Между нами

      Воздух в «KKnails» был густым и сладким, как всегда перед закрытием — пары лака, кофе и дорогого парфюма. Камилл, откинувшись в кресле, смотрела, как за окном зажигаются огни Манхэттена. Еще один день, еще одна победа. Ее салон был не просто успешным бизнесом; это была ее крепость, выстроенная с нуля, с билетом в один конец и парой чемоданов.       Но сегодня в этой крепости царило непонятное напряжение. Блейк Лайвли, ее клиентка и подруга, прислала загадочное сообщение: «Мой друг-тренер направил к тебе своего друга. Личная просьба, прими его сама. Он… особенный».       Особенный. В мире Блейк это слово могло означать что угодно — от голливудской звезды первой величины до эксцентричного миллиардера, который коллекционирует мумий. Камилл вздохнула. Она уже прошла путь от маленьких арендованных кабинетов в Бруклине до этого хрустального дворца на втором этаже Tiffany. Она полировала ногти кинозвездам и выслушивала исповеди жён олигархов. Что еще могло удивить?       Дверь в ее мини-кабинет распахнулась с такой силой, что Камилл вздрогнула. — Ты не поверишь! — Кристина, администратор, запыхалась, словно пробежала марафон. Ее глаза блестели. — Там… там Себастьян Стэн! Твой Зимний Солдат в плоти и крови!       Камилл ощутила, как по спине пробежали мурашки. Не те, что от вида клиента с толстым кошельком, а те, глупые, которые едва вышли из подросткового возраста, когда она смотрела фильмы киновселенной «Марвел». — Вот это действительно новости, — выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул, и захлопнула ноутбук, на заставке которого как раз был тот самый Солдат.       Она подошла к зеркалу. Белоснежные волосы, деловой костюм, маска безупречной хозяйки успешного предприятия. Но под ней все так же копошилась та самая девочка, которая когда-то мечтала об американской сказке. Камилл поправила прядь белых волос и вышла в зал, чувствуя, как нарастает глупое, давно забытое волнение. «Соберись, — приказала она себе мысленно. — Он просто клиент. Очередная знаменитость».       Но когда она вышла в зал и встретилась с ним взглядом — темным, пронзительным, с легкой ухмылкой в уголках губ, — все ее установки рухнули. Он был не просто «очередным». Он был тем, чьи плакаты висели у нее в общежитии. Той самой несбыточной фантазией, которая неожиданно оказалась на расстоянии вытянутой руки.       Он стоял у стойки, повернувшись к ней. Высокий, в идеально сидящем черном костюме, с длинными волосами, собранными в небрежный пучок. Тот самый типаж. Тот самый краш. Боже. — Добрый вечер, — его голос был низким и чуть хриплым. — Я по рекомендации Блейк. Кажется, у меня запись.       Камилл почувствовала, как её щеки заливаются краской. Да, запись. На шесть часов. На ее второе свидание с собственной юностью, которое почему-то обещало быть куда интереснее первого.

— Добрый день, сэр, — сорвалось у нее, и она тут же мысленно послала себя куда подальше. Какой, к черту, «сэр»? — Ох, нет, «сэр» — это слишком, — он обернулся, и в его серых глазах заплясали чертики. — Можно просто Себастьян. — Камилла Кали, — она пожала его протянутую руку. — Но можно просто Камилл. — Здравствуйте, мисс Кали, — его русское произношение было смешным и очаровательным. Он поднес ее руку к губам, и его губы коснулись ее кожи на секунду дольше, чем того требовала вежливость. Поцелуй был легким, но по спине снова побежали те самые мурашки. — Вау, а вы знаете толк в церемониях, — она заставила себя улыбнуться, хотя внутри все сжалось в комок. — И в русском тоже. — Спасибо. Готовился к роли, — он улыбнулся, следуя за ней к рабочему столу с маникюрными принадлежностями. — А насчет вас… это все Блейк и гугл. Надо же знать, в чьи руки отдаешь свои драгоценные руки.       Он знает. Конечно, знает. Век интернета. Она почувствовала себя голым нервом. Этот мужчина видел ее историю успеха в Forbes. Это одновременно и польстило, и смутило до глубины души. — Итак, Себастьян, что вы хотите? — прозвучало резче, чем она планировала. — Для начала было бы неплохо перейти на «ты», — парировал он, удобно устраиваясь в кресле. — А так… стандартный маникюр. Масло, крем. Моя бывшая девушка посвятила меня во все тонкости. — А ты в теме, я погляжу, — натянув латексные перчатки, она постаралась сосредоточиться на его руках — длинных, сильных, с ухоженными ногтями. — И что мы тогда делаем? — Мы делаем то, что с щипцами. Кажется, он бережнее. — Наоборот, — она включила аппарат, и тот тихо зажужжал. — Аппаратный безопаснее. Мастер меньше повреждает живую кожу, кутикула, соответственно, дольше сохраняет презентабельный вид.        «Говорю как по учебнику, пиздец. Только бы голос не дрогнул», — подумала про себя Камилл, чувствуя, некое ощущение страха в своём теле.       Пока она работала, Себастьян расслабился, прикрыв глаза. Камилл украдкой изучала его лицо: сильные скулы, густые брови, борода, скрывающая линию подбородка. Он еще красивее, чем в кино. И чертовски реален. Она поймала себя на том, что уже представляет, каково это — провести пальцами по его коже. Стоп. Клиент. Всего лишь клиент.       Камилл начала отодвигать тонкую кожу на ногтях клиента металлическим пушером, которые делают для них под заказ с логотипом салона. В той же организации им в свое время предоставили фирменные сухожары, где потом стерилизуются все инструменты. Камилл как сейчас помнила, как тяжело ей далась сделка с данной компанией. Она срывалась несколько раз. И как, в принципе, ей в то время было тяжело. Но она справилась. Она всегда справляется. — Знаешь, давай на твое усмотрение, — сказал Себастьян, не открывая глаз, и в его голосе прозвучала усталость, внезапная и искренняя.       Она кивнула, хотя он этого не видел, и продолжила работу, стараясь, чтобы дыхание было ровным.

***

      Час пролетел незаметно, наполненный легким, ни к чему не обязывающим флиртом, чаем и разговорами ни о чем, что на поверку оказалось разговором обо всем. Общей любовью к тыквенному латте, глупым хоррорам на Хэллоуин… — Было приятно познакомиться, Камилл, — Себастьян расплатился на выходе, и его взгляд снова стал игривым. — Мне тоже, мистер Стэн, — она склонила голову, изображая напускную почтительность. — Так, я же просил, — он наклонился чуть ближе, понизив голос. — Никаких «мистер Стэн». Я старше, так что… — Тебя надо слушаться, — начала было уже заигрывать Камилл, опершись на стойку администрации.       Но тут же мысленно одернула себя из-за своих колкостей. «Какого хуя, я же босс, а «мистер «сладкая задница». Стэн», в первую очередь – клиент, между прочим. Флирт на рабочем месте, ещё и на глазах у подчинённых… ну и срам», — говорила она сама себе, поняв, что сморозила какую-то глупость. — Да, Камилла, меня надо слушаться, — повторил Себастьян, и в его голосе зазвучал новый, бархатисто-опасный оттенок. — Поэтому пусть «мистер Стэн» прозвучит в другом месте. При более… приятных обстоятельствах. — Например? — выдохнула она, чувствуя, как замирает сердце. — Хм… Пусть это останется тайной. До свидания, — с этими словами он вложил ей в ладонь что-то бумажное. Салфетку, сложенную в форме лебедя. — Собрал, пока одна рука была свободна. Ведь другая была занята тобой.       Он ушел, а она осталась стоять с бумажным лебедем в руке, с дурацкой улыбкой на лице и с одной-единственной мыслью: «Черт. Кажется, это только начало». — Что это было? — прошептала администратор Кристина. — Я не знаю, да и не особо хочется знать. Наверное, так, «поиграли» немного, он же актёр, — ответила Камилл на русском, покачав головой, все еще не в силах выбросить салфетку.              Вернувшись в кабинет, она все же развернула бумажного лебедя. И прочитала: «Теперь у меня есть твой номер. Завтра вечером. Кафе за углом. Не опаздывай — это свидание».       Вот так «до свидания». Мечтательная улыбка сама расползлась по ее лицу. А потом ее взгляд упал на экран телефона, где высветился контакт по имени «Крис Эванс». И улыбка померкла. Максимум, что мне светит с мистером Стэном, — это хороший секс. Как, в прочем, и с Крисом. «Стабильные отношения с голливудским красавчиком — это не про меня. Я приехала сюда работать».       Но бумажный лебедь в ее руке казался таким хрупким и многообещающим. И намного более реальным, чем все ее прагматичные доводы.