Я думал, ты мне приснился

Айзек

      Айзек встал как всегда рано, его мать вечно поднимала их с отцом по утрам. Ну, не то чтобы поднимала. Она сама просыпалась очень рано, а после такого ни один нормальный человек не смог бы уснуть. Отец уже смирился, а Айзек это чертовски ненавидел и всячески искал способ уснуть. Сейчас ему ничего не мешает, но видимо его биологические часы подстроились под часы Норы, он ничего не мог с этим поделать.       Сейчас же он готовил очередной завтрак, воодушевлённый вчерашним вечером и ночью. Утром он сходил в магазин, купить кое-каких продуктов. Сам он готовил тихонечко подпевая песням из радио, которое так удачно стояло на столешнице на кухне Томаса. Оно могло играть так тихо, что не потревожит чуткий сон слепого, но в то же время достаточно громко, чтобы Айзек мог слышать и подпевать себе под нос, иногда дотягивая — но чаще всего всё же не дотягивая — до чрезмерно высоких для его бархатистого голоса нот. —Доброе утро, солнце, — сказал Айзек, когда увидел в дверях кухни Тома. —Ты опять готовишь? — Томас потирает глаза руками. —Ну… не всегда же питаться заказной едой. Не сказал бы что я великий повар, но кое-что всё же умею. —Картошка? —Да… — удивился Айзек. — А как ты?.. Ну да, конечно ты знаешь запах еды… — Растерянно принялся защищаться он, заметив выражение лица Тома. —Ага, — ярко улыбнулся он и попытался сесть за столик, беспомощно хватаясь за воздух руками. — Ты переставил стулья? — он выглядел слегка растерянно, а его глаза пару раз небрежно пробежались по комнате. —Чёрт! Прости! — Айзек отошёл от плиты, взял руку Томаса и положил на спинку стула. —Спасибо, — он улыбнулся, но уже немного грустно, будто проклиная свою беспомощность. —Почти готово. — глухо произнёс он. — Подождёшь немного? —Конечно. Но… Слушай, а ты не разочарован? —Из-за чего? —Из-за того, как мы провели вчерашний вечер, — он начал нервно ковырять стол опустив свой слепой взор вниз, испытывая сильнейшее смущение и будто краснея на глазах. — Вместо того, как всё начиналось… — также, с таким же чувством неловкости или даже вины, произнёс он. —Мне всё понравилось, — воодушевлённо ответил Айзек. — Ты не такой как все и я очень люблю это в тебе. — Томас засиял. — Твоя улыбка настолько яркая, что может затмить солнце! —Хватит меня смущать! Раз уж мне дано тебя слушать, то не надо хотя бы говорить так, — улыбнулся он. —Не хочешь побриться? —В смысле? —Ну, ты всегда со щетиной. Интересно как ты будешь выглядеть без неё. —А я хотел бороду отпустить, — с разочарованием сказал Том, слегка подшучивая. —Тебе не пойдёт, да и, думаю, Джесс тебе не позволит, — посмеялся Айзек. —Тут ты прав. —Поедим и сделаем это. —Я ведь даже не согласился! —Я по лицу вижу, что ты согласен. Уверен целовать тебя станет приятнее. —Хей! Что за предъява?! — посмеялся Том и попытался ударить Айзека, но промахнулся. —Приятного, — перевёл тему Айзек и поставил перед Томасом тарелку.       Во время еды Томас начал осознавать, как мало времени осталось на такие радости. Скоро закончится лето, вместе с ним и каникулы. Будет меньше времени, а, соответственно, и скорее выпустят его отца. В последнее время эти мысли не давали ему покоя всё чаще и чаще. Когда они поели, Айзек вымыл посуду, после чего расставил её в точности так же как они и стояли, всё по своим местам, а Томас направился в ванную. —Ну что, ты готов? — спрашивает Айзек. —Нет? — Томас состроил жалобную гримасу. —Ну что, сделаем это!       Томас взял баночку с пенкой и бритву, начал равномерно наносить пенку на лицо, а Айзек выхватил её и сказал, что сделает всё сам. Томасу эта идея не понравилась, потому что он всё-таки должен уметь делать это сам, но в этот раз он и не возмущался, лишь слегка пошатнулся, широко раскрыв глаза. Возможно, в глубине души, он искренне радовался, что за ним ухаживают. Айзек аккуратно сбрил всё, оставив лишь усы, а после того как Айзек объяснил, что натворил, и они над этим посмеялись, сбрил и их. В это время Томас таил идеальный план мести. —Ты тоже, — сказал он и провёл рукой в пенке по лицу Айзека. —Как ты смеешь? — рассмеялся он, но Томас лишь улыбнулся. — Как ты вообще попал? —Чуйка? Не знаю… — он начал умываться, а когда закончил, сказал: — Пожалуйста. —Ладно, — опять рассмеялся Айзек и тоже принялся бриться. — Может мне ещё и налысо постричься? —НЕТ! —А что, мне бы пошло. —Мне нравятся твои волосы! Что же я буду трогать? —Не знаю. Бороду? —Очень смешно, — возмутился Томас и брызнул водой в сторону Айзека. —Ну а что? —Даже не смей заикаться о таком! —Ладно, — от души рассмеялся Айзек. — Я закончил.       Они оба вышли из ванной в всё ещё полутёмную гостиную из-за задёрнутых штор. Томас постоянно закрывал их по различным причинам, но каждый раз забывал открывать их обратно, так и жил в потёмках комнат, что для слепого не имело никакого значения. Айзек обхватил Томаса рукой, положив её ему на плечи, и подтянул к себе, после чего коротко поцеловал его в висок. Томас слегка дёрнулся от неожиданности, но после довольно и широко улыбнулся и закрыл глаза от удовольствия, всем своим видом показывая, что ему нравятся подобные проявления нежности и любви. Сегодня Томас был как-то по особенному счастлив.