«Un de perdu, dix de trouvés». Non mais j'y crois pas, le vent, c'était toi, avant, t'étais à moi.*
***
— Mon amour, ne pars pas! — кричит мне Луи вслед, когда я со слезами на глазах выбежала из нашей квартиры во Франции, застав его в постели с другой.
Париж казался мне чужим. Холодным, не смотря на то, что светило солнце. Не домом. Не моим домом. Забавно, потому что пять лет назад, когда Луи только привёз меня сюда, я напрочь забыла о Москве и России, в принципе, влюбившись в столицу Франции. Впрочем, тогда я была влюблена не только во Францию…
Не смотря на моё нежелание, я, всё-таки вернулась в нашу его квартиру. Он тогда спал, свернувшись калачиком. Блондинки-любовницы не было, наверное, они разбежались сразу после того, как я обнаружила их в постели. На минуту мне показалось, будто ничего и не происходило, я словно бы просто задержалась в нашем его ресторане и вернулась домой поздно вечером. Жаль, но правда на этот раз не была на стороне нашей уютной совместной жизни.
Оставаться не имело смысла, я собрала все свои вещи, заказала такси и помчалась в аэропорт, не имея какого либо представления о том, что со мной будет в Москве. Единственная мысль, которая промелькнула в моей голове, касательная дальнейшей жизни — там есть те, кому я все ещё дорога. И их дом — мой дом. Это вселяло уверенность…
***
Примерно полтора часа потребовалось на то, чтобы описать Кристине и Славе, её брату, как за последние несколько часов я пересекла границы и покинула навсегда Париж и
Его.
— Мудак! — ответила подруга, когда я закончила свой рассказ.
Слава молчал. Я заревела.
— Успокойся. Мы рядом. — сказал он, заметив, как я начала трястись, то ли от неприятных воспоминаний, то ли от холода. Погода в Москве все же кардинально отличалась от парижской, сентябрь в этом году успел подарить невероятное количество ледяных ливней (отлично ты меня встретила, Россия!). — Всё хорошо, Миланка. — я прижалась к его груди и по-новому начала реветь. Казалось, будто из моих слез можно было создать новый океан.
— Милан, а хочешь, мы завтра поедем по магазинам, купим новые шмотки и засядем вечером смотреть «Секс в большом городе»? И закажем твою любимую пиццу, мм? — Кристина знала, что я люблю. И я хотела. Но навряд ли бы это все помогло.
— Мне бы работу найти. Или вообще что-нибудь, что помогло бы отвлечься. Не хочу о
Нем думать.
— Это вовсе не проблема, друг мой! — с улыбкой ответил мне Славка (и как ему удалось так быстро превратиться из рассерженного мужчины в доброго весельчака?) — В мой ресторан требуется администратор, я знаю, ты справишься, Милан.
— С твоего уезда он так и не смог найти нормального человека на эту должность. Что-что, а командовать и превносить особенный шарм у тебя в крови, Самойлова! — ответила подруга. — Жить будешь со мной, а работать у Славки, как в старые-добрые.
«Как в старые-добрые» — это за шесть-семь лет до моего уезда с
Ним в столицу Франции. Кристинка тогда влюбилась в фотографию и бросалась на любой заказ, зарабатывая себе авторитет настоящего мастера своего дела, Славка открыл свое кафе, которое мы совместными усилиями преобразовали в ресторан французской кухни. Да, Франция меня преследовала ещё тогда.
Стрелка кухонных часов перевалила за полночь, Кристинка закрыла окна и пододвинула мне бокал, в который заботливо успела налить красное полусладкое.
— Не спаивай мне администратора перед первым рабочим днем! — Славик снова начинает злиться. Хотя я его знаю, Жулев только на вид так выглядит, на нас с Крис сердиться он физически не мог.
— Как в старые-добрые! — словно смакуя эти слова на языке, проговариваю я, — Да и бокал красного в день очень даже полезен для здоровья!
— Узнаю свою Самойлову! — Крис заставила нас всех разразиться смехом.
Я любила Париж. За пять лет, что я провела там, город стал мне родным. Но все же я очень тосковала по Москве. Я скучала по дому. Я скучала по этим двоим. 
