03 | ночь Гермионы
18 мая 2021 г., 17:31
Две девочки спустились по лестнице общежития для мальчиков и направились к девочкам. Прямо перед тем, как они ступают на лестницу, Гермиона остановилась. Т/и обернулась, чтобы посмотреть на остановившуюся девушку.
— Т/и? — спросила Гермиона.
— Да? — Т/и с любопытством отвечает.
— Ты случайно не знаешь, где профессор Дамблдор? — спросила Гермиона, пытаясь уйти, чтобы они не узнали, что у нее здесь нет комнаты в общежитии
— Да, он, вероятно, должно быть в своем общежитии. Почему ты спрашиваешь? — спросила Т/и.
— Ну, мне просто нужно поговорить с ним, прежде чем я отправлюсь спать. Спокойной ночи, Т/и, — сказала Гермиона, начиная уходить, прежде чем Т/и схватила ее за запястье, останавливая ее от дальнейших шагов.
— Гермиона. Сейчас около 1:45 утра, и после нашего непосредственного опыта лучше всего не будить Дамблдора от его прекрасного сна.
— У меня просто есть к нему вопросы о некоторых моих занятиях, — сказала Гермиона первое, что пришло в голову.
— Правда? Ну, я уверена, что это может подождать до завтра. Но сейчас давай отведём тебя в общежитие, чтобы ты могла немного отдохнуть, хорошо? — сказала она, поворачиваясь к лестнице в общежитие для девочек.
— Я не могу, — заявила Гермиона, все еще пытаясь не подниматься по лестнице в свое общежитие, которого здесь не существует.
— Что? — спросил Т/и, снова поворачиваясь к ней лицом.
— Я не могу подняться в свою комнату в общежитии, — сказала Гермиона, пытаясь потянуть время, чтобы придумать идею
— И почему это? — Т/и скрестила руки на груди, начиная немного нервничать. Т/и никогда не была по-настоящему терпеливой, она была похожа на Джеймса и Сириуса, всегда желая физически что-то сделать. Но у нее было исключение, когда дело касалось чтения или домашней работы, ей всегда нравилось читать о путешествии в волшебную страну, которая не является Хогвартсом. Что касается домашней работы, это было просто то, что нужно было сделать, и это не было похоже на то, чем она когда-либо занимала много времени, по сравнению с Джеймсом и Сириусом, была причина, по которой Т/и часто называли «умнее Поттера». Она была четвертой умницей в классе, сразу после Лили, Римуса и Алисы.
— Ну, моялучшаяподругапоцеловаламоегопарня, иянемогупойтивсвоюкомнату, потомучтомыводномобщежитии, — выпалила она единственное оправдание, которое она могла придумать в данный момент. Т/и просто наклонила голову и нахмурила брови, чтобы сказать Гермионе, что она понятия не имеет, что только что сказала. Поэтому Гермиона повторила то, что сказала, но на этот раз медленнее:
— Моя лучшая подруга поцеловала моего парня, и я не могу пойти в свою комнату в общежитии, потому что мы живем в одной комнате.
— О — руки Т/и опустились по бокам, когда она начала думать о том, что делать. Она коротко зевнула, прежде чем заговорить:
— Если хочешь, можешь остаться в моем общежитии на ночь, просто не забудь поговорить об этом завтра с Дамблдором или Минни. Ладно?
— Я не могу этого сделать, и, кроме того, там не было бы кровати… — возразила Гермиона, но была прервана.
— Все в порядке, одна из моих соседок по комнате ночует в больничном крыле, потому что она плохо себя чувствует.
— Ты уверена? — спросила Гермиона.
— Да, — бодро ответил Т/и, поднимаясь по лестнице. — Пойдем, Гермиона, я хочу немного отдохнуть.
— Ладно. Иду — Гермиона последовала за девушкой с волосами Т/ц/в вверх по лестнице. Они остановились перед дверью, которая находилась в шести метрах от лестницы. Т/и открыла дверь, за которой оказалась темная комната, и единственным источником света был лунный свет снаружи, проникавший через щель между двумя занавесками. Т/и вошла в комнату и направилась в дальний правый угол, со щелчком включилась лампа, стоявшая на тумбочке рядом с кроватью Т/и.
В комнате было четыре кровати с красными одеялами и занавесками, как и у мальчиков, с той лишь разницей, что она была чище и пахла яблоками, черничными кексами, лавандой, маргаритками и лилиями. Две кровати были заполнены рыжеволосой головой в правой части комнаты, а другая-блондинкой, обе слева, обе ближе к двери. Четвертая кровать, которая была пуста, находилась в левой части комнаты, самой дальней от двери и через кровать от Т/и. Гермиона нерешительно вошла в комнату.
— Ты можешь спать на этой кровати, — сказал Т/и, указывая на кровать через кровать от нее. Гермиона кивнула, не желая будить остальных, и села на кровать.
— Вот, — Т/и протянула Гермионе немного, теперь стоя перед ней. — Это может быть немного великовато, но я уверена, что все будет в порядке. Ты можешь переодеться в ванной.
— Спасибо, — ответила Гермиона, вставая с кровати и направляясь в ванную, чтобы переодеться. К тому времени, как Гермиона вышла из ванной, Т/и уже переоделась в красные клетчатые пижамные штаны и серый джемпер, лежа на животе лицом к кровати Гермионы, чтобы ночью писать в дневнике. Гермиона вернулась к кровати, на которой ей предстояло спать, и села, не зная, что делать.
— Эй, Т/и? — прошептала Гермиона.
— Да, — спросила Т/и, не отрываясь от того, что писала.
— Почему Сириус назвал тебя Аннабель? И почему Джеймс назвал его Бродягой, а ты двух других Лунатиком и хвостом? — спросила Гермиона, не зная, что еще сказать.
— Сириус назвал меня Аннабель, потому что мое второе имя Энн, сначала это беспокоило меня, но теперь не так сильно, — честно ответила Т/и, оторвавшись от того, что она делала. Она продолжила: — и я просто называю их Лунатиком, Бродягой и хвостом для забавы — Т/и действительно не знала, как объяснить эти прозвище, не выдав ничего. — Хорошо, хорошо, я пойду спать, — сказала Т/и, начиная убирать свои вещи и ложиться обратно в постель, но на этот раз под простынями, положив голову на подушку. — Спокойной ночи, Гермиона.
— Спокойной ночи, Т/и, — Гермиона забралась под простыни, которые были на кровати, и лампа была выключена, и единственным светом в комнате снова был свет от лунного света.
