“Развлекайся, Стайлз, и ни в чем себе не отказывай” (с)

Итак. День Z стал ближе еще на сутки, а Стайлз – на один костюм богаче. Выбрали они его с папой, но Стайлз был как-то не очень уверен, что они угадали. Судя по звонку Лидии – его подозрения были более, чем обоснованы. Так что завтра его ждал еще один поход, но уже с королевой моды. И Стайлзу было заранее страшно. Именно поэтому он сейчас грустно торчал у барной стойки в «Джунглях» и пил свой стакан колы. Преимущества быть сыном шерифа – знание всех, кто может сделать качественное поддельное удостоверение. Недостаток – все знают, кто ты, и никто не продаст тебе алкоголя даже с самой качественной фальшивкой. Легко быть храбрым в стае. Оставшись наедине с собой, Стайлз полностью осознал, в какую авантюру ввязался, и какими далеко идущими последствиями она им всем грозит. Но и отдать ИХ Питера просто так неизвестно кому… Его. ЕГО Питера. Не надо врать самому себе. Очередной горестный вздох прервал шелест одежды и облако духов. - Что Конфетка делает тут среди учебной недели с таким видом, будто у Конфетки сдох любимый хомячок и его оплакивают… колой? – данный факт был самым большим оскорблением Вселенной, судя по тону. - Вайолет? – признал знакомую Стайлз. – У меня есть все основания оплакивать конец мира, а ты тут что делаешь? Одна? - Нет, конечно, - высокомерно подняла бровь импозантная дама с ярким макияжем и яркой, но со вкусом подобранной одеждой. – Мы с девочками сидим там, - махнула она рукой куда-то вглубь темного зала. Не слушая никаких протестов, которые прозвучали довольно вяло, знакомая Стайлза силком отвела его за столик, где предавались веселью еще четыре дамы. - Девочки, смотрите, кого я обнаружила у барной стойки! – весело объявила Вайолет, безо всякого труда втискивая Стайлза между хищного вида блондинкой и томной мулаткой. – Конфетка оплакивал конец мира стаканом колы! Этот факт оскорбил всех присутствующих так же, как и Вайолет. - Стайлз, а теперь выкладывай, как на духу – что у тебя случилось такого, что это можно оплакать, но при этом – колой? - Далась вам эта кола, - ссутулился Стайлз, ставя локти на столик и пряча лицо в ладонях. – У меня тут кризис личности, мировоззрения, конфликт интересов и желание удрать на край земли. - Ого! Шикарный набор! – мулатка рядом приобняла Стайлза за плечи. – Но все решаемо, Конфетка. Абсолютно все. Алкоголем, красивой шмоткой или качественным сексом. А остальное не стоит и внимания. Скажи своим подружкам, в чем дело, и мы тебе подскажем способ. - Анжелина права, - теперь Стайлза обняла и хищная блондинка справа. – Мы умудренные жизнью стервы, готовые прийти на помощь такой сладкой конфетке, как ты. - Есть… мужчина... - О-о-о-о… - хором протянули дамы от такого начала. - Он… старше… - Старше? – переглянулись поверх склоненной головы дамы. - Сильно старше. 19 лет разницы. На этой цифре все дамы посерьезнели. - Стайлз, детка… Не хотелось бы лезть не в свое дело, но… он тебя…принуждает? – Вайолет протянула руку и осторожно накрыла широкой ладонью стиснутые руки Стилински. - Питер мудак, сука, сволочь, манипулятор, хитрец и просто говнюк с непомерным Эго, которое больше, чем штат Калифорния. И именно это Эго не допустит даже намека на принуждение. Нет. Так… вышло. - Судя по твоему описанию, это – просто огонь-мужчина, которые в нашем Бикон-Хиллс просто не водятся. Где же ты сумел себе найти такого, Конфетка? – задумчиво побарабанила длинными ногтями по столику до сих пор молчавшая рыжая валькирия, сидевшая напротив Стайлза. - Он меня пригласил на свидание. Настоящее свидание, как полагается. Машина, ресторан, костюм… - И в чем проблема? – нахмурилась Вайолет. - Я понятия не имею, что делать! – воздел Стайлз руки к потолку. - И все? Конфетка, как и было сказано ранее, все решается алкоголем, новой шмоткой и качественным сексом, - вальяжно отмахнулась от проблем Стилински вылитая Мортиша Адамс. – Сегодня ты пьешь с нами, завтра мы ведем тебя за покупками, послезавтра ты отдыхаешь перед свиданием своей жизни, а в субботу твоя отсутствующая самооценка - проблема твоего мужчины, который в отличие от сопляков знает, что делать со своим членом. Официант! Неси нам выпить! *** Утро Стайлз встретил с гудящей головой, гудящим под подушкой смартфоном, в чужой постели и мурлыканьем затейливого мотива высокого мужчины, на котором из одежды было только нечто шелково-кружевное в качестве белья, копавшегося в шкафу. Попялившись несколько минут на ритмично двигающиеся в такт мелодии бедра, Стайлз вернулся в мир реальный. Сунув руку под подушку под взглядом обернувшего на шорох мужчины, Стайлз проверил телефон. Пять пропущенных вызовов от Лидии, примерно полтора десятка от остальной стаи, два от Питера и шесть от отца. Это не считая под сотню СМС-ок. - Боже, меня убьют… Если я сейчас не умру сам от похмелья и смущенья. Прости мужик, но ты кто? И что я делаю в твоей постели? - Энтони в жестокой реальности и Вайолет в мире, где все друг другу рады, - подмигнул Стилински мужчина. – Тебе хватило пары коктейлей, чтобы уплыть в мир грез, поэтому я забрала тебя к себе. Твоего голубого кошмара мы нигде не заметили, поэтому если что, его пусть отгонят твои друзья. А у нас сегодня наполеоновские планы! - Какие планы? – растерялся Стайлз и даже на всякий случай подтянул одеяло повыше. - Ну как же? – бросил ком одежды на постель Энтони-Вайолет. – Алкоголем мы тебя расслабили вчера, сегодня мы отправляемся покупать тебе сногсшибательные шмотки и готовить к свиданию твоей мечты. Постель в моем доме, но не моя – это гостевая комната. Одежда принадлежит Глории, которая по комплекции почти с тобой. Девочки встретят нас на выезде из города. Душ там, - взмах рукой обозначил непонятное направление, - у тебя всего час, на все про все. Потом нас ждет Фриско! Последние слова Вайолет буквально пропел уже из коридора. Плюнув на последствия, Стайлз первым делом поплелся в душ. *** На выезде из города Стилински наконец познакомился со всеми своими феями-крестными, с которыми на трех машинах должен был ехать в Сан-Франциско. Энтони в суровой реальности, Вайолет в идеальном мире была очень симпатичной шатенкой. Мулатка Анжелина с копной роскошных кудрей и взглядом избалованной кошки оказалась Гейбом. Хищного вида блондинка с вьющимися мелким бесом волосами была Стивом, но предпочитала Саломею. Глория, которую Стайлз принял за копию Мортиши Адамс, и чья одежда оказалась ему почти впору, глубоким контральто представился Мэттью. Рыжая валькирия коротко бросила Флора и этим ограничилась. Но прежде, чем сесть в машину с Вайолет, Стайлз набрался смелости и позвонил отцу. - Стайлз, ты в курсе, что я собирался подать тебя в федеральный розыск, так как на полном серьезе думал, что ты уже недалеко от канадской границы? И то, что GPS твоего телефона показывал на наш город, меня совершенно не успокаивал? – в голосе шерифа слышалось просто безмерное облегчение. - Эм… пап. Тут такое дело. Я решил сам со всем разобраться. То есть, мне помогут, но я сам. Я звоню, чтобы меня не потеряли, ладно? - Стайлз, детка, что ты задумал? Время есть, можно передумать, что-то решить, придумать… Если ты не хочешь, то ничего не будет. - Па, я не передумал. Просто… все будут вокруг суетиться, давать советы, я буду еще больше нервничать, еще больше бояться. Я этого не хочу. Я все сделаю сам. Но если я позвоню нашим, они обязательно уговорят меня вернуться. Позвони им ты, ладно? А со мной все в порядке. Я с друзьями. И мне помогут они. Пап, с этим я должен разобраться сам. - Сын, ты понимаешь, что я тебя люблю? И что для меня на первом месте именно ты? И если для твоего спокойствия потребуется пожертвовать Хейлом, я лично передам его той стае, перевязанного аконитовой ленточкой? - Ты лучший, пап. И я тоже тебя люблю. Но ничего делать не надо – я вернусь в город, может, сегодня, может, завтра. Зависит от обстоятельств. Но на встрече я буду вовремя. Оборвав звонок, и снова поставив телефон на беззвучный режим, Стайлз скользнул на сиденье. - Тяжело быть сыном шерифа, да, Конфетка? – беззлобно улыбнулась Вайолет. - У меня самый крутой отец из всех, - гордо задрал нос Стайлз. Выбрав на телефоне функцию «конференция», Вайолет набрала несколько номеров, дождалась, пока остальные спутницы подключатся к разговору, и подняла самую главную тему. - Итак, Конфетка, какие у нас планы минимум и максимум? На что рассчитывать, чего желать и к чему стремиться? - Блин, сейчас, - хлопнув себя по лбу, Стайлз опять включил телефон и проигнорировал свежие звонки и СМС. - Питер, у меня вопрос, - не успел его собеседник даже поздороваться, как Стилински тут же задал вопрос. - Для начала, Стайлз, доброе утро. Во-вторых, если ты еще раз так исчезнешь, я очень сильно огорчусь. А ты знаешь, что бывает, когда я огорчаюсь. В-третьих, у меня дела хорошо, спасибо. И наконец, что у тебя за вопрос. - Папа отдал мне твою кредитку, - закатил глаза Стилински под заинтересованное поглядывание Вайолет. – У меня вопрос: на какой лимит я могу рассчитывать? - Как я слышал, вы уже купили тебе костюм, - отозвался с той стороны Хейл. Стайлз как наяву увидел его ухмылку и вальяжную позу. - И ты наверняка уже в курсе, какими словами отозвалась Лидия о нашей с папой покупке. Я ее замечания учел, поэтому у меня вопрос, на какую сумму можно рассчитывать? – нетерпеливо закатил глаза Стилински. - Там четыреста, - с непонятной насмешкой отозвался Питер. - То есть, я могу рассчитывать всего на четыреста баксов?! – возмутился Стайлз. - Стайлз, Лапушка… это моя личная кредитка. А я на четыреста долларов могу купить себе разве что пару трусов и носков. И то носки придется выбирать самые дешевые. Развлекись и ни в чем себе не отказывай. - Итак, наш лимит – четыреста долларов? – поторопил Стайлза голос Глории, когда парень ошарашено уставился на свой давно погасший смартфон. - Я не совсем понял, - растеряно протянул Стайлз. – Эта себялюбивая задница сказал, что отдал мне свою личную кредитку. И что на четыреста долларов он себе разве что пару трусов и самых дешевых носков купить может. Пожелал хорошо развлечься и ни в чем себе не отказывать… В этот момент телефон Стайлза пиликнул очередным сообщением, в котором оказался набор цифр. - Это же не может быть та сумма, на которую я думаю? – уставился на Вайолет огромными глазами Стайлз. В ответ ему раздался дружный вопль: - Йюх-хху! Готовься, Фриско, мы идем к тебе!