Flame & Water

Призрачный свет раннего утра касался острых верхушек еловых деревьев, но еще слабо будил под темно-зеленой кроной сосен да пихт прочую живность, что притаилась и мирно сопела. Солнце пробуждалось, а значит, пора и миру проснуться от мерзлого и лунного дыхания ночи. В кустах начинала дебоширить дикая птица, звонкая трель которой разносилась по всей лесной чащобе. Небесное светило почти встало ровный горизонт, освещая налитой силой лучами все вокруг… Утро все еще дышало прохладой, свежестью и росой на сочных зеленых травинках. Сквозь небольшую, приоткрытую с ночи, щель бамбуковых дверей проникали лучи солнца, ласково поглаживая золотистые, но лохматые космы с алыми концами. Руки ловко наводили порядок, гребнем расчесывая и зачесывая некоторые пряди. Пальцы заплели небольшой хвостик на голове. Форма, пахнущая чистотой и слабым шлейфом лавандового мыла, ожидала своего часа. Кеджуро окинул взглядом ее — младший брат постарался на славу, оттирая всю ту грязь, которую старший сын Ренгоку умудрился притащить после тяжелой миссии. Кровь собственная и им убитого демона, пот, грязь, пыль — все это было отстирано трудолюбивыми руками Сенджуро. Ренгоку улыбнулся, вспоминая, как же его младший братишка причитал, но был несказанно рад видеть того почти целого, но живого. В подарок же Кеджуро покупал что-то вкусное, дорогое и баловал своего братца. Зарплата Столпа Пламени банально позволяла покупать не дешевые вещи, а радовать своих родных Кеджуро любил больше всего на свете. Молодой мужчина встал с футона, заправляя тот, а затем спрятал в шкаф. Вставать рано утром считалось не только полезной привычкой, но и вызывало чувство уважения, удовлетворенности и ощущения того, что день пройдет как надо. Но, признаться, Ренгоку просто любил вставать в немыслимо ранние часы, лицезрея восход и подставляя свое лицо потоку прохладного воздуха и свежим лучам нового дня. Сегодняшняя миссия будет необычной для нового Столпа Пламени. Ренгоку дали разведать один из округов, но не в одиночку. Кеджуро, после убийства Второй Низшей Луны, заместил своего отца лишь месяц назад. Раны, конечно, после той битвы успели зажить, но все еще могли напоминать о себе фантомной болью. И по такой причине к нему приставили Гию Томиоку? Парнишку, который владел идеально своей катаной, своим дыханием и просто метил на место нового Столпа Воды? Неужели настолько все плохо с ним, с Ренгоку, что дали в качестве помощника всегда молчаливого и угрюмого охотника? Кеджуро усмехнулся про себя, заканчивая собираться и надев на свои плечи семейное хаори. Юноша осмотрел свою комнату беглым взглядом, вспоминая, все ли он взял с собой? Вроде ничего не забыто. Ренгоку-старший вышел тихо, ступая на деревянные полы как можно легче, дабы не навести шума и не спугнуть чуткий сон Сенджуро. Все же тренировки и умение бесшумно двигаться при разных условиях определенно играли на руку Столпу. Пора выдвигаться в путь.  — Доброе утро, Томиока! Темная макушка со спутанными волосами и низким хвостом развернулась на голос. Гию, доедая онигири с лососем и запивая его зеленым чаем, смирил взглядом подошедшую, броскую фигуру его напарника. Гию кивнул на приветствие: с набитым ртом не вежливо начинать беседу.  — Глядя на тебя аж у самого аппетит разыгрался! — Кеджуро хохотнул, скрещивая руки на груди. — Хотя я только-только плотно позавтракал. Ты должен отведать как-нибудь наш фирменный мисо-суп с бататом! Сенджуро готовит просто восхитительно!  — Угу…- Произнес парень, допивая чай. Невеселые воспоминания о своей умершей сестре Цутако вдруг возникли в голове охотника. Гию, еще будучуи совсем мальчишкой, просил свою старшую сестру что-нибудь приготовить вкусное для него. Томиока мотнул головой, собираясь с мыслями.  — Как-нибудь могу заскочить.  — Не как-нибудь, а точно! Я буду очень не против тебя видеть в своем доме.Мы просто обязаны больше общаться, Томиока! Гию с подозрением посмотрел на юношу, ища подвох в его словах. С какой стати им нужно теснее дружить? Разумеется, они знакомы не один день, а месяц, да и не так часто пересекались. Вернее, Кеджуро старался наладить с необщительным Томиокой отношения, попытаться разговорить того, но выходило не очень. Гию долго привыкает к новым людям, в частности к таким вот ярким и незаурядным личностям. Да банально Ренгоку не отлипнет от новоиспеченного товарища, который ему приглянулся с первых секунд. Странно, что такая натура мрачного и неразговорчивого человека притянула вечно сияющий огонь души Кеджуро.  — С чего вдруг? Кеджуро слегка опешил от такого заданного в лоб вопроса. Действительно, с чего вдруг? Может, потому что Ренгоку хочет помочь влиться в коллектив и адоптироваться там? В конце концов они же Столпы — опора организации и просто-напросто обязаны быть вместе и поддерживать друг друга. С тем же Шинадзугавой Кеджуро смог поладить, сумев найти общий язык и первый уважал его за непреклонные взгляды относительно этой жизни.   — Потому что тебе нужен товарищ. Ну или хотя бы тот, кому ты можешь рассказать что-либо.    — Мне никто не нужен. Мне и в одиночестве неплохо. — Глубокий синий цвет глаз пронзил янтарные глаз напротив. Кеджуро ощутил на своей коже холод океана этого взгляда. «Нужен… Я же вижу, насколько тебе плохо одному, хоть ты и никогда этого не скажешь, Томиока.» Кеджуро проглотил эту фразу, не создавая более суету в своих мыслях и переводя русло разговора ближе к заданию.   — Я не знаю, с чего вдруг тебя приставили ко мне, но я только рад! Хотя и удивлен! Судя из приказа от ворона, нам предстоит выслеживать не просто рядового демона. Чую, что там притаилась Низшая Луна!   — Или что-то похуже… В любом случае, надо идти как можно быстрее. Днем опросим местных — не пропадали ли странным образом люди, а ночью попробуем выследить. Кеджуро, слушая своего товарища по оружию, был полностью согласен с ним.  — Не зря тебя выбрали в качестве нового Столпа Воды! Прекрасный план!  — Я не достоин быть Столпом… Ренгоку, поправив свою катану, рассмотрел с ног до головы юношу. Кустистые брови взметнулись в удивлении. Абы дабы кого не назначают на такую ответственную должность. С чего такая неуверенность?  — Как же так?! Ты ведь…  — Не хочу об этом говорить. Слишком много времени потратили на болтовню.  — И тем не менее! — Кеджуро пошел следом за Томиокой, выходящего из своего поместья. — Небольшая беседа перед миссией может расслабить и отвлечь от дурных мыслей. А они, ой как мешают рубить демонов!  — Мне — нет. -Отчеканил мечник, закрывая ворота своего поместья. Кеджуро лишь следил за манипуляциями мечника, одолеваемый сумбурного рода мыслями. С чего такой ответственный человек так отзывается о себе? Ренгоку понятия не имел, почему Томиока в нелестном ключе говорил такое в свой адрес. Впрочем, эти рассуждения отошли на второй план, если не на третий, ведь задание являлось сейчас наиболее приоритетным, и в голове, кроме плана как одолеть кровожадную нечисть, более ничего не должно быть. По дороге к городку Ренгоку то и дело пытался разболтать своего товарища, но истребитель неохотно отвечал на многие темы, хоть Гию и находил бодрый голос Кеджуро весьма привлекательным и мелодичный: басистый, громкий, уверенный и мужественный тембр почему-то цеплял за слух мечника, не давая заскучать. Ренгоку знал уйму веселых историй, смеялся над некоторыми особенно громко и заливисто, чем мог привлечь других путников, которые точно также двигались в сторону городка. Томиока давно не улыбался (хоть и скромно), а тем более не смеялся. Кеджуро обладал воистину каким-то демоническим обаянием, которое могло растопить даже такой ледяной нрав, как у Гию.   — Вот и пришли! Всего-то час с лишним заняла прогулочка! Однако, однако! — Кеджуро одарил улыбкой Гию, спускаясь по длинной лестнице, выстроенной на самом холме. Проходя мимо давно заброшенного храма по пути к городу, Гию озирался по сторонам, внимательно осматривая каждую деталь на наличие подозрительных следов. Теплая улыбка растаяла с лица Кеджуро — юноша тоже прислушивался к звукам, но кроме пения малиновки, устроившейся удобно на ветке куста можжевельника, ничего так и не заметил.  — Чисто… Никого нет, но не думаю, что демон мог не забраться в этот храм, — Томиока указал на почти съеденное временем и природой здание, -или он там восстанавливал бы свои силы.  — Так давай проверим! Как раз в храме полно темных мест, куда солнце отродясь не заглянет. Убедимся, что там точно никто не живет и поспешим войти в город. Первым вошел Кеджуро, загораживая проход в храм. Тишина оседала на фигуру молодого охотника, а зернистая пыль, пригнанная порывом ветра, легла ровно на прогнившие от частых дождей доски. Легкой, аккуратной поступью, Ренгоку продвигался все глубже в сооружение, вертя своей светлой головой из стороны в сторону: высокие колонны подпирали куполообразный потолок, а затхлый запах гнилых досок, какой-то легкий шлейф цветущего кустарника и сырость вдарили в прямой нос юноши. В глубине сооружения виднелся алтарь с преподношениями и, скорее всего, храм-то и не был заброшен. Благовония стояли свежие, а пиала с каким-то жидким содержимым наводила на мысль, что тут кто-то да присматривает за храмом.  — Ритуальные маски, гляди. — Томиока кивнул на стену возле самого алтаря. — Мне они не нравятся. Жуткие какие-то. Кеджуро хихикнул.  — Всего лишь какие- то маски! Интереснее то, кто тут приходит и тщательно ухаживает так за этим алтарем? Гляди, на нем восседает статуетка богини, а вокруг ни пылинки, ни соринки. Все чисто! Не думаю, что демон бы занимался таким.  — Что вы тут забыли?! Грубый голос отвлек от изучения алтаря. Гию с Кеджуро синхронно обернулись, увидев у входа фигуру взрослого, невысокого мужчины.  — Днем тут запрещено приходить! А как ночь накроет этот город своей темнотой, так приходите, приходите! Нечего тут топтаться! Мужчина, прихрамывая и опираясь на трость, подошел к двум охотникам, окидывая маленькими блестящими глазами двоих.  — Почему ночью? Разве монастыри не должны принимать посетителей только в ранние часы? — Гию смотрел сверху-вниз на низенького мужчину зрелого возраста с легкой сединой на висках и проявляющейся лысиной на темени. Мужчина громко раскашлялся, прикрывая рот жилистой ладонью.  — Вот в такие храмы и ходите! А у нас тут так положено! — мужчина с явным проявлением недружелюбия смотрел на мечников, стреляя глазками то на одного, то на другого.  — И что у тебя на башке?  — Это мои волосы! — Отчеканил Ренгоку, продолжая улыбаться, тем самым выводя из себя этого странного человека.  — Ишь, какой яркий! Сразу видно, что богохульник! Неестественность в тебе так и выпирает! — Мужчина тыкал указательным пальцем в Ренгоку, обводя серыми, сердитыми глазами челку парня. — Ограбить храм решили?! Пошли прочь отсюда!  — Нет, мы ищем дем… — Гию пихнул в бок своего товарища заставляя замолчать. Прихожанин прищурился.  — Чего это ты его пихаешь? Все-таки вандалы?! Ну, договаривайте, коль так раскрылись глупо! Знаю, что что-то задумали! — Мужчина стукнул тростью по прогнившей доске, доламывая ту. Трость застряла.  — Зараза! — Мужчина пытался вытащить застрявшую в полу трость. Злоба так и выплескивалась через грубые действия, дерганные и нервозные.  — Мы просто-напросто заблудились! Решили подождать в храме кого-нибудь, кто нам бы помог. Зачем же нас обвинять в столь гнусных вещах, о которых мы даже думать не думали! — Ренгоку помог мужчине вытащить несчастную трость из дыры. Прихожанин тяжело вздохнул, снова откашливаясь.  — До города тут рукой подать… Идите прямо, а потом через тропу, по бокам которой усажены клены. Не ошибетесь.  — Спасибо Вам большое! — Ренгоку чуть склонил голову, прощаясь со странным незнакомцем. Гию же сверлил холодом лазурных глаз неприятного мужчину.  — Чего встал-то? Подсказал дорогу? Знаешь ее? Так валите, покуда не погнал метлами! Ну же! Томиока нарочито медленно подходил к массивным деревянным дверям храма, прежде чем скрыться из виду вместе с Ренгоку. Мужчина еще какое-то время исподлобья провожал спины охотников, не переставая кашлять… ***  — Он странный… Очень странный…  — Обыкновенный безумец, обиженный этой жизнью. Судя по частому, сильному кашлю и капле крови во уголке рта — жить осталось ему недолго. Ренгоку изогнул в удивлении свою бровь. Он даже не заметил этой крошечной детали! Кеджуро лишь удивился такой внимательности, хоть он и не уступал «глазастости» своему товарищу. Видимо, Томиока слишком детально изучает людей.  — Думаешь, банальная зависть из-за того, что нам отведено чуть больше рвемени на этой бренной земле, а его век на исходе? Злоба так и горела в нем. Мне некомфортно было стоять с ним. Бедный человек… — Кеджуро прибавил шагу, заворачивая на ту самую тропу, куда указал странный незнакомец.  — Возможно, — Гию поравнялся шагом с напарником, — и твоя прическа… Ну, она милая. Не обращай на него внимания. Ренгоку чуть не споткнулся на месте, ошарашенный таким внезапным заявлением. Столп Пламени до конца тропы так и не обмолвился словом, переваривая сказанное Гию. Слова утешения? Ренгоку редко кто хвалил за внешность, а уж тем более его импозантную прическу, коей он выделялся на фоне серой массы людей с поголовно одинаковым цветом волос. Кеджуро почувствовал, как тепло разливается у него в груди… Солнце обильно заливало улицы яркими лучами. Полдень. Жара. Дороги плавились от разогретого до предела воздуха. Гию искал хоть какой-то намек на тень, но глядя на воодушевленного Ренгоку, который напрочь игнорировал палящие бесщадно лучи солнца и расспрашивал пожилую даму возле лавки с веерами, зонтиками и прочими вещами, решил не жаловаться на такой пустяк, продолжая бродить по городу.  — В тот храм ходят ночью только… Открываются двери прихожанам с наступлением сумерек… Ох, не думаю, что там только молятся. Скверные мысли меня одолевают. Молодой господин, не хотите ли укрыться от солнца? Никто не смеет и высунуть носа в такой солнцепек!  — Увы, но мы не можем оставаться на одном месте! Скажите, а исчезали ли люди тут? И как часто это происходило? Женщина вздрогнула от слов Столпа Пламени. Гию, наконец-то смог выдохнуть спокойно, прячась под крышей лавки.  — Ох, господин, недавно пропал внук моей старой знакомой. Сказал, что пойдет в тот храм, помолится за души своих усопших родителей да придет домой вскоре. Но он не первый раз туда ходил! Всегда возвращался! А тут… Ох, но по пути мог и забрести куда-нибудь… — Женщина покачала головой, сжимая в костлявых пальцах край рукава кимоно, — как же так… Бедный Акихиро… — Слезинка выступила на сухих глазах, обрамленные морщинками. Женщина поспешила вытереть их.  — Не плачьте. Мы пришли как раз сюда разведать, что тут твориться.  — Ох, вы так добры! Может, веером воспользуетесь? Негоже в такую погоду ходить! перетерпите немного, солнце скоро скроется за облаками! Рука торговки указывала на сереющий горизонт неба. Чистота голубого неба съедалась надвигающимися тучами…  — Томиока, и правда! Тебе нужно немного передохнуть! Вот этот веер я куплю! — Ренгоку указал на белоснежный веер, с орнаментом волн и журавлей. Гию только хотел отмахнуться, мол, лишнее, но Кеджуро уже рассчитался с женщиной, всучивая веер своему другу.  — Того и глядишь, тебя придется тащить на себе! -Хохотнул мужчина, скрещивая руки на груди. — Подскажите, а где здесь можно плотно поесть?  — Ренгоку, не сейчас! *** Заведение, которое подсказала пожилая женщина, оказалось полностью забитым посетителями. Тучи все сгущались над городком, наровясь обрушиться ливнем на бедных прохожих. Гию с Ренгоку успели занять последний столик.  — Вкусно! Вкусно! Вкусно! Томиока ел не спеша, не обращая внимания на взгляды гостей. Удон, который ему принесли, оказался восхитительным на вкус, а отвлекаться на всякие косые взгляды незнакомцев будущий Столп Воды не намеривался. Кеджуро уплетал за обе щеки с поразительной скоростью третью порцию рамена. Откуда у него такой аппетит, думал Томиока.  — Ну-с, раз подкрепились, то можно подслушать, о чем тут сплетничают люди! Миссию никто не отменял, — Кеджуро отложил палочки в сторону, взял салфетку и промокнул уголки рта. Гию кивнул, соглашаясь с напарником. Бравурные звуки заполонили помещение полностью, услышать что-либо о пропажи людей было трудно, но возможно. Гию напряг свой слух, слушая, что говорит мужчина позади него. Ни о чем таком, что могло помочь найти демона не проскользнуло в речи незнакомца. Лишь разговоры о торговле, о падающих ценах на товары заморские, да и жалобы на тяжбы жизни. Ничего полезного. Ренгоку же подслушивал рядом по правую сторону молодую девушку в компании своего возлюбленного. Парочка щебетала о чем угодно, но то только не о том, что могло действительно помочь делу.  — Думаю, лучше подойти к стойке и расспросить ту молодую женщину, у которой мы взяли заказ, — Кеджуро встал с места, оставляя Томиоку одного. Мечник дыхания Воды проводил взглядом огненное хаори, заодно обведя взглядом еще раз присутствующих. Одни выделяющийся молодой паренек, не заказавший ничего (или ждал заказа, Томиока не знал) тревожно крутил головой туда-сюда, но как заметил, что Гию смотрит на него, уперся в него взглядом, пристально разглядывая. Будущий Столп Воды выравнился на месте, стараясь зацепиться глазами за что-нибудь другое, лишь бы не быть под этим… Пустым взглядом? Или Гию показалось? Что с этим мужчиной? Гию повернулся спиной к незнакомцу, делая вид, что занят поеданием удона. Мужчина встал с места, все еще поглядывая из-за плеча на Томиоку, но чуть не врезался в Ренгоку.  — Ой! Вы в порядке, господин? Не ушиблись? — Ренгоку оглядел того, проверяя на наличие мнимых увечий. Незнакомец лишь поднял свои глаза на лицо Ренгоку: в темно-зеленых глазах проскользнула искра страха, руки задрожали и мужчина отпихнул в сторону Кеджуро, убираясь как можно быстрее из заведения. Ренгоку поспешил к Томиоке.  — Ты видел? — Кеджуро подошел к стулу Томиоки, — Глаза… Он будто не в своем уме. Такой пустой, безжизненный и злобный…  — Видел. Он на меня смотрел какое-то время, словно он узнал меня. Надо за ним проследить.  — Так давай быстрее пойдем, пока не исчез! Ренгоку согласно кивнул своей светлой головой, выходя быстрым шагом из здания. Тучи сгущались все сильнее, намереваясь обрушиться на городок, щедро поливая его серебристыми нитями дождя… Запах озона чувствовался в воздухе, прохлада постепенно начинала сжирать тепло раскаленной земли от солнца. Гию с Кеджуро прибавили шагу, следуя за удаляющейся фигурой мужчины, пока не начался дождь.  — Я расспросил ту женщину. Она рассказала, что пропало около четырех человек за недели полторы. И про тот храм… — Ренгоку завернул в переулок вместе с Гию, скрываясь от мужчины. Незнакомец резко остановился, высматривая что-то в лицах прохожих. Вновь пошел быстрым шагом.  — Сказала, что приходила туда молиться за покойного мужа. Туда много кто ходит. Зря мы его посчитали заброшенным, но настораживает то, что к святыне с таким пренебрежением относятся. Почему они не починят его?  — Денег нет? Черт, пошли, он же скроется из виду! Не найдем потом!  — Вряд ли денег нет… Даже отсутствие средств не дает права так относится к святым местам. Хотя бы своими силами попытались отстроить что-то… Не годится!  — Что она еще сказала? — Гию выглянул из-за угла матии*, — вперед! Он уходит! Ренгоку вышел первым из-за угла, догоняя мужчину вместе с Томиокой. Столп Пламени почти вплотную приблизился к незнакомцу, как тот развернулся и вновь впечатался в сильную грудь Столпа. Кеджуро нахмурил свои соболиные брови, но незнакомец чуть не вскрикнул от страха, снова пускаясь в бега. Ренгоку побежал за ним, виляя в толпе людей, протискиваясь через них и пытаясь догнать первого подозреваемого. Томиока не отставал, обгоняя и ловко уворачиваясь от встречных фигур зевак, почти догоняя беглеца, как тот хлопнул три раза в ладоши, исчезая под носом Томиоки. Мечник шокировано всматривался в пустое место, где буквально секунды назад стоял странный мужик, чуть не сбив с ног двух хохочущих девиц.  — Он исчез! Ренгоку!  — Куда?! Как? Он только что был тут! Кеджуро смотрел по сторонам, выискивая мужчину: лысую голову, с кривым длинным носом и злобным взглядом потерять было проблематично. Лысую макушку-то разглядеть можно было бы.Фигуры в накидке цвета хаки и темных хакама было не видать. Буквально, как провалился сквозь землю.  — Он помогает демону? — Гию ошарашенно высматривал знакомые черты лица в прохожих, но так и не мог выследить никого. -Люди не могу так внезапно исчезнуть, хлопнув лишь в ладоши!  — У него никаких странных предметов не заметил… Черт, упустили! Зато нашли первого подозреваемого! — Ренгоку ободряюще улыбнулся Гию, — но дело на этом не окончено. Надо опросить еще горожан и разузнать про этот храм побольше, не привлекая внимания.  — Кхм…- Гию своими глазами обвел прическу Ренгоку, — не привлекая внимания? Мне кажется, он тебя точно запомнил. По крайней мере, о нас могут уже знать. И мне не нравится, что тот незнакомец убежал, стоив тебя увидеть. Он тебя знает?  — Без понятия, — пожал плечами Столп Пламени. — Надо продолжать поиски. Расспросить других людей о таинственной святыне за городком оказалось не так уж и сложно, но не давало никаких ответов точных, лишь на поверхности: только приходили молиться, и никого не смущало то, что храм открывает двери только с заходом солнца. Но, как выяснилось позже, храм все же открывался изредка и днем, вот как сегодня. Подозрения подтверждали то, что в храме поселился демон, и судя по том, что ни Гию, ни Кеджуро не уловили запаха демона, то они имеют либо с Низшей Луной дело, либо, что хуже всего, одним из приспешников Музана — Высшей Луной.  — А что за богиня, на которую вы молитесь, стоит в храме? Отрок лет четырнадцати с лохматыми космами смоляными, в одежке простолюдина боязливо оглядел двоих подошедших мужчин.  — Богиня наша оберегает нас! От бед! У нас нет ни урожаев долгое время, никаких других проблем! Мы ее почитаем, любим. Хотите, можете пойти сегодня вечером в храм и помолиться на нее.  — Понятно, мальчик, но… — начал Гию, но тут его прервал Ренгоку, ласково улыбаясь мальчугану.  — Юноша, так что за богиня там стоит? Ведь всех богов как-то именуют! А как мы пойдем молиться, коль не знаем на кого! Мальчишка прикусил губу, бегая своими карими глазами по вымощенной булыжником дороге. — Ее звать Гахаэ-химэ* — богиня цветения и плодородия! Поэтому у нас всегда богатый урожай каждый год! Даже в сезон засухи ничего не было такого! — Мальчишка готов был от восторга прыгать, стоив упомянуть всеми любимую местную богиню.  — Благодарю тебя, юноша! Но у нас еще есть пару вопросов: тут люди не пропадали случаем? Пошли слухи, что несколько людей исчезли без следа!  — А вам зачем это знать, господин? Вы кого-то потеряли? Так я не знаю! Донимайте других! — Паренек шмыгнул своим маленьким носом, а большие еще по-детски глаза рассматривали Ренгоку в упор. Все-таки внешность Кеджуро слишком яркая, дабы остаться незамеченным.  — Потеряли… Друга нашего.Да…- Гию поспешил вклиниться в разговор, но тут опять Кеджуро одернул того. Все-таки проводить переговоры стоит ему.  — Пропал один наш товарищ не так давно в этом городе. Пошел молиться и не вернулся, вот дела! — развел в сторону руками столп пламени. — Переживаем за него, очень…  — Ох, но он тогда не первый, кто пропадает так после молитв… Она не любит, когда рассказывают про исчезнувших людей… Ой! — Мальчишка прикрыл руками рот, убегая прочь.  — Стой! Стой, засранец!  — Гию…- рука мужчины легла на плечо Томиоки, — пусть бежит. Сам сознался во всем и этого хватит. Ясно теперь все. Они сделали культ поклонения демону.  — Та статуэтка — это демон? Она так выглядит? Точно Низшая Луна, ибо обычный демон не смог бы так затуманить разум простым смертным… Теперь нужно искать в храме ее логово.  — Молись, что бы она нас не заметила, Томиока, — серьезным тоном произнес Кеджуро, а в следующую секунду рассмеялся. Гию не мог не улыбнуться на шутку Столпа Пламени. День таял на горизонте, а тучи успели затянуть кристально чистую голубизну неба давно, пока охотники ходили по городу и расспрашивали прохожих. Факт был один — люди пропадали после того, как пойдут вечером в храм. Тот таинственный незнакомец более не попадался на глаза охотникам, а опрошенные люди знать не знали про описываемого истребителями человека. Мало ли лысых тут людей, умеющих перемещаться из одной точки в другую, хлопнув лишь в ладоши? Ренгоку сидел возле водоема под кроной цветущей сакуры. Мужчина рассматривал свою катану на наличие каких-либо дефектов. Янтарные глаза заметили небольшую трещинку. Кеджуро мысленно поставил пометку в голове сходить и отдать оружие кузнецам. Гию же сидел на берегу, кидая мелкие, плоские камушки в воду. Каждый мечник думал о плане, который должен был раскрыть истинную сущность богини и спасти жизни невинных людей.  — Про того человека мы так и не узнали… Жаль, — Ренгоку вложил катану в ножны, поправил края хаори и следом подошел к Гию.  — Уже неважно. Сегодня мы убьем демона, — Томиока повернулся на стоящего рядом Столпа.  — Почему ты считаешь, что не достоин быть Столпом? Вопрос обескуражил Томиоку. С чего вдруг такие вопросы? Не время и не место… Или Кеджуро подгадал момент, так сказать, воспользовался затишьем перед бурей, дабы поставить в тупик своего напарника? Ворох мыслей кружился в голове, словно рой пчел возле улья. Парень смотрел снизу-вверх на приятное лицо Кеджуро, невольно засматриваясь на того. Кеджуро ухмыльнулся.  — Ищешь ответ на моем лице? — ответил Ренгоку, выводя из раздумий друга, — спешу тебя огорчить — их там нет.  — Это личное… Вернее сказать давнишняя трагедия, которую я вспоминая с судорогой, иногда просыпаясь от кошмара посреди ночи. Черт, тебе зачем это знать? Какая тебе разница, Ренгоку? Томиока резко встал, смотря в упор в выразительные глаза. Никакого упрека или сиюминутного любопытство Гию не нашел: серьезный настрой говорил о том, что Кеджуро действительно желает знать правду. Мечник дыхания Воды колебался, не смея озвучивать свои переживания, утратившие былые яркие краски, но все еще посещая по ночам Томиоку, погружая в очередной кошмар.  — Это случилось еще на отборе, — начал охотник, вдыхая полной грудью аромат сакуры, -когда нас отправили с моим другом Сабито туда. Я был не таким сильным, как он… Он по праву достоин звания Столпа, а не я. Я всего лишь был трусом, которого защищали от демонов. Даже от ослабленных демонов! Сабито спас как минимум человек 5 или 6, точно уже не помню. Самого же никто не мог уберечь или как-то помочь сражаться… Я хотел, правда! Правда помочь, но я ударился головой сильно и…- Губа Томиоки задрожала, слова застряли в горле, а нахлынувшие с новой силой переживания цепкой хваткой держали за горло. Вымолвить хоть слово не удавалось, губы не разжимались, слова не слетали с них… Ренгоку крепко обнял Томиоку, поглаживая по спине.  — Продолжай… Все расскажи мне. Выплесни то, что так долго хранил в своей душе, — прошептал мужчина.  — Сабито убили. Я не смог ничем помочь! Я стоял, как вкопанный, смотрел, как ему…- Гию закусил щеку, стараясь не проявлять слабость. Даже слова Кеджуро не возымели эффекта, Гию не мог показать всего того, о чем думал долгие годы.  — Оплакивать своего друга — нормально. Ты им дорожил, Гию. Ничего постыдного в этом нет, — горячие ладони ободряюще поглаживали спину мечника. Ренгоку крепче прижимал к себе напарника.  — Это он должен был жить, а не я! Я за всю свою поганую жизнь так и не смог чего-то толкового добиться! Я не хотел… Я… — Слезы предательски скатились по бледным щекам парня, падая на плечо Ренгоку. Кеджуро лишь спокойно выслушивал, утешительно касаясь пальцами волос. Губы пламенного мечника коснулись мочки уха Гию, заставляя того вздрогнуть от теплоты нежной кожи.  — Гию, ты замечательный человек. Ты достоин жить и быть Столпом. Сабито гордился бы тобой. Томиока округлил свои темно-синие глаза, осмысливая сказанное. Стискивая спину напарника, Томиока лбом коснулся плеча Кеджуро, изливая всю ту боль, что в нем скопилась, но тихо… Так, что бы слышал только он — Кеджуро. Сам же старший сын Шинджуро заботливо улыбался, наконец-то увидев и другие эмоции, помимо холодной безразличности и отстраненности. Увидел настоящего Гию…  — Моя матушка, — прервал тишину Кеджуро, — когда покинула этот мир и нас с отцом, то я себе места не находил. Смотреть на моего отца, а вернее на то, что когда раньше было им, становилось невыносимо тяжело. Про Сенджуро я молчу, ибо он даже не познал толком материнской любви. Пришлось мне взять на себя роль матери и отца, чтобы о нем заботиться. На тот момент времени я не осознал до конца, что ее рядом с нами больше нет…То есть, я видел все своими детскими, наивными глазами, но мне не хватало духа признать ее смерть. Гию молчал, слушая такой непривычно тихий, но твердый голос друга. Все переживания, тяготы событий прошлого утихли, но не исчезли до конца. Томиока ни разу еще не слышал полный печали тембр Кеджуро, не видел лицо, искаженное гримасой отчаяния, а уж слез он и подавно не наблюдал на его щеках. Ренгоку — олицетворение мужества, уверенности и силы. Проявление слабости — не про него. Гию, даже не взирая на всего лишь месяц их общения, был тронут понимание мужчины и осознал… Даже такие выдающиеся личности, как Ренгоку, имеют за собой гору переживаний и еще больше ошибок прошлого, наполненные утратами. Кеджуро смирился с тем, что их матушка больше не с ними. Томиока не до конца понимал, почему он так внезапно раскрылся перед Ренгоку. Наверное, дело кроется за его добродушностью, открытостью и банально хотелось доверять ему, рассказать все, что у тебя висело камнем на душе. Да и чего греха таить — Гию нравится Кеджуро давно. С самых первых минут, с самого того момента, когда он услышал голос Ренгоку, пожатия руки, смеха и взгляда очаровательных глаз.