Эфемерида

Наташа мягко планировала в невесомости. Вокруг нее то и дело воздух вспыхивал красками космоса, как будто это было очередным развлечением Старка – иногда он любил шутки ради создавать что-то бесполезное, но, безусловно, красивое. Романова не знала, сколько она уже вот так летит в никуда – день? Месяц? Может, год? Сначала она пыталась что-то делать, орать, возмущаться, пинаться и кувыркаться в воздухе. Она уже по третьему кругу перечислила весь свой нецензурный словарный запас, и, даже, копируя Роджерса, грозно приказала: -Не выражаться! Ситуация была до того абсурдной, что она коротко рассмеялась. Сухая, надтреснутая трель взлетела куда-то вверх и растворилась в прозрачной субстанции, похожей на странную атмосферу. А она все падала и падала. «Вот упала, так упала», - вспомнилась цитата из известной книжки Кэррола. Надо же, Алиса точно так же свалилась в какой-то колодец и точно так же летела в неизвестность. «Хорошо хоть, что зайцев с часами не видела. А то можно было бы смело объявлять шизофрению». Впрочем, Красного Черепа тоже не стоило сбрасывать со счетов. Он был даже покруче белого кролика с часами. Последнее, что помнила Нат – это Вормир. Перекошенное болью и ужасом лицо Клинта, висящего на хлипком крюке, которым она сама его прицепила в самый последний момент. Крепкая рука намертво вцепилась в ее – зачем? Она же выбрала самое оптимальное решение! Бесконечно долгие секунды полета. Боже правый, да пусть она уже наконец-то долетит до этого гребанного камня, вышибет себе мозги и на этой положительной ноте все ее мучения закончатся! Смешно. Стоило ей осуществить свою мечту и вышибить себе мозги, она снова куда-то провалилась. И вот теперь она летела, вслух рассуждая сама с собой об уровне паскудливости мира, который ей даже умереть нормально не дал. Ленивые кульбиты в воздухе – с невесомостью она уже свыклась. Раз есть время, почему бы не потренировать, к примеру, акробатику? «Интересно, сколько там уже прошло времени? Моим ребятам удалось собрать все камни и вернуть все на свои места? А что, если нет? Что, если они налажали точно так же, как и предсказывал Старк? Мне снова придется вытаскивать их жопы из очередного дерьма?» -Хоть бы у них все получилось, а то я даже помереть не могу, как все нормальные люди, - пожаловалась она в пустоту. -Ты не умерла, - раздался приятный голос из пустоты. Голос не поддавался анализу и классификации – Наташа не могла его идентифицировать ни как женский, ни как мужской. Романова испустила тяжелый вой. -И при луне ему нет покоя, - мрачно отозвалась она. -Мир вообще очень несправедливо устроен, - подтвердил голос с иронией. -Ты вообще кто? – поинтересовалась Наташа – Давай хоть познакомимся, а то я заколебалась в тишине падать и разговаривать сама с собой. С умным человеком, конечно, приятно поговорить, но иногда хочется простой человеческой тупизны. -Я – твое высшее «Я», - ответил голос. -Все, - с грустцой вздохнула Нат – вызывайте психушку. -Психушка здесь только ты, - миролюбиво сообщил голос. -Так, слышь, ты! – возмутилась Романова - Я еще не настолько сошла с ума, чтобы позволить своему двойнику оскорблять себя! -Я – не двойник, - спокойно сказал голос. -А кто же ты, черт тебя побери?! – Наташа потихоньку теряла терпение. -Перед тем, как прийти на землю, человек сам избирает себе путь… -…И чем же я тогда думала… -…Но когда он воплощается на земле, он не помнит этого, поскольку то, что избирало путь – высшее «Я» - остается там, откуда все приходят и куда уходят. -…И чем же ты тогда думало, избирая мне такую веселую жизнь?!.. -…Но, после смерти, человек воссоединяется со своим высшим «Я», дабы следовать дальше, прокладывать себе новый путь. -Так ты пришло для воссоединения? – фыркнула Романова – Добро пожаловать в мое безумие. -Не беги вперед паровоза, - предложил голос. Нат сделала еще один кульбит в воздухе и вздохнула. -Мы – в подпространстве Вормира, - начал основную повествовательную часть – Обычно люди этот тоннель проходят очень быстро – за несколько секунд. За это время происходит воссоединение земного «Я» и высшего. Но так происходит, когда люди умирают. -Так я не сдохла? – недоверчиво спросила Наташа. -И да, и нет, - уклончиво ответил голос. -Тебе нравится мне нервы трепать, верно? – ядовито поинтересовалась Нат – Ты же само себе обиталище загаживаешь. Представь, каково потом тебе будет, когда придет время воссоединяться? Высшая Нат – циничная дура, а земная – истеричная психопатка. Неплохое комбо? Голос обиженно вздохнул и замолчал. -Ну, ладно тебе, не дуйся, - примирительно сказала Нат – У меня за всю жизнь слишком много потрясений было, нервы уже не те. Расскажешь, каким таким образом я не сдохла? -Магия Вормира замешана на том, что человек, желающий получить камень души, в обмен должен потерять что-то или кого-то, кто ему безумно дорог. Ты была дорога Клинту. Он был дорог тебе. Кто-то из вас должен был погибнуть, и ты это понимала. Но у Бартона семья – жена, дети, он был им нужен, как никому другому. А ты – одиночка по жизни, которая и так проехалась по тебе на асфальтоукладчике. Разве не так? -Умеешь ты наступить на больную мозоль, - мрачно огрызнулась Наташа. -Я – это ты, - усмехнулся голос – я знаю о тебе все, включая все твои душевные переживания. -И за этим должно последовать… «Но»? -Но, - согласился голос – в какой-то момент все пошло не так. -Все время в моей жизни что-то идет не так. А между прочим, в этом виновато только ты! – вспылила Наташа. -Все жертвы Вормира были столкнуты с обрыва против их воли. Они хотели жить, они сопротивлялись, проклиная в самый последний момент столкнувшего. Ты же прыгнула со скалы добровольно – ты хотела туда упасть. У тебя не было стихийного страха, и Вормир не почувствовал тебя. И поэтому ты застряла здесь. -А здесь – это где? -Это лимб. Самый глубокий уровень подсознания, недостроенная зона сна - чистое бесконечное подсознание и больше ничего. Здесь можно застрять на всю жизнь, прожить ее здесь – усиленное магией Вормира, это место может превратиться в то, что ты хочешь увидеть, если уметь им управлять. Ты паришь у себя в подсознании, в телесной форме, благодаря Вормиру. -То есть, я могу здесь творить все, что захочу? -И да, и нет. Нат призадумалась, мягко планируя в воздухе. По сути – место, где ты можешь все – чем не рай? Но было еще очень много «но», и в этом она не сомневалась. -Но отсюда можно и выбраться. -В смысле? -Ты можешь вернуться обратно. Наташа коротко рассмеялась. -Ты сейчас серьезно? А ты не подумало, что я, может быть, захочу хоть капельку покоя? Может, я хочу отдохнуть на берегу океана с бокалом мохито… -Скорее уж где-нибудь в подвале с бутылкой водки, - ехидно заметил голос. -Это твоя вина, - парировала Нат – не запихнуло бы меня в Россию – ничего такого бы не случилось. -Зато я подумало о том, о чем ты, наверняка, даже думать боишься. Может, покопаешься в себе? Вспомнишь, ради чего на самом деле ты прыгнула с обрыва? Или, может, ради кого? Ради кого ты готова была свернуть горы практически всю свою жизнь? Кто приходил к тебе в кошмарах, из-за которых ты не расставалась с бутылкой, лишь бы сновидения не терзали тебя? Ради кого ты готова была даже преступить закон, лишь бы спасти? Ради спасения кого ты отпустила руку Клинта? Мысли бились в голове, отдаваясь в воспаленном сознании нестерпимым грохотом. -Кто этот человек, ставший тебе самым близким, будучи самым далеким и холодным? -Не-е-ет!!! – заорала Нат, затыкая себе уши руками – Заткнись, нет, пожалуйста!!! -Вспомни, - приказал голос, и Романова увидела под собой тихо плещущийся перламутровый океан, к которому она стремительно приближалась. -Нет! – взвизгнула она. -Добро пожаловать в воспоминания, Наталья Романова, - произнес голос. Волны сомкнулись над ее головой, а затем кто-то выключил свет.