Дождь, град и... ноты

      Сидя за клавесином и думая о новой симфонии, Сальери невольно задумался о парнишке Моцарте. Ох уж эти черты лица, волосы, глаза... Каждая встреча с ним и каждый раз тонул он в глазах возлюбленного. Потом же, корил себя за то, что все это неправильно и опять все повторялось.       Умирая 3 день от своих душевных терзаний Антонио выпил почти бутылку вина, что, как ему казалось для него не пристойно. После того случая с поцелуем он не мог спокойно спать: так хотелось того тела и тех же губ... Мысли Сальери состояли только лишь из Моцарта. Он думал о нем постоянно и хотел сыграть с ним парочку «симфоний».       И вот настал день икс. Сальери шёл уверенной походкой к Моцарту с багажем. Да да, они будут жить вместе! Какая прелесть. Вот уж не думал Сальери, что будет жить с Моцартом в одной комнате, готовить, спать с ним... Как говорится, предел мечтаний.       Уже ночью, когда два возлюбленных легли спать, и Моцарт, уткнувшись носом в Антонио спросил: —Герр Сальери,—игривым тоном спросил Амадей,—вы беспокоитесь о чем-то? Я вас не узнаю. —Ох Моцарт, вы угадали... Я переживаю о том, что кто-то может узнать о наших отношениях...—волнительно сказал Сальери,—но как вы узнали? —Ведь вас так легко прочесть, Сальери,—и, мягко улыбнувшись поцеловал его в лоб,—не беспокойся, никто не узнает, по крайней мере, я постараюсь.       Сальери вздохнул, притянул Моцарта к себе и, зажав в крепких объятьях хриплым от удовольствия голосом промычал: —Ох, мой гений. Только вы заставляете меня раскрыться вам. Увы, я пока не понял вас до конца, но точно могу сказать. Вы мой и ничей более. —Выглядит как обострение «хозяина», но...—он задумался на пару мгновений,—мне это нравится.       Так они и заснули в обнимку. Ведь, двум половинкам от сердца не надо быть по отдельности, верно?

Встретить свою родственную душу… За это нужно благодарить Всевышнего: За счастье соприкоснуться с ней.