Избалованные детки

Его прохладные пальцы скользили по моим бедрам, заползая под ткань шелковых шортиков. Казалось, что все происходит в замедленной съемке, так как нам обоим не хотелось торопиться и портить тем самым этот момент. Мы готовились к этому моменту слишком долго, чтобы не насладиться им сейчас вдоволь. Мне хотелось его еще сильнее, ближе и дольше. Я старалась прижать его к себе как можно ближе, словно это наша последняя ночь вместе и больше ничего не будет. Возможно, ничего и не будет после, и мы вновь поймем, что совершили ошибку, но сейчас это совершенно неважно, сейчас уже все равно. Внутри меня абсолютно все трепетало от одной мысли о том, что мы наконец-то будем по-настоящему близки. И это не просто секс, а нечто большее, чего у меня никогда не было прежде. Стоило ждать, чтобы быть действительно готовой к тому, что должно произойти. Заглядываю ему в глаза, чтобы убедиться в том, что в его взгляде нет ни доли сомнения или сожаления. Я хочу быть уверена, что он жаждет этого настолько же сильно, как и я. Мне нужно знать, что он полностью отдает себе отчет в своих действиях, и это не просто импульс, толкающий нас на очередное безрассудство, коих в нашей жизни было итак предостаточно. Мне хочется верить, что сейчас это любовь, а не разбушевавшиеся в теле гормоны, требующие нового всплеска эмоций. Он лишь слегка улыбнулся уголками губ, захватывая пальцами резинку на шортах, и позволяя им медленно соскользнуть с моих бедер и ног. Сейчас я четко осознала, что он действительно дрожит и это явно не от холода. Кажется, он впервые нервничает перед сексом. Таким он даже не был, когда лишался девственности с какой-то старшеклассницей, потерявшей, кажется, от него даже голову. Он всегда умел влюблять в себя девушек, разбивая их мечты и какие-то призрачные, довольно-таки глупые надежды вдребезги. Он совершенно не жесток, просто привык говорить правду в лицо, иногда не скупясь на «яркие» эпитеты. И я медленно переплетаю наши пальцы между собой, стараясь придать ему уверенности, хотя сама с трудом сдерживаю свои эмоции. Мне страшно, потому что назад пути уже не будет. Наверное, мы оба боимся сделать неверный шаг. Мне хочется сказать ему так много, но кажется, что голос пропал и есть силы лишь на то, чтобы нервно дышать, выдавая свое волнение. Мне хочется так много сделать, но вместо этого я лишь сильнее сжимаю его пальцы, едва впиваясь ногтями в его кожу. И он молчит, боясь сказать хотя бы слово. Его губы медленно ложатся поверх моих, осторожно проникая языком внутрь. И мне кажется, что не хватает кислорода, и я начинаю задыхаться, медленно, но верно сходя с ума. И нас никто не предупредил, что сегодня будет так жарко. Он накрыл мое тело своим, постепенно снимая с меня футболку. Халат давно был откинут куда-то в сторону, и приземлился рядом с его спортивными штанами. Я ощущала невероятный жар, исходивший от его тела. Воздух в спальне был раскален просто до предела. Его нежные пальцы скользили по моей шее, плечам и груди, задевая мои твердые соски, выдававшие степень моего возбуждения. Он лишь усмехнулся, на мгновение, возвращая своему виду былую невозмутимость и придавая своему лицу наглый окрас. Иногда ему сложно перестать играть и быть настоящим. Он начал спускаться губами еще ниже, оставляя еле заметные следы на моем теле. Я живое полотно для его клейма. Нижнее белье также было стянуто с моего тела, и я тяжело задышала, ощутив его влажный язык на внутренней стороне бедер. Сил контролировать себя совершенно не было, и с губ сорвался первый и самый громкий стон за весь вечер. Я кожей почувствовала его улыбку и участившееся дыхание, когда его язык подобрался к самым запретным местам. Нежно дотронувшись до клитора, Том надавил языком чуть сильнее. Прохладное колечко пирсинга приятно ласкало кожу, заставляя меня ерзать и извиваться под ним, выгибаясь и вжимаясь в него как можно сильнее. Его прохладные руки поглаживали кожу на моем животе, стараясь меня успокоить. Я запустила свои пальцы в его дредлоки, заставляя его приподнять свои глаза. Сейчас в его взгляде не было и намека на похоть, не смотря на то, в какой откровенной и компрометирующей позе мы вдвоем находились. Я провела пальцами по его щеке, очерчивая ногтем контур его пухлых губ, стирая с них всю влагу. Он лишь улыбнулся, прильнув к моим прикосновениям. И я знаю, что это любовь, ведь ее невозможно с чем-либо спутать. Он вновь начал ласкать меня языком, слегка проникая внутрь. Кажется, именно в этот момент, ожила еще одна бабочка, заставляя меня улыбнуться. Кажется, сказка может стать былью. Он нежно надавил подушечкой пальца, скользнув как можно глубже. Еще никто не давал мне таких эмоций. Никому не удавалось прежде завладеть моим сердцем, проникая в тело. Все глубже и глубже, и дышать становится практически невозможно. Том резко сел на кровати, пытаясь что-то найти на тумбочке. Я перехватила его руки, заставляя обратить на себя внимание. - Что ты ищешь? - Презервативы. - Они не нужны. - Но. - Я доверяю тебе. Я хочу чувствовать тебя, знать, что ты рядом. Ощущать, что ты близко. Пожалуйста. – Я прикрыла глаза, почему-то ощущая подступающие слезы. – Я люблю тебя, Том, действительно люблю. Мне не нужен никто другой. Я твоя. Теперь навсегда. - Больше никого? - Нет. - С сегодняшнего дня я буду единственным? - Да. Только ты. – Он улыбнулся, вновь ложась сверху. Я развела свои ноги в сторону, ощущая его твердую плоть. - Если бы ты знала, насколько ты красива, Кристин. Иногда мне кажется, что все это сон. - Тогда мы не должны просыпаться. Я хочу быть во сне рядом с тобой. Я хочу быть с тобой. - Я люблю тебя, Кристин Шульц, и всегда буду любить, чтобы ни случилось. Я всегда буду рядом. - Он слегка толкнулся вперед, заставляя нас обоих простонать. - Да, и кстати спасибо. – Мне не нужно было спрашивать, за что именно он меня благодарит, потому что прекрасно знала, о чем он думает в данный момент. - Я бы сделала это и не раз, если бы понадобилось. - Больше это ни к чему. Готова? - Да. – Выдохнула я в его приоткрытые губы, когда он погрузился в меня, проникая до конца, сантиметр за сантиметром. Он не двигался, лишь тяжело дышал, лаская кончиками пальцев мою кожу, пылающую от его прикосновений. - Можно? – Я лишь кивнула, и он начал двигаться, осторожно скользя внутри моего тела. Я обняла его за шею, притягивая его лицо как можно ближе к себе. Мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, в то время, как он погружался все глубже, а на наших телах начали проступать первые капли пота, блестящие при тусклом освещении. Мы переплели наши пальцы между собой, двигаясь в одном ритме. Мне хотелось сказать, хотелось прошептать о том, насколько же счастливой он меня делает. Хотелось говорить, шептать, кричать. Хотелось раствориться… взлететь и больше никогда не падать вниз. - Господи, я чувствую тебя. – И я разрыдалась, впиваясь пальцами в его плечи. – Чувствую. - Не плачь, прошу тебя. Мне остановиться? Наверное, не стоило, рано. Черт, прости меня. – Он начал медленно покидать мое тело, когда я дернулась вперед, насаживаясь на него. Он простонал, кусая губы. - Нет, прошу тебя. Нет, ты мне нужен. Это не ошибка, и я это знаю. Просто я чувствую тебя, я ощущаю тебя каждой клеточкой своего тела. Я не думала, что это может быть настолько чувственно. Я не думала, что когда-нибудь полюблю. - Я никогда не причиню тебе боль, Крисси. – Впервые за много лет он вновь назвал меня именно так. Так он называл меня только наедине. Так он называл меня, потому что знал, что ему позволено все. - Я знаю. – И он вновь начал двигаться, на этот раз немного быстрее, набирая темп. Я обвила свои ноги вокруг его талии, позволяя проникать еще глубже, позволяя ему становиться со мной единым целым. Кажется, мы созданы быть вместе. Кажется, и мы умеем любить. Он то выходил практически полностью, то вновь погружался в мое тело, срывая с губ громкие стоны. Я почувствовала, как дрожит его тело, а кончики моих пальцев слегка подогнулись, выдавая приближающийся оргазм. Том хотел выйти из меня, но я сжала его мышцами, заставляя застыть на месте. Буквально долю секунды и он кончил, излившись в меня. Я задрожала под ним, осознавая, что еще вчера все было иначе. Еще вчера мы засыпали с ним в разных спальнях, словно между нами была пропасть в 11 часовых поясов. Еще вчера я была свободна, а сегодня лично дала ему в руки поводок. - Черт, Кристин, прости. Я должен был предупредить тебя, что уже…. - Шшш. Все хорошо. – Я двинула бедрами несколько раз, ощущая оргазм, накрывший меня с головой. И пусть я не права, но я хотела этого. Я хотела его до самого финального вздоха. – Так хорошо. Господи. Это был самый лучший секс в моей жизни. - Я кретин. - Я этого хотела. Я хотела чувствовать тебя, до самой последней секунды. - Ты на таблетках? Нет. - Да, не волнуйся. - Просто…. - Мы не готовы к тому, чтобы становиться родителями?! - Нет, просто я не думаю, что это то, чего хочешь ты, на данном этапе своей жизни. А я был бы рад стать отцом нашего ребенка. Я готов к тому, чтобы взять на себя ответственность. – Он провел пальцами по моему влажному животу, стирая капли пота и заставляя меня вновь задрожать, но уже не от оргазма или возбуждения, а от нежности и трепета, заполняющего пустоту в моем сердце. Сопливо, но чертовски правдиво. – Ответственность за тебя и за маленькое создание, которому мы могли бы подарить жизнь. - О таком как ты, можно только мечтать. - Я люблю тебя, Кристин. Я люблю тебя так, что иногда даже болит в груди. - Я знаю, о чем ты говоришь. – Том устало зевнул, медленно покидая мое тело. – Останься. Не уходи сегодня никуда. - Я никогда не уйду. – Он удобнее устроился рядом со мной, прижимая меня к себе. Я накрыла нас одеялом, не смотря на то, что было итак невыносимо жарко. - А теперь спи, Томми. - Спокойной ночи, принцесса. – Он поцеловал меня в губы, сцепляя наши пальцы. – И все-таки твои стоны – самая сладкая музыка для моих ушей. Он все тот же Том, мой маленький Том. И я готова упасть, ведь теперь я действительно свободна. И я готова взлететь, ведь теперь уже не страшно. - Кретины. – Я кинула в Георга кубиком льда, закатывая глаза. Мы ждали в огромном зале результаты наших тестов. - И чем же вы полагаете заняться на выходных, влюбленная парочка? – Я почему-то покраснела, опуская в пол глаза. – Поедете в загородный домик или же мы закатим шумную вечеринку у Густава? Его родители уехали на месяц в Америку, так что дом в нашем распоряжении. - Эй, а меня ты не хотел сначала спросить? – Густав толкнул его в бок, кидая в него жареной картошкой. Кажется, сегодня все ополчились против Георга. - Я думал, что сказал тебе. – Георг сделал виноватый взгляд, вызывая тем самым у меня улыбку. - Кто об этом еще знает? - Несколько человек. - Георг! – Густав уставился на него, ожидая услышать честный ответ. - Хорошо, я разослал онлайн приглашения всем нашим знакомым. - Да, их же больше трехсот человек. - Слушай, а когда мы гуляли с меньшим размахом? - Я тебя ненавижу. - Я тебя тоже люблю, Густи. - Не называй меня так, кретин. Затраты делим на двоих, а еще лучше, если и вы ребята мне поможете. – Мы с Томом переглянулись, осознавая, что теперь нам не отвязаться. - Но, мы то не подписались на это. - И что дальше? Я тоже не подписывался, но наш друг Георг уже все и за всех решил. Так что вместе поедем за всем необходимым. - Да, море выпивки, еды, а главное презервативов. – Я лишь усмехнулась, представляя, насколько масштабной будет эта вечеринка. Музыка будет вновь слышна за несколько районов. Влажные тела, сливающиеся воедино в холле его дома или же огромных кроватях в спальнях. И тут я вдруг поняла, что для меня это будет непривычно. Я теперь не одна, и ночь закончу не в постели с очередным парнем, чьего имени я даже не буду знать или помнить на утро. - Кажется, секс – это все, о чем вы можете думать. - Сказала девушка, которая практически ни одну ночь не провела в одиночестве. Вот ты уж точно помешана на сексе, Кристин, но, наверное, именно за это тебя Том и полюбил. - Идиот, у меня еще и душа красивая, а не только тело, или ты завидуешь ему, ведь тебе я так и не дала. - Не льсти себе, у меня другие предпочтения в плане девушек. - Конечно, и именно поэтому ты пытался меня соблазнить. – Георг виновато опустил глаза. – Да, ладно не смущайся ты, мне это даже льстит. Все же приятно осознавать, что мужчины тебя хотят. - Ты никогда не изменишься. – Густав ухмыльнулся, доедая свою картошку. - Возможно. – Я подмигнула им обоим, возвращаясь к своему напитку. Том был как-то подозрительно молчалив. И мне это определенно не нравилось. - Кстати, Кристин, как там твой дружок? – Внутри все неприятно сжалось, и я попыталась выдавить из себя улыбку. - Билл? – Парни кивнули. – Все нормально, а с чего вдруг такой интерес к его персоне? - Просто я видел вас очень часто после пар, прогуливающимися возле центрального парка. И по тебе не было видно, что ты делаешь это насильно и против своей воли. Неужели пари переросло в нечто большее? - Георг, я не хочу это обсуждать, к тому же здесь. – Я указала на людей, постоянно проходящих мимо нас. - Почему же нет? Ты действительно к нему так привязалась? - Ты все равно ни черта не поймешь. - Попробуй объяснить. - Все начиналось, как глупое пари, которое мы заключили с Томом, будучи под кайфом и под действием алкоголя. Все для меня начиналось как глупая игра, по условиям которой мне нужно было привязать его к себе, влюбить в себя, а затем бросить. Это ведь было всего лишь шоу, потому что я не привыкла и не умею проигрывать, доигрывая свою партию до конца. А затем я начала осознавать, что мне действительно важно быть рядом, узнавать его как человека. Я вдруг поняла, что он мой настоящий друг, единственный из немногих. Вернее, он стал моим единственным другом, после вас. Я люблю его, иногда мне становится страшно, что я способна испытывать подобные чувства к такому человеку как он. Мы совершенно разные, из двух разных миров. Мы всегда вращались в совершенно разных кругах, ходили в разные школы. Наши взгляды практически во всем рознятся, но, не смотря на это, он мне дорог, чертовски дорог. Я защищаю его, бросаюсь на любого, кто позволяет себе какую-либо колкость в его адрес. Я схожу с ума, когда думаю о том, что его могут задеть. - Но, не смотря на это, сама причиняешь ему боль, предавая и обманывая, так? - Да. Иногда мне страшно оттого, какой я могу быть. - А прослушивание тоже ты ему выбила? - Да. Мне пришлось поставить Дэвида на место. Иначе он бы вылетел с работы. - За что? -Мм, за то что трахнул меня со своими дружками, когда мне было лет шестнадцать. Вечеринка, конечно, удалась на славу, но сомневаюсь, что моему отцу это понравилось бы. - Да, ты ведьма. Всегда умела извлекать пользу из всех ситуаций. - А то, за это вы меня и любите. - Мне нужно отойти. – Том вскочил со своего места, направляясь на улицу. Что это с ним? – Я пожала плечами, собирая свои вещи. - Ребята, я пойду, посмотрю, как он там, и мы позже вернемся. Если что-то срочное, то обязательно звоните. - Хорошо. – Я встала из-за стола, направляясь вслед за Томом. – Кристин. – Я обернулась на голос Георга. – Береги его, ведь он действительно тебя любит и всегда любил. - Я сделаю все, что в моих силах, и даже больше. – Я выбежала на улицу, оглядываясь по сторонам. Том сидел на огромной скамейке, затягиваясь сигаретой. – Том. – Он даже не шелохнулся, когда я села рядом с ним, придвигаясь к нему, как можно ближе. - Тебе понравилось с ним? – Том процедил сквозь зубы, делая еще одну огромную затяжку. - Ты о чем? - Тебе понравилось, когда Дэвид и его дружки трахали тебя? Тебе нравилось это? Ты получала удовольствие от того, что происходило там? Ведь так? - Том, послушай, я…. - Нет, это ты меня послушай. – Крикнул Том, заставляя студентов обернуться в нашу сторону. – Это ты меня сейчас выслушаешь, Кристин Шульц, и я не шучу. – Он выкинул окурок в урну, стоящую рядом с нами. – Ты думаешь, что я должен был там сидеть и наслаждаться твоими пикантными рассказами о том, что Дэвид уже давно оказался в твоей постели. Ты думаешь, что мне приятно слушать о том, что вы там вытворяли. Оказывается, я еще многого не знаю о тебе. Я не думал, что ты что-то скрываешь от меня. - Том, я не думала, что это важно. - Конечно, Кристин, ты права. Это совершенно неважно. Для тебя секс ведь ничего не значит. Это так просто раздвинуть свои ноги, ведь это заложено в тебя природой, впрочем, в этом мы всегда были похожи. Черт возьми. Когда же мы стали с тобой теми людьми, кем мы являемся на данный момент? Когда же любовь перестала иметь для нас значение? - Наверное, в тот день, когда мы разочаровались в людях, которым доверяли. Наверное, когда мы поняли, что не обязательно любить, для того, чтобы получать все, что пожелаешь. Наверное, когда мы поняли, что не нужно быть Господом Богом, чтобы управлять чужой жизнью, и меняя его судьбу. - Иногда мне даже сложно вспомнить, каким человеком я был раньше. Мне сложно вспомнить момент, когда весь мир начал вращаться вокруг наркотиков, алкоголя и доступного секса. Неужели мы никогда не будем другими? - Все совсем не так. - Тогда как? Объясни мне, черт возьми. Позволь мне понять, что же я делаю не так. Что мне нужно сделать, чтобы я вновь вспомнил, как можно любить. Расскажи мне все, чего я не знал о той Кристин, которую люблю. - Я не могу, Том. - Чего ты не можешь? Быть со мной откровенна до конца? - Пожалуй, не могу. - Как мы можем быть вместе, если мы друг другу не доверяем? - Не делай этого. Не уходи, когда я полностью отдалась тебе. Я вся твоя. Не смей уходить. Я не могу тебя потерять. - Я и не ухожу, просто иногда я тебя не понимаю, впрочем, как и сам себя. - Я и сама себя не понимаю. Но сейчас это в прошлом. Сейчас для меня нет никого важнее и дороже тебя. Сейчас ты единственный мужчина, которого я люблю и желаю. Единственный, кто мне нужен. - Господи, я готов его убить. - Вот поэтому я тебе и не говорила. Я знала, на что ты способен, лишь бы уберечь меня. Ты всегда слишком рьяно пытался меня защитить. - И видимо не беспочвенным было мое волнение. - Я обещала, что теперь все будет иначе, и я не лгу. Я сделаю все, чтобы ты был счастлив, просто дай мне время. Позволь мне самой придти к тому моменту, когда прошлое навсегда останется прошлым и перестанет преследовать меня. Дай мне время, и я сама приду к тому, что прошлая Кристин навсегда уйдет. Позволь мне разобраться во всем самой. Я должна это сделать. Без твоей или чьей бы то ни было помощи. Просто пойми меня, Том. - У тебя впереди целая жизнь, чтобы сделать это. Главное, чтобы не было поздно. – Том взял свои вещи и направился к машине. Кажется, результаты тестов его уже не интересовали, а мне как-то резко расхотелось есть. Кажется, я вновь забываю, как дышать. Я несколько раз позвонила в дверь, но видимо мне не торопились открывать. Почему-то внутри было какое-то неспокойное чувство. Спустя некоторое время на пороге все же появился Билл, и выражение его лица не выдавало никаких эмоций. Я не видела былого огонька и задора в его взгляде. Кажется, он вовсе мне не рад. - Билл, мне нужно срочно было с кем-то поговорить, и я знаю, что ты…. - Пойдем в парк. – Накинув на плечи куртку, он захлопнул за нами дверь, и мы направились в парк, который находился неподалеку от его дома. Желтая листва приятно шелестела под ногами, напоминая, что на дворе давно глубокая осень и мне следовало одеться чуть теплее. – Всю дорогу он шел, молча, словно не обращая на меня никакого внимания, явно погруженный в собственные мысли. Голова была низко опущена, а волосы, спадающие на его лицо, скрывали слегка румяные от холода щеки. - Билл, что-то случилось? – Он даже не шелохнулся, когда я позвала его, а продолжил идти вперед, направляясь вглубь. - Скажи мне, ты всегда умеешь вовремя остановиться? - Смотря, о чем идет речь. - Ну, например, когда ты рушишь своими руками человеческую жизнь, сколько времени тебе нужно на то, чтобы остановиться и понять, что ты совершила? - Билл, я тебя не понимаю. – Почему-то мне казалось, что далее последует «удар». - Жаль, что я теперь все прекрасно понимаю. Иногда неведение намного приятней истины. - Билл, ты, наверное…. - Послушай меня, Кристин. – Билл впервые повысил на меня голос. – И слушай меня, внимательно, потому что больше повторять, я не намерен. – Я лишь несколько раз кивнула головой, не осмеливаясь сказать хотя бы слово. - Я должен признать, что ты действительно шикарная актриса, Кристин. На твоем месте я бы пошел играть в Голливуд, все-таки там не хватает таких прирожденных талантов, как ты. Хотя я даже не знаю, нашлась бы на тебя подходящая роль. Вы слишком талантливы, фройлен Шульц. - Билл, да, в чем дело? - Не играй хотя бы сейчас, это уже смешно и не к месту. Актеры должны уметь выходить из своей роли хотя бы иногда. Кем я был для тебя? Игрушкой, способом выиграть пари? Вы всегда с Томом развлекаетесь подобным образом? Это ваш способ хорошо провести время? Вам нравится ломать людей? Интересно, вы потом отметите это где-нибудь? Кто будет следующим? - Кто тебе рассказал? – Билл резко замер на месте, прикрывая глаза. И только сейчас я заметила, насколько уставшим и изнеможенным он выглядел. Только сейчас я заметила круги под глазами, и болезненно бледную кожу. Кажется, я не замечаю никого, кроме себя. Эгоизм всегда был в крови. - Господи, я надеялся, что это не правда. Я продолжал верить, что то, о чем я узнал всего лишь вымысел. Но значит, это правда. А откуда я узнал, уже не столь важно. Даже у таких ничтожных людишек как я свои информаторы, хоть и доложили они мне об этом явно не из добрых побуждений, а преследуя свои собственные цели. - Билл, но тебе ведь не рассказали самое главное. - И что же это? Я должен знать, каков будет приз в случае твоего выигрыша? – Его голос был ледяным и опустошенным. - Нет, цена не была даже назначена. - Приятно осознавать, что вы так дешево меня оценили. – Он поправил очки, застегивая куртку плотнее. Его губы слегка посинели от холода. - Нет, тебе не сказали о том, что я люблю тебя, как друга. Они не сказали тебе, что ты мне стал действительно дорог за то время, что мы с тобой общаемся. Они не сказали тебе, что ты слишком много для меня значишь, Билл. И сейчас это не игра, это не ложь. Я не имела права так с тобой поступать. - Ты права, Кристин, потому что ты не имела никакого права использовать меня в своих «грязных» играх. Я с тобой делился теми вещами, о которых не знал никто, пожалуй, даже моя мама. А это прослушивание, на которое ты меня устроила. Какой же я кретин. Не забудь потом, посмеяться с Дэвидом надо мной. - Билл, все не должно было получиться именно так. - Конечно, ты должна была унизить меня перед своими дружками, а главное перед Томом. - Нет. Я боялась тебе признаться. - Ты боялась проиграть, Кристин! - И это тоже. - Прощай, Кристин, теперь, пожалуй, навсегда. - Билл, умоляю тебя постой. Я солгала, я предала тебя, но ты действительно мне дорог. Я не могу тебя потерять сейчас. - Наверное, я никогда и не был твоим другом и никогда тебя не принадлежал. У тебя и без меня есть достаточно игрушек, которые хотят быть одураченными. А я лучше пойду. – Билл направился назад по направлению к дому. - Билл, да, постой же ты. Дай мне шанс. – Я схватила его за запястье, разворачивая к себе лицом. Он силой оттолкнул меня назад. И только сейчас я заметила слезы в его глазах. – Господи, прости меня. Умоляю. Я не хотела этого. Я не хотела, чтобы ты страдал. - Держись от меня подальше и от моей матери. Не смей мне звонить или приходить ко мне домой. Не смей приближаться ко мне. Ты меня поняла, Шульц? Я не хочу видеть ни тебя, ни твоих дружков. Считай, что ты никогда меня не знала и меня не существовало в твоей жизни, потому что тебя в моей уж точно никогда не было. – Он развернулся и ушел, оставив меня одну посреди пустынного парка. И я бы хотела засмеяться, вновь играя свою злополучную роль, претендуя на «Tony Award», но, кажется, сценарий для пьесы был не доработан и зрители ушли до начала антракта. Шоу провалилось, и я вновь одна в этом огромном мегаполисе, глотаю эти чертовы слезы, стирающие работу визажистов. Кажется, монстр во мне никогда не умрет. Мы умеем жить так, чтобы всякая боль оставалась внутри. Аминь.