"my time" dance studio

*flashback*

– осторожнее, тэхён-хён, – говорит чимин, прижимая к стене пьяного в дребадан кима. – как ты так умудрился напиться? – не знаю, – хохочет тэхён и сползает по стене, а чимин его ловит и снова поднимает на ноги. – спаточки хочется. – сейчас-сейчас, – щебечет пак, кое-как снимает со старшего обувь и тащит его в спальню. тэхён доходит до кровати, повиснув на чимине, и осторожно укладывается на неё под слова пака "тише, тэхён, ложись", сладко причмокнув и улыбнувшись обретённому покою. чимин останавливается у изножья, пытается перевести дыхание и хочет выйти из комнаты, но его окликает тэхён, пальцем подзывая к себе. – что? тебе нужно что-то? – спрашивает чимин, склонив голову к плечу, однако тэхён молчит, продолжая игриво дёргать фалангой. – ну чего? – смеётся чимин, опустившись на кровать. тэхён неуклюже подползает ближе и, щурясь, глядит на чимина. – ложись, – шепчет ким и хлопает младшего по бедру, и тот покорно повинуется, укладываясь и прижимаясь спиной к изголовью кровати. тэхён приподнимается, встав на колени, и резким движением дёргает чимина за ноги, заставив его съехать вниз и удивлённо выпучить глаза. тэхён нависает над парнем, подмяв под себя, и дышит ему в лицо, касаясь прядями длинной чёлки чужого лба. – давай потрахаемся, чимин-и? – шепчет тэхён своим глубоким хриплым басом, и чимин гулко сглатывает, уставившись на ухмыляющегося тэхёна. – хён, я не... нет, хён... извини, я... – я не сделаю тебе больно, – говорит тэхён и носом ведёт по щекам чимина, пока тот пытается набрать воздуха в лёгкие, сильно испугавшись, но в то же время испытывая некое удовольствие от происходящего. – ты же мне доверяешь? «ты же меня любишь?» – слышит чимин. – да, – еле слышно отзывается чимин и пальчиками хватается за воротник футболки тэхёна, дрожа всем телом. боится, но всё равно тянется ближе. – ты не против, если мы без презерватива? – заплетающимся языком говорит тэхён и опускает ладонь на член пака, поглаживая его сквозь ткань джинс. – угу, – мычит чимин, активно кивая головой, и смотрит куда-то в потолок, снова нервно сглатывая. – сейчас твой хён сделает тебе очень-очень хорошо, – комментирует тэхён, пьяно смеясь и медленно расстёгивая джинсы чимина. пак прижимает ладонь ко рту и закрывает глаза, тяжело дыша и стараясь не расплакаться, пока тэхён покрывает его шею развязными поцелуями и слишком сильно и неприятно трогает член. чимин грезил об этом моменте, будучи влюблённым в своего старшего, такого доброго, позитивного и заботливого, однако происходящее сейчас заставляет его симпатию превратиться в осколки, а мечты – рассыпаться и разлететься по воздуху. не так он представлял свой вероятный секс с тэхёном, не так. чимин хочет упереться руками в чужие плечи, оттолкнуть, но понимает: другого раза, скорее всего, не будет. и он, погружённый в эти раздирающие душу мысли, лежит и плавится в горячих ладонях, которые хочет оторвать от своего тела. хочет, но не повинуется собственным желаниям, отдаваясь на растерзания другим – более порочным и бессмысленным. – ты как-то не особо хочешь, чимин-и, – ухмыляется тэхён, улёгшись на животе чимина и смотря ему в глаза. он понимает это по тому, что чимин не возбуждается и сильно напрягается, одолеваемый мыслями. – мне остановиться? да. – нет, – шепчет чимин и позволяет себе разрыдаться, прикусив ребро ладони. тэхён поджимает губы и продолжает целовать чимина, куда глаза глядят: в его мокрых поцелуях оказываются шея, плечи, грудь, живот и полоска волос, тянущаяся от пупка к резинке трусов и дальше. тэхён пальцем цепляет резинку и стягивает нижнее бельё вместе с джинсами к коленям, когда чимин легонько вскидывает бёдра, всё равно поддаваясь ловким движениям тэхёна, но опутываясь нитями сомнений с каждый разом всё сильнее. – чего ж ты плачешь? – спрашивает тэхён и снова нависает над чимином, и тот всхлипывает, утерев ладонью нос. ким не целует в губы, не целует лицо, принципиально не видя смысла извиняться своим привычным методом. да тэхён в данный момент вообще ничего не видит и не чувствует, кроме железного возбуждения и желания получить то, чего он так страстно хочет. – хочешь, я тебя поцелую? – задаёт вопрос тэхён и приближается к зарёванному лицу пака, и чимин часто-часто кивает. тэхён сразу же язык высовывает и целует чимина ни черта не нежно, как когда-то в мокрых снах представлялось паку. слишком глубоко, слишком мокро, слишком напористо. чимин хватается за плечи тэхёна, постанывает от кружащих голову и всё ещё ничуть не приятных действий, снова хмурясь от слёз. ким отрывается и без всяких слов суёт в рот чимина два пальца, тот их покорно посасывает, изнемогая от режущей горло истерики, и отворачивается, закрыв глаза и с громким чмоком выпустив пальцы из своего рта. тэхён грубо одной рукой срывает джинсы с ног чимина, резко раздвигает их и влажными пальцами касается ложбинки меж ягодиц, мучительно медленно вводя один внутрь. чимин всё ещё не возбудился, мягкий член покойно лежит меж его ног и даже не дёргается, пак всё ещё напряжён, плачет и дрожит. о каком сексе тут может быть речь? тэхён, даже будучи до одури пьяным, это туманно, но понимает. – последний раз спрашиваю, – нахмурившись, говорит тэхён и неуклюже хватает чимина рукой, сжав лицо в своей ладони и пьяно моргая, – мне остановиться? да. да. да! – хён, – стонет чимин, дрожа и чувствуя, как его заполняет один палец почти целиком. – хён... тэхён припадает лбом к ключице чимина, оставляет пару поцелуев на коже, оглушённый стонами и всхлипами чимина, и двигает пальцем. – пожалуйста, хён... остановись. ким гулко сглатывает, лениво продолжает двигать пальцем, а после неожиданно останавливается, высунув руку и упокоившись на плече чимина. – хён? – встревоженно зовёт чимин старшего, чуть отодвигается, чтобы посмотреть на его лицо, и замечает, что он заснул. чимин осторожно вылезает из-под тэхёна, отползает на другой конец кровати, прижимает к себе голые колени и снова срывается на громкие рыдания, крича в сложенные руки и задыхаясь. спустя несколько мгновений он озирается на мирно спящего тэхёна и ложится достаточно близко к нему, уставившись на затылок. боится, но всё равно засыпает рядом. а на следующее утро он распахивает глаза от громких криков минхо.

*end of flashback*

чимин замолкает и смотрит в спину минхо. тот разминает шею и хмурится, наконец, обернувшись. он так разочарованно смотрит на чимина, что пак поджимает губы и молит себя не плакать от беспомощности и стыда. – деньги, которые давал тэхён, – заговаривает минхо охрипшим голосом, – на психолога. ты пользовался ими по назначению? чимин без слов срывается в свою комнату и приносит толстый конверт, который сразу же отдаёт в руки минхо. тот принимает его и раскрывает, увидев огромное количество денег внутри. не уследил. – и где ты пропадал вместо посещения сеансов? – гулял по городу, – постыдно опускает голову чимин и отходит от минхо. – все деньги до последней копейки в этом конверте. отдай их ему. – ты мне врал всё это время, – шепчет минхо, смотря на чимина. – постоянно. – прости меня, – вырывается из уст пака. – но ты ведь даже слушать меня не хотел, когда я упоминал его имя. минхо опускает голову, ощущая, как его будто током прошибает. действительно, он не позволял чимину даже заикаться про тэхёна, и вот, во что это вылилось. тяжёлый груз правды давит на плечи минхо, и он опускается на диван. даже боль в лице не сопоставима с той, что он ощущает внутри себя. там всё ломается, всё рушится от собственной ничтожности и высказанной чимином правды. а ведь его брат просто хотел любить и быть любимым, но не имел возможности даже и слова сказать квону, потому что тот был слишком ослеплён своей ненавистью. чимин со всем справился сам, минхо не помогал и лишь душил своей агрессией и вечным негодованием. брат ещё называется. – мы виноваты с тэхёном в том, что произошло, хён, – говорит чимин. – пожалуйста, прости нас. отпусти эту ситуацию. – и ты меня прости, чимин-и, – вымученно говорит минхо, поднявшись с места и несмело обняв брата. – мы все виноваты в произошедшем. ох, чёрт, прости меня, прости. – пообещай мне, что ты извинишься перед ним, – шепчет чимин, прижавшись к минхо. – обещаю.

*end of flashback*

чонгук смотрит в окно танцевального зала и про себя считает еле заметные на небе звёзды, погружённый в тишину и темноту наступившей ночи. он сидит на холодном полу и разглядывает тёмное полотно, а после оборачивается, услышав щелчок открывшейся двери. в зал заходит тэхён, держа в руке два стаканчика с чаем, и торопливо ставит их на пол из-за обжигающего пальцы жара. – обжёгся? – обеспокоенно спрашивает чонгук, подув на чужие пальцы. – с тобой не сравнится, солнце моё, – усмехается тэхён и щёлкает чонгука по носу, мягко поцеловав в губы. четыре. – в чём романтика сегодняшнего свидания? – спрашивает чонгук, склонив голову к плечу. – в том, что мы здесь одни наедине с музыкой и простором, – шепчет тэхён и отбегает к колонке, включив первую попавшуюся песню в плейлисте. он резко оборачивается под льющуюся из колонки r u mine? и ловит ритм, полностью отдаваясь активному звучанию. чонгук смеётся, усевшись поудобнее и начав двигать плечами в такт. тэхён подпевает, весело и игриво пляшет, улыбаясь широко, и подзывает к себе ладонью чонгука, но тот скромничает, качая головой и задорно хохоча. чон продолжает сидя танцевать, подключая руки, и тэ подлетает к младшему, хватая того за ладони, и тянет наверх. чонгук встаёт на ноги и постепенно погружается в танец, разделяя позитивный настрой вместе с тэхёном. они орут друг другу are you mine?, растягивая гласные совершенно по-дурацки, и смеются, хлопая в ладоши. каждый звук эхом раздаётся в зале и идеально сочетается со звучанием музыки и разной тональностью их голосов, создавая удивительный коктейль мелодий. они наедине с музыкой и простором, как обещал тэхён, и это свидание однозначно отпечатается в их памяти надолго. песня заканчивается, и тэхён припадает поясницей к широкому низкому подоконнику, переводя дыхание. чонгук тормозит рядом и опирается о бедро тэхёна. – одна песня, а мы уже всё, – усмехается тэхён и прижимает к своему боку чонгука. – не говори, – смеётся в ответ чонгук, и таращит глаза, услышав звучание следующей песни. – о боже! это же summertime sadness! – она, да, – кивает тэхён. – моя любимая песня, – верещит чонгук, и у него будто второе дыхание открывается. чонгук делает несколько вальяжных шагов по залу и на начале слов поворачивается к тэхёну, подбегает и тянется руками к его лицу. – kiss me hard before you go, – поёт чонгук аккурат под вокал певицы и играет руками перед лицом улыбающегося тэхёна. – summertime sadness, – продолжает литься песня из уст чонгука, и он обхватывает ладони кима, поочерёдно поцеловав каждую и резко отпустив. тэхён смеётся и залипает. – i just wanted you to know, – игриво ведёт плечами чон и соблазнительно смотрит исподлобья, тигром подбираясь ближе к тэхёну. – that baby you're the best, – чонгук крепко целует тэхёна в губы и отлетает, пробежав половину зала и кружась в танце. три. тэхён смеётся, тепло (влюблённо) смотря на счастливого чонгука, и сам присоединяется к танцу, посвящённому летней ночи. теперь они кричат друг другу в губы фразу i've got that summertime, summertime sadness и расплываются в звучании мелодии, тёплом ветре и лунном свете. в перерывах между танцем они целуют друг друга так жадно и трепетно целых два раза, оставляя один единственный, который так сильно пугает их обоих. однако сейчас, погруженные в счастье от любви и происходящей здесь и сейчас обстановки, они об этом стараются не думать. теперь и эта песня завершается, и они сливаются в последнем своём поцелуе, разделяя нежность и чувственность. ладони тэхёна на щеках чонгука мягко поглаживает кожу, руки чонгука сцепляются на пояснице тэхёна. единое целое – стучит в мыслях. – я люблю тебя, – шепчет тэхён, покачиваясь с ним в танце обдуваемого их ветра и новой тихой мелодии. – я тоже тебя люблю, – не ленится полностью сказать эту фразу чонгук, ещё сильнее прижимаясь к тёплому телу тэхёна. чонгук открывает глаза, полные слёз, и устремляет взор на работающий телевизор. он шмыгает носом и вытирает влагу с щёк, приподнявшись с подушки. – эй, ты проснулся, – тихо говорит юнги, подобравшись поближе, и осторожно поднимает подушку чуть выше, после слегка надавив на голову чонгука, чтобы тот прилёг обратно. – как ты себя чувствуешь? – а как я должен себя чувствовать, хён? – хрипло отзывается чонгук, прикрыв глаза от дикой боли в голове. – так, не язви хёну, – шутливо ругается юнги. – тебе кофе сделать? – пожалуйста, – кивает чонгук и снова шмыгает носом. юнги подбирается к его лицу поближе. – чего глаза мокрые? зевал так смачно? – сон... плохой. – понял, – говорит юнги и вскакивает с дивана. чонгук провожает его мутным взглядом и снова погружается в полудрёму. я хочу обратно. я хочу обратно. я хочу обратно. – вот, выпей пока, – чонгук слышит тихий стук рядом со своим ухом. да блять. чонгук, хмурясь, открывает глаза и смотрит на принесённые дары от похмелья. – попозже, – бубнит чонгук и снова укладывается поудобнее, чтобы вернуться в царство снов. – ты не сможешь вернуться в свой "плохой" сон, – будто прочитав чужие мысли, вещает юнги, – поезд ушёл. поднимайся. чонгук еле слышно ругается и тихонько поднимается, протягивая руку к стакану холодной воды. он быстро осушает половину содержимого и оставшейся водой запивает таблетку. юнги, стоящий у стола, рассматривает помятого и опухшего чонгука, склонив голову к плечу. он узнаёт в нём себя. – нам сегодня на занятие, помнишь? – тихо отзывается юнги, уперев одну руку в бок. – я не хочу никуда идти, – рявкает чонгук, приложив холодный стакан ко лбу. – эй, малой, – хмурится мин, – я тебе в нянечки не нанимался и перед родаками твоими кровную клятву о защите чада не давал, поэтому мне откровенно похуй, чего ты хочешь, а чего нет, – тараторит возмущённо юнги и подходит к младшему, слегка наклонившись, – но как друг я могу дать совет: тебе нужно в срочном порядке развеяться и отвлечься. поэтому, – он выпрямляется и уходит на кухню, – пойдём танцевать, мучачо. – чёрта с два я там отвлекусь, – безразлично усмехается чонгук, с громким стуком поставив стакан на столик. – тэхён там работает, если ты забыл, и посещают каждую тренировку. – плева-а-а-ать, – забавно тянет юнги, изображая оперного певца, – я тебе глаза закрою. чонгук всё же улыбается и принимает кофе из рук юнги, поблагодарив. юнги – замечательный друг, самый лучший. но кофе у него ужасный.

***

– сегодня у нас импровизация, – улыбаясь, забавно жестикулирует минхо. – суть в том, что я включаю вам какую-либо песню, а вы ловите ритм и пытаетесь станцевать что-то классное. песни будут самые разные, так что будет весело. минхо смеётся и... да, минхо смеётся. чонгук, хмурясь, смотрит на подозрительного радостного наставника и растерянно поглядывает на юнги, который удивлён не меньше. – ну тут два варианта: либо он вкинулся, либо он выпил, – шепчет юнги на ухо чонгука, и тот хмурится ещё сильнее. – но он так выглядит уже несколько дней. – ну... не знаю. чонгук, да я сам растерян, я не знаю, как на это, блин, реагировать! он меня не отругал вообще ни разу за три занятия, – юнги пальцами показывает цифру четыре и, глянув на свой жест, мотает головой, убирая один палец, – три занятия! – хёнджэ, ты первый, – щёлкает пальцами минхо и указывает на удивлённого хёнджэ, широко улыбаясь, – задай нам жару. хёнджэ несмело выходит в центр зала, и квон с хитрой улыбкой на губах врубает baby shark. ребята начинают улыбаться, а хёнджэ возмущённо поглядывает на тренера, после начиная танцевать очень неловко и небрежно. со временем он осваивается и двигается невероятно сексуально и изящно, что очень забавно смотрится на фоне детской песни. джису от смеха уже катается по полу, как, в принципе, и остальные ребята, даже у чонгука получается широко улыбнуться от смешной импровизации парня. – хёнджэ шикарен, скажите, – говорит минхо по окончании песни и хлопает. – ёрин, давай ты. следующие несколько танцев пленяют не меньше первого. минхо будто бы старательно подбирал песни под каждого (да, даже хёнджэ подходит саундтрек), ориентируясь на музыкальный вкус и способности. настроение ранга стремительно повышается с каждым танцем, и у ребят больше воздуха не хватает, чтобы смеяться. вот бы минхо остался навсегда в таком позитивном расположении духа. – чонгук, жги, – кивает головой квон, и чонгук резво выбегает на центр, наконец-то улыбаясь и предвкушая ближайший триумф (а почему нет?). минхо некоторое время думает, а после оглядывается на ожидающего чона, – у тебя ответственное задание: покажи нам своё видение этой песни. наставник ухмыляется, включая flawless и скрещивая руки на груди. чонгук кивает, настраивается на проигрыше и начинает двигаться. его тело рассказывает историю, безмолвно и изящно. чон видит, как ему улыбаются танцоры, подпевают и своеобразно танцуют. чонгук откровенно веселится первые несколько секунд, а после серьёзно отдаётся танцу, погружаясь в мелодию и становясь её частью. за спиной раздаётся щелчок двери, который чонгук не слышит. – заходи, – машет активно рукой минхо, подзывая к себе вошедшего тэхёна, и тот подбегает к парню, остановившись у колонки и неловко переминаясь с ноги на ногу. – у вас импровизация? – спрашивает тэхён и машет ребятам в качестве приветствия, легонько улыбаясь. – ага, – кивает квон, – посмотреть хочешь? тэхён устремляет удивлённый взгляд на минхо, приподняв бровь. он правда предлагает остаться? мало того, что он извинился на следующий день после их драки, что произошла уже целый месяц назад, так ещё и сейчас не выгоняет и не ругается? он сильно изменился за последнее время и стал более открыт, это не может не поражать. минхо в данный момент и сам выглядит немного сконфуженным: он как-то жалобно смотрит на тэхёна и закусывает губу изнутри. ким неуверенно кивает в знак согласия и переводит взгляд на танцующего чонгука. его сердце пропускает сильный и оглушающий удар, потому что на него смотрит чон исподлобья, не останавливаясь ни на секунду. - you're a doll, you are flawless, – поёт вокалист, и чонгук пишет своим телом строчки песни, незаметно указывая рукой в сторону, на тэхёна. – but i just can't wait for love to destroy us, – двигается чонгук плавно под песню и поглядывает на тэхёна, губами подпевая въевшейся под кожу песне. – the only flaw – you are flawless, – чон поворачивается боком к танцорам и лицом к тэхёну, ведя плечами и блуждая руками по лицу. – but i just can't wait for love to destroy us, – повторяет строчку чонгук и круто разворачивается, больше до конца песни так и не устремив взгляда на тэхёна. песня заканчивается, чонгуку громко аплодируют, рядом улыбается минхо, а у тэхёна губы дрожат от переизбытка всех возможных чувств и горло раздирает. – чонгук молодец, – говорит квон, хлопая в ладоши. – юнги, давай. – я... пойду, не буду вам мешать, – тэхён шмыгает носом и хочет отойти, но минхо хватает его за плечо и останавливает. – эм... тэхён, – начинает минхо, глянув на орущего что-то юнги, – давай выпьем с тобой сегодня? приглашение попиздеть прям по-мужски, конечно. главное – нажраться, а там разрулим: либо подерёмся, либо поплачем друг другу в плечи. – конечно, – кивает тэ, настороженно улыбнувшись, – да-да, давай. – спасибо, – расслабляется минхо и хлопает тэхёна по плечу. неужели... у нас может всё наладиться? хотя бы с тобой, минхо. тэхён смотрит напоследок на чонгука, что, склонив голову, наблюдает. ким жалобно глядит на чонгука, сотни (тысячи) раз извиняясь взглядом, но чон свой взор отводит. уйди уже. тэхён поджимает губы и покидает танцевальный зал.