Вне временных рамок

— А-А-А!!! — Незадачливая команда генинов из Конохи-11 с ором, матом и молитвами удирала от разозлённого вороньего духа - тенгу. — МОЙ СВИТОК!!! ВЫ ЧТО НАТВОРИЛИ?! — Учиха Изуна гонял стажёров уже третий день, не стесняясь ни в средствах, ни в ругательствах. Порой незадачливое трио хотело просто рухнуть и сдаться, но волна Ки открывала второе дыхание у казалось бы навечно утерянного инстинкта самосохранения. Мицуки щукой нырнул в воду, отпрыгнув от команды. — Предатель!!! — Заорали оставшиеся двое, а солидарный с детьми Изуна швырнул в сына Орочимару немаленькую каменюку. Учиха лишь цыкнул, когда, обернувшись, не увидел малолетних шинобей. — И ЧТОБЫ БЕЗ СВИТКА НЕ ВОЗВРАЩАЛИСЬ! Команда номер семь неполным составом тихо шипела на Мицуки и была сильно удивленна, когда сын змеиного Санина зашипел в ответ. Сейчас они были на границе со страной Травы, но из-за долгой погони команда была обессиленной, так что когда Боруто запнулся о какую-то корягу и утащил за собой в падение остальную команду, то у Сарады вырвалось лишь усталое "мусор". А мусор чистоплотная Сарочка не любила.

***

Сарада с трудом разлепила глаза, но картина мира была расплывчатой даже когда она нашарила и напялила очки. — Боруто, блядь... В этот раз Мицуки решил отмолчаться или же ещё не пришёл в себя. Боруто тихо простонал сквозь зубы, пытаясь встать, чему явно мешал перелом ноги. — Сиди уж, вылечу. — Буркнула Учиха, неумолимо надвигаясь. В глазах её неугасимо пылал дух командной работы... ...Или дух ирьёнина, ведь от матери Сарады можно было легко нахвататься всякого разного, но в этом Боруто был не уверен. — Это... — Временная плёнка, которую мы проломили, создав временную аномалию. — Педантично уточнила Сарада, чьи руки зажглись зелёным светом. — Так мы не должны были её прорвать, она же вскрывается только от... Блядь. Осколков временных артефактов, одним из которых и был сломанный свиток, часть которого команда сдала моментально взбесившемуся Изуне-фукутайчо. — Блядь. — Синхронно согласились Сарада и уже оценивший ситуацию Мицуки. — То есть пока мы не найдём свиток, или же ещё что, то не видать нам каменной головы Седьмого-самы как своей премии... — ...Потому что нам, походу, устроили вступительные. — Закончил Мицуки. Вся команда тяжело вздохнула - теперь им становилось ясным, за каким надобом их фукутайчо гнал стажёров в такие далёкие ебеня - одним из условий для перехода из стажёров в младшие научные сотрудники была способность экзаменуемых найти дорогу домой самостоятельно, при этом не наломав дров, что было для седьмых, мягко говоря, сложно. Всё-таки их команда была чем-то вроде светошумовой гранаты - в то время как седьмые отвлекали и перетягивали на себя всё внимание неприятеля, остальные команды могли тихо и скрытно закончить свои миссии. Такое построение команд было уже почти наследственным - первой такой командой стали Цунаде-Орочи-Джи под руководством Сандайме, затем команда Минато и Кушины, после команда Наруто-Сакура-Саске, на замену которым и пришли Сарада-Боруто-Мицуки. Сарада пнула блондинку, и Боруто осмотрел окрестности бьякугано-джоганом, тихо выругавшись в конце. — По шкале от "батя возвращается домой" до "это пиздец", сколько дашь ситуации? — "Это, нахуй, пиздец, товарищи". Мы опять вляпались во времена воинствующих кланов. — Да твою мать! — Выругалась Сарада. Ей хотелось двинуть невозмутимому Мицуки по морде как никогда до этого. — Давайте признаем честно, нам пиздец. Однако, несмотря на пессимистичные слова, команда генинов удачно вернулась домой, умудрившись по пути раздобыть своему фукутайчо новый свиток. Все трое дружно решили не упоминать о том, каким Макаром и с чьей конкретной матерью у них это получилось. Особенно учитывая то, что свиток нашёлся у известных фантазёров клана Курама. Сарада нервно икнула, припоминая подробности той авантюры. Курама, рыжие и бесстыжие, на контакт не шли, а потому команда Конохи-11 решила попросту спиздить жизненно необходимую ей вещь. Сарада волевым усилием отогнала воспоминания. Третье томоэ в её шаринганах, конечно, стоило подобной нервотрёпки, но у её сокомандников-то шарингана не было! На фоне нервного напряжения у двух третей команды Мицуки смотрелся островком безмятежного спокойствия. Порой Сараде начинало казаться, что этот товарищ, который им не товарищ, потому что, блин, мог бы и помочь, сволочь эдакая, если он друг, просто не имел нервов, а оттого и вёл себя как какой-нибудь буддист. Одна из штаб-квартир отдела ИСОВА, сокращённо от Исследования Совершенно Обыкновенных Временных Аномалий, находилась под головой Нанадайме Хокаге - Наруто Узумаки. Сарада натянула на нос медицинскую маску и надела перчатки, кутаясь в длинный меховой плащ с длинными рукавами и множеством карманов, который выдавали стажёрам. Боруто, избранный командиром и потому идущий спереди, с пинка открыл дверь и тут же испуганно ойкнул. За дверью стоял Учиха Изуна, нарочито медленно оборачиваясь к проштрафившимся пока ещё стажёрам. Боруто молча сунул тому под нос свиток, и тенгу хмыкнул, забирая тот подобно взятке. — Ладно, прощены, желторотики. За мной. Команде генинов оставалось лишь следовать за третьим фукутайчо. Учиха Изуна, славящийся своим проказливым и дурным характером, занимал довольно высокий пост. Никто не знал, из-за чего он решил взять на обучение тройку генинов, но куратор из тенгу вышел неплохой. Генины с удивлением смотрели на ярко освещённый кабинет, в котором тихо звенели развешанные под потолком колокольчики и бубенчики, с тихим шорохом работал кондиционер и периодически раздавался стук от столкновения печати с бумагой. В богатом кабинете чах над бумагами красивый голубоглазый блондин, а блондинистый ребёнок лет пяти рисовал в альбоме. Нечеловеческую природу хозяев кабинета выдавали такие же золотистые лисьи уши, чуть дёрнувшиеся, когда посетители открыли дверь. — А, третий фукутайчо Учиха Изуна с командой. Заходите-заходите. — И вам не хворать, четвёртый фукутайчо Минамото Накадзе. Никто точно не знал, какого Макарова Четвёртый Хокаге решил изменить своё имя, но все благоразумно молчали. Пятилетний однохвостый кицуне вскочил на ноги. — Папа, смотри, я закончил рисунок! Минамото Накадзе, бывший когда-то давно Минато Намикадзе, похвалил сына, а после спросил о цели прибытия гостей. Конечно, он и так это знал, но по протоколу надо было спросить. Когда уже вечером команда номер семь оказалась на шумных улицах Конохи времён Седьмого, то сил почти ни у кого не было. Однако их грело то, что на улицу они вышли уже не стажёрами, а полноценными сотрудниками.