call me baby

      Чимин лежала на кровати, думая над словами подруги. Что же сделать для этого? Что Намджун нравится в ней вообще? У Пак были очаровательные черты лица: аккуратный носик, пухлые губы, светло-карие глазки и небольшие щечки. Одним словом — детские черты лица, что так и манят. На голове у Чимин чаще всего был небольшой хвостик, а передние прядки аккуратно выглядывали впереди. Если распустить волосы их хвоста, то можно увидеть, что у неё волосы едва чуть ниже плеч, такая длина ей нравится на себе больше всего. Она не любила очень резкие перемены. Однако как-то раз она повелась на уловки Тэхен и покрасила свои волосы в пепельный. Боги, как же он ей идёт! Однакo спокойствие, стабильность и удовлетворение — все, что хотела от себя девушка (и от жизни тоже, кстати). Её руки всегда были ухоженными, с короткими ноготочками. Обычно она их покрывала прозрачным лаком, не наносила чего-то слишком тяжелого, смотрится это умилительно. Ну чем же не дитя? Так что же нравилось больше всего во внешности Чимин её девушке? Намджун всегда нравились её. Ляшки. И зад. Да, пожалуй. За счёт того, что у Чимин была фигура «груша», они особенно выделялись. Именно эту часть тела так не любила девушка до знакомства с Джун. Но что-то все-таки заставило ее полюбить...

***

Холодное утро не предвещало ничего хорошего, за окном было ещё темно, снег только-только виднелся на улицах. Чимин стояла на кухне, ждала пока заварится кофе. Казалось, будто это вечность. Маленькие зернышки плыли по кругу в большой белой кружке, что сводило с ума. Пак стояла в одной большой чёрной футболке-платье с надписью «bored». И правда, как иронично. — Боже, даже в свой выходной злюсь… — она облокотилась об кухонную тумбу, прикрыв глаза от недавнего сна. Послышался громкий шлепок. И почувствовался Чимин тоже. — Ах! — Вскрикнула девушка, — ты чего так пугаешь? — она потерла место ушиба. А именно… Зад, да. — У тебя очень соблазнительная задница, ты знала это, малышка? Ох… — Ты же знаешь мою реакцию, да? — О Боги, она так смущается своей реакции на такое обычное слово. — Я этого и добиваюсь, милая, — Джун подошла ближе, приобняв свою девушку, — дай знать, если делаю что-то не так, хорошо? — она приблизилась к уху девушки, облизнув ушную раковину. — А-ага. — Чимин закусила губу, покрывшись краской. Намджун спустилась с ушей до открытой шеи, начав мягко засыпать её лёгкими поцелуями. Чимин нежно взяла лицо Ким в свои руки, посмотрев в глаза, а затем крепко поцеловала. Их языки сплетались в каком-то непонятном ликующем танце, в котором только они одни. Намджун прикусила язык Чимин. — М! — замычала та, но не от боли, — ммм… — те продолжили начатое. Руки Намджун забрались под большую черную футболку девушки, сразу ладонями накрывая ладонями небольшую грудь, аккуратно сминая её. Она вглядывается в лицо Чимин, сейчас она выглядит расслабленно. Джун решает провернуть один трюк: она продевает соски через два пальца обеих рук и начинает их немного скручивать. — А-ах! — Послышалось со стороны Пак, она схватилась за спальню рубашку Намджун сзади. Шею никто не забирал! Ведущая вновь принялась за шею. Алые пятна проступали на загорелой коже один за другим. Хочется трогать, трогать, трогать свою любимую. Хочется ощущать человека, с которым вы так близки. Она есть ее гребаный фетиш. — Детка, вот это ты даешь, — ухмыльнулась Джун, оторвавшись от шеи. Чимин посмотрела на девушку, закусив губу до крови, как вторая ставит колено между ног первой. — Ах! — прилив возбуждение прошелся по низу живота до кончиков пальцев, — пожалуйста, не смей останавливаться, — она начала тереться об подставленное колено. Намджун в порыве страсти начала судорожно продевать пуговицы своей рубашки, чтобы поскорее ее снять, — да что же такое… — Она не могла расстегнуть пуговицу посередине. — Да сними ты её уже, ах, — Чимин с треском разорвала тонкую ткань так, что все пуговицы начали ударятся об пол, — потом возьмем тебе новую, — девушка вновь примкнула к сладким устам. Руки блуждали по спине, а потом прошлись по груди возлюбленной. Шаловливые пальчики дошли до проколотых сосков, — хей, Джун, они уже зажили? — она отвлеклась. — Д-да, мх, — розоволосая закусила губу, — давай ближе к делу, — девушка запустила руку в нижнее белье своей девушки, пройдясь указательным пальцем по влажным половым губкам, — ого, детка, ты такая влажная для меня, — она достала палец из прежнего места и показательно облизала, — я люблю, когда ты такая, — усмешка, возвращение руки в обратно в теплое, влажное место, — ты словно карамель, — поцелуй в плечо, — таешь на глазах, как только тебя разогреть. — Как в дораме сказала, — Чимин закусила губу, улыбнувшись, — ты же их так любишь, да? — взгляд прямо в глаза, — стой, что ты… — Намджун опустилась, все также пристально смотря в глаза любимой, задирая ножку любимой наверх. Увидев влажный, сверкающий и налитый кровью возбужденный клитор, та припала к нему своими губами. Сначала она легко поцеловала его, а затем прошлась широким мазком языка по всей вульве, Чимин вздрогнула. — А-ах… Ты-ты т-так стараешься, Джун-ах! — Она помассировала корни волос, положив руку на макушку любимой. Тем временем девушка все больше и интенсивнее игралась языком с большим клитором: он мило торчал из-под половых губ младшей, будто бы так и просился обратить на него внимание. Она доводила ее своим юрким язычком каждый раз, предпочитая вместо десерта кушать Чимин. — Нья-ах, я скоро, Джун… Пожалуйста, еще-еще-еще… — Девушка заломила аккуратные бровки и закатила глаза, — к-кончаю, а-а-ах! — Ким заулыбалась, решительно слизывая всю естественную смазку с истекающей киски младшей. — Спасибо за завтрак, малышка, — Джун начала собираться в очень быстром темпе, натягивая первые попавшиеся вещи. — С-стой, ты куда?! — Чимин еще не отошла. — Работа — дело серьезное! — Девушка поцеловала Пак в щеку, — до вечера, крошка! Все еще отходя от шока (или сногсшибательного оргазма), девушка ухмыльнулась, направляясь в ванную, — ну ничего, вечером я на тебя посмотрю, — произнеся это в своей голове, она начала думать о предстоящей ночи.