Улыбка Дьявола

Эта история началась много лет назад в один из поздних зимних вечеров, когда вьюга завывала тоскливее всего. Не ожидавший в такую погоду посетителей бармен стоял у стойки и в некой полудрёме протирал стаканы. Один за другим, они оказывались в смуглых пальцах, проходивших по ним чуть пожелтевшей тряпкой, и становились аккуратным рядом в недра громоздкого комода. Сегодня для мужчины выдался день не из простых: целый день к нему заходили всякие пьяницы, просившие хоть рюмку дешёвой водки, чтобы погреться. Не то чтобы такого не было раньше, но тогда попрошаек было гораздо меньше. Поэтому уставший бармен стремился как можно скорее закрыть бар и пойти спать. Он протёр уже больше половины стаканов, как вдруг его планы на сон разрушил внезапно вошедший гость. — Какая холодная нынче ночь, не находите? — бодро хохотнул тощий парень, потирая обмёрзшие руки и игнорируя злобный взгляд хозяина. Гость лёгким движением снял с себя слишком лёгкое для такой погоды пальто бордового цвета и повесил его на спинку стула, на который через мгновение сел и сам. Он широко улыбнулся, ожидая что его обслужат. — Что будете пить? — буркнул мужчина, не отходя и шагу от барной стойки, продолжая протирать стаканы. Наверное, паренёк ожидал другого приёма, но виду не подал, лишь пригладил рукой растрепавшиеся каштановые волосы. Он встал со своего места и осторожно перебрался на место рядом со стойкой. — Виски, пожалуйста. — Хозяин лишь хмыкнул, про себя заметив, что кончики лакированных туфель едва касаются пола. Парень не отличался высоким ростом, да и не сказать, что он силён: тонкие руки с белоснежными пальцами едва отличались от женских и, похоже, никогда не видывали тяжёлого физического труда. Наконец, он получил долгожданный стакан с янтарной жидкостью и с наслаждением отпил. Парень представился Аластором и начал болтать о всякой ерунде. Тогда бармен вдруг понял, что уже где-то слышал голос гостя, но расспрашивать не стал. Вскоре из-за подвешенного языка Ала – так он настаивал называть себя – мужчина не понял, как сам начал отвечать на вопросы и рассказывать о себе. Вдруг его прервали. Тонкие пальцы парня потянулись к чистому стакану, поставили его перед мужчиной и лёгким движением налили ему виски из того же графина. Не успел Хаск возмутиться такой наглости, как его перебили: — Прошу, составьте мне компанию, выпейте со мной. За мой счёт, конечно же, — актёрская улыбка растянулась на молодом лице, и стакан чуть придвинулся в сторону бармена. Хозяин бара нахмурился: обычно он пил только кофе. Но посетителей почти не было, да и из-под деревянных ставней окна немного поддувало, потому мужчина позволил себе немного выпить. Не больше одного глотка: этого не должно хватить для того, чтобы он опьянел, но достаточно, чтобы смог немного согреться. Жгучее тепло расплылось по телу. Хаск подумал, что ещё один глоток не навредит, но тут же отогнал эту мысль подальше. Военная служба если не травмирует на всю жизнь, то выбивает из тебя многие вредные привычки, будь то курение или пьянство. А в его голове ещё слишком свежи были воспоминания об одном солдате из его корпуса, которому оторвало полтела гранатой, метко брошенной в окоп, из которого ранее поднималась светлая струйка дыма. К неудовольствию, мужчине, плохо переносящему алкоголь, хватило даже небольшого глотка, чтобы его язык развязался. Как оказалось, Аластор был не только болтуном, но и отличным слушателем: за довольно продолжительный рассказ Хаска о его нелёгкой жизни парень ни разу его не перебил. И всё же, чуть припьяневший разум сказал, что рассказывать о себе всё неизвестному парню — не самая лучшая идея. Он не придумал ничего лучше, чем предложить сыграть в карты. Карты – игра для молчаливых, а среди них он был главным. Так он считал до тех пор, пока не продул в первую же партию почти незнакомцу. Ну ладно, новичкам везёт. Ещё одну. Дуракам тоже везёт. И ещё одну. И тут долгое молчание прервал сам Ал: — А почему бы нам не сыграть на что-нибудь? — На что, например? У тебя с собой есть ещё деньги? — недовольно бурчал Хаск, наливая очередную порцию виски в стакан совершенно не пьянеющего гостя. Он не понимал, как сопернику удаётся в который раз его обыгрывать. — Ну что же вы, друг мой, почему сразу на деньги, — улыбка парня стала чуть шире, — можно ведь играть на услугу. — На что? — Хаск проигнорировал легко брошенное «друг мой». В отличие от ветренного парня, мужчина не разбрасывался «друзьями». — На услугу. Когда вам понадобится моя помощь или мне – ваша, вы должны будете прийти мне на выручку. Бармен подумал, что сделка довольно выгодная, но чуял он: всё не так просто. После минутных колебаний он всё же согласился, сгребая карты с прошлой, проигранной, партии в колоду. — Ладно, валяй.