Блять, парень...

-блять! Уже несколько дней Тэхену снится Чонгук, и именно с этим словом он просыпается в раннюю рань, подгоняемый непонятными эмоциями. Весь подвох в том, что начало всегда максимально приближенное к реальности: они сидят в кабинете магазинчика, Чонгук диктует данные для очередной таблицы или просто что-то рассказывает, перекрывая тишину, которую так не любит Тэхен, когда работает. Воображение само тщательнейшим образом в точности воспроизводит каждый сантиметр лица Гука: каждую родинку, выразительные брови, черные ресницы, небольшой и невероятно подходящий Чону шрамик на щеке, красивый нос, те пухлые губы, которые привлекли внимание еще в их первую встречу, и самые бездонные, изучающие и внимающие, притягательные, точно чёрные дыры в космосе (а Тэхен как дурак летит навстречу неизвестности), глаза. Ким выучил его лицо, и дайте ему холст и краски (или пэйнт), он воссоздаст добротную копию и будет без зазрения совести пялиться, ведь картина не сможет возмущаться по этому поводу. Итак, если к первым моментам сна вопросов нет, то дальше события несутся, летят, сбиваются в стаи, рассыпаются на десятки эпизодов, а потом сливаются воедино. И не скажешь ведь, что Тэхен виноват в том, что иногда нужно бы ставить там цензуру с возрастными ограничениями и платой за такой контент. Нет, он не очень озабоченный, конечно во сне у них бывают и простые беседы за завтраками в их квартире, прогулки, поездки в чонгуковом додже, просмотр сериалов… Ну и секс, но не прям постоянно, нет… А так, он даже не думает о Чоне… Ну, почти. Но если бы люди правда икали, когда о них вспоминают, то Гук при таком раскладе последние дни спал бы вообще не очень. Да и не только спал, а еще ходил, дышал, ел, в общем — жил не сладко. Тэ, пребывающий в совершенно непонятных чувствах, не имеющих описания даже в самых умных художественных книжках, пытается понять себя. Сколько они знакомы? Чуть больше недели? И что мы имеем? Товарища Ким Тэхена, в попытках проанализировать не свои компьютерные штуки, а всего-навсего свою жизнь. Да, в таком большом городе, и вообще, в мире, достаточно симпатичных и красивых людей, на которых можно словить небольшую и мимолетную влюблённость или элементарный интерес. У Тэхена это держится от силы пару дней (если он вдруг выбирается на улицу или посидеть в баре), а потом сходит на ноль. Но нет, Чонгук, словно невидимой паучьей нитью, придерживает с завидной лёгкостью свою добычу — Кима с его увлеченностью, и наверняка даже сам не догадывается об этом. Тэ делал предположения, сколько ему нужно времени, чтоб выносить и сформировать отношение к Гуку, и рано или поздно высказать ему всё. Он пытался порассуждать, поговорить сам с собой, с Ёнтаном, с ноутбуком, с контактом Чонгука на экране (разумеется, не набранным), но лучший итог, к которому он смог своими силами доползти — узнать его ближе, понять его чувства (если таковые к нему есть) и при положительном исходе выяснить, насколько мягкие его розовые губы. Сколько этот процесс будет длиться — неизвестно. Но хорошо, что иногда нормальные, здоровые и взвешенные мысли посещают его голову и задерживаются там, и это тому хороший пример. Последние годы у него не было партнера в жизни. Тянущего одиночества Тэхен не чувствовал, ему не давали Джин, Тани и работа. А может он и обманывал себя. Может он пытался привыкнуть к одиночеству, запирая себя дома, усаживаясь за компьютер и проживая сотни часов в режиме онлайн, стирая свои глаза скроллингом экрана за день настолько, что отсутствие сна на пару часов за разъедающим самоанализом перед погружением в дремоту не было частью его жизни. Поэтому музыкой он отгонял рассуждения днём, а к ночи вырубался, не давая мыслям свободы слова. Отец и мама, к которым он приезжал от случая к случаю, с интересом следили за жизнью сына в университете. Его имидж в то время изменялся по малейшему желанию: приехал в июне с красными волосами, а через месяц кидает селфи с друзьями с хвостиком на голове, но уже голубого цвета. Так же и с одеждой, и с кругом общения, и с музыкой. Всё это нравилось Тэхену, а это главное. Ребенок доволен — родители тоже. Еще тогда в одной из многочисленных компаний он познакомился со своим первым парнем. С девушками он надолго не задерживался, но осознав причину этого, новые во всех смыслах отношения стали неверятной отдушиной, хоть и на короткий период, и Тэхен в студенчестве впервые полюбил. А потом и впервые разлюбил, когда они оба потеряли интерес к только зародившимся отношениям. Практически безболезненно, Ким пошёл дальше один с осознанием того, что он гей. А там и четвертый курс с небольшим количеством времени, которое он отдавал Джину и Ёну, тусить с компаниями уже не хотелось. Думать о поисках кого-то тоже желания не было. Яркие волосы в зеркале перестали доставлять удовольствие, и на смену им пришли тёмные оттенки каштанового, шоколадный и глубокий коричневый. Джин тогда звал его «оригинальный Ким Тэхен на заводских настройках». Он не считал, что его жизнь как-то угасла, потеряв краски и сбавив обилие действ вокруг. Это было его сладкое одиночество (Сокджин и Ёнтан, простите), от которого он учился получать удовольствие. Может ли что-то получится у него с Чонгуком? Теперь, сопровождаемый воображаемыми эпизодами в голове, вспоминая их короткие встречи, он считает, что да. Пусть они и знакомы всего ничего, Тэ его плохо знает, не имеет представления об увлечениях Гука, возрасте, детстве, предпочтениях в кинематографе, музыке и тому подобном, но он хочет его узнать. Безумно хочет. И даже если он ошибётся в своём выборе, возможностях и действиях, то это не страшно — ему нечего терять, он слишком молод и воодушевлен, он поддастся своим чувствам, он пойдет на поводу у интуиции и сердца. Он попробует. _ -Чимин, здесь тебе не постоялый двор, — говорил Чонгук, роящийся в коробках складского помещения, проводя инвентаризацию. — Дом в двадцати минутах отсюда, встал и вышел, могу помочь и вынести тебя из магазина ногами вперёд или назад. Выбирай. Пак, разглядывая какой-то прибор (вакуумный стимулятор), сидел на старом деревянном стуле, хмурив брови. -Гуки, мне нужна такая штука, — заявил он, тыча ей в лицо брюнету. -конечно нужна. Я говорил тебе, что вскрывать упаковку нельзя, поэтому ты её купишь. Только для функционирования этого аппарата по назначению нужен клитор, но ты обязательно найдешь альтернативу. Чим открыл рот буквой «о». -массажёр для лица! — воскликнул блондин. Гук кашлянул вместо смешка и отвернулся, скрывая улыбку. -если кому с потока рассказать, каким ты иногда бываешь, они не поверят, что ты смог вырваться в отличники… -каким это я иногда бываю? — недовольство Чимина уже чувствовалось. -таким невероятным… — Чонгук выразительно посмотрел на друга, который знал, что сейчас будет подстава. -ну да, да, назови меня им, давай! — актерство Пака вошло в игру. -дураком?.. — то ли спрашивая, то ли утверждая говорил Чон. Обоюдная пауза, не предвещающая ничего хорошего. -расскажу-ка я… — идеально выдержанная пауза для интриги, - …Ким Тэхену о твой небольшой шалости с его фотографией… — Чимин сложил руки на груди, сохраняя игрушку в одной ладони. — Я же знал, что когда ты в душе долго, то лучше не заходить. Пак наигранно вздохнул, будто ему искренне жаль было застать Гука врасплох. -но я не мог не сбегать вымыть руки после кимпаба и совсем забыл о раковине на кухне… Ох, как же всё-таки везло твоим любовникам видеть твое лицо в таком напряжении — просто искусство, как в музей или на выставку сходил, честное слово. -за все годы моего стёба над тобой, ты решил именно сейчас отыграться? — Чонгук старался выглядеть максимально незаинтересованным в такого рода шантаже, отмечая что-то ручкой в планшете. -малыш, ты знаешь, я бы никогда тебя не подставил. Но ты назвал меня дураком! Сначала дурак, а дальше что? -леший. Чимин сузил глаза так, что об их существовании можно было позабыть. -странная у тебя градация, что после дурака леший. Я бы наоборот поставил. Лешие милые. Помнишь того пацана с коммерции, у него еще волосы такие болотно-зеленые уже третий год? Я подозреваю, что он на ландшафтную архитектуру пошел, чтоб себе ямки и пеньки с деревьями погармоничнее организовать. -раз тебя устраивает твой новый статус духа чащи, то с квартиры можешь завтра съехать, мне Давон должна зарплату поднять, поэтому без тебя смогу выплачивать аренду. Крем и пшикалку от комаров подгоню на первое время. Чимин поначалу хотел съязвить, а потом задумался. -даже если так, то я не смогу там остаться надолго, — уверенным тоном говорит он. Светлые волосы аккуратно легли на лоб в лёгких морщинках от мыслительного процесса, а незанятая рука поглаживала подбородок. -да правда? — Гук усмехнулся, поражаясь серьёзностью друга. Даже на парах по истории архитектуры или цветоводству он не был так сосредоточен. Будто этот лесной каламбур лежал в основе чиминовской жизни, и если он не разберётся в нём тщательно, то не познает сущность бытия. -да, я даже утверждаю, что мой максимум там — один-два дня. Он поднял указательный палец вверх, будто хотел что-то сказать, но потом остановился, уставившись на брюнета. -ну, может для приличия спросишь своего любимого Пак Чимина, почему он не выживет в жестокой и беспощадной природной среде? Чонгук отложил планшет и ручку, скрестив руки и поджимая губы, чтоб улыбка держалась где-то внутри. -Пак Чимин, — он прочистил горло, — поделишься с любимым Чон Чонгуком информацией о камне преткновения, который посмел помешать лесам познать твою блондинистую персону с драгоценной задницей? По довольному лицу Чимина было понятно, что вопрос где-то на 4,2 из 5. -скажу так, задница у меня и вправду драгоценная, а что касается этого вашего камня… Там вообще не камень! Ты представь, я подкрашиваю волосы раз в две недели и мою их дорогим шампунем ради того, чтоб потом из-за грязной, нефильтрованной и вонючей воды они стали сухими и ломкими? Они сейчас как шёлк, а могли бы быть лучше, если бы не хлорированная вода из-под крана! А мне в противной речушке плескаться? В болоте?! Глаза Чона медленно открывались и закрывались, теряясь в этой информации, будто она имела материальный вид и мельтешила перед ним. -Чимин, я… -да я тоже в шоке! Поэтому нет, увы, я не хочу съезжать. Чимин принял более расслабленный вид, изучая сконфуженного друга. -чё, думаешь я на полном серьёзе думал о том, чтоб оставить тебя, и ты бы занимался дрочкой в квартире, не переживая о том, что кто-то спалит? — спрашивает Чимин в обычной манере. — Нихуя. Перед тобой спектакль об апокалипсисе разыгрывай, ты поверишь. — Он щелкнул пару раз пальцами перед лицом брюнета, — фэйс попроще. Чонгук очнулся, уставившись на Пака. -а я же реально иногда верю в твою тупость, — наконец выдал Гук, уворачиваясь от леща (ну как леща, с лапкой Чимы там только пескарь). Когда парни успокоились и Чонгук закончил дела на складе, они вернулись в главное помещение и уселись за кассой. Двенадцатый час подходил к концу, зал был как всегда залит всевозможными цветами в неоне, в воздухе витали ароматы каких-то пряностей, источником которых стали благовония, купленные Давон еще в понедельник. -ты узнал что-то по конкурентам? — без вступлений начал Гук. -за несколько дней я кое-что накопал, но не больше, чем мы и сами могли слышать, — Чим начал крутить серебяную серьгу в ухе, — помнишь, я пытался у Юнги узнать, где он всё-таки затаривался? Чон кивнул. -так вот, наш вредный кот отказался сотрудничать мирно, и мне пришлось применить силу… — Пак неоднозначно посмотрел на друга. -чего?.. — Чонгук раскрыл рот. -дитя моё наивное, я просто пробил его по общим знакомым, это сила связей, — Чимин элегантно заправил волосы за ухо, — ты знаешь, мне не отказывают в просьбах. -ты кого-то нагнул или тебя? -да блять, я просто спросил: «чувак, ты в курсе, чё там у Юнги в жизни творится?», а потом всё само пошло-поехало. -поехало к нему, или ты опять кого-то таскал домой? -угомони свой сексуальный пыл. За информацию не обязательно трахаться, я всё без проникновений получил, оказывается и так могу. Магия называется природный шарм и обаяние. -подробности расскажешь? — выжидающе спросил Чон. Чим глубоко вздохнул. -там сарафанное радио, Гуки. Как я понял, у Мина есть знакомый персонаж со своим мега раскрученным интернет-магазином, который в топе держится долго и не сдаёт позиции. Причем он и появился всего года полтора назад, но уже имеет десятки точек повсеместно. Не знаю, как все там устроено, но их магазины везде: Китай, Япония, вся Корея. Никогда бы не подумал, что людям так нужны эти сексшопы. К тому же, у них шестьдесят процентов продаж заграничные, что вызывает интерес. В общем, ситуация интригующая, ведь владелец фирмы моложе тридцати, он раньше учился, а сейчас работает в нашем городе. Про их с Юнги отношения мне ничего не понятно, а самого Юнги нет в курилке с понедельника, а сейчас, между прочим, четверг, — он глянул на наручные часы, — а, нет, уже пятница. Пак помедлил, потом добавил: -не факт, конечно, что именно этот неизвестный посылает Чон Давон эти глупые письма… Еще я тут ради интереса посмотрел, как твой Ким забабахал сайт, и как там все работает. Этот парень просто «золотой». Еще важно, что когда я вбивал в поисковике «сексшоп», первые три строчки — страницы вашего сайта, а только потом другие популярные. Не знаю, как работают эти алгоритмы, но я впечатлён, если это заслуга Тэхена. Из-за этого поднялись интернет-продажи? И оформление ничего такое, всё минималистично, органично, интимненько. Предполагаю, что нужно будет пробить владельца того магазина и еще нескольких крупных. А он Давон больше не писал? Гук бы и вправду хотел ответить, что не писал. Но этот аноним, не заметив отсутствие спада активности со стороны Давон, не отступил. Раз в день продолжал отсылать письма с тактичными и органичными фразами. Никакой жестокости, играет нежно. -пишет время от времени, настырный, — наконец отозвался он. -а Тэхен? — Чимин придвинулся ближе к брюнету. -а что он? — Гук с сомнением уставился на блондина. -настырный? Чон заёрзал на месте. От Чимина ожидать можно чего угодно. -в смысле? Лицо Пака приняло поистине сучий вид, прошибая на холод где-то внутри. -ну, малыш, я же всё понимаю… — Чимин наконец отодвигается, дышать брюнету становится немного легче. — Он человек неулыбчивый, на слова и эмоции слегка скупой, занятой к тому же. А на то, чтоб залипнуть на тебя, время находит. Я уж не слежу за вами, но он позавчера забегал к тебе, когда я поесть приносил, так он глаз не отрывает, улыбка сама материализуется, и весь он сияет. Как ты выдерживаешь на себе такие взгляды, не кидаясь в его объятия? Телефон Гука завибрировал, блондин протянул пальчики и взглянул на экран блокировки. -даже смски строчит, какой хорошенький, я не могу, — Пак отрывается от телефона, уставившись на младшего. — Ну, что? Дар речи пропал? -ты всё выдумываешь, — бросил Гук, засовывая телефон в карман, но перед этим быстро напечатал ответ на сообщение Тэ. -милый, что он тебе написал? — Чимин даже губы закусил, выжидая ответа. -он скинул музыку, — Чон невинно посмотрел на блондина, — я сказал, что сейчас с тобой и послушаю позже. -всё ясно, — Чимин ухмыльнулся. -да ничего не ясно. -это любовь. Чонгук вжал голову в плечи. -ебаная дедукция? Кто ты, Шерлок Холмс или Эркюль Пуаро? — он покосился на книгу Агаты Кристи. -да никто мою дедукцию не ебал, я сложил два и два. -у тебя всегда с математикой туго было… -хуй я тебе дам списать на экологии, малыш. -на обиженных воду возят и… -скройся с глаз, — Чимин закатил глаза и движением головы откинул чёлку, — тебе пора познать эту жизнь Чонгук. Амбивертный Ким Тэхен навряд ли поехал бы с тобой… — он снова взглянул на часы, — где-то через двадцать часов в Пусан, если бы ты ему был не интересен. Детка, я сейчас прибавляю тебе уверенности в действиях, трахнитесь в машине на берегу морюшка, я разрешаю. Пак напоследок кидает в брюнета пачкой презервативов, которую успел опять когда-то стащить, а потом залипает в свой телефон. -а ты к нему присмотрелся снова? У тебя горки какие-то, счанала ты мне его практически в лицо пихаешь, потом просишь перестать общаться, а теперь снова хочешь нас свести, — Чон не ждал нормального ответа на такое от Чимина. -много вопросов, Гуки, я уже подписался на него абсолютно везде, а он в ответ. Тэхен принял меня таким, какой я есть. Считаю, такими темпами я буду свидетелем на свадьбе с его стороны. Чонгук недовольно замычал. -да хоть татухи парные бейте, мне-то что… Довольная улыбка скользнула по лицу Чимина. Если говорить честно, то теперь Пак не так сильно переживает о том, что его брюнету могут разбить сердце. Конечно, если Ким даст хоть один повод сомневаться в этом, Чим проведёт воспитательную беседу. Но в общем и целом ему видится неплохая картинка отношений Чонгука и Тэхена. Особенное удовольствие доставляет подмечать развитие их общения. Пак видит это нечасто, но эти редкие встречи позволяют заметить изменения более чётко. И за эти недели их взаимодействия стали комфортными, ласковыми, тёплыми. Через полчаса Чимин покинул магазин, оставив Гука одного. Брюнет сел за задания, разложив перед собой пару тетрадей и распечаток. Он не всегда успевал доделать всё на паре, поэтому завершал на работе или дома. Телефон не уведомлял о новых сообщениях, посетителей почти не было, и он полностью погрузился в учёбу на ближайшие часа полтора, не поддаваясь тяжелеющим векам. _ -Чимин, мне нужен человек, который сможет отследить по номеру телефона другого человека, — Юнги все же появился в пятницу в универе. Парень рассматривал фильтр второй сигареты, которая подходила к концу своего жизненного цикла, дотлевая в тонких белых пальцах. -фсбшник? — Чимин сидел на корточках, впопыхах переписывая конспект к грядущей паре. -я не ебу, чувак, — Юнги звучал как настоящий американец, что пробило Чонгука на смешок, — хакер, сталкер, кто угодно. -Гук, пиши Тэхену, — почти приказал Пак. -сам напиши, — фыркнул младший в ответ. Блондин, послав друга на три весёлые буквы, откинул тетрадь в сторону и достал из кармана джинсов телефон. -а ты готов много платить? — напоследок спрашивает он. -безусловно. У Мина вечно откуда-то были деньги, но никто никогда не знал, где же он подрабатывает.

Тэхени, есть дело. Если ты не занят, сможешь отследить человечка? У меня нет сейчас такой возможности, могу только дать контакты одного парня, он всё сделает в лучшем виде. -Муж Чонгука.

Именно так подписал Чимин Кима. Через пару минут блондин перекинул Юнги то, что ему отправил Тэхен, и вернулся к недописанному конспекту. -а Намджун где? Уже долго его нет в универе, он живой вообще? — спрашивает Чон. -он уволился, — сказал Мин будничным тоном. -он здесь суммарно лет семь отбыл, что-то случилось? -у него уже давно есть основная работа, а его биологические штучки — увлечение. И пока что он в завязке. Тут даже Чимин заинтересовался и остановился заполнять чернилами тетрадь. -прикольное увлечение на семь лет, склоняются голову, — сказал он. — Джун там ни в какие пирамиды не влез? Мы его когда-нибудь еще увидим? -он сам — пирамида, — довольно сказал Юнги, вложив какой-то свой, только ему понятный смысл. — Не переживайте о нем, на следующей неделе, когда он уладит проблемы, мы все вместе посидим в баре, посвятим вас в последние новости, и вы прозреете. Парень говорил словами сектанта, но это почти не смущало ни Чимина, ни Чонгука. Долго обсуждать они это не стали, да и пара уже вот-вот должна была начаться. Гук плавал в чане с нетерпением, которое начало нарастать еще с выходных, и недосып его никак не заглушает. И чем ближе их с Тэ час встречи, тем трепет внутри сильнее. Такое непонятное чувство: он вроде с неким азартом ждёт того самого момента, когда они сядут в серый додж и рванут в небольшое приключение, а вроде и непривычно до чёртиков. Какое-то доверие друг к другу есть, но путешествие — дело для уже садаптировавшихся друг к другу людей, которые привыкли к такому обществу, знают привычки, страхи, повадки и могут найти подход к попутчику. Чона спасает в этой ситуации его находчивость и изобретательность в общении. И когда стало ясно, что Тэхен открыт для него, Гуку задача очень облегчилась. Излишняя сдержанность, чрезмерная аккуратность в словах и действиях, скованность, — они ушли, оставив такое количество адекватности после себя, которое нужно для нормального взаимодействия без цепей и оков, но с долей лояльности. Чонгук верит, что путешествие поможет им сблизиться. Когда он полупьяный звал Тэхена в родной город, то отдавал себе отчёт в том, что готов и хочет узнать его, провести с ним больше времени, чем позволяет работа, хочет видеть его невероятную улыбку, слышать сладкий баритон, ловить волшебные ониксовые глаза. А в трезвой голове это выглядит и звучит в сто и в тысячу раз лучше. Я не влюблён, — уверял себя он