6
24 мая 2021 г., 15:11
— Милана Владимировна, можно вопрос? — я сижу в своём кабинете и проверяю в очередной раз документы, когда официантка Настя забежала ко мне.
— Да, давай. Только прошу, не напоминай мне про Париж.
Стоило признать, что мысли про Францию в моей голове стали появляться реже после той ночи с Шастуном, про которую я, разумеется, из-за количества алкоголя в крови мало что помнила.
— Что происходит? Между вами и Вячеславом…
— Мы собираемся взять ипотеку и расписаться, — с улыбкой отвечаю я, следя внимательно за реакцией девушки, которой, кажется, совсем не зашла моя шутка, — расслабься, мы просто друзья!
— И вы не спали с ним никогда?
— И в мыслях ни разу не было, он мне, как брат, я вроде бы не героиня «Игры престолов», чтобы спать с братом.
— Простите за вопрос. Эта ревность однажды сведёт меня с ума.
— Постой, вы встречаетесь? — и каким образом я могла не заметить то, что эти двое вместе?
— Да, примерно с августа. Вячеслав тогда что-то говорил про тимбилдинг и мы устроили корпорат, после которого переспали. Ну а потом вы уже, я думаю, понимаете, что произошло.
— И как я могла не заметить ваших отношений?
— Я просила Вячеслава не говорить никому. На самом деле я все ещё сильно сомневаюсь в том, что нужна ему со своими чувствами. Вы знаете, мы такие разные.
Понимаю, Настюш. Мы, кажется, тоже такие разные. Да и нужна ли я ему со своими чувствами и сомнениями?
— Он слишком правильный, чтобы бросить тебя. В противном случае он бы не стал начинать отношения.
Это и правда. Удивительно, что у Крис, с которой по молодости, я бросалась в любые приключения с головой, в одном доме и при одном воспитании рос старший брат, который всегда нас вытаскивал и вправлял мозги. В нашей троице он всегда отвечал за мозг.
— Как вы познакомились с ним?
— Нас с Крис выгнали из такси, а Славка по доброте душевной приехал и отвёз домой.
Как сейчас помню: Кристинка предложила отметить нашу самую первую сессию и в её компанию каким-то чудом попала я, которая до этого практически не пересекались с Жулевой. Мы веселенькие и пьяные уселись в такси и так и не доехали до домов, нас высадили непонятно где из-за того, что Крис слишком долго спорила и ругалась с водителем. Тогда к нам на всех парах пригнался Славка и первыми его словами, кажется, был злой вопрос: «Вас вообще нельзя оставить одних?». Он тогда без разбору привёз нас к себе на съёмную квартиру и потом что-то как-то завертелась, что институт я заканчивала с верными друзьями в лице Жулевых.
— Он — джентльмен что-ли? — смеясь, спросила Настя, по всей видимости, с трудом представлявшая меня пьяной и сумасшедшей.
— Поверь мне, он намного круче!
— Ой, ещё хотела спросить. Что между вами и Шастуном? Вячеслав что-то говорил…
— Настюш, кажется, тебе пора работать!
Ничего между нами нет.
Девушка, побоявшись моей резкой смены настроения, быстренько убежала из кабинета, но на её место пришёл Слава и его уже было невозможно прогнать.
— Ревнует? — спрашивает он у меня про свою даму сердца.
— Обещалась вырезать моё сердце, если ещё раз увидит нас вместе, а тебе, кажется, совершенно плевать на мою целость и сохранность. Вот так ты меня любишь, да?
— Просто захотел поинтересоваться: что происходит между вами с Антоном?
Ничего. Ни-че-го!
Жулев демонстративно предвинул второе кресло к моему столу и сел в него, смотря мне прямо в глаза. Потом все также демонстративно забрал у меня бумаги, в которые я вынуждена была уткнуться, и спросил ещё раз: «Что происходит между вами?»
— Ничего!
— Ты знаешь, он мне нравится намного больше, чем тот лягушатник.
— Говоришь, как моя мама!
— Она у тебя потрясающая.
Он смотрит на меня, берет за руку и со всей нежностью и любовью, подобной у старшего брата к недотепе-сестре говорит: «Тебе не стоит затягивать с этим».
— А теперь ты говоришь, как мой отец!
— Он у тебя тоже потрясающий.
Улыбается и уходит, оставляя меня наедине. В голове лишь одна мысль.
Мне и правда не стоит затягивать.
урод клиент наконец-то замолк и перестал кричать на бедную Женьку.
— Ты похожа на бомбу, но давай ты взорвёшься как-нибудь потом, ладно? — слышу я шёпот над ухом.
Шастун, твою мать!
***
Октябрь оказался холодным. В моих планах было просто приехать домой, сходить в душ и закинуть в себя несколько чашек кофе прежде, чем уснуть крепким сном. Кофе на ночь вредно, но мне оно почему-то помогало. Мои планы разрушили не только бесконечные московские пробки, но и открывающий дверь, Попов. Ну да, тот самый Арсений Попов, коллега Шастуна и, наверное, муза моей подружки-фотографа. — Миланочка? — Добрый вечер, Арсений. Какими судьбами? — Хотел договориться насчёт съёмки, Кристина же фотограф. По всей видимости, раз я слышу звуки из душа, договориться на съёмки они не успели, но на секс — да. Не удивлена. Попов не церемонится, убегает смывать последствия бурных страстей в ванную сразу после того, как выходит Кристина из душа. — У импровизаторов разве не должно быть концертов по Подмосковью? — Они закончились ещё два дня назад, перестань спать, — отвечает Жулева на моё удивление. — Я не сплю, а работаю! — Я тоже работаю! — Кажется, секс с актёром не входит в обязанности фотографа. — Кажется, тебе тоже не платят за зависть! Я ничего не отвечаю. Кристинка улыбается, уходит провожать своего любовника и бубнит мне о том, что нужно разобраться с Шастуном и нашим сексом, а не оставлять это все на самотёк, когда дверь закрывается. Про секс я ей, кстати, не рассказывала, но Крис говорит, что знала о нем ещё до того, как он случился. — Вы выглядели как самые настоящие молодожёны, — отвечает она на мои вопросы, — тебе стоит ему написать! Я не думаю, что это хорошая идея на самом деле. К счастью, Кристинка на это сегодня тоже забивает. К сожалению, она вспоминает о моем согласии на съёмку у неё. В стиле ню. Сказать, что я всегда была не в восторге от собственного тела — ничего не сказать. Нет, я не считала себя уродиной или типо того. Но я и не считала себя великой красавицей, чтобы соглашаться на фотосессию, в процессе которой мне придётся раздеться. Но всё-таки моя подруга — настоящий профессионал своего дела и благодаря её таланту снимки получаются не пошлыми, а по-настоящему красивыми и в меру интимными. Мой любимый — тот, на котором я завернута в белое одеяло, держу маленькое зеркальце и крашу губы. Очень интересное. Мысленно клянусь его распечатать и повесить куда-нибудь!***
Ещё чуть-чуть и я взорвусь. Клиент, который неделю назад заказал у нас небольшой банкет, сегодня приехал с утра в ресторан и решил вынести мозг мне и моим коллегам. Иначе объяснить тот факт, что ему резко захотелось прояснить все дела с шампанским и тем, настоящее ли оно и из Франции ли или так «фуфло, купленное на местном рынке», было просто невозможно. Говорят, срываться на клиентах нельзя. Такое правило существует, да. Но похоже, я руководствовалась другим, которое гласило, что можно что-то и ответить, если тебе и твоим приятелям решаются вынести мозг. — Послушайте, я жила во Франции и я точно знаю, какое шампанское истинно французское, а какое нет! — рявкнула я так, что этот
