Истрия от конца до начала

      В голубых радужках читалось смятение, пока глаза скользили, по синим чернилам. Арнольд нахмурил брови. Любой другой мог бы улыбнуться или воспринять такое с умилением, но не Арнольд. Странная, назойливая мысль циркулировала по нему в момент прочтения «неужели это Лайла?» Он убеждал себя в том, что письмо могла написать Лайла, ведь за последний год, она всегда была рядом в трудную минуту. С каждым днём Арнольд проникался симпатией к «мисс совершенству» ему хотелось чаще видеть ее, говорить с ней, взаимодействовать, но она никогда не смотрела на него, как на парня и Шотмен это видел, читал в отражении глаз, чувствовал, поэтому никогда не строил ложных надежд. Он видел ее с другими парнями. Жгучее чувство несправедливости в перемешку с грустью разливалось по венам. Он так много делал, но она всегда смотрела на парней из сайтов знакомств, на одноклассников, прохожих, но не на него. Рука потянулась к телефону и начала набирать номер друга. Тонкие гудки тянули момент ожидания. Арнольд закусил губу «ну же Джеральд!». — Привет! Есть разговор…— тишина, последовал нервный взвод — Но не по телефону, ты сможешь сейчас прийти — продолжил парень — Время конечно ты вобрал не самое лучшее, но я выхожу уже На лице Арнольда расплылась тёплая улыбка. Хоть у него был один лучший друг, но этого было достаточно. Лайла же крутилась в компании местных стерв, что парень никогда не мог понять. Время тянулось медленно, минута за минутой. Арнольд сидел на кровати, вновь и вновь, перечитывая строчки письма. В глубине души он осознавал, что это могла быть вовсе не Лайла. Не Лайла написала письмо. Слишком много несостыковок и факторов указывало на это, но парень не отбрасывал такой вариант событий — Что случилось? Выражения лица Шотмана при встречи было таким, будто бы ему сказали, что пансионат в котором он провёл всё своё детство вдруг продаётся. Или Лайла снова попала в какую-нибудь западню, а его не оказалось рядом.

Встревоженность.

В дверном проеме стоял Джеральд. Он выглядел, как обычно. Красная, слегка потрепанная толстовка, чёрные штаны, кроме его выражения лица. На нем вырисовывалась тревога, он рыскал глазами по парню, ища признаки того, что могло бы пойти не так. — Мне, кажется, что это письмо от Лайлы — выдал Арнольд, хлопая ладонью по свободному участку кровати возле себя, словно, приглашая друга присесть рядом — Но я не уверен, потому что в комнате у Хельги были такие же конверты и я… Карие глаза расширились, словно увидели самый большой страх в жизни и застыли в полном непонимании — Стоп… Стоп и ещё раз стоп — парень так изумился, что даже не дал Арнольду договорить — Что ты делал в комнате у Хельги? — Я решил, что буду делать доклад вместе с ней Лучший друг выругался себе под нос ещё не до конца отойдя от шока. «Программа в этом году конечно блестящая». Отвлёкся на собственную мысль Джеральд. Он всегда был слишком наблюдательным и это неоднократно заставало Арнольда врасплох — Думаешь письмо могла написать Хельга? — приподнял бровь Джеральд — Арнольд, у неё не у единственной из школы есть розовые конвертики. Тем более, это сама Хельга Патаки — гроза всех девчонок, да и мальчишек тоже. Она бы не стала писать такую слащавую фигню — Ты плохо её знаешь Джеральд — какое-то не естественное чувство обиды кольнуло в груди — Да? А когда ты успел её так хорошо изучить а? — Я просто… — Просто что, Арнольд? — темноволосый, кудрявый парень ждал ответа, смотря на письмо, что находилось в руках лучшего друга «Я просто чувствую это» — Я не знаю — сухо ответил Арнольд — Но она не такая ужасная и грубая, какой хочет казаться, даже наоборот, ранимая местами — он посмотрел на звездное небо заглядывающие в окно крыши. Воспоминание о Хельги с их последней встречи и его ладонь на её хрупком, слегка трясущимся от происходящего плече, щелкнуло так быстро, будто это были слова синонимы Хельга и ранимая — А что если письмо и правда написала Патаки? Что тогда? — темнокожий парень развёл руками в стороны рассекая воздух. Здесь становилось всё душнее — Я…я не знаю Арнольд никогда не пылал каким-то сильными чувствами к Хельги Патаки. Такого просто не могло произойти. Их отношения зародились с детства. Она- грубая, агрессивная задира, которая постоянно делала ему неприятно. Он- простой добряк, который всегда относился с пониманием к ней и терпел ее поведения. Почему? Потому что так должно быть, так всегда было, словно баланс между огнём и льдом. Он всегда был. Но в тот день когда Шотмен увидел пустоту и слёзы этот Баланс, как будто пошатнулся. Она перестала быть для него грубой и злой, она перестала быть огнём. В ней было что-то другое, чего он раньше не видел или она не показывала?

***

Цок…цок…цок       Коричневая подошва стучала по школьному бетону. Стройные ноги умело дефилировали, акцентируя внимания на сапожки, последнего писка моды. — Полюбуйтесь на мои новенькие платформы от Катрини, сделанные по последнем трендам моды, причём, специально для меня — девушка светилась от счастья, выставляя на показ обновку — посмотрите, правда они чудесные?

«Сборище Баранов… Окружили эту избалованную выскочку и пялятся на ее новые валенки. Боже… Высокомерная зазнайка эта ваша Ронда. Пожалуй она единственная, кто может так радоваться простым, разукрашенным башмакам»

Подумала Патаки, проходя мимо этого сборища. Утро явно выдалось не самым приятным, учитывая, что вчерашняя перебранка с Бобом все ещё отзывалась горечью на языке.

***

Хельга вошла в столовую. Все уже расселись по компаниям. Она внимательно осмотрела столы в поисках Фиби. Хрупкая девушка с каре сидела за столом, но привычное место Патаки, на этот раз было занято Джеральдом. Они сидели рядом друг с другом. Щеки девушки наполнились пунцовым цветом толи от смеха, толи от смущения. И когда гнев встал поперёк ее горла она осознала: Фиби не шутила. Они с Джеральдом правда нравятся друг другу. Она призналась ей в этом ещё летом, но светловолосая отмахнулась, приняла это за что-то незначительное. Хельга почувствовала, будто какую-то важную часть ее жизни нагло вырвали из ее рук и оставили дыру заполнить которую, она не знала как. Об этом гуляла вся школа, несмотря на то, что только слепой мог не заметить, как Фиби смотрела на него и как эта Шапка постоянно таскалась за ней с начала учебного года. Хельга слышала, как сплетничают все, кому не лень. Треплются об этом за каждым углом. А Фиби перестала повсюду таскаться за Хельгой. Никаких переглядываний, советов, вопросов все ли с ней хорошо. Ни-че-го. — Хельга, вот… это приглашение на мое день рождение — рука с красным маникюром пафосно протянула конверт. Тело вздрогнуло от неожиданности, когда нахальный тон ворвался в ее сознание, развеивая все размышления, подобно пороху. Хельга посмотрела на скучающие выражение лица Ронды и прищурила глаза в немом недоверии. За все время их знакомства, эта выскочка ни разу не звала Патаки к себе на девичники. Тогда что же изменилось спустя 10 лет? Она забрала конверт из рук Ронды и задержала взгляд на лице девушки. — О-о-ой какая честь и с чего это вдруг меня ей удостоили? — фыркнула задира, нахмурив свою бровь — Приходят все, Патаки, поэтому просто бери конверт и не выпендривайся —цокнула выскочка и не дожидаясь колкости в ответ, вышла из столовой Патаки закатила глаза, оставив себе об этом заметку в голове, ещё раз глянула на милую парочку за одним из столов, аппетит пропал сам собой. Она плюнула на всё это дело и направилась в класс. Хельга шла по шумному коридору, среди школьников, отпихивая каждого, кто попадался под руку. Повсюду витала накалённая атмосфера, По крайней мере, ей так казалось. Как только она вошла, ее взгляд невольно упал на Шотмана. Он сидел на своём месте, его лицо застыло в жёстком сосредоточении, а рука, что-то выписывала в тетрадь из учебника алгебры «наверное, тоже не обедал» предположил внутренний голос. Прозвенел звонок и ученики один за другим начали подтягиваться на урок. День казался каким-то особенно душным, словно петля на ее тонкой шее, которая с каждым уроком затягивалась всё сильнее. «поскорее бы уйти от этого сборище дебилов» подумала девушка, подперев щеку ладонью.

***

      Громкий раскат ударил по затянувшемуся небу, висящемуся над Хиллвудом и Хельга выронила тетрадь — Вот черт — выругалась она, поднимая её, пока все остальные спешили отправится домой до начала дождя. Девушка подняла взгляд и вмиг нахмурилась. Перед ней стояла Фиби. По лицу девушки было видно, что она сожалеет о том, что постоянно проводить время с Джеральдом и Хельга уже мысленно предположила о чем будет их дальнейший разговор. — Хельга, я хотела попросить тебя не обижаться на меня — промямлила девушка, сжимая учебники в руках — просто, я не могу разорваться на вас двоих — Вот и катись к своему ненаглядному — съязвила Патаки — Прошу, Хельга, пойми меня. Ты мне дорога и я не хочу, чтобы ты обижалась — Л-а-а-адно — протянула она. Хельга давно знает Фиби и за всё время, ей не доводилось видеть ее такой счастливой и беззаботной, как сейчас. Она вновь взглянула на Фиби и ее тёплая улыбка на миг согрела душу Патаки — Ты ведь пойдёшь со мной на день рождения Ронды? — поинтересовалась Фиби — К той корове?! — возмущённо заверещала Хельга — Ну… вообще-то, я ещё не знаю — продолжила она с наигранным чувством собственной важности.

Приглашение!

Привет! Если вы это читаете, значит вы избранный, потому что попали на вечеринку к принцессе. Мне исполняется 17 лет и по этому случаю я хочу видеть вас у себя в указанное время и место. (Алкоголь с собой приветствуется) Время проведения : 22:00 Дата проведения : 28.09 Адрес: *дом Ронды*