Гриффиндорский гамбит

      Последний день Рождественских праздников подходил к своему логическому завершению. Холодные ветра, терзавшие всю страну несколько недель, слегка затихли и уже не так сильно желали выдуть каждую частицу тепла из домов и тел людей и животных. Однако пришедшие на смену холодам обильные снегопады засыпали все вокруг белой пеленой, не позволяя видеть сквозь нее дальше, чем несколько ярдов.       Но четверым чародеям, сидящим за дубовым столом в небольшом волшебном домике, закрытым десятком самых сильных защитных заклинаний, было как-то наплевать на капризы погоды. Они занимались куда более важными вещами, включающими в себя шанс изменить историю и направить ее в другое русло. Они надеялись изменить свои жизни, хоть и не были уверены в успешности мероприятия, однако даже призрачная надежда на успех являлась веским аргументом к продолжению деяния.       Однако, для самой возможности проведения ритуала переноса сознания требовалось нечто, от чего каждому из магов стало не по себе. Хоть двое из них уже совершали подобные вещи, но это было исключительно для защиты, когда создавалась непосредственная угроза их жизням, а сейчас же требовалось просто пойти и сделать это по собственной воле и с искренним желанием.       — И вы абсолютно уверены в своих выводах? — в очередной раз уточнял Снейп.       — Да, — кивнул лорд Гринграсс. — Ни у одного волшебника не хватит магической силы для переноса сквозь время на такой длительный срок. Если верить моим расчетам, то нужна энергия как минимум троих, а лучше пятерых магов.       — Попахивает ритуальным жертвоприношением, — поморщилась Гермиона.       — По сути, это оно и есть, — ухмыльнулся Уильям. — Более того, для впитывания магии именно вы должны будете убить их. Скажите, способны ли вы на такое, мисс Грейнджер?       — Если это будут Пожиратели смерти, то да, — уверенно подтвердила Гермиона. — Я сделала свой выбор несколько дней назад и больше не боюсь отнять жизнь у нескольких уродов.       — Славно, — отпил небольшой глоточек виски Уильям. — Значит, эта проблема решена, но осталась еще одна.       — Какая? — поинтересовалась Дафна.       — Помимо выдергивания магии из, кхм-кхм, природных аккумуляторов, необходимо чтобы и само место вокруг было пропитано ею, концентрируя и распределяя ее в нужном направлении, — рассказывал Снейп. — Если использовать для этого только ваше тело, то оно банально не выдержит такой силы. Необходимо место, наполненное магией и достаточно древнее, чтобы сами стены успели ею пропитаться. И еще крайне желательно находиться в тех координатах, где вы были в то время.       — Хогвартс? — сразу предложила Гермиона. — Если выбрать начало лета, то ночами я была только в своей спальне.       — Это был бы наилучший вариант, — взял слово Уильям, — но увы, мы не можем себе этого позволить в этом времени. Там же дети, а устроив в замке резню, можем навредить им.       — Как насчет иных вариантов? — уточнила Дафна. — Быть может поместье кого-нибудь из Пожирателей?       — Нет, — ответил Снейп. — На этих домах стоят довольно мощные защиты, вчетвером мы банально не сможем пробиться, а тут же вызванный Темный Лорд размажет нас как мух. Нужно такое место, куда бы мы могли проникнуть тайно, не вызывая лишнего шума, успеть наложить антитрансгрессионные чары и блокираторы магии, чтобы сигнал от метки не вырвался наружу… Нужно место, куда есть доступ у нас и Пожирателей одновременно…       — Быть может, дом на Гриммо? — предложила Гермиона. — Директор перевез меня в начале июля и я прекрасно помню, как четырнадцатого числа находилась в одной из его комнат и писала очередное письмо Гарри. Можно либо туда, либо за неделю до этого… Как раз будет возможность сразу взять все в свои руки.       Слова юной ведьмы заставили Снейпа нахмуриться и задуматься. С одной стороны, дом Блэков подходил как нельзя кстати, учитывая что в нем множество поколений жили только чистокровные волшебники, комнаты до сих пор были завалены большим количеством магических артефактов, а Фиделиус на нем никто не переустанавливал, надеясь поймать вернувшихся членов Ордена. Но вот только там должны были быть установлены ловушки и потому место становилось довольно-таки опасным, но не более чем все остальные.       — Да, — решился Снейп. — Это место вполне подойдет. Насколько мне известно, в нем постоянно дежурят порядка пяти-семи человек не из ближнего круга. В основном егеря и может быть самые дальние от лорда из Пожирателей. Теоретически, при неожиданной атаке, у нас есть шанс на успех.       — Тогда мне нужны планы этого дома, а также возможные трудности и сюрпризы, связанные с ним, — сказал лорд Гринграсс. — Хотелось бы еще разузнать о графиках сна и патрулей, но это, я так понимаю, уже несбыточная мечта.       — К сожалению, да, — кивнул Снейп. — О внутреннем устройстве я вам расскажу через передачу воспоминаний, так что проблем не будет.       — Передача воспоминаний? — заинтересованно спросила Гермиона. — Без Омута сразу в мозг?       — Да.       — Научите меня этому, — попросила она. — Там подобный навык очень даже пригодится.       — Хорошо, — согласился Снейп. — Это довольно простые чары, а потому можем приступить немедленно. Заодно еще раз обсудим ваши действия в том времени.       Часы подготовки сменялись днями, дни плавно перетекали в недели, складывающиеся практически в месяц постоянных тренировок, повторений планов, рассуждений на тему правильности действий в тех или иных условиях, а также вкладывания в голову максимального количества информации.       Северус заставил Гермиону выучить назубок рецепт и способ приготовления модифицированной версии оборотного зелья, дабы в том времени иметь возможность быстро его повторить и использовать по назначению, посвящал в особенности ментальной магии, тренировал в искусстве дуэли и обучал базовой окклюменции, чтобы случайный легиллимент не смог выведать ценной информации.       Конец января ознаменовал собой некоторое улучшение погоды, а вышедшее из-за облаков солнце приятно грело своими лучами продрогшую насквозь страну. На этих выходных студентов Хогвартса должны были отпустить в Хогсмид, что должно было дать возможность Дафне трансгрессировать к отцу и далее присоединиться к членам Ордена в атаке на дом Блэков. И в этот день, ожидая гостей, двое магов завершали все приготовления и в последний раз продумывали планы.       — У вас неплохо выходит, мисс Грейнджер, — похвалил Снейп. — Ментальные щиты держатся довольно уверенно, но вот только начинают скакать, стоит мне только попытаться коснуться мыслей о Поттере.       — Я все еще не хочу верить в его смерть, — отвечала она. — Однако надеюсь на то, что у меня удастся спасти его там.       — Вы продолжите занятия со мной в том времени, — приказным тоном вещал Снейп. — И не забудьте передать мне рецепт зелья, чтобы я не пыхтел над ним еще два года, а также сразу дать Обет, иначе ваше помутившееся сознание может натворить просто уйму бед.       — Хорошо, — кивнула Гермиона. — Вы нашли решение проблемы с защитой дома Гарри на Тисовой улице?       — Нашли, — подтвердил Северус. — Лорд Гринграсс изучил имеющиеся у него книги и пришел к выводу, что такие чары крайне мощные и их почти невозможно развеять обычными заклинаниями, однако они имеют один весьма серьезный изъян.       — Какой же?       — Тот купол подпитывается кровной связью Поттера и Дурслей, но лишь в тот момент, когда они находятся рядом… — чуть нахмурился Снейп. — В общем, я не знаю как это правильно объяснить, но в тот момент, когда мальчишка или его родственники находятся на самой границе щитов, они, чтобы не высосать всю его энергию за секунду, скажем так отключаются… Примерно как ворота крепости нужно держать открытыми, пока сквозь них проходят союзные войска.       — И как мне заставить Гарри торчать на границе щитов, пока вокруг снуют дементоры? — вздернула бровь Гермиона.       — Вам и не нужно, — размял шею Снейп. — Не забывайте, моя версия оборотного зелья полностью копирует человека, включая его голос и кровь. Вы должны будете экспериментально найти границу и встать на нее в образе Поттера, добыв перед этим его частицу.       — Но тем летом профессор Дамблдор запрещал встречаться с ним…       — А кто вас остановит? — усмехнулся Северус. — Кто узнает о том, что вы умеете трансгрессировать и прочее? Да и насколько я помню, вам лишь крайне не рекомендовали покидать штаб Ордена, а не держали там на цепях.       — Хорошо, — кивнула Гермиона. — А как быть с Надзором и магией вне школы?       — Открою вам страшную тайну, о мисс Всезнайка, — посмотрел на нее Снейп. — Надзор это такая хрень… Фикция… Она не отслеживает конкретного человека, а лишь площадь возле мест жительства малолетних магов в маггловских районах. Вспомните, Поттер бился с Темным Лордом вне Хогвартса явно не на кулаках, однако из школы его так и не выгнали.       — Серьезно? — удивилась девушка. — А я даже не задумывалась над этим…       — Ну, в целом, да, — хмыкнул он. — Так что вы можете свободно колдовать там, где живут волшебники, но не делайте этого на Тисовой улице, иначе сделаете Поттеру только хуже, поскольку все чары припишут ему.       — Как с Добби на втором курсе… — вспомнила она. — Хорошо, я поняла. Встретиться с Гарри, дернуть у него волосы, сломать щиты, быстро вернуться на Гриммо, подорвать всех и явиться на защиту… Маловато времени будет… Дементорам понадобится минут пять на все про все…       — Ну так хватайте Блэка и в бой, — пожал плечами Снейп. — Он ради своего крестника помчится быстрее ветра. И постарайтесь, чтобы это был не Грюм с его покалеченной ногой.       — Ага, — внимала Гермиона.       — И самое главное, — нахмурился Снейп. — Поменьше заглядывайте в рот директору. Он, безусловно, действует во имя общего блага, вот только методы у него… Ну вы уже сами все поняли. И постарайтесь не спалиться по глупости, что знаете больше, чем нужно, особенно перед Поттером, учитывая его связь с Темным Лордом.       — Принято, — улыбнулась Гермиона, глянув в окно. — О! Идут!       — Значит пора приступать, — хрустнул шеей Снейп. — Еще раз, пока все не началось. Вы готовы, мисс Грейнджер? Готовы убить как минимум троих волшебников с полной ответственностью, возможно беззащитных и молящих вас о пощаде? Готовы принести в жертву души тех, кто будет смотреть вам в глаза и убеждать остановиться?       — Готова, — нервно ответила девушка.       — Готовы ли вы сами после этого умереть, ради, в лучшем случае, двадцати процентной вероятности на успех?       — Готова, — кивнула она.       — Готовы ли вы нести ответственность за каждую жизнь в том времени? Готовы ли вы взять в свои руки войну с Темным Лордом и, возможно, жертвовать людьми, ради достижения цели?       — Я… — колебалась волшебница. — Я…       — Если нет, то…       — Готова! — воскликнула Гермиона. — Ради Гарри я готова!       — Тогда в путь, — схватил с вешалки уличную мантию Снейп, параллельно опрокидывая в себя пузырек с мощным обезболивающим, чтобы временно перекрыть нестерпимую боль от метки, стоило ему только покинуть защиту Тихой гавани. — Судьба мира в ваших руках.       Четверка магов, накрытых дезиллюминацией и заглушающими чарами, появились в нескольких сотнях футов от дома номер двенадцать на площади Гриммо. Поскольку только Гермиона и Северус были посвящены в тайну Хранителя, то Гринграссы были вынуждены оставаться в неведении некоторое время, пока не пройдут границу чар, а до тех пор дом был абсолютно невидим, словно спрятан между соседними зданиями.       — Так, — размял запястья Уильям. — Мисс Грейнджер, наденьте этот кулон. Он поможет впитать в себя магию других волшебников.       — Хорошо, — нервно ответила она, накидывая цепочку себе на шею. — Нужен какой-нибудь ритуал для поглощения?       — Нет, — помотал головой мужчина. — Как только вы убьете одного из этих ублюдков, то все произойдет само собой.       — Я наложу антитрансгрессионный купол и защитный экран, как на моем доме, чтобы они не смогли вызвать Повелителя, — морщась от неприятного жжения в предплечье произнес Снейп. — Увы, я не профессор Дамблдор, а потому чары не продержатся долго.       — Много и не надо, — хмыкнул лорд Гринграсс. — Затяжной бой и не планируется.       — Они точно не будут ждать нас? — уточнила Дафна.       — Не должны, — не очень уверенно ответил Северус, одетый в мантию Пожирателя. — Месяц-другой назад они надеялись, что смогут поймать нашу троицу тогда, когда они вернутся сюда, однако с тех пор дом Блэков стал просто одной из перевалочных баз в Лондоне. Простая ночлежка для Пожирателей и их помощников, хотя судя по тому, что Фиделиус не перенакладывался, то они все еще оставляют шанс на возвращение Поттера.       — Значит нам сильно поможет эффект неожиданности, — закончил за него Уильям. — Главное действовать быстро и эффективно. Все готовы?       — Готовы, — кивнула Гермиона.       — Дафна, ты держишься сзади, — посмотрел он на свою дочь. — Хотя, будь моя воля, сидеть бы тебе вообще дома.       — Хорошо, отец, — кивнула она. — Я прикрываю со спины.       — И не забываем, — закончил с чарами Снейп, — действуем строго по плану, стараясь не лезть на рожон. Только мисс Грейнджер может бить на поражение, а остальные лишь оглушение и веревки. Вопросы?       — Никаких, — произнес Гринграсс. — Вперед!       Трое мужчин неприятной наружности, окутанные запахами алкоголя и табака, сидели на первом этаже старинного дома Блэков, распивая оставшиеся запасы спиртных напитков и поедая найденную пищу. За те несколько месяцев, что были у слуг Волдеморта, помещение превратилось из обычного мрачного дома в убитую халупу с ободранными стенами, развороченной мебелью и кучами пустых бутылок, валяющихся по углам. Сейчас от дома Благороднейший и Древнейших осталось лишь жалкое воспоминание, а явью было что-то напоминающее заброшенную ночлежку для бездомных бродяг и наркоманов.       — Как думаешь, Уолкер, — закинул ноги на стол один из волшебников, — может нам пойти поохотиться? Давно не было каких-нибудь девок…       — Да можно, — пожал плечами тот, отпивая из горла несколько крупных глотков. — Жаль грязнокровок уже почти не осталось, а с магглами слишком просто… Теряется соревновательный дух.       — Это да, — кивнул третий. — Кинул Империус и еби куда хочешь… Отродья хоть иногда дают сопротивление, как-то живее их трахать получается.       — С другой стороны помните ту пиздатую рыженькую малолетку? — хохотал первый. — Как она извивалась, когда я снял чары. А этот ужас в ее глазах, когда рвали ее пизду? Признаться, Хаммер, ты действительно силен духом. Я бы не решился запихать ей член в рот, откусила бы ненароком, чисто от испуга.       — Люблю рискнуть, — ухмыльнулся тот, опрокидывая в себя полбокала виски. — Добавляет огня, знаешь ли.       — Ебанутый псих, — одобрительно загоготал Уолкер. — Хотя и так пиздец узкая была, видимо чуть ли не в первый раз нюхала мужские яйца. Может, зря отпустили?       — Похуй на нее уже, — махнул рукой Хаммер. — Отработанный материал. Тут, кстати, недалеко маггловская старшая школа. Может, заглянем на огонек? Там столько охуенной вкуснятинки в форменных юбках…       Северус Снейп стоял в коридоре дома, слушал разговоры этих моральных уродов и внутренне закипал от ярости. Нет, он прекрасно понимал, чем егеря и Пожиратели смерти занимаются в свободное время, а потому всячески пытался избежать обычных разговоров не по делу, когда приходилось находиться в их обществе, но сейчас было иначе.       Слушая то, как они легко и просто обсуждают, когда, как и на кого будут охотиться в ближайшее время, чтобы поймать и изнасиловать нескольких невинных школьниц, Снейп проявлял все свои чудеса выдержки, чтобы не переубивать их всех на месте одним мощным взрывным заклинанием. Он знал, что жить им осталось недолго.       — Добрый день, господа, — ледяным тоном обратил на себя Снейп внимание, стоя чуть в отдалении и прикрываясь тенью.       — Кого это там черти принесли? — повернул голову один из уродов.       — Это Пожиратель смерти, — вскочил на ноги первый из разглядевших одеяние Снейпа мужчин. — Что вам угодно, сэр?       — Мне нужен отряд для поимки грязнокровых выродков, — следовал плану он, отвлекая внимание и давая возможность троим невидимым магам пробраться в дом и занять позиции. — Сколько вас здесь сегодня?       — Шестеро, сэр, — отвечал Уолкер. — Мы втроем и еще трое отдыхают на верхних этажах.       — Славно, — оскалился Северус, случайно попадая под свет одной из ламп. — Как раз достаточно…       — Погодите, — прищурился Хаммер. — А вы не…       — Это он! — выхватил палочку третий маг. — СХВАТИТЬ ЕГО! Депульсо!       Первые вспышки заклинаний вырвались из волшебных палочек семерых волшебников. Яркие лучи пролетали сквозь комнату, создавая невыносимый шум, грохот и взрывы, переворачивали стол и стулья, отрывали дверцы у шкафов и разбивали стоящие бутылки из-под виски. Вся надежда на тихое устранение пошла прахом, стоило только бывшему директору Хогвартса ошибиться и показать себя, ведь за последний месяц Волдеморт успел вбить его портрет в голову каждого последователя и назначить значительную награду за поимку.       — Ступефай! Ступефай! Инкарцеро! — выкрикивала невидимая Дафна, помогая отцу и подруге как можно быстрее уложить егерей, пока Снейп поднимался на ноги от попавшего в грудь отталкивающего заклинания.       — Развеивающие чары! — скомандовал Уолкер. — Ревелио Максима!       — Конфундус! — пытался сбить с толка противников лорд Гринграсс. — Экспеллиармус!       — Петрификус Тоталус! — доносилось в ответ из-за перевернутого стола, за которым спрятались враги. — Ступефай! Таранталлегра!       — Депримо! — произнесла Гермиона, заставляя их защиту исчезнуть. — Иммобилюс! Инсендио!       Небольшой огонек стал покрывать кухню, заполняя едким дымом помещение и не позволяя четко видеть свои цели. Чары летели практически вслепую, даже снятая невидимость не позволяла егерям надежно выцелить четверых магов, а потому охватившая их паника из-за неожиданного нападения начинала делать свое дело. Страх сковывал движения, страх не позволял им ясно мыслить, разрешая лишь работать исключительно инстинктам, а не думать от тактики боя в замкнутом помещении.       — Люмос Солем! — вернулся в бой Снейп, ослепив ярким светом одного из мужчин, обойдя их сбоку. — Импедимента! Инкарцеро!       — Редукто! — бросил в него второй егерь, зацепив по касательной плечо и заставляя оросить своей кровью ближайшую стену. — Круцио!       — Экспульсо! — ударила ему в грудь Дафна, оставляя там огромный ожог и пару сломанных ребер, заставив выронить палочку. — Депульсо!       Хаммер, видя как его союзники падают один за другим, окружил себя самыми сильными щитами, на которые был способен и, забившись от ужаса в один из углов, выставил за него палочку и начал швыряться самыми мощными взрывными и режущими заклинаниями, надеясь бить на поражение и уничтожить как можно больше противников прежде, чем они убьют его.       Сгорающее сознание мечтало убежать как можно дальше, однако антитрансгрессионные чары не позволяли это сделать. Четверо противников приближались все ближе, закидывая десятком чар и не позволяя даже пошевелиться, а потому ему оставалось лишь оружие судного дня.       — Адеско Фай…       — Конфринго! — первым успел выкрикнуть лорд Гринграсс, стараясь любыми усилиями не допустить возникновения Адского пламени и разнося в клочья тот уголок, где находился волшебник вместе с ним самим.       Резко наступившая тишина показалась оглушающей, словно каждый из находящихся в сознании магов резко потерял слух, однако их тяжелое дыхание все еще доказывало обратное. Гарь от горящего шкафа продолжала окутывать собой комнату и выноситься дальше, распространяясь по всему дому черным дымом с характерным резким запахом. Хоть прикрывающая тылы Дафна и потушила огонь водой из палочки, но все же времени было у дыма предостаточно.       — Сука, блять! — выругался Снейп, оценивая рану на плече. — Не ожидал такой быстрой реакции!       — Радует, что у нас без потерь, — поморщился Уильям, связывая двух оставшихся в живых и стонущих от боли егерей. — Где еще трое? Они должны были услышать бой…       — Я успела кинуть заглушающие чары на лестницу, — тихо произнесла Гермиона, пытаясь успокоить дрожащие руки. — Они ничего не должны были слышать…       — Да тут весь дом ходуном ходил! — рухнула на один из уцелевших стульев Дафна. — Крепко же они дрыхнут!       — Не сводите глаз со входа, — приказал Снейп, заживляя повреждения. — Гермиона, подойди.       — Гермиона? — нервно удивилась девушка. — Профессор Снейп, я же…       — Северус, — буркнул тот. — Хватит этой ненужной субординации. Еще в школе ненавидел все это дерьмо, напоминающее мне о моем ебучем долге! А теперь марш сюда!       — За-за-за-зачем? — заикалась она, отходя от напряжения.       — Угадай с трех раз! — съязвил тот. — Не тупи, ты знаешь зачем мы здесь!       — Знаю…       — Тогда подняла палочку и убила этих ублюдков! НЕМЕДЛЕННО!       Гермиона, осознав чего от нее требует учитель, не могла найти силы, чтобы делать первый шаг к своим будущим жертвам. Теперь она полностью осознала смысл недавно заданного вопроса.       Одно дело — убить в горячке боя, спасая свою жизнь от смерти, а потом убеждать себя в спокойной обстановке, как это легко и просто, а совсем другое — подойти к обезоруженному и раненому противнику, направить на него палочку и лишить жизни того, кто сейчас не опасен и не может сопротивляться.       Собрав всю свою силу воли в кулак, Гермиона медленно сдвинулась с места и направилась через всю комнату, перебираясь через обломки мебели, кашляя от попавшей в легкие гари и запинаясь о вздыбившиеся доски деревянного пола. Путь всего в несколько футов казался для нее бесконечностью, а холодные глаза Снейпа словно давили на сознание гнетущей неизбежностью. И самым страшным было то, что нельзя было убивать обычной и безболезненной Авадой, поскольку в таком случае магия не могла перейти в кулон. Нужна была смерть только от физических повреждений.       Девушка встала над постанывающим от боли Уолкером и направила на него палочку. Заклинание Дафны раздробило ему грудную клетку, оставив открытую рану, но, при должной помощи, он мог бы выжить, а плотные веревки не позволяли ему сделать и движения. Его зрачки расширялись от ужаса, наблюдая за совсем еще юной колдуньей, явно пришедшей по его душу, а сердце бешено стучало, сжимая за собой все внутренности в холодный комок.       — Пожалуйста… — проскулил он, глядя Гермионе прямо в карие глаза. — Прошу… Не убивайте…       — Завали ебало, мразь! — пнул его в поврежденную грудь Снейп. — Ты не достоин жить!       — Я… Я… — продолжал мужчина умолять Гермиону, наблюдая как она поднимает палочку. — Я исправлюсь! Я больше никогда не буду служить ему!       — Кому ты пиздишь? — рыкнул Северус. — Мы все слышали, что вы тут планировали!       — Девочка, прошу, — не обращал внимания на него Уолкер, понимая что только от Гермионы сейчас зависит его судьба. — Я никогда не хотел… Ты такая молодая… Такая красивая… У тебя еще вся жизнь впереди… Неужели ты безжалостно убьешь меня?       — Я… — запнулась Гермиона, сглатывая слюну. — Я… Нет…       — Да… — с трудом выдохнул егерь. — Тебе это не нужно! Отпусти меня! Дай мне шанс стать лучше! Я не причиню никому зла!       — Может хоть усыпить его или оглушить… — пыталась хоть как-то снизить свой страх Гермиона.       — Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается, — мрачно усмехнулся наставник. — Ты должна понять, какого это — убить живого и разговаривающего человека, а не просто бездушную куклу. Ты обязана это уметь, чтобы не отступить в дальнейшем, иначе твоя миссия обречена на провал!       — Я… — лились слезы из ее глаз от картины беззащитного мага, молящего о пощаде, а рука ходила ходуном, направляясь вниз к бедру. — Я не могу…       — Спасибо тебе, девочка, — попытался улыбнуться чародей. — Я всегда буду помнить твою доброту…       — Гермиона, — встряхнул ее за плечи Снейп. — Вспомни о чем этот ублюдок размышлял со своими ходячими гандонами всего пять минут назад. Вспомни, как они мечтали насиловать ни в чем неповинных малолетних девушек, подчиняя их Империусом! Вспомни зачем ты здесь! Вспомни о Поттере! ВСПОМНИ О ШАНСЕ ЕГО СПАСТИ!       — Я помню… — выдохнула Гермиона. — Я все помню! — обреченно произнесла она, зажигая в карих глазах огонь ярости. — Я все слышала, говнюк вонючий! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТАКИМ КАК ТЫ ТВОРИТЬ ЗЛО! И ТЫ НЕ ДОСТОИН ЖИЗНИ!       — Нет-нет-нет-нет! — панически затараторил Уолкер, осознавая свою близкую кончину и видя вновь вскинутую палочку. — НЕ НАДО! НЕТ! МАМА! НЕТ! НЕ-Е-ЕТ!       — ДЕФОДИО! — прорычала Гермиона и заклинание, словно огромное долото, продолбило насквозь недобитую грудную клетку Уолкера, разрывая сердце и легкие, превращая все на выходе в кровавую кашу и практически моментально лишая жизни темного ублюдка, успевшего лишь напоследок закрыть глаза, принимая свою судьбу.       Волна магии, подчиняясь висящему на шее девушки кулону, вырвалась из тела поверженного волшебника, собралась в небольшой серебристый лучик и впиталась в артефакт, принявший ее без остатка. Яркий свет и тепло озарили комнату и грудь гриффиндорки, подтверждая принятие первой жертвы, а затем вновь стало темнее и холоднее, как и было несколько секунд назад.       Гермиона выронила из рук палочку и рухнула на колени в растекающуюся кровавую лужу, позволив слезам брызнуть из глаз, а эмоциям захватить ее душу. Она плакала от пережитого, рыдала от осознания своих действий и не могла остановиться, уткнувшись головой в руки и разбавляя соленой жидкостью находящееся под ней пространство. Мозгом она понимала и принимала причины своих действий, но душа противилась как могла, не позволяя видеть пользу в убийстве.       Оба взрослых волшебника не двигались с места, наблюдая за внутренним сломом молодой ведьмы. Они понимали, насколько трудный выбор она сделала для себя в этот момент. Понимали, что девушка никогда уже не станет прежней наивной школьницей, верящей в чудо и какую-то сказку, где добро обязательно должно победить и при этом еще не замарать рук. Понимали, что в реальной жизни такое практически невозможно, а все мантры бывшего директора Дамблдора о не убийстве были лишь его жалкой попыткой обелить себя в своих же глазах. И сегодня Гермиона окончательно осознала, что война это то место, где либо ты лишаешь жизни, либо тебя. Третьего не дано.       — Гермиона, — подошла к ней Дафна. — Как ты?       — Я… — всхлипывала она. — Я… Я…       — Все хорошо, — присела Гринграсс на корточки, обнимая Гермиону за плечи. — Ты сделала то, что должна.       — Я убила его! — выкрикнула девушка. — Безжалостно убила молящего о пощаде! Он же…       — Он никогда бы не исправился, как бы не обещал этого, — грустно произнесла слизеринка, прижимая к себе голову подруги и гладя ее по волосам. — Вспомни Пожирателей смерти. Они по пятнадцать лет просидели в Азкабане, а толку? Хоть кто-то из них исправился? Хоть кто-то пошел против Сама-знаешь-кого?       — Нет…       — Так и этот мудак бы вернулся к нему на службу, стоило только залечить раны, — констатировала Дафна. — Только бился бы с еще большей жестокостью и яростью. Ты избавила мир от одного из нарывов с гноем, спасла десятки невинных людей от издевательств. Ты сделала по-настоящему правильное дело. Каждый из них заслуживает смерти.       — И даже Малфой? — выплеснула из себя Гермиона. — Даже он?       — Если будет вести себя также, то да, я обещаю, — кивнула Дафна. — Но он хоть и является Пожирателем, однако делает это явно не по своему жаркому желанию, а лишь для безопасности близких.       — Какой мученик, — пыталась через сарказм успокоиться Гермиона. — Бедненький хоречек… Мамочку с папочкой ему жалко… Что-то шесть лет до этого все было хорошо!       — Он ошибался, как и многие, — вздохнула Дафна. — Однако, если наш мир не перепишется от твоего перехода, а он начнет действовать как они, то я сама убью его.       Гермиона подняла глаза на подругу и увидела по ее лицу, что та говорит абсолютно серьезно и искреннее. Какие бы чувства расчета или любви она не пытала к Драко, Дафна бы безо всякого сожаления смогла бы поднять палочку и произнести заклинание, в случае если тот полностью примкнет к Волдеморту и станет убивать, насиловать и мучать людей по его приказу. Даже во имя своих родных.       — Хорошо, — поднялась на ноги Гермиона, подбирая палочку. — Я готова. Я сделаю следующий шаг.       — Славно, — хмыкнул хранящий до этого молчание Снейп. — Тогда пора разобраться с эти…       — Редукто! — резко направила девушка оружие на голову следующего оглушенного егеря, моментально лишая жизни, окрашивая окружение новой порцией крови вперемешку с мозгами и костями, впитывая артефактом его магию. — Так будет несколько проще… Где остальные?       Трое спящих последователей Темного Лорда так и не проснулись в своих кроватях. Четверка волшебников тихо прошлась по комнатам, накрываясь на каждом шагу дезиллюминацией и заглушающими чарами, нашли каждого из врагов и, на всякий случай оглушая их и лишая голоса и позволяли кареглазой волшебнице приносить их в жертву, ради накопления магии. Хотя по Гермионе было видно, что все ее естество до сих пор протестует против убийства беззащитного, но сильный разум позволял перебороть себя и с каждым разом все легче и легче лишать их жизней.       — Замечательно, — провел палочкой над кулоном Уильям. — У нас есть достаточно энергии для переноса. Северус, сколько у нас еще времени, прежде чем защита спадет и Волдеморт узнает где ты находишься?       — Минут десять, не больше, — прикинул тот, морщась от все нарастающей боли в метке.       — Хватит, — кивнул лорд Гринграсс. — Дафна, рисуй рунный круг, я сконцентрирую магию дома в его центре, а вы, мисс Грейнджер, постарайтесь очистить мысли. Вы должны четко представлять тот период, куда хотите переместиться, словно при трансгрессии, но во времени. Малейшее отклонение в сознании и можете улететь в небытие.       — Хорошо, — кивнула она. — Я постараюсь думать только о нужной точке.       — И давайте еще раз проговорим кое-что, — нахмурился Уильям. — Я провел еще несколько исследований и убедился в том, что ваше мышление не перестроится сразу. Первое время вы будете продолжать себя вести как обычная пятикурсница, заглядывающая в рот авторитетам и старшим. Фактически, все ваши изменения характера и идеалов будут происходить достаточно плавно, по мере обработки информации мозгом.       — Значит изначально я все еще буду делать то, что мне говорит Дамблдор, даже несмотря на послезнание? Или наоборот, слишком активно пользоваться воспоминаниями в своих целях, не думая о чувствах других?       — Именно, — кивнул Уильям. — И это самое опасное. Насколько я понял, вы в то время были весьма зазнавшейся девушкой, считающей себя самой умной и желающей вечно командовать другими. Грубо говоря, верили в то, что знаете как лучше, а остальные — это кучка неучей без мозгов.       — Угу, — буркнула Гермиона. — Я и сейчас иногда так считаю…       — Вот представьте себя в то время, имеющую такое количество знаний, — наставлял ее Уильям. — Вы будете считать себя смышленее каждого, включая Дамблдора и Волдеморта, будете считать себя непогрешимой зазнайкой. Контролируйте эти поползновения, пока мышление не перестроится на нужный лад. Не натворите глупостей от самоуверенности и возможных проблем с раздвоением личности.       — Хорошо, — вздохнула Гермиона. — Я буду стараться изо всех сил. Сколько примерно нужно на полную адаптацию?       — При таком дальнем переносе может занять несколько месяцев, — прикинул лорд Гринграсс. — Может быстрее, может дольше, это все лишь расчеты. Но думаю, к Рождеству уже с гарантией мысли придут в норму.       — Будем надеяться, что до этого времени я не натворю беды, — нервно усмехнулась Гермиона.       — Все готово, папа, — закончила наносить руны Дафна. — Можем приступать.       Трое волшебников встали вокруг изображенной на полу цепочки магических знаков, а Гермиона оказалась в середине. Сердца каждого из них бешено колотились от волнения, стены дома пылали накопленной за сотни лет магией, фокусируясь на небольшом кулончике и заставляя его нагреваться все сильнее и сильнее, напитывая остатками необходимой силы для переноса.       — Последний шанс остаться здесь, Гермиона, — произнес стоящий напротив Снейп. — Еще можно все отменить.       — Нет, Северус, — помотала головой она. — Ты прав, в этом времени у меня не осталось ничего, а сама по себе я принесу мало пользы. Я хочу быть там и надеюсь на то, что ритуал позволит затереть эту реальность, написав взамен новую, где не будет жертв.       — Это вряд ли, — хмыкнул он. — Жертвы в любом случае будут, вопрос только — с какой стороны.       — В любом случае, — вздохнула Гермиона, — даже если вы не исчезните, то я крайне желаю вам всем удачи в борьбе с Волдемортом. Надеюсь, вы сможете найти крестражи, объединиться с Орденом и покончить с этим уродом.       — Сможем, — улыбнулась Дафна. — И тебе удачи там, где ты окажешься. И не забывай о моей просьбе.       — Хорошо, — кивнула Гермиона.       — Готова? — уточнил зельевар.       — Секунду…       Гермиона прикрыла глаза, выкидывая из головы любую лишнюю мысль, как ее учил Снейп на уроках окклюменции. Выбрасывала жалость к тем, кого она покидает, выбрасывала привязанности к этому времени, выбрасывала идеи о возможной неудаче и смерти, прощалась с новоприобретенными союзниками и оставляла их за гранью сознания. Только эта комната, лишь два с половиной года назад, заполоняла ее чувства, только свет жаркого Солнца того лета и только желание вернуться ради Гарри оставались в голове.       — Я готова, Северус, — открыла Гермиона веки, видя перед собой лишь себя, образца девяносто пятого года, чувствуя раскалившийся до предела артефакт на шее. — Готова умереть ради него. Сделай это.       — Удачи вам, мисс Грейнджер. Вы истинная гриффиндорка, — поднял Северус палочку, направляя ей в грудь.       — Спасибо вам всем за помощь, — слезились глаза Гермионы. — Я никогда этого не забуду. — Прощайте.       — Увидимся в прошлом, — хмыкнул напоследок Северус, взял небольшую паузу, принимая сложное решение, а затем, в наступившей абсолютной тишине, четко произнес: — Авада Кедавра!