Изгнать тени

Иньсянь одновременно слишком сильно и недостаточно старается.

Шэнь Цзю мог просто сказать, что ему что-то надо, и Иньсянь с легкостью доставал бы это. Он никогда не жаловался и не предлагал другие варианты. Иньсянь просто говорил «хорошо» и делал то, что ему сказали. Цзю это и нравилось, и нет. ― Вот, например, когда в последний раз кто-то по своему желанию покупал для меня конфеты? Или сооружал для меня мягкую подстилку, в которой можно было бы удобно свернуться калачиком и уснуть? Да и когда в последний раз я вообще хорошо спал?! ― Обмолвился Шэнь Цзю с Иньсянем, когда тот сидел на камне и играл на эрху. (Как будто в мире больше нечем заняться…) ― гневно подумал про себя Шэнь Цзю заметив, что мужчина продолжает играть на эрху, не обращая внимания на его возмущения. Настоящего дома у них не было, только маленький заброшенный сарай со сломанной дверью и соломенной кроватью, которую он выпросил у Иньсяня. Однажды они сидели у ледяной реки. Мальчик бил ногами по холодной воде. Он повернул голову и долго смотрел на мужчину, ожидая от него ответа. Иньсянь взглянул на него и поднял бровь, прежде чем вернуть свое внимание к эрху. ― Если ты чего-то хочешь, то я достану это для тебя. ― Ты ничего обо мне не знаешь! ― ответил Шэнь Цзю, плеснув воды в сторону Иньсяня. Он нахмурился и его раззадорило то, что мужчина в ответ только пожал плечами. ― Если ты продолжишь рассказывать о своих желаниях, то я узнаю о тебе все. ― Это не имеет никакого смысла, ― пробубнил Цзю, ― где тут логика? То есть, если я буду просить у Иньсяня вещи, то он будет узнавать обо мне больше?! ― возмутился он про себя, ― А может быть, это еще и будет означать, что я веду себя как избалованный ребенок?! Этого просто быть не может! ― Ты в курсе, что ты несешь чушь? ― подытожил Цзю. Мужчина посмеялся, но больше ничего не сказал. Шэнь Цзю встал и подошел к Иньсяню, вытирая в процессе руки об одежду. ― Я хочу есть. Ты можешь принести еду? Иньсянь встал с насиженного места, повесил инструмент за спину и сказал: ― Хорошо. ― Ну вот-вот ты опять это делаешь! ― воскликнул мальчик, слегка ударив руками мужчину в живот. ― Почему ты ни о чем меня не расспрашиваешь? Почему ты просто не… (постоишь за себя) ― подумал Цзю. ― Почему ты просто не разозлишься?! ― возмутился он вслух. Иньсянь, услышав эти слова, лишь моргнул с крайне уставшим видом. Он только мотнул головой и протянул руку к голове Цзю, не обращая внимания на то, как тот дернулся и резко напряг плечи, когда рука приземлилась ему на голову. Пальцы мужчины нежно гладили и почесывали его по голове, стараясь успокоить. Понадобилось много времени, чтобы дискомфорт от неожиданного жеста пропал, но все же он для Цзю был непривычен, и тот вскоре отстранился. ― Не трогай меня без разрешения. ― Ты всегда так много требуешь, ― только и сказал мужчина перед тем, как уйти. Мальчик последовал за ним, борясь с собственной паникой. Он знал наверняка, что его не оставят одного — ведь он попросил еду, и Иньсянь пошел за ней, чтобы сделать ужин-- ― Не уходи пока! ― Принеси еду. Разозлись. Не трогай. Не уходи. Чего же ты от меня хочешь? ― Я… ― Шэнь Цзю отшатнулся. Гнев в голосе был для него неожиданностью. Это обеспокоило Цзю, и тот не заметил, как неосознанно схватился за рукав Иньсяня. ―… Не злись. ― Тогда не буду, ― мужчина не оттолкнул Цзю, а просто продолжил идти. Шэнь Цзю понятие не имел, как Иньсянь доставал еду. Он полагал, что мужчина мог незаметно проникать в разные места, и точно знал, что если он попросит что-нибудь у Иньсяня: еду или что-то другое, то тот достанет это. Так продолжалось неделю-другую пока мальчик не решил сходить в деревню за Юэ Ци. Он медлил, ведь память о Цю Цзяньло все еще была свежа, и каждый раз, подходя к городу, его переполнял страх. Шэнь Цзю прогнал эти мысли, когда мылся, осознавая, что он не может не думать о Юэ Ци. Выдохнув, Цзю натянул на себя старое одеяло и сильнее уткнулся в Иньсяня. Мальчик был приятно удивлен тем, что тот был холодным. ― Знаешь, мой друг сейчас в городе, ― сказал Цзю, почесывая нос из-за раздражения, вызванного сеном в самодельной кровати. Он дважды чихнул, прежде чем мужчина протянул ему ткань. Мальчик высморкался, тяжело дыша. Когда он заговорил снова, его голос был уже хриплым. ― Ты можешь его привести? ―… Просто привести? ― Не убивай его! Иньсянь покачал головой ― Я и не думал об этом. Шэнь Цзю фыркнул и лег обратно. Он чихнул еще несколько раз, а потом наконец закрыл глаза. Когда Иньсянь опять ушел, мальчику все еще было тепло, невыносимо тепло… Он проснулся, когда мужчина уже вернулся и сидел рядом с Цзю на коленях. ― Ты нашел его? ― тут же затребовал мальчик. Его голос звучал очень далеким в отличие от голоса Иньсяня, который был слишком громким. ― Нет. ― Какой ты бесполезный, ― пробубнил Шэнь Цзю, сильнее зарываясь в одеяло, ―… Иньсянь, мне что-то нехорошо. ― Ты слишком долго пробыл в воде, ― ответил мужчина. ― Угу…― мальчик закрыл глаза и медленно выдохнул. Ему, конечно, нравилось долго купаться, но вода действительно была слишком холодной, ―… Ты знаешь какие-нибудь сказки? ― Нет. ― Ты…ты и правда бесполезный… Ты хоть что-нибудь интересное знаешь? ― Я знал твою мать. Шэнь Цзю покосился на мужчину. Иньсянь сидел, опустив руки на колени, и его взгляд был пустым, когда он в ответ посмотрел на мальчика. ―… Ты грязный лжец. У меня нет матери, ― огрызнулся Цзю повышая голос. ― Ты что, считаешь это смешным?! ― Я помню женщину, которая была похожа на тебя, перед тем, как ты родился, она сшила куклу. ― продолжил он, ― Я думаю… что она по предсказанию гадалки ждала девочку. ― Прекрати. ― прошипел Шэнь Цзю. От этого разговора у него разболелась голова. ― Не лги мне больше. Иньсянь всегда слушал его. Пока что он всегда делал то, о чем его просили — но мальчик и мужчина знали друг друга недостаточно долго. Их дружба длилась всего-то три недели. -- ― Я плохо себя чувствую, уходи. ― Ладно, ― он встал. ― Если я понадоблюсь — зови. Цзю пообещал себе, что ни в коем случае этого не сделает. Но когда ему стало совсем плохо и тело заныло от жара и боли, мальчик не заметил, как позвал мужчину.

И Иньсянь остался с ним на всю оставшуюся ночь.