Вынужденный брак, или всё таки мы вместе...

Лю Хайкаунь       Утро было, как утро, если бы я не вспомнил, как мне вчера весь вечер названивал Цзань Цзинь. Неохотно, но нужно позвонить и узнать, что за срочные дела у него были вчера. Да и не мешало встретиться и поговорить, выяснить, что же все-таки между нами происходит.       Я ведь сам сделал ему предложение, а тут нарисовался Цзян Чэн и вскружил мне голову. Я, конечно, понимаю, что сам был не прав, но боже, его нежные и сладкие губы, меня сводят с ума. В голове промелькнула мысль, а какой он в постели?       Я лежал в кровати и думал, с кем же мне быть. Цзиня люблю ли? Его последняя выходка подставила меня в тупик. Мне не понравилось, что он повысил на меня голос, что разговаривал, как будто я его подчиненный, ведь всё-таки я его старше. Ладно, была не была. — … Гудок… гудок… слушаю вас. — Цзинь! — Цзинь в тяжёлом состоянии, в реанимации, а с кем я разговариваю? — Я, — немного замялся, — его семья. — Хм, странно. Ну, хорошо, записывайте адрес в какой он находится больнице. — Спасибо.       Я кладу трубку и только сейчас до меня доходит сказанная информация. Цзинь в больнице, что?       Я срываюсь. Быстро одеваюсь, смотрю на адрес и понимаю что это больница семьи Чжу. Быстрее, нужно спешить. Попадаю в жуткую пробку, сердце бешено колотится, значит вчера звонили из больницы, а я придурок не брал трубку. Спустя час я влетаю в холл больницы и набираю номер Джоу Ми. — Привет, в какой он палате? — А тебе какое дело? — Я ещё раз тебя спрашиваю, в какой палате Цзинь? — Вы ему кто? — Жених. — Кто? Кто? А так это он из-за вас вчера попал сюда! Жених, который сосался у всех на глазах с Цзян Чэном. Не беспокойте его. Все, до свидания.       Он кладёт трубку и я подхожу к регистратуре и выясняю сам, где Цзинь лежит и в какой палате. Милая девушка мне рассказала.       Я поднимаюсь и стою у окна палаты и смотрю на Цзиня. Господи, это все из-за меня. Я смотрю, но не решаюсь зайти к нему. Да, наверное меня и не впустят.       Я чувствую, что меня кто-то резко хватает больно за локоть и куда-то тащит. — Отпустите, чего вам нужно от меня? — Я оборачиваюсь и вижу перед собой злого Джоу Ми. — Поговорим у меня в кабинете без лишних ушей. — Сказал сквозь зубы он.       Я пошёл за ним, а он по прежнему крепко сжимал мой локоть. — Отпустите меня. — Потерпите, ничего с вами не будет, Цзинь же вчера терпел. Переживете.       Наконец-то, мы дошли до кабинета и врач закрыл за собой дверь на замок. Джоу Ми отпустил мой локоть и со всей силы врезал мне кулаком сначала в лицо, разбивая нос, а затем в живот. — Черт, — выругался он и потряс рукой. — Блин, болеть будет. — Совсем крыша поехала, идиот! — сказал я.       Хотя удар по носу был болезненный, слезы и кровь, ну и удар в живот выбил из меня весь воздух.       Я сел на диван, наклонив голову назад, захлебываясь своей же кровью. — Надеюсь теперь твой мозг встал на место. Раз ты тупой, объясню тебе, что вчера произошло. А произошло следующее: «ты Сука, целовался на глазах у Цзинь, он увидел это и ничего лучшего не нашёл, как сесть за руль. Дальше я ехал за ним и в какой-то момент, я потерял его. У него машина круче и когда нашёл, то он уже был в кювете. Машина лежала на крыше, я достал его из искореженной груды металла. Вылез из оврага, а затем машина взорвалась!» — Ты понимаешь, если бы я вовремя не успел… — я посмотрел на Куаня, а он сидел на кресле обхватив голову руками и плакал. — Я. Идиот, он меня… никогда… — Ты и правда идиот Куань, он ждёт тебя, со вчерашнего вечера, он в бреду говорит твое имя. Сяо Чжань       Мы лежим в обнимку, так хорошо. Я и мечтать не мог. Ибо лежал под одеялом, а я рядом с ним.       Неожиданно дверь открывается и в палату влетает взбешенный Цзян Чэн, а за ним Вэнь Цин, пытаясь его задержать.       — Твою мать, Сяо Чжань! — я испугался от такого резкого голоса.       Ван Ибо не растерялся, он крепче прижал меня к себе укрыв одеялом, спасая меня от брата.       Цзян Чэн в два прыжка оказывается рядом с кроватью и резко сдергивает одеяло. От страха я жмусь ближе к Ибо, а он в ответ обнимает меня.       Цзян Чэн в бешенстве и сил у него немерено, он одним рывком отрывает меня от Ибо и хватая за грудки трясёт меня. — Сяо Чжань, мозги, где оставил ты приду… Чэну не даёт Ибо договорить, как получает резкий удар по лицу. — Не трогай моего Чжаня, — зло сказал Ибо заводя меня за свою спину. — Ибо, твоя нога и рука. — Спохватился я стоя за его спиной. — Он мой брат! — Он мой муж! — Что? — То, что слышал и впредь руки не распускай. — Мальчики, давайте все успокоимся, — сказала Цин, тихо стоявшая все время у двери.       Я смотрю и нервно сглатываю. Ну всё, мне пиздец от подруги. Она смотрит на меня таким взглядом. Этот взгляд говорил убью, расчленю, оживлю и так несколько раз.       Я смотрю на всех них. — Ибо, прошу тебя сядь на кровать, твоя… — Всё хорошо Чжань. — Ибо. — Хорошо, — Ибо соглашается и садится. Морщась от боли, все-таки нога травмирована и резкие скачки не способствуют быстрому восстановлению. — Чэн, прошу угомонись. Я понимаю, что был не прав. — Конечно, он все понимает, потом спасай тебя, — бурчит Чэн. — Чэн! — окликнула его Цин. — Ладно, молчу, говори Чжань. — Я хочу извиниться перед вами всеми, что заставил вас волноваться, но я правда больше не мог, я…       Я делаю шаг назад и мои ноги упираются в колени Ибо. Я чувствую, как тёплые руки любимого человека ложатся мне на плечи. Это придаёт мне храбрости. — Сяо Чжань, ты поступил безрасудно проехав на моей машине, когда на улице бушевал ураган, и кстати почему правый бок весь в царапинах? — пристально смотрел на меня Чэн. — Ну, так получилось, дождь был слишком сильный и меня ослепила несущаяся на меня машина, и мне пришлось прижаться к ограждению, я заплачу. — Заплатит он, — хмыкнул Чэн. — Не нужно, сам-то не пострадал? — Нет.       Руки на моих плечах сжались сильнее, причиняя мне боль.       В голове пронеслась мысль, мне — пиздец. — Так, я смотрю все хорошо, все живы и почти здоровы, — сказал Вэнь Цин, не сводят с меня глаз, — а с тобой Сяо Чжань, я хотела бы поговорить, после своей рабочей смены. И я надеюсь ты мне многое сможешь объяснить. — Я… поговорим и все расскажу.       Я смотрю, как Цин выходит из палаты тихо прикрыв за собой дверь. Теперь мы остались втроем. Чэн испепеляет меня взглядом, а руки у него сжатые в кулаках, это означает, что он злиться. — Чэн, давай я всё объясню тебе. — Не сейчас, мне нужно переварить увиденное и услышанное, я наверное, я пойду. — И я смотрю, как и Чэн выходит из палаты. — Сяо Чжань.       Я разворачиваюсь к нему лицом. И теперь Ибо сидит на кровати, а я стою и смотрю на него сверху. Он притягивает меня к себе и утыкается лицом ко мне в грудь, обнимая.       Я чувствую, как волна нежности и тепла проходит по моему телу. Я утыкаюсь своим лицом в его макушку и вдыхаю его аромат волос. Так мы стоим какое-то время, пока в палату не входит врач. Вэнь Чжулио — Черт побери, куда провалился этот Сяо Чжань? — ходил я по комнате ругаясь.       И тут на меня нашло озарение, что необходимо установить наблюдение за домом и за Ван Ибо.       Я его хорошо избил, значит нужно выяснить в какой он больнице, а Чжань туда обязательно должен прийти. Значит и за больницей необходимо организовать наблюдения.       Ожидание меня изматывало. Мне все сильнее хотелось заполучить Чжаня в свою кровать.       Спустя несколько часов все было организовано в лучшем виде, осталось только дождаться, когда в мои сети попадет Сяо Чжань. Чжу Цзань Цзинь       Когда я проснулся, Джоу Ми уже ушёл. Я остался один. Не совсем, конечно, один, рядом со мной ещё лежали другие пациенты, но все они были без сознания.       Я смотрел в одну точку, если закрываю глаза вижу, как Куань целует Чена. Так больно становится в этот момент.       Я все думаю, зачем Джоу Ми поехал за мной, может было бы лучше, если бы я в той машине погиб.       Кому нужен такой жалкий человек, как я? Меня даже и любить невозможно. Родители всегда были мной недовольны, раньше я занимался балетом и у меня были большие успехи, если бы не несчастный случай, после него на мне поставили крест. Мама всегда была в центре внимания, когда я занимал первые места, папа был в бешенстве, он хотел, чтобы я пошёл по его стопам. В результате так и вышло, но я не смог превзойти старшего брата, который был выдающимся хирургом, а я?       Я просто пытался доказать им, что меня тоже можно любить. Я делал всё для этого. Я днями и ночами занимался, но опять не оправдал их ожидания.       Не знаю кто им слил мои фотографии, на которых я целовался с Лю Хайкуанем. Был грандиозный скандал, меня тогда отец хорошо так отходил ремнем, что я потом встать не мог несколько часов. Так я и провалялся, на полу в кабинете отца. Отец, мама и брат просто вышли перешагнув через меня. Я пытался им доказать, что я счастлив, что Куань из хорошей семьи, на что на меня с новой силой обрушились удары ремня.       Потом меня выгнали из дома, только с одной сумкой вещей, так я оказался на улице, зимой. Я шёл на остановку, одет я был лишь в лёгкую кофту, джинсы и кроссовки, а на улице было плюс 5.       Я попытался дозвониться до Куаня, но он был в отъезде. Я зашёл в круглосуточное кафе и сидел там пока меня не выгнали.       Утром меня попросили уйти. Я бродил по улицам города, пока окончательно не замёрз. Я вновь набираю Куаня и рассказываю ему все, как есть. Так мы и стали жить вместе.       Я выныриваю из своих воспоминаний и понимаю, что ничего не изменилось.       Сейчас я один… только теперь мне есть где жить, у меня есть работа, только нет семьи, нет друзей, нет Куаня.       Писк приборов, дыхание соседей, больничный запах и дикое, просто чувство одиночества.