Собака моей мечты

— Какие люди и без охраны, — шоха* Бени Упертого Иван, со странным погонялом* Лицедей, открыв двери на звонок, развел руки в стороны, пытаясь обнять Леру. — Беня дома? — вежливо поинтересовалась девушка, несильно шлепнув мужчину по рукам — нечего ее лапать без дела. Скинула легкую шубку прямо в руки Лицедея. Лето никак не желало наступать… — Входи… те, мадам. Где же ему быть? — мужчина совершенно не обиделся, что ему не дали потискать дамочку: слишком хороша — не про его честь. И склонился в почтительном поклоне, пропуская Леру в залу. В богато обставленной комнате, кроме вора в законе Бени Упертого, находились еще какие-то люди, которых он сразу отослал, как только туда вошла Лера. — Что тебя привело ко мне? Башли* закончились? — поинтересовался мужчина, расплывшись в довольной улыбке, словно кот, увидевший сметану. Впрочем, он и внешне чем-то смахивал на котяру — довольного жизнью, толстого котяру с хитрыми блуждающими глазками. — Прекрати, Беня, ты же знаешь, что я не люблю по фене ботать*, — произнесла она томным голоском, презрительно скривив пухлые напомаженные губки, снимая шляпку и жакетик и кидая их на стул, стоявший рядом с тахтой, на которой возлежал мужчина. — Мне нужна волына*, — продолжила Лера, усаживаясь рядом с Беней и наклоняясь к нему за дежурным поцелуем. — А говоришь, не любишь по фене ботать, — усмехнулся мужчина. — Мне нужен кольт, — твердо сказала Лера, пропуская между ушей реплику Бени. — Опа! Зачем вам кольт, мадам? — мужчина даже приподнялся, заглядывая девушке в вырез платья. — Он к дèкольте вашему не идет, а особенно к вашим милым глазкам. — Это мне решать, к чему идет кольт, — вдруг разозлилась Лера. Она давно не испытывала таких сильных чувств: любовь, отчаяние, гнев — это не про нее. Все смешалось в ее прелестной головке от стука, словно молоточком, — месть, месть, месть. — Битый стос* кто-то сдал? — не унимался Беня. — Парня хорошего завалил боевик Музыканта, — огрызнулась Лера. Не хотела она выдавать информацию, но Беня не даст кольта без дела. — И что? Скажи моим парням, они того стрелка тоже завалят, и глазом не успеет моргнуть. — Нет, это мое дело, — твердо произнесла Лера. — Надо рассчитываться по долгам. Парень закрыл меня от пули. Жизнь я ему, конечно, не верну, но с того гада спрошу сама сполна. Это старые долги. — Говори, — предложил упрямо Беня. Лера пожала плечиками. — Да и говорить тут особо нечего. Это Одесская история. Ты Льва Панкратова помнишь? Так вот тот парень — девка* его. Как Лева дуба дал, все его шайка подалась по столицам. Тот тоже сдернул куда-то. Недавно встретил меня на улице и забздел*, что сдам его. Он пытался меня взять на понт*, но это был дешевый зехер*, — перешла Лера на жаргон. — Мадам, — расцвел Беня, — такую я вас просто обожаю. — Так что насчет кольта? — снова спросила Лера. — Будет тебе кольт. Такой тебе отказать невозможно. Только будь осторожна, не лезь на рожон, — продолжал улыбаться Беня. — Лицедей, — крикнул он, повернувшись в сторону коридора, хотя мог бы и не кричать, а сказать шепотом — шоха появился бы в сей же миг, — выдай даме, что она требует, — и махнул ей рукой, иди, мол, разговор окончен. — Мне чистая волына нужна, — настаивала Лера. Неизвестно, как дело обернется, наводить милицию на след Бени ей совершенно не хотелось, мало ли для чего он ей еще сгодится… Или она ему. — Будет тебе чистый кольт, — сказал мужчина, обращаясь не к девушке, а к Лицедею, чтобы тот выдал именно то, что требуется… Лера сняла с шеи крестильный крестик на веревочке. Идти на убийство с крестом не следовало, но она должна это сделать. Должна. Встречать на лестнице маму Андрея было выше ее сил. Женщина проходила мимо нее, делая вид, что не замечала, хотя до этого всегда мило ей улыбалась и всегда здоровалась. И пусть женщина никогда не узнает, кто отомстил за убийство ее сына, но ей, Лере, станет, гораздо легче. Она надела широкое короткое пальто со специальным карманом под оружие, именно под такое оружие, что взяла у Бени, вышла из квартиры, оставляя на всякий случай дверь незапертой, а только плотно прикрывая ее — воры к ней не зайдут, просто не посмеют, а от залетного никто не застрахован — зато возиться с замком не придется, когда она вернется, и соседи всегда подтвердят, что Лера из дома не выходила. Замком и тяжелыми ключами ведь никто не бряцал. Где можно найти боевика, Лера знала — своя агентура была у всех, и у нее тоже — воры в законе бывшими не бывают, как и их стрелки… Она стояла уже час, не меньше, в этом темном переулке, слившись со стеной. Не мог доносчик солгать или ошибиться — боевик жил именно здесь, но почему он не выходил, становилось несколько непонятно. У Музыканта сегодня была назначена стрелка и ему требовалась охрана. Вот если только тот ушел раньше? Но и этого не могло быть. Где стрелку толкаться? Только внимание к себе привлекать? Дверь, отворяясь, скрипнула, темный проулок осветился неярким светом тусклой лампы. Лера вжалась сильнее в стену, стараясь рассмотреть в вышедшем нужного ей субъекта. Неслышно ступая по-кошачьи, она пошла за ним следом. Мужчина остановился, чиркнув спичкой, прикурил. — Никита, — позвала она негромко. Мужчина вздрогнул и начал медленно, очень медленно оборачиваться. Лера внимательно следила за его руками. — Зачем ты пришла? — поинтересовался он, развернувшись полностью и пытаясь рассмотреть ее в темноте. — Нам надо поговорить? — спокойно отозвалась Лера. — Ты думаешь, нам есть, о чем поговорить? — усмехнулся мужчина. — Мне было бы лучше, если бы ты заткнулась навсегда. Лера напряженно, не моргая, следила за ним, держа руки в карманах и готовая выстрелить в любой момент. Мужчина неспешно извлек свой револьвер и навел его на девушку. «Никогда не целься в человека, если не собираешься в него стрелять», — этой заповеди научил ее дядька, а потом бесконечное число раз повторял Лева Панкратов. Все считали Леру его любовницей, а она была его лучшим стрелком. Это Никита был его девкой, и только Лера знала об этом. Так получилось. А теперь вот еще и Беня. И она также знала, если с ней что-то случится, то Никите долго тоже не жить. Именно для этого она Бене все и рассказала. — Так о чем ты хотела со мной поговорить? — мужчина, пожевав мундштук папиросы, выплюнул ее себе под ноги. — Ты ведь все равно не скажешь, куда дела сокровища. А больше мне с тобой беседовать не о чем. — Зря ты того парня пристрелил, — сказала Лера, просто потому что надо было что-то сказать. — Я целился в тебя, дуру. Хотел грохнуть тебя еще, когда мы мытарились на полях Херсонщины. Да все надеялся, что приведешь меня к своим драгоценностям. Я не хотел того парня убивать. — Ты всегда был плохим стрелком, — равнодушно отозвалась Лера. Она хоть старалась казаться спокойной и равнодушной, но это было игра нервов, выдержки. Дуэль. — Но это не помешает мне тебя убить сейчас, — Никита тоже хотел казаться равнодушным, но Лера видела даже в темноте, что рука у него подрагивала. Не успел он взвести курок — Лерина рука, не дрогнув, взметнулась вверх, полы пальто мягко скользнули в стороны. Пуля вошла ровно промеж глаз. Мужчина с удивлением на лице выронил револьвер, опустился на колени, а потом упал прямо лицом в грязь проулка. Он так и не понял, что произошло. И уже никогда не поймет. Лера подошла к нему, опустилась на корточки рядом. Даже если кто-то и прибежит на звук выстрела, то не подумает, что это она завалила этого мужчину. Так было всегда, так будет и на этот раз. Вот и все! «Зачем мне эта жизнь?» — Лера подняла голову вверх и посмотрела в темное небо. А потом медленно приставила кольт к виску. Никого нет, кого на любила когда-то. Андрей последним ушел из прошлой жизни, унося ее душу с собой. Она закрыла глаза… — Никогда не целься в человека, если не собираешься в него стрелять, — раздался в ушах насмешливый голос Левы Панкратова, словно он стоял рядом. А ведь и правда — она уже секунд тридцать держала кольт у виска. Нет, на этот раз она стрелять не будет. У нее еще остались старенькая няня и дядька, которым она нужна. Лера достала носовой платок из кармана, тщательно протерла оружие, забрала из рук убитого мужчины его револьвер, а ему вложила свой кольт. Она еще повоюет! Поднялась и решительно направилась прочь, стараясь ступать неслышно… _______________________________ Погоняло — кличка, прозвище. Шоха — «шестерка», холуй, подручный. Башли — деньги. По фене ботать — говорить на воровском жаргоне. Волына — пистолет. Битый стос — краплёная колода. Девка — пассивный гомосексуалист. Забздеть — перепугаться, дать слабину. Брать на понт — брать на испуг, пытаться подавить морально. Дешевый зехер — примитивная попытка произвести впечатление, также — грубая, неумная уловка, хитрость.