Боль, много боли и любовь

Зонтик тихо сидел за столом, медленно водя глазами по написаному им же текстом. Он любил выплескивать все свои эмоции на бумагу. Да, так определенно легче со всем справляется. А ещё он любил рисовать. Пейзажи. Боже, как он любил природу. Он мог рисовать небо или поле с цветами сутки на пролет. Это было его самое любимое занятие. Процесс рисования помогает отвелчся от постоянной рутины которая давила на него со всех сторон. И самой ужасной частью этой рутины несомненно был зелёный приколист Вару. На него не действовало ничего. Пик не раз давал ему смачных пиздюлей, но ничего не заставит его отказаться от такого прекрасного процесса как постоянные шутки и издевательства в сторону голубенького. И вот все мысли о сегодняшнем дне были излиты на листках белой тетради с цветами. Было уже поздно. На этот раз он и правда засиделся. Обычно в кровать его загоняет Куромаку, хотя тот сам часто ложится под утро. О Господи.. Куромаку.. Даже вспоминать о нем не хочу - пронислось в голове у парнишки. Зонтик боялся серого кардинала до одури. Он мог приченить как моральную, так и физическую боль. Но он все же больше всего заботился о своем валете. Этой заботы было не достаточно для того что бы Зонт смог полностью довериться Сероглазому. Он вообще ему не доверял. Почему? Да хоть потому что он строгий, грубый, мрачный, и.. Слишком идеальный? Не-ет это уже что то совсем странное. Но все таки наша тряпочка очень боялась Куромаку. И в основном из-за того что кардинал не раз поднимал на голубенького руку. Да, это было редко, но было. Зонтик старался даже дышать не очень громко, но все равно умудрялся доводить Куромаку до истерики, при которой он просто не управляем. И даже тот факт что Зонтик - его младший брат, не останавливает его. Зонтик поежился и с его глаз медленно потекли слезы. Он вспомнил один случай, который старался забыть уже очень очень давно. Это было 2 месяца назад. *Прилетает флежбэк* Зонтик тихо сидел в шкафу, слушая как Куромаку и Пик что то бурно обсуждают. Их голоса выглядили странно и говорили очень растянуто и немного не внятно. Не было сомнений что они пьяные. Кроме их троих никого не было дома. Да и кто может быть? В этой квартире живут только пиковые и трефовые, так называемые темные масти. Светлые же, живут вместе в отдельной квартире. Вару шляется где то, и скорее всего на следующий вечер, когда он вернётся из их с Пиком комнаты будут доносится крики боли зеленоглазого валета. Да, Пик тоже был тем ещё садистом. На Вару уже не было здорового места, которое бы не заляпал кровью фиолетовый. Кровью самого Вару. На кухне доносились крики и смех королей, хотя смехом это назвать сложно. Это было больше похоже на нездоровый ржач двух коней. Зонтик дрожал. Он понимал, что если выдаст свое присутствие, то ничего хорошего не жди. Он не сможет дать отпор королям, а кто знает, что придет в их охмеленные головы. Голубенький находился в комнате трефовых. Даже то, что она находилась дальше всех от кухни не спасло бы его. Шумоизоляция в этой квартире ужасная. Абсолютно каждый шорох могут услышать короли, и именно эта мысль заставляла сидеть валета неподвижно. По его щекам стекали слезы. Маленькие кристаллики лились из глаз мальчика. Господи за что ему это? Почему, о почему, создатель, скажи? Что такого плохого он сделал за свою жизнь?... Размышления и плач Зонтика прервал звук включаешегося света в комнате трефовых. Тяжёлые вдохи и звуки неспешных шагов донеслись до ушей валета. Он замер. Это определенно Куро. "О Господи, о Господи, пожалуйста пройди мимо и ложись спать, пожалуйста, я не хочу умирать" - крутилось в голове у Зонта. Глупо звучит, да? А для голубоглазого это было ужасно страшно. Куро обычно переодевался перед сном в пижаму, а та самая пижама лежала в шкафу в котором он сейчас прятался. Шаги. Шаги в его сторону. Молится. Остаётся только молится. И вот.. дверца открыта. В стельку пьяный Куро смотрит на Заплаконного Зонта в одной тоненькой ночнушке который вжимается в стенку шкафа. Почему то эта ситуация показалась Куромаку забавной. Зонтик был такой беспомощный.. Он не сможет дать отпор, он в принципе ничего не сможет сделать. Пьяный разум Сероглазого уже представлял извращённые картины. - Что ты здесь делаешь? - С странной и пугающей ухмылкой спросил Куро. Как ни странно, на речь алкоголь совсем не влеял. А вот на тело - да. Он ели стоял на ногах, пытаясь не грохнуться прямо здесь. - Я..Я-я..... - Зонтик записался и не знал что ответить. Что ему сказать? Что он прятался от королей, что бы они ничего с ним не сделали? Нет, точно нет. - Вылезь от сюда. - Уже без улыбки, а со страшным оскалом прошипел Куро. Зонтик мигом вылез из шкафа, став напротив Куромаку. Из глаз его потекли слезы. Он знал, что сейчас случится что то не хорошее. Куро был в два, или даже в три раза больше маленького Зонта. Он начал медленно приближатся к оторопевшему мальчику. Все больше и больше на его лице появлялось гнева и желание прямо сейчас причинить этому комку беспомощности боль. Комок же потихоньку отходил от Сероглазого и тихо всхлипывал, бубня под нос что то типа "Не надо, пожалуйста..". Но разве Куро остановишь этими жалкими мольбами? Нет. Боль разошлась по всему телу маленького мальчика, когда его с силой кинули об стену. Он вскрикнул и ещё больше начал излевать ручьи слез. За что? Господи, за что? Зонтик медленно сполз по стене. Точнее его худощавая тушка. На стене остались трещины и одна небольшая вмятина. Куро подошёл к ослабшему телу и подняв за шею прижал к стене. Зонтик из последних сил пытался убрать большую и сильную руку со своей шеи, ибо он уже не мог нормально дышать. Но попытки были без успешны. - Ты ничтожество. Ты бесишь меня и всех других одиним своим существованием. Ты не нужен никому. Ты жалкая безпомощная сучка. - Куро смотрел в глаза Зонтика не мигающим взглядом, заставляя того закрить глаза и плакать ещё сильнее. Хотя куда уже больше? Он выплакал за сегодняшнюю ночь уже больше 10 литров слез, если не больше.