Летопись правильного выбора.

      Накинув мантию-невидимку на плечи, трое молодых волшебников очень медленно продвигались к проходу под гремучей ивой. Хотя в этой какофонии звуков и шорохов и без неё они бы остались незамеченными.       Казалось, что даже воздух вокруг полон шумного возмущения: всё естество пришло в движение и наполнилась страшными звуками надвигающейся бури. Похоже со времени их последнего визита, здесь собралось ещё больше пыли и забвения.       Гарри Поттер не знал, слышали ли это друзья, но он сам отчётливо улавливал звук скольжения тела огромного чудовища по дощатому полу полуразрушенной хижины.       — Люциуссс, ты ссснова подвел меня…       За стеной раздалось шипение, и ребята бессознательно пошли по коридору ещё тише.       — Сссколько ещё, как ты думаешшшь, Мы сссможем ждать?.. Твой нассследник такой нерасссторопный, — раздался голос Тёмного Лорда, заставляя друзей застыть на месте.       — Драко в безопасности, — тихонько прошептала Гермиона, сжимая руку Гарри.       — Мой лорд, мой сын в Хогвартсе прилежно исполняет своё предназначение и служит своему лорду, — тихо прошелестел голос Малфоя-старшего.       Да, в его осторожных словах не было ни слова лжи: Драко на самом деле преданно служил своему лорду и своей семье. Гарри сделал шаг вперёд, вынуждая друзей продвинуться ближе, так чтобы через старые рассохшиеся доски была видна вся картина.       В свете нескольких свечей Лорд двигался по кругу, огибая небольшой стол в центре старой комнаты, за ним тенью двигалась огромная змея, каждый раз словно невзначай задевая своим огромным телом мантию Малфоя.       — То есссть, Люциуссс, ты ссснова предлагаешшшшь мне подождать? — Его голос звучал вкрадчиво и обманчиво мягко.       — Мой лорд, школа — самая защищённая живая крепость, которая пока не пала.       — Шшшшш…       Внезапное громкое шипение оборвало речь Малфоя.       — Что ж Люциуссс, ты прав, твой лорд подождёт… Сссегодня поссследний раззз, когда твоему лорду придётся ждать… ксссстати, насссчёт школы… — Волдеморт махнул палочкой, вызвав столп искр, пролетевший через всю комнату, прожигая знавший лучшие времена деревянный стол, и коснувшийся Малфоя-старшего. Запах палёных волос просочился между досками и пробрался под мантию-невидимку. Но бледный волшебник даже не позволил себе вздрогнуть. Он поднял руку, освобождая волосы от огня, только когда змееликий волшебник в задумчивости отвернулся, глядя в окно.       — Позови мне Северуссса.       Малфой казался ледяной статуей, остолбенело наблюдая, как хозяин садится в старое кресло, играючи протягивая руку в неожиданной ласке касаясь тела своего ручного чудовища.       — Немедленно! — Теперь голос звучал громко, отчётливо отдавая приказ: он даже не поднял глаз на слугу, продолжая задумчиво гладить свою змею, извивающуюся под его прикосновениями.       Гарри не отрываясь наблюдал за комнатой, не чувствуя в себе сил отвести взгляд, сердце стало пропускать удары.       — Сию минуту, мой лорд.       Люциус поклонился и аппарировал прямо из комнаты, оставляя своего хозяина, который, казалось, уже и забыл о его существовании.       «Только не профессор, только не профессор… зачем он ему понадобился?», — Гарри трясло, лоб заливал холодный пот.       Звук ещё одной аппарации заставил всю троицу вздрогнуть.       — Мой лорд, — прозвучал звенящий голос Рудольфуса Лэйстрэнжа.       — Поттер в Хогвартсе, мой лорд, — эти дранные собаки упустили его.       — Руди, эта новосссть уже уссстарела. Если ты пришёл именно за этим, тогда оставь меня.       — Мой лорд, я пришёл чтобы сказать, что всё готово для осады школы.       Лорд поднял своё обезображенное змеиное лицо и задумчиво посмотрел на своего слугу:       — Я всё ещё жду новостей от Долохова.       — Мой лорд, что делать с Поттером?       — Руди, уймисссь. Где бы он ни был, он придёт ко мне сссам. Займисссь делами и не отвлекайсссся.       Уверенность в его голосе била в самое сердце, словно он говорил о чём-то уже случившемся. Пожиратель опустился на колени, бесстрашно приблизившись к лорду, словно не замечая тела огромного монстра, укладывающегося кольцами на коленях своего хозяина.       — Мой лорд, — снова заговорил верный слуга, бесстрашно упираясь лбом в колени хозяина. — Отдайте мне грязнокровку, прошу вас, мой лорд.       Под мантией вздрогнула Гермиона, и Гарри на мгновение переключил своё внимание на подругу, крепче сжимая её руку. Через секунду, повторяя его движение, Рон успокаивающе сжал пальцы другой.       Когда они снова взглянули в проём между старыми досками, тема разговора уже сменилась.       — Мой лорд, авроры продвигаются в Хогсмид.       — Жалкие пешки, — его слова превратились в неразборчивое шипение. — Их слишшшком мало. Когда всё закончится, сссегодня, все они пойдут на корм ссстае Сивого. Иди и делай то, что должен. Сссейчас.       Ещё одна аппарация. И снова разрывающая воздух тишина.

* * *

(Хогвартс. Перед финальной битвой.)       — Мастер Грюм, отзовите лорда Принца: мне кажется уже достаточно этого спектакля, он не сделает больше, чем уже сделал. Все имена, явки и мэноры давно в аврорате — он в огромной опасности.       — Гарри, я не могу сейчас связаться с Северусом, не выдав его с потрохами перед всеми этими … — не договоривая, он грязно выругался.       — Почему он не пришёл в условленное место?       — Я не знаю Гарри, но Северус выбирался и не из таких передряг… На твоём месте я бы не переживал об этом.       — Но вы не на моём месте, со всем уважением, сэр. * * * (Хогвартс. После гибели Сириуса Блэка.)       — Гарри!       Голос Гермионы неожиданно ворвался в сознание мальчика, а ему-то казалось, что получилось исчезнуть из гостиной никем незамеченным. Ну, в принципе тут особо нечему было удивляться: после того, что случилось в Министерстве, подруга старалась не оставлять его без присмотра надолго.       Поднявшись на самую верхушку астрономической башни часом ранее, он был больше удивлён тому, кого здесь увидел. Вот это уж точно было удивительно.       Не торопясь ступая по лестнице и уже потянувшись, чтобы стянуть с себя мантию-невидимку, он резко замер, заметив перегнувшуюся через перила фигуру в школьной мантии с натянутым на голову капюшоном. Первым порывом было схватить этого безумца, который кажется решил полетать головой вниз, не прихватив с собой метлу, но в этот момент сильный порыв ветра рванул капюшон.       Стоявший у перил сделал несколько шагов назад, так что Гарри смог рассмотреть его лицо. Бледное, залитое не то каплями дождя, поливающего Хогвартс со вчерашнего дня, не то слезами, искажённое гримасой страдания лицо Драко Малфоя.       Поттер замер на последней ступени, глядя на высокую фигуру.       Малфой задумчиво посмотрел в сторону лестницы, но, через секунду отведя взгляд, опустился прямо на грязный пол, пряча лицо в подтянутых к груди коленях. Гриффиндорец на всякий случай буркнул заклинание отвода глаз и двинулся, отходя на безопасное расстояние, опускаясь на пол в небольшой нише — почти повторяя позу сидящего напротив слизеринца. Через несколько минут неуютной тишины Драко поднял голову, расправил плечи и вытащил из кармана мятый свиток. Его лицо скривилось, и Гарри успел подумать, что никогда не видел столько ярких эмоций на лице этого высокомерного человека. Вдруг Малфой резко сорвался со своего места, бросил свиток в воздух и, поджигая пергамент на лету взмахом палочки, практически бегом покинул это промозглое место, оставив Поттера в недоумении рассматривать медленно тлеющее послание.       — Финита, — крикнул Гарри, схватив тлеющий со всех сторон лист.       Огонь сорвал чары конфиденциальности, позволяя увидеть аккуратный почерк.       «Дорогой Драко, сынок, наконец-то я осталась в одиночестве: «дорогие» гости покинули менор после событий в Министерстве. Я думаю, ты уже почувствовал, или, скорее, я на это надеюсь… Хотя, возможно, ты просто прочитал последние новости. Лорд Блэк канул в Арке смерти. Наша кровь стала грязнее самой грязи. Наша надежда, наша последняя надежда разрушена моей кровной сестрой, защита рода пала, наследие рода утеряно с последним лордом, род Блэков угасает. Ты должен быть сильным, мой мальчик. Береги себя. В школе ты под защитой нашего последнего оплота. В трудную минуту твой крёстный окажет тебе поддержку и помощь. Драко, откат будет такой силы, что после никому из нас уже нечего будет боятся — не знаю, почему магия медлит. Попасть в Блэк мэнор я уже не могу, а значит — я предатель крови… так и вижу: это клеймо выжжено на моём лбу. Не могу провести ни одного родового обряда. Сил нам всем, и я люблю тебя сынок.»       Ещё несколько строк были выжжены, осталось лишь одно слово, которое можно было разобрать: «Люциус», но и без этого в целом Гарри мог разобрать немного из написанного.       — Родовая магия… так это то, о чём так много говорит миссис Уизли… Нужно разобраться…       Задумавшись, он свернул пергамент и уставился на капли дождя и вспышки молний, разрезающие небо над Запретным лесом пополам.