Занимательное лето

Последние несколько дней проходили без происшествий. Мы больше не ругались, всё было хорошо. Даже можно сказать отлично. Парни заходили за мной, и мы целыми днями гуляли. Я не снимая носила подвеску, что подмечал Рома. Сегодня мы решили отметить мой день рождения. Да, скорее это был просто повод для пикника. Мы собрались на поляну у леса. Ещё и речка рядом. Бяша говорил, что там очень красиво. Я уговорила бабушку. Точнее мне даже уговаривать её не пришлось. Она с самого утра наготовила нам бутербродов и чего-то ещё, укладывая всё это в плетёную корзину. Она туда ещё и подстилку какую-то нам всунула. Мол чтобы на траве не сидели. Когда я заходила на кухню, то пробовала поднять эту корзину. Она оказалась довольно тяжёлой. Значит Ромка понесёт! Всё было готово, как и я. Оставалось ждать друзей. Вообще я думала меня не пустят. Ведь мы собирались гулять до поздней ночи, чтобы и на звёзды посмотреть. Но как видите, я уже жду не дождусь выхода из дома. Ах да, ещё гитару взять хотела. Рома обещал сыграть и меня чему-то научить. Довольная я помчалась в комнату, как раз за гитарой. Только я взяла её в руки, тут же в дверь постучали. Ромка с Бяшей. Ещё нет четырёх, они что-то рановато. Когда я вышла в коридор, бабушка им уже открыла, и они втроём беседовали. — Привет, на! — сказал мне Бяша. — Привет, — ответила я ему и кивнула Роме. — Владушка, ты корзину то захвати, — напомнила мне бабушка. — Ба, она тяжёлая, — протянула я. — Пусть Ромка возьмёт, а? Я перевела взгляд на парня, который устало вздохнул и взял корзину, которую ему принесла бабушка. — Не волнуйтесь, внучка ваша вернётся в целости и сохранности, — сказал Рома, собираясь выходить из дома.

***

Мы вместе шли по направлению к лесу. Мы с Бяшей разговаривали на все темы, и не редко наш смех раскатывался на всю улицу. Ромка тоже перенимал наши разговор и заразительный смех. Я часто заглядывалась на Рому, хотя жутко этого не хотела. Поэтому и пыталась отвлечься. Я разглядывала всё по сторонам. Мы уже дошли к краю леса, даже зашли в него. Мне стало как-то страшновато, если честно. Но заходили мы не очень далеко. Буквально рядышком была зелёная поляна и река, которая уходила дальше в лес. — Вот мы и пришли, — обернулся на нас Рома. Я заглянула ему в глаза, и тут же отвернулась глядя на реку и ели. — Тут и вправду красиво, — подтвердила я. — А я чё говорил, на, — Бяша прошёл вперёд. Не смотря на недавнюю прохладную погоду, сегодня стояла ужасная жара. Мы решили, что сядем под большим и старым раскидистым дубом. Он, видимо, был единственным поблизости. Тут, в тайге, больше господствовали хвойные. Пока мы с Бяшей стелили подстилку на траву, Пятифан, наконец освободился от корзины и рюкзака на плечах. Он был первым, кто плюхнулся на землю, лицом в ткань, Бяшка, умехаясь сел рядом, а я присела скраю. — Я устал, — протянул Рома, переворачиваясь на спину. Я, увидев бело-жёлтый цветок, сорвала его и начала вертеть в руках. — Ну, Ромашка, — сказала я, обращаясь к парню, и быстренько всунула ему цветок в волосы. — Отдыхай. Парень фырнул улыбаясь, но ничего не сказал, и цветок не вытащил. — Какие планы, на? — спросил Бяша. Я тоже лениво плюхнулась на подстилку: — Отдыхать! Бяша остался сидеть. Мы так о чём-то болтали. То парни начали что-то обсуждать, а я, сама не заметив того уснула. Было так тепло и спокойно.

***

Засыпала я на спине, а я проснулась совершенно в другой позе. Вообще, проснулась я от запаха. Запаха сигарет. Я открыла глаза и увидела Рому со спины. Тот сидел с противоположного края и выдыхал дым. Я невольно сморщила нос, и села, потирая глаза. — Проснулась? — он повернулся ко мне. — Угу, сколько я хоть спала? А то просплю всё, — я всё ещё подтягивалась. — Да пол часа где-то, может чуть больше. Ты насчёт этого не беспокойся, — сказал Ромка улыбаясь. — Впереди ещё много интересного. Парень полностью повернулся ко мне и я увидела, что та ромашка до сих пор была в его волосах. Я начала хихикать, а он, поняв что случилось, с прищуром убрал цветок в свой рюкзак. — Ну и не надо! — обидчиво протянула я. — Бяшка где? — В магаз пошёл, мы попить ничего не взяли, — сообщил парень. — Понятно, — ответила я. На этом наш разговор закончился. А не знала что сказать, а он, похоже, и не собирался говорить со мной. Как вдруг он откинулся назад, ложась на мои колени. Я от неожиданности округлила глаза. На его вопросительный взгляд, я лишь отмахнулась, мол всё нормально. Я облокатилась на старое дерево. Я провела рукой по его каре. — Сразу представляется как двое влюблённых царапают свои имена на стволе дерева, — сказала я. — Недавно, кстати, книгу с похожим сюжетом читала. Я вздохнула и отвела взгляд от дуба. — Хочешь и мы свои нацарапаем? — спросил Рома, а я опешила. — М-мы... Но мы же друзья, — я как-то даже от неожиданности слова забыла. — Ну а мы как друзья! — улыбнулся парень, вставая. Я улыбнулась как-то по грустному, но также одобрительно кивнула. Пятифан достал из кармана свой уже известный мне нож-бабочку. — Ты всегда его что-ли с собой таскаешь? — спросила я у парня, когда он встал и пошёл в обход на другую сторону дуба, а я за ним. — А то! — воскликнул он, раскладывая нож. С небольшими усилиями парень начал выцарапывать одну букву за другой. Я лишь зачарованно наблюдала. Как только он начал царапать вторую линию знака равно, недалеко показался Бяша: — О, вот вы где! — он кинул какой-то напиток на подстилку. — Вернулся! — Ромка вышел на встречу к другу. А надпись на дубе так и осталась незаконченной, и гласила: « Рома+ Влада= » Я тоже пошла к ним. Сначала мы хотели перекусить, но буквально через минуту передумали. Развязался громкий разговор. Ромка рассказывал как Бяша однажды навернулся с турника и совершенно глупым способом сломал ногу. Бяша начал рассказывать как Ромка однажды проспорил и ходил по дому в юбке матери. Я смеялась то с одной, то с другой истории. А парни не унимались, пытаясь припозорить друг друга. Бяша с накрашенными ногтями, Рома который подкидывал любовную записку пятикласснику, и много-много другого что стоило бы мне запомнить. Я наблюдала за парнями и после каждой новой истории заливалась хохотом, а проигравшая сторона, начинала рассказывать новую, более позорную и смешную историю.