Селяви, ублюдок!

      — Блять.       Это весьма не литературное слово сорвалось с губ Арсения, когда тот услышал не очень хорошую новость. Все, кто был в студии, отвлеклись от своих очень важных дел и устремили заинтересованные взгляды на парня.       — Извините? — раздался голос на другом конце провода.       — Кхм, простите, я просто немного… — Арс прикусил язык, с которого так и норовило сорваться подходящее под ситуацию слово «ахуел», описывающее все эмоции сразу, но тот как воспитанный молодой человек решил заменить его, — В шоке. Все произошло так внезапно.       Остатки диалога не несли никакого смысла, по крайней мере для Попова. Тот просто угукал, ответил на пару вопросов и по окончанию разговора сунул телефон в карман джинс. Все это время его так и прожигали любопытные взгляды друзей, но тот будто и не собирался ничего объяснять: сел на свободный стул и уставился в одну точку, подперев голову кулаком. Молчание решил прервать Позов:       — Арс, что случилось? — аккуратно спросил он.       но Арс не спешил с ответом. Он явно прибывал не в очень хорошем настроении — это было видно: в глазах читалось явное замешательство; на скулах заиграли желваки; пальцы сжаты в кулаки, да так, что костяшки побелели. Подняв обреченный взгляд на парней, он вздохнул и снова опустил голову. Дима и Сережа переглянулись.       — Кирюха умер, — все-таки объявил парень, — Передоз. А я предупреждал его, что если не бросит, вылетит из группы. Заебись блять, вылетел все-таки!       Повисло гробовое молчание. Позов открывал и закрывал рот, ака рыба, но так и не подобрал слов, которыми можно описать ситуацию. Матвиенко лишь на пару минут оторвался от барабанной установки и сказал, что так и знал, ведь в последние дни репетиций он был похож на ходячий труп, да и пах так же. За это высказывание получил бутылкой по голове от Димы, которого очень возмутили слова друга. Тот парировал, что это было чистой правдой и все с ним бы согласились. Арсений наблюдал за этой сценой, оставаясь лишь зрителем их очередной перепалки.       — Да нам давно пора бы подыскать нового гитариста! — фыркнул Дима, отбирая у Сережи бутылку, дабы не получить повторно.       — Дебил, у нас концерт через три дня, какой, мать твою, новый гитарист?! — выкрикнул Поз, теряя контроль.       — Ну теперь уж точно нужен… — буркнул тот, устанавливая барабаны.       Всего пару дней до концерта, все было уже готово, помещение арендовано, билеты распроданы, а тут внезапно гитарист решил обколоться. Никого жизнь к такому не готовила. И Попов, как главный в их группе, должен был что-нибудь придумать. Репетиция сорвана, все на нервах, кроме Матвиенко, который, казалось, вообще не удивлен смерти коллеги.       — Делать нечего, придется играть так, — в итоге выдал Арсений, но в его голосе не было ни капли уверенности, — Поз, сможешь заменить Кирюху? — на весьма неожиданный, но в то же время логичный вопрос Дима затупил, не зная что и ответить, ведь на обычной гитаре он почти не играет. Арсений прекрасно это знал, но в сложившейся ситуации у них нет другого выхода, — Без бас-гитары мы еще сыграем, но без электрухи…       Дима явно не хотел расставаться со своей любимой бас-гитарой, но тут ничего не поделать. Придется сыграть. Он подошел к электрогитаре, стоящей в углу студии, ранее принадлежавшей Кириллу, но теперь ему она уж точно не понадобится, осмотрел ее, будто что-то неземное, подключил к комбику и настроил. Теперь самое сложное: понять, как играть. Знания заканчиваются ровно на трех аккордах. Арсений долго мучился и пытался объяснить Позу как двигать пальцами, показывал аккорды и переборы, присутствующие в их песнях. Казалось бы, профессиональный бас-гитарист, а обычную гитару держал в руках всего пару раз. Но Попов не унывал. С горем пополам они выучили главные аккорды, убив на это целых полтора часа. Настал момент Х, когда группа решила попробовать сыграть хотя бы одну песню. Момент Х быстро превратился в момент Хуевый, когда Дима начал водить по струнам медиатором, путая все аккорды, мешая их в непонятную кашу, звучавшую откровенно ужасно.       Но Попов не унывал. Отобрав бедняжку-электрогитару у Димы, он вызвался сам попробовать петь и играть. Спросите, почему он не решил сделать так с самого начала, ведь и сам неплохо играет? А все просто! Арсений нихрена не Юлий Цезарь. Он просто не в состоянии одновременно петь и перебирать пальцами по струнам. Концентрация на одном деле невероятна важна для него, а когда приходится петь и вспоминать аккорды, мозг голубоглазого плавился и вытекал через уши — только и успевай ловить ковшом! Как и ожидалось, Арс путал слова, проглатывал буквы, фальшивил и сбивался с ритма. Было принято решение быстренько свернуть эту затею.       Но Попов не унывал! Хотя стоило бы. Последним вариантом было попробовать играть без гитары — только бас-гитара и барабаны. «Что же это за группа без гитары?» — возмущался Сережа, но его быстро затыкали угрожающие взгляды уже подзаебавшихся парней. Сыграть без гитары не проблема. Проблема — это звучание. Все песни писались с учетом, что их можно сыграть правильно только в полном составе группы. Сейчас же оно не звучит от слова совсем.       — Черт, да что же это такое?! — каким бы Арсений не был спокойным, но и его нервы не вечны, — Все провалено! Наш концерт не состоится без гитары! Это конец!       Арс со злостью пнул микрофон, но вспомнил, сколько он стоит, и быстренько поймал его, спасая от столкновения с полом. Хотелось рвать и метать. Отменить концерт можно, но какого будет разочарование их фанатов. Да, группа не так популярна, ну и пусть, но Арс успел полюбить их. Тех, кто слушает его песни, тех, кто тратит свое время и деньги на их концерты. Попову безумно важна их совместная аудитория. Она заставляет его жить в прямом и переносном смысле. Родители давно перестали с ним общаться, ведь «Он позорит их прекрасный род и благородную фамилию». А, вот еще: «Еще не надоело строить из себя звезду? Сколько тебе лет? Не пора бы подарить нам внуков?!». После этих слов желание общаться с предками напрочь отпало. Девушки у Арсения тоже давно не было. Лишь отношения без обязательств, только секс. Арсению и не нужно было все это тепло от противоположного пола, лишь удовлетворение своих животных потребностей. Разве этот бесчувственный холодный придурок с ледышкой вместо сердца и северно-ледовитым океаном в глазах нуждается в ком-то рядом? Конечно же нет!       Мало что может вывести Арсения Сергеевича из себя, но сейчас нервы сдают. Репетицию пришлось отменить. Парни решили все-таки собраться завтра еще раз в тоже время, сами не знают для чего. Может им за ночь придет озарение, и сам Иисус снизойдет, чтобы сыграть с ними. Маловероятно, но процент никогда не равен нулю. Матвиенко пытался шутить, дабы разбавить эту угнетающую тишину, но никто так и не реагировал на друга. Сейчас в их головах решается очень важная проблема.       — Ладно, ребят, пойду я, — сухо проговорил Арсений, подходя к входной двери, ведущей из студии, — Нужно все обдумать.       Сережа и Дима оглянулись на него, хотели было предложить сходить с ними в бар, чтобы хоть как-нибудь сгладить ситуацию, но тот быстро ретировался, оставляя друзей в гордом одиночестве. Парни знали, что в такие моменты Попова лучше не трогать. Он, подобно грозовой туче, будет накапливать все в себе, а если его постоянно тыкать, то в один момент взорвется и больше не соберешь. Еще они знали точно, что Арсений будет пить. Алкоголь помогает справится с переживаниями и парень потребляет его довольно часто, ведь мир — такая штука, в которой без переживаний не прожить и недели. Нет, Арс не был алкоголиком, который не может контролировать себя, конечно же нет. Будь он зависим от чего-либо, смог бы держать на себе группу, заниматься организацией и всей бумажной работой? Их менеджер переехал в другую страну, так как связался с плохими дядями и боится, что его с его детками и женушкой пристрелят, а другого менеджера искать слишком сложно, поэтому Попов как основатель группы взвалил на себя и эти обязанности. Со стороны можно подумать, что он не справляется, но это не так. Вернее, частично правда. Голубоглазому необходимо завалить себя работой. Так он убегает от собственных проблем и мыслей, спасается от пучины безумия, куда может в любой момент упасть.       Сам не помнит как добрался до дома, Арсений ввалился в свою квартиру, разулся, снял джинсовку и кинул ключи на тумбочку.       «Нужно выпить,» — первым делом подумал он, направляясь на кухню к холодильнику.       Парень не собирался налакаться до потери сознания, хотя обычно именно в таком состоянии выплевывает из себя песни, больше всего заходящие молодому поколению. Ну да, почитай его тексты и поймешь, что в здравом уме такое не написать. Сейчас не тот случай, когда стоит ловить белку и идти крушить собственный дом. Хотелось просто расслабиться и не думать о предстоящем концерте, который, скорее всего, придется отменить за два дня. Достав из холодильника уже начатую бутылку виски, он немного налил себе в стакан и сделал пару глотков. Жгучая жидкость приятно обожгла горло и язык, даря долгожданное и такое желанное расслабление.       Пока он не опьянел, Арсений решил сходить в душ. Напоследок опрокинув стакан и допив все содержимое, он поплелся в ванную. Там, включив горячую воду, он задумался, а нужно ли ему все это? Нужна ли ему группа, песни, популярность? Зачем он это делает? Для кого старается? Конечно для себя. Арсений устал. Опять мысли стали одолевать. Парень зажмурился, стараясь отключить мозг. Был бы рядом Матвиенко, он бы пошутил, что тот его и не включал. Образ ребят встал перед глазами. Друзья. Одни-единственные, вряд ли он найдет им замену. Те всегда поддерживают его, спасают, вытаскивают из апатичного состояния, когда Арсений и не похож на Арсения, а скорее напоминает амебу. Без них и не было бы ничего. Для них, как и для самого Арса, концерты многое значат. Нужно постараться хотя бы ради них. Если ради себя уже нет сил, то ради них надо.       Выйдя из ванной, пару раз чуть не поскользнувшись, парень направился обратно на кухню, чтобы допить виски, потанцевать под песни девяностых и уснуть без памяти. Похоже план «не поймать белку» сходит на нет.       Так и произошло. Попов забил на свои же нравы и вылакал все полбутылки виски. Уже второй час он танцует сам с собой, слушая какую-то попсу. От рэпа его тошнит, благо он додумался удалить его из их общего с друзьями плейлиста.       По батареям стали стучать. Неудивительно, ведь час ночи. Список ругательств, которыми он выражал любовь к своим соседям, подходил к концу, а это значит лишь одно - пора спать. Выключив компьютер, а вместе с ним музыку, парень упал на кровать и уснул сном младенца. Он так бы и пускал слюни на подушку до трех дня, если бы не надоедливый телефон. Гаджет все жужжал и жужжал, все кричал и кричал. Арсений хотел уже бросить телефон в стену, но вовремя увидел контакт, записанный как «Серега». Перепроверив время, парень потер глаза: одиннадцать. Никто из друзей не встает так рано. Значит это что-то супер важное. Выдохнув, голубоглазый снял трубку, а в ухо ему заорал взволнованный Сережа:       — Арс, быстро на студию, я нашел нам гитариста! — вещал он, и по голосу его было слышно, что он светится от счастья.       Попов поморщился от такого громкого звука и отодвинул телефон от уха. Выпитый вчера алкоголь дает о себе знать и отзывается головной болью.       — Не голоси... — промямлил он, все еще не понимая значения слов друга, — Еще раз скажи что ты там нашел...       — Сейчас же в студию. Быстро, — отчеканил друг, толком не объясняя, что произошло.       «Что это было?» — подумал Арсений, откидывая телефон на подушку.       Хотел было парень забить на все и не пойти ни в какую студию, но боль в голове была сильнее желания поспать. Пришлось встать и доползти до кухни. Там он нашел таблетки, закинулся и выпил два стакана воды залпом. Раз уж встал, то нужно и умыться. Сделано. Ну, теперь стоит убраться. Полчаса потрачено. Ну уж теперь и спать не особо хочется — взбодрился. Глянув на часы, парень вздохнул и пошел собираться. Все-таки интересно же, что там Матвиенко хочет ему так срочно показать.       По быстрому собравшись, Попов вышел из квартиры и пошел в студию. Благо она находится в пятнадцати минутах ходьбы, а погода позволяет прогуляться. Середина мая, тепло, хорошо, ветерок дует, солнышко светит. Арсений поправил челку и сощурился от яркого света. Расстояние в пару километров было пройдено довольно быстро. Арс зашел в студию и на него сразу же накинулись два друга с криками, что их концерт спасен.       — Да успокойтесь вы, — скомандовал немного растерявшийся Арсений, — Как спасен? Что вы придумали?       — Это мой знакомый, Антон. Он может заменить нам Кирюху, — объявил Сережа, указывая на высокого худющего парня позади себя, которого, к слову, Арсений и не сразу заметил.       У Арса чуть глаза на лоб не полезли. Он, конечно, был рад тому, что их выступление не придется отменять, но с большим недоверием отнесся к новому члену группы.       — Ну привет, Антон, — холодно поздоровался Попов, проходя ближе к высокому худому парню, — Спасибо, что согласился заменить нам нашего гитариста, но тебе еще предстоит показать, на что ты способен.       А на лице Антона и мускул не дрогнул. Он растянул ухмылку и уставился на Арса, изучая его заинтересованным взглядом.       — Ну привет, Арсений, — передразнил он того, что возмутило голубоглазого, — Не переживай, ты не сможешь устоять перед моей игрой. У тебя нет выбора.       Глаз Арсения дернулся. Иисус все-таки не помог. Он ненавидел таких зазнавшихся выпендривающихся людей. Но дылда прав: у него нет выбора. Даже если этот парень играет не так хорошо, как хотелось бы, им прийдется взять хоть кого-нибудь. Арсений пообещал себе, что это всего на один раз, а затем он подыщет человека достойней.       Пока Арсений раздумывал о том, как его уже раздражает их новый гитарист, Антон времени не терял. Подключил гитару и настроил ее. Без предупреждения он начал играть, да довольно громко. Попов пристально наблюдал за его движениями, навострив уши. А второй играл будто в последний раз: громко, развязно, подтанцовывая под свою же мелодию и улыбаясь. Что-то зацепило в нем Арса. Он жестом показал, что достаточно и подошел ближе. Он протянул руку и заглянул в глаза гитаристу.       — Ты правда неплох. Я Арсений Попов, — нормально представился парень, улыбнувшись.       — Антон Шастун, — в ответ сказал свое полное имя тот, пожимая руку Арсу, — Лучше вы и не найдете.       «Ох и зазнавшийся паренек,» — подумал Арсений, но вслух не сказал.