Мир, в котором мы живём

Это была небольшая комнатка всё с такими же голубоватыми, немного выцветшими и покрытыми гразными пятнами, обои с солнышками; бело-серым потрескавшимся потолком и старым деревянным полом. Справа, недалеко от входа, расположилась бежевая дверь, а посередине комнаты небольшое зарешеченное окно. Из интерьера было не густо: две железные пружинистые кровати, стоявшие напротив друг друга, между ними две светлые тумбы, а слева не высокая этажерка. К одной из кроватей был привязан ребенок, кажется девушка. Она осматривала вошедшего гостя. Сама девушка имела светлые, коротко подстриженные, так же как и у Лики, волосы, зеленые глаза, которые при свете от окна казались ярко-изумрудными, маленький, аккуратненький носик и несколько веснушек вокруг. Девушка была низкой - это было сильно заметно, если сравнивать ее с кроватью - ноги не доставали до бортиков. Связанная непонятливо уставилась, все ещё рассматривая новенькую: "Может ты оденешься?" - Лика посмотрела на себя: она до сих пор стояла в одном нижнем белье с одеждой в руках. [Все же не мешало бы]. - С этой мыслью стала натягивать на себя сначала сероватую поношенную кофту, а затем такие же штаны с заплатками на коленях. Как оказалось, в этой куче были замотаны небольшие шлепанцы и носки, первое тут же примерялось на ногах. Весь набор одежды был великоват на Лику, но не настолько, чтобы мешать передвигаться. Напрягающая тишина и пристальный взгляд давили на голову, поэтому Лика решила разорвать эту цепочку и отвлечь от себя ее взор: - Привет. - Ну здравствуй. - Ухмыльнулась связанная. - Что тебя привело в нашу скромную обитель? - Лика немного призадумалась: ведь ее именно привели, причем против воли. - - Ужасные люди в костюмах, - воспоминания потихоньку возвращались, - один из них убил своего товарища... Он выстрелил в него, понимаешь? - Обычное дело. - Опять улыбнулась девочка. Для нее это что все шутки что-ли? Лика конечно же и раньше видела мертвых людей на улицах, хоть мама всегда утверждала, что они просто спят, но девочка прекрасно всё понимала; так же видела, как людей без масок куда-то насильно уводили, но меньше всего хотелось узнать куда. Мама всегда говорила, что таких забирают в место, где смогут о них позаботиться, вылечить от болезни. Но зачем тогда людям было сопротивляться? Этот вопрос очень долго стоял комом в голове в течении нескольких часов после подобной увиденной картины, а такое случалось не редко. - Я - Лика, - девочка подошла ближе и протянула руку, но спустя несколько секунд опустила, осознав что соседка привязана и не сможет её пожать - Что у тебя на плече? - Девчонка кивнула в сторону руки. Лика отвела взгляд. До этого момента оно не тревожило особой болью, наверное пуля лишь коснулась кожи, но сама рана выглядела устрашающе: след из застывшей крови и вокруг раны огромный сине-фиолетовый синяк. Она вспомнила мужчину с оружием, как он направил его, как сердце в это мгновение остановилось, кровь в жилах застыла, а страх заполнил каждую клеточку тела. Лика посмотрела любопытной прямо в глаза: - Обычное дело. Ты так и не ответила. Как тебя зовут? - Врачи называют меня номер 12, но ты можешь ко мне обращаться Никки. Николас... - Девочка призадумалась. - Меня вроде бы так называл отец. Матери у меня не было, либо я её не помню. - Что случилось с ним? - Лика села рядом и состряпала соболезнующую мину на лице. - Меня забрали из дома. Сказали, что он не годен, не заслуживает и не сможет меня воспитать. Мне было тогда лет пять или шесть, но помню это как сейчас. А сейчас мне уже где-то четырнадцать. А у тебя был кто? Они тебя кинули? - Лика нахмурились и возмутительно, немножко громко, ответила: - Мои родители никого не кидали! - А как ты тогда оказалась здесь? - Никки определенно точно ни капельки не жалела о своих словах, судя по довольной ухмылке, ей будто нравились возмущение и переживания соседки. - Я однажды пришла домой, а вместо них, сидят люди в масках и черных костюмах. Они сказали, что мои родители не смогут меня больше воспитывать... Они сказали... Что я их больше никогда не увижу... - Лика опустила голову. Слезы очень хотели вырваться наружу. - Но я уверена, что смогу найти их. Впервые за весь разговор Номер 12 посочувствовала девочке без своей дурацкой ухмылки: Ты больше их никогда не увидишь, - опустила глаза на одежду Лики, - Номер 22. Глаза Лики расширились, по щекам побежали слёзы. Эта фраза была сказана серьезно, будто девочка знала то, что не знала она. Слова ранили так глубоко, что, казалось, проткнули насквозь не только душу, но и плоть. - Я найду их, Лика отвернулась и пошла к своей кровати. Там лежал набор постельного белья, которое она поспешно стала раскладывать, поспешно вытирая набежавшие слёзы. Никки тяжело вздохнула. Послушалось которое шебуршание, и холодная рука коснулась здорового плеча. Лика дернулась, быстро обернулась и увидела перед собой стоявшую рядом соседку. Она каким-то образом высвободила руки из уз старых тряпок. Девушка казалась чуть выше, чем на первый взгляд. - Знаешь, Лика, лучше я разрушу твои ожидания сейчас, чем спустя годы поисков... Меня тоже забирали люди в масках и черных костюмах, они сказали точно то же, что и тебе, но после я его не нашла. Думаешь, я не искала? Я убегала отсюда не один раз, обшарила каждый уголочек этого драного города, но я его не нашла... - Номер 12 опустила взгляд в пол, её голос стал тише. - Твои родители мертвы, прими это и отпусти их. Лика ужаснулась: она и раньше подозревала, но никогда не допускала ни одного крохотного лучика надежды в то, что их может и не оказаться в живых. Девочка обняла Никки и зарыдала в ее одежду. Это были не просто слёзы, это была истерика. "Мама" - прохрипела она и упала на колени. Лика вытерла руками заплаканное лицо, подняла глаза вверх, смотря в зрачки соседки: - Они же не сами умерли? Они же не могли сами, правда? - Их убили, как и моего отца... Но ничего. Они ответят за свои поступки. - Никии схватила девочку за руку, в одно мгновение поднимая ту с пола и потащила за собой. - За много лет поисков я накопала очень много информации. Например вот эта, - она откинула матрас, под ним находились помятые странички, кусочки, вырезки из газет, - 20 июня 2001 года учёные официально заявили о вирусе, захватившего город Ла́врин, местоположение которого находится на окраине страны. Он же был закрыт на карантин, никто не мог выехать и въехать в город. Под строгим контролем допускалась лишь машина, привозящая продукты питания и личной гигиены, остальные же под строгим запретом находились по разные стороны зоны карантина. Этой статье 8 лет! - Никки даже немного вскрикнула. Лика помнила тот день, когда взвыла громкая сирена, режущая уши, а затем через эти же громкоговорители голос объявил о закрытии города от других, дабы не расспостранчть инфекцию. Но тогда было все по-другому. Много людей действительно болели: ужасный, раздирающий кашель, пылающая бледная кожа, сыпь по всему телу, прерывистое дыхание. Она помнила это очень четко: подруга, с которой они были знакомы с детства лежит в больничной койке, она чувствовала себя ужастно, почти ничего не соображала. Она была на грани. Лика держала девочку за руку и плакала рядом, она уже знала исход, знала, что врачи ничем не смогут ей помочь, знала, что больше никогда ее не увидит. Несколько секунд спустя дверь в палату открылась, внутрь забежала обеспокоенная мама, закрывающая нос и рот маской. Она с ужасом оттаскивала ее от умирающей подруги. - Лика, аууу! - Из раздумий ее вытащила Никки. - Да, я помню тот день. - Ты понимаешь, что вирусу уже целых 8 лет! - Моя подруга... Они умирала, и врачи ей ничем не смогли помочь. Мама говорила, что заболевание передается через воздух... Я держала ее за руку... Подругу за руку, но я не больна. - Никки уставилась на соседку: - У меня есть ещё одна интересная статья с уже закрытого журнала. Печать остановили сразу же после этой статьи и выпустили опровержение: Учёные, все как один, гласят о передачи вируса "Эль" воздушно-капельным путем, но наши личные эксперты и некоторые свидетели говорят о том, что неоднократно контактировали с зараженными и не заболели. Мы провели исследование над словами так называемых учёных "некоторые люди имеют иммунитет к вирусу "Эль", а некоторые обречены умереть от заражения". Анализы добровольцев и людей, заразившихся от вируса идентичны, из чего следует, что никакого иммунитета от вируса не существует и никогда не было. Исходя из полученных данных люди, подхватившие "Эль" были заражены специально. Исследования доктора Арнольда и группы добровольцев. - Лика почесала затылок: - Что за опровержение учёных? - После публикации статьи, журнал закрыли, как я уже и говорила, а затем в сети появилось видео, где на больничной койке лежит доктор Арнольд, а его помощник Билл даёт показания о том, что их публикация фейк и ложь. После этого их никто не видел. Некоторые говорят, что они умерли от этого же вируса. - Очень интересно. - Лика почесала подбородок. - Выходит, что определенных людей специально заражали вирусом? Но зачем? - Есть несколько вариантов. Но самый правильный - для подчинения людей, что, как ты понимаешь, собственно и происходит. - Не понимаю. - Закивал головой Лика. - Все очевидно. Ты что за маминой спиной ничего не знаешь об этом мире? - Лика опять закивала. Никки вздохнула - Где ты была эти 8 лет? В нашем городе всем правят люди, у которых много денег, а те, у которых их нет, автоматически становятся подчинёнными. А того, кто не хочет подчиняться, убирают и ссылают все на вирус. Допустим эта же "больница для якобы заражённых", это вовсе никакая не больница. Мне удалось узнать, что здесь детей используют как подопытных крыс, проверят на них всякие лекарства, и, как ты понимаешь, не всегда они оставят тебя в живых. Я знаю, что есть ещё 2 других разряда, куда отправляют детей, достигших определенного возраста, но что с ними делают, и так уже наверное понятно, но это всего лишь догадки. А детей, которые ещё не достигли границы возраста, отправлять в специальные приюты, где либо сирот берут в семью, либо в разряды, где они становятся жертвой человеческой фантазии. - Я была в приюте! - Вскрикнула Лика, - но потом меня забрала эта жуткая ведьма, я от неё убежала. - - Девочка посмотрела на Никки - А зачем ты все это рассказываешь? Не боишься, что я могу быть шпионом? - Пфф. Мне всё равно. Я столько лет пробыла в этой тюрьме одна, что поговорить с кем-то для меня в награду. - Шепотом, -. К тому же у меня есть план. - Какой план? - Так же шепотом спросила Лика. - Нам надо отсюда убежать и рассказать всему миру, что происходит в этом городе. - Громче с улыбкой, размахивая руками, - Я уже представляю вывески: "Город спасён!", "Правда открыта" и газетные статьи: "Лжецы были жестоко наказаны", "Мир узнал правду". Ну как тебе? - Звучит классно, но как мы расскажем? Нам никто не поверит. - Не волнуйся, - Никки рукой отпихнула галетные листочки. За ними в скрученном состоянии находилась карта. - Она конечно восьмилетней давности, лес занял уже больше территории, но все же. - Она сняла колпачок с ручки и нарисовала жирную точку, - Мы находимся здесь. - И нарисовала вторую точку. - А надо нам сюда. Каждую неделю в понедельник в город приезжает машина. Сюда. Мы можем прокрасться в неё, уехать в другой город и рассказать всё властям. Все спасены, а мы герои. Остаётся только сбежать отсюда. - Никки вернула матрас в исходное положение и накрыла простынёй, - Ты со мной? - Конечно! - Лика подняла руку вверх. - Только вот что мне непонятно, так это то, что если по твоим словам здесь долго не выживают, то ты... - Они говорят, что я особый пациент. Извини, больше сказать не могу. Они заставили меня забыть.