Я думал, ты мне приснился

Письмо

«Дорогой Том, я теперь точно знаю, что ты не хочешь меня слышать, поэтому для меня это единственный способ с тобой связаться. Дело в том, что я столько всего натворил в отношении тебя, что уже и не могу сосчитать, а ты, даже со всем своим широким и добрым как у матери сердцем, просто не сможешь простить. Наверное, самым лучшим подарком на твой день рождения будет осознание того, что я тебя больше никогда не потревожу. В коробке твой второй подарок, который мне делали на заказ. Он будет получше того динозавра которым ты пользуешься сейчас. С днём рождения, мой сын, проживи эту жизнь по-полной и прости, что я её испортил».

Томас

—Не могу в это поверить, — протянула Джесс.       По щекам Томаса потекли слёзы, но то, что он сейчас ощущал, было в разы сложнее чем то, что его лицо сейчас выражало. Он не был зол, не ощущал скорбь, но, в то же время, и не был рад смерти отца. Он, по какой-то непонятной для него причине, ощущал вину за смерть отца. Ведь это же он в тот день выгнал его. Возможно, сказав он пару слов иначе или не сказав некоторые совсем, то на нём не висела бы эта вина? Но он откинул эти мрачные мысли, засунул их поглубже, чтобы не догнали его, потому что понимал: это та единственная вещь, в которой его отец видел искупление.       Томас принялся ощупывать коробку, а когда нащупал, где открывается, на минуту замер и тяжело вздохнул. Потом он открыл коробку и начал ощупывать содержимое. Это был новенький ноутбук. Когда Томас его поспешно открыл и пощупал, он обнаружил, что каждая приятная на ощупь клавиша была с соответствующими бугорками Брайля, что подтверждало слова отца по поводу заказа, потому что таких просто не делали. Когда Том его включил, то обнаружил, что ноутбук был уже настроен, а все нужные программы были скачены.       От чего-то, на сердце у Томаса стало теплее, тем не менее, в тот же момент, по его спине пробежались мурашки, сигнализирую некоторую мрачность ситуации. —Спасибо, папа, — еле слышно произнёс он, а после, хлопнув крышкой ноутбука, отставил его в сторону.       Ребята ещё некоторое время молчали. То ли давали время Томасу прийти в себя, то ли сами пытались сделать то же самое, так как все в этой комнате знали, на что был способен Кевин, а двое в этой комнате знали это не только на слуху.       От того что Кевин умер, как не было бы страшно признаться, стало немного легче. Но ещё страшнее было признать, что на тот короткий момент, папа, что растил его младенцем, вернулся и действительно проявил доброту, не смотря на то, что почти забыл, что это такое. —Ну что, — прервал продолжительное молчание Айзек, будто понимая, что оно затянулось, — может, закажем еды? Умираю с голоду… —Я тоже голодна, — поддержала Джесс. —Да, — коротко ответил Том.       Весь оставшийся день Томас веселился, но где-то там, глубоко внутри его терзали смешанные чувства, которые иногда отдавали внизу живота.       Теперь, у него впереди есть светлое будущее, в котором не будет того подлинного и дикого страха за жизнь, который он испытывал в последние шесть лет. У него есть идеальная подруга, готовая помочь и разделить с ним все чувства и очаровательный парень, который готов свернуть горы ради него. И он знал, что не даст этому просто так исчезнуть. Ни за что на свете.