об этом я и хотела сообщить вам... Но Ллойд продолжил свой отчет:  — И Лису взяли в заложники, — левый глаз Джея нервно дернулся. Пиксель беззвучно открыла рот, но она совсем не знала, что ей сказать.