Вкус смородины

Утро встретило сонную Нику ярко-алым, зимним солнцем, недавно выглянувшим из-за горизонта. На улице была все та же зима, тот же снег и тот же лед, покрывающий своей скользкой коркой тротуары и проезжие части. В небе кружили белые хлопья, постепенно, падающие вниз. Девушка сонно зевнула, прикрывая рот рукой и натягивая одеяло до подбородка. Ей вовсе не хотелось вставать и куда-то идти, тем более, после своей бессонной ночи. После того как она ушла с верхнего этажа башни, где смотрела на звезды вместе с капитаном, ей было плохо всю ночь. Она думала лишь о своем глупом и безрассудном желании, помутивший ее и без того, усталый разум. Ника старалась никогда не показать себя слабой и беззащитной перед другими, как учили ее покойные родители. Ведь показав слабость, ты покажешь свое слабое место и тебя точно ударят прямо по нему, ни на секунду не задумываясь. Она столько раз говорила себе: ”Эти чувства ложь, они временные, это пройдет.." Но что-то до сих пор, уже как пол года, это не проходит. Это чувство пустоты внутри, чувство боли и грусти, когда его нет рядом или он в опасности. Все это похоже на детскую сказку про принцессу и принца, но увы, с плохим концом для нее. И вот, Ника сново взяла свой синего цвета дневник, вновь записывая туда все свои чувства и переживания: «Дорогой дневник, я опять одержала поражение. Вчера ночью у меня была бессонница, но по пути в коридоре, я встретила Стива. Вся эта ситуация была неловкой, даже слишком. Хотя, все закончилось лишь тем, что когда я загадала свое максимально безрассудное желание на той башне, я как трусиха сбежала. Просто сбежала от него, оставив его думать о том, почему и зачем я ушла. Но проблема в том, что я опять повинуюсь своим чувствам и инстинктам, которыми заправляет мое любящее сердце...». Дописав последние слова, девушка захлопнула дневник, кладя его на прикроватную тумбочку возле себя. Эмоции и чувства были смешанны, что заставляло побеспокоиться. А ведь, не влюбись она в него, то сейчас бы спокойно сидела себе, думала о чем угодно, но не о нем. Нет же, надо было влюбиться и не просто в кого-то, а в самого Капитана Америку! Конечно, по началу она видела в этих чувствах только хорошее, нежели сейчас. Это всегда красиво начинается, но не очень красиво заканчивается.. Уткнувшись носом в подушку, Ника нахмурилась, прокручивая у себя в голове все воспоминания, связанные с этим человеком. Но дойдя до главного, самого лучшего и самого первого воспоминания, она дала волю слезам. Они буквально ручьем, лились с ее глаз, обжигая кожу и заливая белую подушку. Видимо, начать утро «хорошо», не получилось сново. Через пару мгновений ее всхлипы утихли, а слезы высохли, оставляя мокрый след на подушке. — Ника, все нормально? — раздался обеспокоенный голос Наташи за дверью. — Ника? — А...Д-да, все хорошо! — отозвалась та, снова утыкаясь в мокрую подушку. — Ладно...Только спускайся в низ, завтракать пора! *** Все собрались за одним столом, оживленно общаясь и обсуждая что-то друг с другом. Тони и Брюс опять обсуждали свои технологии и новые изобретения; Тор и Локи о чем-то усердно спорили; Клинт и Наташа стояли у плиты, готовя что-то аппетитное, если запах не был обманчивым; Стив сидел один, ковыряясь вилкой в тарелке. Ника быстро отвела взгляд, когда капитан заметил, что за ним наблюдают. Он тяжело вздохнул, беря с собой тарелку и вставая со стула. И спустя буквально пару мгновений, Стив сидел уже рядом. — Прости, Ника, — внезапно начал извиняться он. — Я не думал, что обидел тебя вчера. — Я..э, что? Обидел? — девушка удивленно уставилась на мстителя, невольно умиляясь выражению его лица. — Вы не обижали меня, Мистер Роджерс, все хорошо.. — Правда? Просто, ты так убежала вчера, что я подумал ты обиделась на меня, — Стив улыбнулся, заражая и Нику своей милой улыбкой. — Эй голубки, о чем воркуете? — внезапно раздался голос Старка, который, как оказалось, наблюдал за всей этой сценой. — И, как ты его назвала? «Мистер Роджерс»? Как романтично прям... — Мистер Старк, это не... — Старк, помолчи, портишь всю картину, — подмигнула Наташа, задорно улыбаясь. Ника буквально вскочила со своего места, отправляя тарелку в раковину и уже у порога кухни обернулась назад: — Простите, Мистер Роджерс! «Эта ситуация определенно самая глупая и безрассудная в моей жизни! И почему я убежала? Стало страшно или стыдно? Нет, мне просто было неловко находиться так близко с ним, с этим чертовым Капитаном! И почему же я полюбила именно его, а не Старка или кого-нибудь другого? Ну, а эта привычка называть его "Мистер Роджерс", постоянно преследует меня. Не знаю почему, но называя его так, я только разжигаю пожар своих чувств внутри, лишь добавляя туда дров..» — досадно размышляла Ника, захлопывая за собой дверь.