Эфемерида

Фьюри умирает. Врачи суетятся над безвольно раскинувшимся телом директора Щ.И.Т.а, оглушительный писк приборов давит на барабанные перепонки и нервы. -Он выживет? – спрашивает Наташа у Стива, который стоит рядом. «Вот и зачем это было спрашивать. Он знает не больше тебя». -Не знаю, - подтверждает ее мысли Роджерс. Нат хотелось кричать, бить стекла, крушить все вокруг не хуже Халка, но вместо этого она стояла и смотрела на умирающего Ника Фьюри. В душе бурным ураганом поднимался протест. Это, по меньшей мере, несправедливо. Он не может просто так взять и умереть. Фьюри был тем человеком, который в нужный момент сумел подобрать ее с обочины жизни, куда ее выкинуло из машины КГБ. В тот момент она напоминала побитого котенка, которого бесцеремонно выставили за дверь. Она ненавидела саму себя и боялась, что ей больше нигде не найдется место. Только что она решилась на самый отчаянный шаг в своей жизни – ушла из КГБ. Ее убивало обезличивание, убивало то, что она не принадлежала самой себе, что работала на эту организацию. А Фьюри смог дать ей самое главное – надежду. Ну, и заодно возможность относительно нормальной жизни. А теперь он умирал, и Нат ничего не могла сделать. -Расскажи мне о стрелке, - хриплый голос впервые подвел ее. -Он быстрый… сильный, - Стив слегка помедлил, а потом добавил – и с металлической рукой. «С металлической рукой». Слова гулко отдались в голове. Неужели опять? Неужели опять его вытащили из криокамеры и запрограммировали – теперь уже на Фьюри? Или теперь на кого-то еще? Может, в данный момент он уже идее по ее следу, или следу кого-то из Мстителей. -Баллистика? -Три пули, - говорит незаметно подошедшая Хилл – без нарезок. Оружие не отследить. -Советский ствол, - бесцветно заявляет Нат. Писк приборов превратился в непрерывный. -Дефибриллятор! Разряд. Еще разряд. Писк вытягивает и без того расшатанные нервы и наматывает на кулак. -Не поступай так со мной, Ник… Разряд. Пульса нет. -Точное время?.. Нат съезжает по стеночке и обхватывает голову руками. *** -Я знаю, кто убил Фьюри, - сказать эти слова все равно, что прыгнуть в ледяную воду со стометровой вышки. Наташа не понимает, почему, но это так. Но сейчас ее первостепенным желанием является найти убийцу начальника и друга. Найти того, кого найти невозможно. Это уже не человек, а машина для убийства. Всем будет лучше, если Зимнего солдата на время изолировать. Может, и от гипноза немного отойдет. Хотя она ни в чем не была уверена, кроме того, что Зимнего Солдата необходимо обезвредить. Дурацкая привычка, которой страдают все идеальные агенты – в первую очередь общее дело и закон. Свои личные переживания и мысли ты можешь держать при себе, смаковать их, страдать от них – но за пределы твоего тела они не имеют права выходить. Равно как и влиять на дело. Это прочно засело у нее в подсознании, на подкорке. Теперь это автоматическая реакция на что-либо, что каким-то образом касается ее лично. -В разведке мало кто верит в его существование. Его называют Зимний Солдат. Ему приписывают более двух дюжин убийств за последние пятьдесят лет. -Сказки про призраков, - усмехается Стив. «Ага, только этот призрак более чем реален». -Пять лет назад я сопровождала ядерного инженера из Ирана. Кто-то подстрелил мне колеса, мы потеряли управление и полетели прямо с обрыва. Я вытащила нас. Но там был Зимний Солдат. Хотелось зажмуриться и побиться головой о стенку, лишь бы в мозгу не возникали слишком живописные флешбеки. Романофф слишком хорошо это помнила – пустой, бесцветный взгляд, боль в левом боку – казалось, круглый шрам до сих пор начинает печь от одного только воспоминания. -Я прикрывала инженера, так что он убил его сквозь меня, - Наташа приподнимает футболку, показывая Роджерсу шрам на левом боку – Советская пуля, ствол неизвестен – прощай, бикини. -Кто ж тебя такую замуж возьмет, - фыркает Стив. У Нат моментально теплеет на душе. Она не одна, рядом с ней человек, которого она может назвать если не другом, то, хотя бы, хорошим товарищем. *** Наташа сидит на диване и бездумно вытирает полотенцем мокрые волосы. Несколько часов назад Стив выволок ее из-под обломков бункера в военной части Нью-Джерси, где им по чистой случайности удалось пережить залп ракет с термобарическим зарядом. Когда она бесцветно сообщила Роджерсу, что им некуда идти, Кэп вспомнил, что несколько дней назад он познакомился с каким-то парнем из ВВС. Нат была уверена, что этот парень сразу же покажет им на дверь, но… Сэм только пошире распахнул дверь. «Ты перестаешь верить в людей». Она никогда в них не верила, если начистоту. Хотя некоторые, быть может, и заслуживали этого. То ли дело Капитан Америка – ходячая квинтэссенция благородства, справедливости, товарищества и готовности помочь любому, кому это требуется. Она не такая. Она уже не помнила, когда переставала лгать или выкручиваться – таковой ее сделали в той самой Академии. Она привыкла – она агент. Разведчик. Она должна всегда контролировать ситуацию, даже если противник считает, что это он – начальник бала. А для этого нужно уметь просачиваться в любые лазейки и использовать самые подлые приемы. Она привыкла жить в скорлупе разведчика, придавив свое истинное «Я» где-то очень глубоко и накрепко запечатав дюжиной бронированных дверей. У нее было, ради чего это делать – сначала КГБ, затем Щ.И.Т. а теперь все, чем она жила последние годы, рухнуло в мгновение ока. Молодец Зола – все им выложил, все, как есть. Ведь не предполагалось, что они со Стивом выживут после ракетного залпа. А теперь она осознавала, что все это время пахала на Гидру, точно так же, как и Зимний Солдат. Ими обоими вертели, как заблагорассудится, только вот им – с помощью гипноза и стирания памяти, а ее взяли на безоговорочное доверие начальству. «Признайся, ты еще никогда не была настолько в дерьме». -Все в порядке? - Роджерс, как всегда, в своем репертуаре. -Да, - у Наташи нет никакого желания воспроизводить свои мысли вслух. Все-таки, ее так научили. Стив подходит, садится напротив нее и смотрит прямо в глаза внимательным, чуть встревоженным взглядом. -В чем дело? «Да уж, знаменитая кэповская проницательность». Наташа с полминуты борется сама с собой. -Когда я вступила в Щ.И.Т, - наконец, говорит она – я думала, что я справилась. Честность дается с трудом. Романофф совсем не привыкла делиться с кем-либо своими переживаниями – сначала было банально не с кем, а потом она уже и не чувствовала потребности в этом. -Но, похоже, я променяла КГБ на Гидру. Стив не перебивает, молча слушает ее, побуждая говорить дальше. В серо-голубых глазах Роджерса не светится ни жалости, ни участия – они просто внимательные и немного обеспокоенные. Видимо, ее состоянием. И после этого Наташу прорывает. -Я думала, что я знаю, что делаю, но теперь… Я оказалась чьей-то пешкой. Вот и все. Она впервые честно ответила на вопрос о том, что действительно ее беспокоит. Ей впервые задали этот вопрос напрямую. Мир окончательно сошел с ума, а ад покрылся толстой коркой льда. -Ты слишком наивна для этой работы, - с легкой улыбкой говорит Стив. Наташа давится воздухом. Полдня назад она сказала эту фразу Роджерсу, когда он предложил ей быть ему другом. «Ты посмел использовать против меня мои же заклинания, Поттер? – так, кажется, говорилось в той легендарной книжке?» *** Они катятся по дороге в черной машине Сэма – сам Уилсон, Стив, она и Джаспер Ситуэлл – агент Щ.И.Т.а и, по совместительству, важный игрок команды Гидры. Наташа знала, что Ситуэлла поймает Сокол, но все же она испытала нереальное удовольствие, от души толкая Джаспера с крыши небоскреба. Этот трюк должен был заставить язык агента развязаться, как в итоге и произошло. И сейчас он был их основным козырем. -Запуск «Озарения» через шестнадцать часов, - напоминает Наташа – у нас мало времени. -Я знаю, - спокойно отвечает Стив, будто едет не во вражескую крепость, а на рыбалку – он поможет нам обойти сканеры ДНК и зайти на хэликериеры. -Что?! – воет Ситуэлл – Вы рехнулись?! Это чертовски плохая идея! Он собирается сказать еще что-то, но внезапно о крышу автомобиля что-то ударяется, а уже через секунду агент Гидры вылетает через разбитое окно. Наташа едва успевает заметить металлический блеск, чтобы сообразить, что они снова в полной заднице, только теперь с ними еще и Сэм. Нат молниеносно перепрыгивает на первое сидение. Кстати, очень вовремя – над тем местом, где она только что сидела, в потолке появляются три дырки от пуль. Сэм резко жмет на тормоз, и тот, кто находится на крыше, резко слетает и катится по асфальту перед машиной. Впрочем, он очень быстро останавливается, процарапывая пальцами в асфальте глубокие борозды. Маска закрывает лицо, на глазах – очки, а на ярком солнце ослепительно блестит металлическая рука. Зимний Солдат поднимается и встает во весь рост в десяти метрах от машины. «Почему он не атакует?..» Наташа не успевает додумать. Сзади в машину на полном ходу впечатывается броневик и толкает их автомобиль вперед, как букашку. Прямо в руки Зимнему солдату. «Твою ж через колено». Солдат отталкивается от земли. Секунда – и он уже у них на крыше. Броневик все так же толкает машину Сэма, и он не может сделать ровным счетом ничего. Как же она была права, когда предположила, что следующая цель – это они. «Может, к черту этот Щ.И.Т – в гадалки, что ли, податься?» Лобовое стекло с треском разлетается, а руль, вырванный с мясом металлической рукой, улетает в неизвестность. -Черт, - ругается Уилсон. Все. Теперь они точно в дерьме – машина полностью неуправляема. Наташа выхватывает пистолет и наугад палит в крышу. Шансов зацепить Зимнего Солдата у нее меньше, чем ни одного, но спугнуть она его может. Броневик сзади с силой толкает автомобиль, и его закручивает в неуправляемом танце. Стив сгребает их обоих в охапку. -Держитесь! Наташа не успевает проанализировать, что же задумал Роджерс – тот с силой бьет по двери щитом, и они и они втроем вылетают из почти перевернувшейся машины, скользя на оставшейся запчасти, как на ледянке в детстве. «Ну, так тоже неплохо». Уилсон первый срывается и катится куда-то в сторону. Когда их импровизированное транспортное средство останавливается, Нат и Стив вскакивают на ноги как раз тогда, когда Солдат нацеливает на них гранатомет. Молниеносной реакции Роджерса можно только позавидовать – он в долю секунды отталкивает Романофф в сторону, принимая весь удар на себя. Точнее, на щит. Но вот от взрывной волны не спасает даже сыворотка Суперсолдата. Стив, сделав в воздухе несколько сальто, летит с моста. «Просто замечательно». Что ж, она снова лицом к лицу с Зимним Солдатом. «Жизнь, за что ты меня так не любишь?» Нельзя, чтобы Солдат отвлекся на Роджерса, и, тем более, на Уилсона – тот вообще влип по чистой случайности. Решение принято как всегда молниеносно. Выглянув из-за автомобиля, Романофф выпускает в компанию, стоящую возле броневика, несколько пуль. Сработало – они ее заметили. По машине, за которой пряталась Нат, поливают из всех автоматов, имеющихся в наличии. «Поиграли – теперь пора сматываться». Уклоняясь от длинных очередей, Наташа петляет между автомобильными рядами, изредка отстреливаясь. Подобную тактику используют птицы, уводя хищников от гнезда. Почему бы не поучиться у животных? Умные же ребята. Граната попадает в стоящий рядом автомобиль – Наташа, к сожалению, тоже бессильна перед взрывной волной. Вместе с обломками разлетевшейся машины ее сбрасывает с моста – она в последний момент успевает выпустить «кошку» и повиснуть на веревке. Тени с моста весьма красноречиво водят дулами трех автоматов. «Ну, нельзя же так палиться, инструктор недоделанный». Половина магазинов, выпущенная в объекты, отбрасывающие тени, достигает своей цели – у Зимнего Солдата разбиты очки. «Хоть что-то». Нат бросается в укрытие. Кажется, она достаточно хорошо их разозлила. Плотная автоматная очередь разрезает машину, за которой она стояла. «Да, пожалуй, достаточно». Еще пара выстрелов – и теперь точно пора сваливать. -Найдите его! – несется ей в спину знакомый бесцветный голос – Она – моя! «Надо же». Если бы другая обстановка – она бы обязательно растаяла. Как же хорошо, когда в кармане лежит диктофон! Записать фальшивый вызов полиции, включить, оставить, как приманку – кто сказал, что на войне играют честно? Так делает, разве что, только Роджерс, но ему позволительно – он суперсолдат. Ей же нужно выживать исключительно на своих умениях и степени изворотливости. Гремит взрыв – прощай, диктофон, ты был верным другом – Зимний Солдат все же повелся на ее уловку. Нат распрямляется, словно пружина – и через секунду оказывается уже на спине у Солдата. Наученная горьким опытом, она знает, что рукой или ногой его не придушить – и в ход идет суперпрочный шнур. И снова Романофф испытывает все прелести полета при помощи металлической руки, содравшей ее со спины Солдата. Удар о машину неминуемо вышибает дыхание из груди и свет из глаз, но Нат уже к этому готова. У нее есть еще один козырь в рукаве. Когда Зимний Солдат оказывается слишком близко – на его руке тут же появляется электрошокер – маленькая круглая таблеточка, которая моментально выводит железный протез из строя. «Вот и фора нарисовалась». Пока Солдат возится с рукой, она успевает скрыться за машинами. «Пора бы и гражданскими заняться». -В укрытие! Все в укрытие! – хрипло орет она на бегу. Но у нее, кажется, хроническое невезение уже стало диагнозом. Левое плечо прошивает острая боль – видимо, ее настигла уже вторая пуля от Зимнего Солдата. «Левая сторона у меня невезучая. Надо бы оберег какой-нибудь сообразить». Боль плавит мозг, одежда уже насквозь пропитана кровью – у нее банально нет сил куда-то бежать. «Что ж, так тоже неплохо – пасть смертью храбрых, посмертные почет и уважение, и прочая муть». Она уже видит, как Солдат в нее прицеливается. «Концерт окончен, всем спасибо, все свободны». Планы портит Кэп, выскочивший, словно чертик из табакерки. Спутанным взглядом Нат наблюдает за их поединком. Солдат уже лишился гранатомета, Кэп – щита. Теперь у них практически равные силы, если не считать ножа в руке Зимнего. «А что, если?..» Шальная мысль – неминуемый эффект сильной потери крови – мелькает в воспаленном мозгу. Незаметно подползти, выждать момент и спереть валяющийся без дела гранатомет – звучит на самом деле заманчиво. Тем более, эти двое настолько заняты друг другом, что вряд ли заметят. А вот потом будет сюрприз, когда Зимний Солдат не найдет своего оружия. Кэп снова со своим щитом. Наташа, привалившись к машине, сидит с украденным гранатометом и ждет. Разворот, уклонение, удар, удар, бросок – Зимний Солдат, кувыркаясь, катится по земле, а маска улетает в сторону. Он явно дезориентирован. Но больше всего удивляет Стив. Вместо того, чтобы атаковать, он застывает истуканом и с изумлением и неверием смотрит на Солдата. Полминуты продолжаются эти странные гляделки, после чего Роджерс ошарашено выдыхает: -Баки?! На лице Солдата эмоции перемешиваются в жуткий коктейль. -Какой еще Баки?! - рычит он и вскидывает пистолет. Нераздавшийся выстрел – заслуга исключительно Сэма: не подоспей он со своими крыльями – и вместо Кэпа на асфальте лежало бы решето. Перекатившись по земле, так называемый Баки вскакивает на обе ноги и с непониманием и ужасом таращится на Стива. Такое впечатление, что он яростно роется в памяти, но ничего не может там найти. «Да что же это такое-то». Внезапно выражение лица Баки меняется на ожесточенно-упрямое. Он снова вскидывает пистолет, но в этот раз Нат быстрее. Выстрел, отдача гранатомета бьет в плечо, взрыв – и это последнее, что Романофф помнит перед тем, как свалиться на землю.