Храм проступка

В очередное утро, после приема лекарств, что парень обычно скрывал под подушкой, тот рискнул, сделав имитацию своего тела из подушек и одеяла в кровати. Его небольшая фигура сидела на задних рядах, в темной накидке, что закрывала лицо. Его ладони были сложены. Кем бы ни был священник, его молитва успокаивала душу молодого человека. Он впервые был тут, потому ощущал себя несколько неспокойно и некомфортно. Проповедь проходила мирно. Кажется, мужчина не заметил его, это было к лучшему. Все казалось иным, чем если бы парень наблюдал через щели старых каменных стен. Казалось, что священника можно было видеть, как на ладони. Доппио позволил себе сесть ближе, но лишь больше прикрыл лицо, ведь приметил знакомые лица в зале монастыря. Несколько врачей из больницы. Это было не очень хорошо, но те не должны узнать его. Винегар вслушивался в слова мужчины, смотря на огонь свечей, а в его голове всплывали фрагменты прошлого. Те заставляли парня неровно дышать. Приподнявшись, Доппио подошел к свечам и протянул руки в огонь. Он не чувствовал боли, по крайней мере, первичной, его ладони стали покрываться ожогами до самой плоти. Именно в этот момент у юноши случился приступ. Он знал, что не стоило появляться тут, слишком рискованно. От осознания этого он закричал, стал расцарапывать себе щеку и шею, упав на колени. Это нельзя было не увидеть и не услышать. Люди сразу стали кричать, что молитва стала изгонять демона, а пламя Бога пожирать его плоть. Демон в обители Бога! Демон!!! Одержимый! — Я не… Я не одержим! Вы.! Парень вновь скатился с пеной в уголке губ, но повторить сюжет прошлого он не мог. Оставалось лишь бежать, но выход был перекрыт. Люди были жестоки, они забили юношу в угол и готовы были совершить самосуд под действием своей религии. Доппио прикрывался руками. Он не ощущал боли. Шаги в наступившей тишине били по вискам. — Немедленно разойдитесь! — вдруг громко прозвучало позади толпы, и она тут же расступилась перед обладателем этого голоса. Возвышенный голос, будто само божество говорит устами этого мужчины. Это был Неро. Он на не мог позволить столь ужасному действу случиться в стенах храма Божьего, хотя, дело здесь далеко не только в этом. Опустившись на колени, рядом с бьющемся в конвульсиях парнем, Ризотто взял его на руки, чтобы вынести того из толпы, которая была готова разорвать бедного прямо на его руках. Дьяволо дернулся и укусил руку священника, но теплые слова успокоят и загнанное в угол животное. Юноша опустил вниз ладони, что стали отдаваться болью и чуть приоткрыл рот, ослабляя клыки. Слюна потекла по его подбородку. Стало так тепло, как не было никогда. Юноша успокоился и уткнулся священнику в грудь, прикрывая глаза. — Необходим врач! — все также громко произнёс мужчина, поворачиваясь лицом к людям. — Я надеюсь здесь есть врачи? Ему навстречу вышли несколько человек. Представившись докторами из ближайшей больницы, они в сопровождении Неро ушли куда-то, а послушницы храма остались, чтобы утихомирить толпу и постараться продолжить проповедь. Мужчина спустился вниз, по узким коридорам, которые многое повидали, вместе с людьми из больницы. Парень на его руках, теперь лежал смирно, откинув голову назад. Он потерял сознание из-за сильного стресса и из-за припадка, который удалось нейтрализовать, благодаря помощи врачей. Они шли достаточно долго, пока не дошли до темниц, в которых ранее держали убийц, воров, еретиков и прочий сброд, не вписывающийся в нормальное общество. Открыв одну из камер, мужчина зашёл туда и аккуратно положил парня на довольно жёсткую кровать, после выйдя, прикрыв за собой дверь. От бессилия парень потерял сознания, но не переставал, прижиматься и обнимать мужчину. Доппио не хотел отпускать источник тепла и уюта. Даже будучи уже в безопасности в очередной камере, где юноша уж точно не причинит вреда остальным, тот не сразу отпустил его. Неро необходимо поговорить с лечащими врачами этого юноши, чтобы узнать все подробности… Спустя время врачи же позволили себе высказаться. — Это похоже наш пациент. Мы не понимаем, как он смог убежать, но подобного больше не повторится, Святой отец. Передайте его нам. Ему будет лучше в наших условиях. В этот момент Доппио уже смог очнуться, но он лежал мирно, и не подавал признаки сознания, слушая голоса тех, кого он ненавидел. Его заберут… Если это случится, больше его не выпустят. Он совершил ошибку и поплатился за это. Лучше смерть, и не важно что говорит Дьявол, чувствуя опасность, умалишённый сжимает незаметно в ладони простынь. Доппио закатывает один глаз и, если что-то будет не так, он убьет этих людей, непременно убьёт. Решение святого отца удивило. Тот настоял на том, чтоб его оставили тут. Но это не отличалось от условий, в которых он был ранее. Хотя бы врачи отступили на какое-то время. — Ты довольно долго спал. — произнёс мужчина, захлопнув читаемую им книгу, устраиваясь за столом, который стоят посредине комнаты. Сама комната не была особо красивой: шершавые серые стены, совсем тусклая лампа под потолком, холодный бетонный пол. — Руководство больницы вместе с церковью, в который ты содержался, приняли решение о том, что на неопределенный период времени ты останешься здесь. Ты продолжишь принимать выписанные препараты, но твой режим дня немного измениться. Каждый день я буду с тобой беседовать и записывать некоторые моменты нашего разговора. Это будет именно беседа, ты сможешь задавать мне вопросы, а я тебе. А сейчас, немного про новый режим, скоро придут сёстры и принесут тебе одежду и постельное бельё. Завтра же твой день начнётся в девять утра, в пятнадцать минут ты идёшь умываться, в половину десятого — завтрак. Я приду после двенадцати, как раз после обеда, и буду здесь до ужина, после уйду. Далее ужин, после него принятие ванны под присмотром сестёр, чтобы ты не смог сбежать. Потом отбой. При необходимости, тебя будут водить в туалет. На этом всё, есть ли какие-нибудь вопросы? -Где я? — сипло бормотал парень, поглаживая свою ладонь, замотанную в бинты. Сквозь них протекла алая кровь, которая чуть испачкала простынь, лежащую на жёсткой кушетке. Молодой человек и приподнялся, видя, решетку и сразу припал к ней. Тот слушал слова священника, они были холодными и похожими на слова надзирателя. Парень медленно скатился вниз по решетке, его глаза налились слезами. Теперь сбегать он не сможет. Раскусывая губу в кровь, он молчал, а по его щекам начали течь слезы, а глаза были пустыми и безжизненными, словно тот был оболочкой. — Помогите, Дьяволо… Я больше так не могу… Тот явно к кому то обращался, но ясное дело, что никого не было. Это наверняка было что-то нездоровое, возможно какая-то болезнь. Не просто ведь так он попал в лечебницу. — Что теперь со мной будет? — Тот поднял взгляд на священника, робко и испуганно, словно зверёк. — Я не хочу жить так. — Тише, не стоит плакать, я постараюсь сделать всё, что будет в моих силах, чтобы тебе стало легче находиться здесь, а пока потерпи чуть-чуть. Я обещаю, что с тобой будет всё хорошо. — тихо бормотал мужчина, в тщетных попытках успокоить парня. По его раскрасневшемся щеках юноши стекали крупные капли слез и падали с характерным глухим звуком на пол, оставаясь там мокрыми пятнами. Встав из-за стола, мужчина подошел к дрожащему парню, который сжался в клубочек и раскачивался из стороны в сторону. Присев на колени рядом пареньком, Неро положил руку на спину юноши, аккуратно поглаживая того. — Посмотри на меня, пожалуйста. — прошептал священник, положив свою руку мальчику на голову, перебирая между пальцев пряди его малиновых волос. Юноша не обратил совершенно никакого внимания на слова святого отца, а лишь продолжал тихо всхлипывать, поджав под себя ноги. В какой-то степени мужчина понимал его чувства, из одной тюрьмы в другую, никто не смог бы пережить это спокойно. Ведь раньше он сам был в такой ситуации. — Ты можешь меня не слушать, но прошу, прими эти слова к сведению. Ни я, ни кто-либо ещё не хочет причинить тебе вреда, мы хотим помочь тебе разобраться в твоих мыслях. — пылко говорил мужчина, не убирая руки с головы парня, всё также продолжая рыться в его мягких волосах, иногда расправляя пряди. — В любой момент ты сможешь попросить любого из служителей церкви выслушать тебя или что-то принести. Если хочешь, я могу принести тебе несколько книг из той библиотеки. Тебе нужно только попросить об этом, ладно? Посмотрев на парня, мужчина глубоко вздохнул. В этом месте пахло больницей. Он не раз это подмечал, когда проходил через эти коридоры, но сказать, почему именно здесь стоит такой стойкий запах медикаментов, он не мог. Встав с колен, мужчина вновь взял того на руки. Юноша почти не сопротивлялся, а лишь коротко вздрогнул. Усадив того на кровать, мужчина посмотрел в его заплаканные глаза. Они пусты, но глубоко внутри, всё ещё теплиться этот маленький огонёк надежды. Положив руку на его щеку, Ризотто смахнул остатки слёз, нежно погладив парня по лицу. — Я клянусь, мы поможем тебе. — вновь произнёс мужчина, смотря в эти бездонные карие глаза. — Всё будет хорошо. — Они говорили так же, там в больнице, но это не так. Они мучают нас. Девушка за стеной кричала ночами, я не мог спать и скоро ее забрали. После этой же ночью я видел, как они вывозили ее труп в сарай за больницей. Они мучают нас и ставят эксперименты над больными. Вы правда считаете, что я одержим? Я стал сбегать, когда они сделали со мной это. Юноша говорил иным голосом. Тот приподнял одежду, под ней были видны синяки по телу, а так же крупный шов. — Лоботомия — это то, о чем они говорили. Они хотят сделать его овощем. Я не позволю. Было ясно, что юноша говорит о себе, как о другом человеке. .Тот осторожно положил свою ладонь на руку мужчины, ощущая ее тепло и успокаиваясь. Оказавшись на руках этого гиганта, парень ощутил его сердцебиение. Опускаться с них не хотелось, но мужчина не мог держать его вечно, потому он оказался на своем твердом ложе. Глаза Винегара вновь окрасились медовым, а щеки порозовели и стали суше. Молодой человек не отпускал ладонь большую Ризотто. — Для чего вы делайте это? Я ведь просто незнакомец. Я даже не знаю вашего имени, несмотря на то, что так часто наблюдал за вами ранее. — Я правда хочу помочь тебе.вам. — тихо говорил мужчина, поглаживая небольшую ладошку юноши. Она была такой холодной, но кожа была невероятно нежной и бархатной, что несколько смутило Неро, но виду он не подал. Священнику захотелось прижать его к себе, что, впрочем, он и сделал буквально через несколько секунд, нежно усадив того себе на колени. — Я не дам тебя в обиду, я смогу тебя защитить от них, обещаю тебе. Ризотто тихо нашёптывал парню на ухо все эти слова, прижимая его к своей груди. Он сам не до конца понимал, почему именно делает это, но понимал, что это необходимо сделать. Он успокаивал парня, как мог, и вскоре юноша заснул. — Ты так вымотался за этот день, тебе нужно отдохнуть. — сказал мужчина, носом утыкаясь в копну малиновых волос, вдыхая их нежный запах чего-то сладкого. Стараясь не потревожить чуткий сон парня, Неро уложил его на кровать, укрыв чрезвычайно тонким одеялом, про себя подметив, что нужно принести более тёплое покрывало. Уже собравшись выйти из комнаты, мужчина оглянулся, чтобы вновь взглянуть на парня. Всё такой же, как и пять, и пятнадцать минут назад. — Я ещё зайду к вам сегодня… Распахнув дверь, мужчина быстро вышел, на ходу, закрывая её на ключ. Так же быстро он направился наверх.