Ты (не) любишь меня

Утром Тэхён проснулся, как ни странно, в отличном настроении. Физически так же ничего не болело, что не удивительно. Все, что он вчера выпил, вышло из него в туалете дома Минсока. Думать о том, что вчера произошло, о том, что он вчера видел в том же доме, не хотелось совсем. В голове будто вакуум, ни мыслей, ни обиды, ни отвращения, которое вчера накрывало его с головой, не было ничего. Как и в груди по-прежнему, казалось, ничего не бьется. Естественно, фигурально выражаясь. Главный орган все так же качал кровь, разгоняя ее по телу, но чувств никаких не испытывал. Ким прошел на кухню, и по привычке сразу подошел к микроволновке, на которой, так непривычно, не лежали его блокаторы. Мысль о том, что все-таки может стоит продолжить их пить даже не пролетела в голове. Его вчерашнее решение не изменилось. Пусть Чонгук узнает, пусть все узнают, ему уже все равно. Налив себе кофе, как всегда, крепкий, омега присел за барную стойку и стал думать. Ему было очень интересно узнать реакцию альфы на их истинность. Вариантов много, но ни один не пугает его. Какое-то теплое, слегка щекочущее, чувство злорадства и предвкушения разливалось по всему телу. Что бы ни произошло, готов он ко всему. За этот практически месяц Тэхён многое прочувствовал и повидал, что-то новое Чону будет сложно придумать, если тому захочется еще поиграть на его чувствах. Зато теперь он тоже будет уязвим перед Кимом, ведь истинность играет в обе стороны. И инстинкты, которые так любит и лелеет в себе альфа, сработают и на нем. Омега блаженно улыбнулся, представляя лицо Чонгука, когда тот поймет, что его истинный был у него под носом без малого месяц, и этот истинный именно Тэхён. И его ни капли не пугала та пустота, которую он ощущал внутри себя. Лучше так, чем те эмоциональные качели, на которых он жил с момента знакомства с Чоном, и пытался не свалиться с них. ________________________________ Тэхён сегодня не собирался идти на занятия. Была пятница, один день можно и пропустить. Он написал старосте, что плохо себя чувствует, попросил скинуть ему задания за сегодняшний день. Он все сделает дома, и к понедельнику все будет готово. Писал Чимин, спрашивал, почему Ким вчера сбежал с вечеринки, и как в этом замешан мудак Чонгук. Тэ не стал все объяснять в сообщениях, просто ответил, что все в порядке. Договорился встретиться с другом в воскресенье, тогда он все и расскажет. А так же попросил узнать планы Чона на субботу, куда он собирается, если в какой-то клуб, то ему необходимо название. Чимин снова начал задавать вопросы, но Тэхён сказал, что все потом, и что ждет ответа от друга. Пак обиделся, но обещал все узнать. Ким понимал, что друг переживает, но сейчас говорить с кем-то совершенно не хотелось. После обеда, когда омега ждал доставку еды, он почувствовал аромат, который начал потихоньку заполнять пространство его квартиры, комнату за комнатой. Действие блокаторов прекращалось, его аромат возвращался. Еще легкий и слабый, и уже такой забытый, свой собственный аромат карамели. К завтрашнему дню он раскроется полностью. В дверь позвонили. Омега открыл дверь, забрал заказ. Пока он расписывался и доставал карточку, чтобы расплатиться, он заметил, как альфа водит носом, принюхиваясь. Тэхён слегка улыбнулся. Он уже отвык от этого. За два года так привык, что от него ничем не пахнет, что сейчас перестроиться будет довольно сложно. Но он это сделает. Ким с улыбкой отдал альфе планшет, приложил карту к терминалу. Он видел, что альфа хочет что-то сказать, поэтому поспешно поблагодарил и закрыл дверь. Да, надо привыкать. Близился вечер, и вот оно, долгожданное сообщение от Чимина. ЧимЧим: мудак завтра в клуб собирается, «Black Swan», зачем тебе эта информация? КимТэ: спасибо, дружище. Я же сказал, все в воскресенье расскажу ЧимЧим: блять, Тэ, что происходит? Я волнуюсь. Ты что, решил все же с ним замутить? Пиздец КимТэ: хахах нет, спасибо. Просто мне надоела игра в одни ворота. ЧимЧим: какие нахуй ворота?! Куда бы ты ни шел, я иду с тобой КимТэ: нет, Чим, все будет хорошо. Спасибо за инфу, до встречи. ЧимЧим: лааааадно, как скажешь. Но я уже закупаю бухло, чую, в воскресенье оно понадобится КимТэ: люблю тебя, ты лучший ЧимЧим: бля, с этим не поспоришь Тэхён улыбнулся, откинул телефон на диван, и сладко потянулся. Пора делать задания, чтобы быть полностью свободным в выходные. __________________________ Тэхён вышел из такси возле клуба. Шум толпы, которая стояла возле входа, и приглушенной музыки из помещения, поглотили его. Огромная яркая вывеска возвышалась над входом. Большие черные крылья сверкали светодиодами с мелкими стробоскопами. Надпись «BlackSwaN» выделялась неоном между крыльев. Тэ провел ладонями по кожаным штанам, расправляя их на бедрах, посмотрел на черные кожаные кроссовки. Дернул руками. Широкая рубашка, заправленная в штаны, переливалась серебром. Она была свободного кроя, линия плеч уходила ниже стандартного уровня, широкие рукава свободно спадали по рукам. Резинки вместо манжетов практически закрывали кисти рук полностью. Светлые волосы спадают на лоб, закрывая брови. Голубые линзы закрывают карюю радужку, на веках легкий макияж, на губах бесцветный блеск. Небольшой кулон с рубином на короткой цепочке выделяет открытые ключицы, которые виднелись из-под расстегнутой сверху рубашки. Два парных колечка в одном ухе, во втором серьги с цепочками, которые переливались серебром, как и рубашка. Омега был доволен своим образом, он выглядел шикарно. Поэтому легкой походкой от бедра он направился ко входу в клуб. Альфа на входе дежурно улыбнулся. Ким ответил ему соблазнительной улыбкой и подмигнул. Охранник вдохнул и облизал губы. Да, его запах уже раскрылся полностью, омега знал это. Поэтому не удивился, когда альфа отошел и пропустил его внутрь. Дверь за Тэхёном закрылась и его поглотила громкая музыка. Запахи омег и альф, пота, секса и алкоголя ударили прямо в нос, заставляя поморщиться. Он оглядел помещение, нашел глазами барную стойку и направился к ней. Два высоких стула были свободны, Тэ занял один из них. Дождавшись, пока освободится бармен-омега, он заказал коньяк и колу. Ким развернулся и начал внимательно осматривать клуб. Помещение было большое, народа много. Найти здесь Чонгука было проблематично. Но необходимо. Спустя пятнадцать минут и три шота, Тэ увидел знакомое лицо. Это был Югём, он шел с каким-то омегой за руку. Они возвращались с танцпола. Омега начал следить за ними взглядом. Он надеялся, что Югём здесь в компании Чона. И правда. Альфа подошел к столику. Его полукругом оплетал мягкий диван. Там сидел Чонгук, закинув одну руку на плечи какого-то омеги, во второй держал стакан с янтарным напитком. Югём с омегой присели к ним. Кроме них четверых там еще был один незнакомый Киму альфа и двое омег. Тэхён наблюдал за ними, щуря глаза. Осталось найти себе альфу. Заказав себе еще один шот и расплатившись с барменом, омега спрыгнул со стула и направился на танцпол. Протискиваясь между горячих тел, которые извивались под оглушительные биты, омега пытался уловить хоть один отдельный запах альфы, но все они смешивались. Значит, будем ловить на живца. Тэхён начал двигаться, подстраиваясь под ритм музыки. Крутил обтянутыми черной кожей бедрами, то оглаживая стройное тело руками, то поднимая их вверх над головой. Долго ждать не пришлось. Горячие ладони обвили талию, крепкое тело прижалось сзади, подстраиваясь под движения омеги. В нос ударил запах хвои. Тэ улыбнулся и продолжил двигаться, опуская свои ладони на руки на своей талии. Потерся затылком о плечо альфы.  — Ты так вкусно пахнешь, просто невероятно, — глубокий голос шептал на ухо, обдавая горячим дыханием с запахом виски и мятной жвачки. — Я надеюсь ты здесь один?  — Совершенно один, — ответил Тэ, повернув голову вбок. — Есть предложения?  — Есть. Как насчет быть не одному, а со мной? — Отличное предложение. Тэхён разворачивается в руках альфы, ладони теперь сжимаются на пояснице. И поднимает взгляд. Альфа рядом с ним высокий, Ким достает макушкой ему только до плеча. Светлые волосы с косым пробором спадают челкой с одной стороны, наполовину закрывая лоб. Светло — карие глаза, прямой нос, красивые пухлые губы. Альфа очень привлекательный. Тем лучше, думает Ким, будет не так противно.  — Спереди ты еще лучше, чем сзади, — усмехается альфа.  — Я везде прекрасен, как ни посмотри, — щурит глаза Тэ и облизывает губы. Альфа проследил за движением влажного языка и тоже облизнул свою нижнюю губу.  — С этим не поспоришь, никогда не видел такого красивого омегу. Открытая лесть прошла мимо ушей и не зацепила. Ким лишь сверкнул белыми зубами в усмешке и ответил:  — И не увидишь. Альфа крепче сжал руками поясницу, затем спустил одну ладонь на ягодицу и крепко ее сжал. Опустил голову ниже, губами мазнул по шее, затем кончиком языка прошелся по месту, где запах был ярче всего. Тэхён поднял руки и запустил длинные пальцы в волосы на затылке альфы. Омега против воли начал возбуждаться. Гормоны играли, феромоны альфы волновали его омегу. Он не был близок со своим истинным альфой, не был помечен, на нем не было чужого запаха. Поэтому другие альфы так же действовали на него. Не так ярко, не так желанно, но действовали. Боже, подумал Тэхён, как же давно у меня не было секса.  — Меня зовут Юнсок, — прошептал альфа на ухо, посасывая губами мочку.  — Тэхён, — выдохнул омега, прижимаясь ближе к горячему телу. Альфа сквозь зубы выдохнул и дернул бедрами на встречу.  — Может, уйдем отсюда туда, где потише? Этого в планы Кима не входило.  — Уйдем, но позже. Я только приехал. Хочу еще выпить и потанцевать. Если альфа и расстроился, то вида не подал. Ким был уверен, что он от него уже никуда не денется, до последнего будет его обхаживать. Они вернулись к барной стойке, заказали выпить. Тэхён сел на высокий стул, спиной к стойке и широко расставил ноги. Альфа встал между его ног, ладонями провел по бедрам и завел их назад, вновь сжимая поясницу, поглаживая, расслабляя. Тэхён обвил его талию руками. Выпили, вернули руки обратно. Альфа все шептал на ухо как он прекрасен, а Тэ в это время нашел глазами столик Чонгука, выглядывая из-за плеча своего спутника. Чон смотрел на них. Половина его лица скрывалась в тени, выражение глаз невозможно было понять. Слишком далеко. Тэхён усмехнулся. Уже заметил. Омега чуть отклонился, спиной упираясь на стойку бара. Обхватил ладонью затылок альфы и притянул его к себе, крепко целуя в губы. Юнсок на миг растерялся, но в следующий момент уже открыл рот навстречу языку омеги, переплетая с ним свой язык. Альфа отлично целовался, не перебарщивал с языком, умело работал губами. Разорвав поцелуй, они синхронно облизали губы и усмехнулись.  — Очень вкусный, — сказал альфа.  — Я везде очень вкусный. Альфа рыкнул от такого прямого и пошлого намека.  — Я обязательно это сегодня проверю.  — Обязательно, — кивнул Ким, закусив губу. Они выпили еще по шоту и вернулись на танцпол. Алкоголь туманил мозг. Альфа и его горячие руки, которые, казалось, оглаживали все его тело, возбуждали. Тэхён отпустил себя и танцевал так, как казалось, никогда до этого. Извивался, терся о горячее тело, сжимал его своими руками. Они танцевали вплотную друг к другу, иногда целовались. Кима привел в себя шепот на ухо:  — Давай уедем. Я не могу больше. А вот теперь пора.  — Нет, пошли в туалет.  — Я живу недалеко. Омега покачал головой.  — Я хочу сейчас. Мы немного поиграем, а потом уйдем и продолжим. Ленивый распаляющий поцелуй последовал после этих слов, чтобы альфа не вздумал спорить. Тэ взял его за руку и потянул за собой с танцпола. Он сам выберет маршрут, по которому они дойдут до туалета. Мимо стола его истинного. Тэхён с альфой проходят мимо заветного столика. Ким встречается взглядом с Чоном. Между ними метра три, не больше. Омега соблазнительно улыбается и машет ладонью, легко перебирая длинными пальцами и не сбавляя шаг. Он видит, как Чонгук делает глубокий вдох, он замирает, его черные глаза расширяются. Тэхён только усмехается и продолжает свой путь. ______________________________ Чонгук сидел за столом в клубе со своими друзьями и, как всегда, какими-то рандомными омегами. Один из них прижимался к его боку, рукой наглаживая его крепкое бедро, пальчиками иногда, будто случайно, задевая его пах. Альфа усмехается. Ему эти игры давно знакомы, он в них давно не новичок. Чон даже имени его не запомнил, когда они знакомились. Лишняя информация никогда не задерживается в его голове. И в этом он тоже не новичок. Тэхёна он замечает, когда тот с каким-то альфой в обнимку выходят с танцпола и идут к барной стойке. Взгляд сразу цепляется за прекрасное тело. Его рубашка и платиновые волосы сверкают в свете софитов. Они устраиваются у барной стойки, альфа не отлипает от шеи Кима. Что он там делает, думает Чон. От омеги ничем не пахнет. Они встречаются взглядами, Тэхён будто совсем не удивлен, что видит его. Затем следует долгий поцелуй, альфа хмурится. Внутри поднимается злость и раздражение. Вот он, недоступный омега Ким Тэхён. Честь которого так старался защитить его братец. Сосётся с каким-то альфой в клубе. А Чонгук, видите ли такой плохой, до слез бедняжку довёл. Альфа фыркает. Такой же, как и все. И под него ляжет. Вот только бесит, что Чона он отталкивает, а вот так просто в клубе с кем попало запросто может. Парочка возвращается на танцпол. Чонгук сглатывает, с силой сжимая в руке стакан. Омега рядом что-то говорит ему, но он его не слушает. Потому что Тэхён танцует. Нет, он не танцует, он соблазняет, заводит, возбуждает до скрипа зубов. Его тело извивается в чужих руках. Эти руки, такие неправильные на его теле, крепко сжимают красивые ягодицы, переплетают пальцы с длинными пальцами омеги. Кима хочется, хочется очень сильно. Тэхён и альфа о чем-то переговариваются. Затем омега берет альфу за руку и тянет за собой. Они приближаются к столику Чонгука, альфа не сводит с них глаз. Тэ ловит взгляд Чона, когда приближается. Улыбается, машет пальчиками свободной руки, и проходит мимо. Запах сладкой карамели обрушился на Чонгука, будто обухом ударив между глаз. Все тело замирает. Сердце в груди начинает биться с неимоверной скоростью. Альфа внутри дрожит и клацает зубами, хочет взять свое. Запах истинного омеги пробуждает все первобытные животные инстинкты. Заставляет резко подняться со своего места и, не обращая внимания на оклики друзей, последовать за ним. Альфа подбегает к двери туалета, резко открывает ее и заходит внутрь. Дверь громко хлопает за его спиной. Тэхён сидит на высокой стойке, внутри которой расположены три раковины в ряд. Его ноги широко расставлены, между ними стоит какой-то альфа и грудью вжимает омегу в зеркало за его спиной. Они целуются, мокрые звуки и тяжелое дыхание слышно даже у двери. Его истинный омега стонет в чужие губы. Это выводит Чонгука из ступора.  — Какого хрена?! — рычит Чон. — Нахуй отошел от него. Незнакомый альфа резко разворачивается, и Чонгук с ненавистью смотрит на распухшие от поцелуев губы.  — Вали отсюда, — выдыхает, видимо, бессмертный альфа.  — Я тебе повторять много раз не буду, — говорит Чон, его голос рокочет от гнева. — Отошел от моего истинного омеги. Альфа пару раз моргает, смотрит на Тэхёна, выпрямляется и отходит на пару шагов. Теперь Чон видит Тэ. Тот все так же сидит, спиной опираясь на зеркало, на распухших (сука!) губах легкая улыбка.  — Что? — спрашивает незнакомый альфа у Тэхёна.  — Что? — зеркалит омега.  — Он твой истинный?  — Да! Тэхён отмахивается от Чона.  — Не обращай внимания, Юнсок. Мы не вместе. Я полностью свободен. Чонгук скрипит зубами и сжимает кулаки. Желваки ходят по скулам, глаза сверкают красным. Тяжелый запах кофе заполняет небольшое помещение туалета. Доминантные феромоны давят, не дают нормально вздохнуть. Хотя Тэхён уже и привык к запаху истинного, такого сильного давления он еще не ощущал. Поэтому он пальцами зажимает нос, и начинает дышать через рот. Несмотря на то, что Юнсок старше Чонгука, он не доминант. Его альфа слабее альфы Чонгука. Он морщится, дергает плечами, пытаясь сбросить с них напряжение.  — Почему ты еще здесь? — спрашивает Чон, не сводя взгляда с Тэхёна. Альфа начинает уходить, Тэ говорит ему в спину.  — Юнсок, милый, далеко не уходи, подожди меня. Это ненадолго. Тот не оборачивается. Когда он проходит мимо Чонгука, тот говорит:  — Советую тебе его не ждать. Иначе тебя сегодня дождутся в морге, Юнсок. Альфа никак не реагирует и выходит. Чон закрывает за ним дверь, щелкает замок. Затем снова поворачивается к Тэхёну. Тот все так же сидит, широко расставив ноги и сложив руки на груди.  — Ну, и что это было, Чон?  — Не так я себе представлял встречу с истинным. Тэ запрокидывает голову и громко смеется.  — Знаешь, — говорит омега, — это была моя первая мысль, когда я впервые увидел тебя.  — Ты сразу все понял?  — Естественно, — фыркает Тэхён. — Но познакомиться нам мешал омега, который терся о твой член, а поздороваться мешал язык этого омеги, который вылизывал тебе глотку. Чонгук глубоко вздохнул, заполняя легкие запахом карамели, Тэхён понимающе ухмыльнулся. Альфа помнил эту встречу и комментировать ее никак не хотел. Он сделал три шага вперед, приближаясь к истинному.  — Почему за месяц ты мне так и не сказал?  — Зачем?  — Наверное, потому что мы истинные!  — И что?  — Как что, блять! — прошипел альфа. — Ты не думаешь, что я должен был знать! Как я должен был понять, что ты мой истинный, если ты скрывал свой запах? Омега наклоняется вперед, опираясь на вытянутые руки, которые он ладонями поставил между своих разведенных ног.  — А зачем тебе это, Чон? Тебя в твоей жизни все устраивает, не так ли? Я решил узнать тебя получше. А когда узнал, иметь с тобой что-то общее не захотелось совсем. Ошибки случаются, даже у матушки — природы. Я это точно понял за месяц.  — Что ты несешь, Тэхён?  — А то, что мы с тобой никогда не будем вместе. Мне эта истинность даром не сдалась. С тобой.  — Со мной? А другого истинного у тебя и не будет, Тэхён. Чонгук вплотную приближается к Тэхёну, кладет ладони на его бедра и наклоняется к шее омеги. Глубоко вдыхает сладкий, такой правильный и такой возбуждающий аромат своего истинного. Рот наполняется слюной, клыки начинают пульсировать, альфа требует пометить свое. Тэхён позволяет Чону упиваться его запахом. Сам он так же вдыхает запах кофе, замечая как их ароматы перемешиваются, соединяются вместе. Боже, это прекрасно. Чтобы прийти в себя, омега шепчет Чонгуку на ухо:  — От тебя воняет каким-то омегой. Впрочем, как и всегда. Виноград? Серьезно? По ягодкам пойдешь сегодня, Чон? — А от тебя несет хвоей. Но не беспокойся, я сотру его с тебя.  — Не стоит, мне нравится.  — Тебе должен нравиться мой запах.  — Он мне естественно нравится. Но это не помешает мне трахаться с другими. Крепкие пальцы впиваются в бедра, обтянутые черной кожей. Тэхён шипит. Завтра расцветут синяки, он уверен. Чонгук отрывается от шеи омеги, медленно поворачивает голову и впивается взглядом черных глаз в глаза омеги.  — Ты же понимаешь, Тэхён, — тихо, еле сдерживая злость, говорит альфа, — что я могу с легкостью подчинить тебя себе, воздействовать на тебя, поставить метку. И трахать тебя буду только я.  — Ты же понимаешь, Чон, — спокойно отвечает Тэ, не отводя взгляда, — что если ты это сделаешь, то презирать я тебя буду еще больше. Как истинный омега я тоже могу тебя отметить, и связь будет двойная. Наши эмоции будут связаны, и страдать ты будешь вместе со мной. Пытаясь сделать хуже мне, ты сделаешь хуже себе. Затем Тэхён медленно погружает пальцы правой руки в красные волосы, притягивает лицо альфы ближе и накрывает своими губами чужие губы. Чонгук сразу же отвечает. Поцелуй плавный, тягучий, распаляющий. Горячие языки переплетаются, смакуют прекрасный вкус кофе с карамелью. Легкие укусы, мазки губами по скулам, языком по губам. Затем Тэхён отклоняется от Чонгука, не выпуская волос из своих пальцев. Смотрит прямо в глаза и облизывается.  — Ну что, теперь я не похож на безвкусный картон? Твой альфа доволен? Уверен, и смазка у меня сейчас очень сладкая. Но увы, этого ты не узнаешь и не попробуешь. Омега небрежно выпускает красные волосы и отталкивает Чона от себя. Спрыгивает на пол, поворачивается к зеркалу. Рассматривает свое отражение, проводит по губам, стирая их общую слюну.  — А сейчас, Чон, я пойду. У меня планы на эту ночь. Как только омега хочет уйти, Чонгук хватает его за запястье. Ничего не говорит, просто сверкает глазами и тяжело дышит.  — Отпусти меня, мне больно. Еще пару секунд он удерживает руку Кима, затем отпускает. Потому что он не может причинить боль своему омеге. Его альфа не хочет, чтобы тому было больно. Тэхён с усмешкой фыркает и уходит, захлопнув дверь. Чонгук стоит и не может собрать свои мысли. Ноздри забивает запах карамели, на языке вкус истинного, такой идеальный и правильный. Он хочет искупаться в нем, вдыхать полной грудью каждый день. Но тут альфа понимает, что этого не будет. Его истинный его ненавидит. Его истинный его презирает. Его истинный его не принимает. Его истинный омега от него отказался.