На три шага вперед. Халлвард

      — Ох, я не могу на это смотреть, — поморщился Рави, глядя в монитор, и отвернулся в сторону, припадая губами к кружке с кофе.       А вот Халлвард мог. Сейчас было восемь утра, и они спустились, чтобы проведать своего пленника. Норвежец включил записи, проверяя то, что именно камеры, переключённые на ночной режим, засняли за ночь.       Вот у кого ночь была по-настоящему тяжёлой. Первые пару часов Айдо стойко терпел, превозмогая жару, потом стянул с плеч верх кимоно, которое повисло на поясе, оголяя красивое тело, и пытался на ощупь дойти до двери, несколько раз падал, вроде содрал о бетонный пол ладони, но всё же дошёл по стеночке, а дверь так и не поддалась. Попытки найти хотя бы каплю драгоценной воды в кране так же успехом не увенчались. Он изнывал от жары, ложился на пол вместо матраса, пытаясь хоть как-то охладиться. Вроде даже засыпал пару раз, но долбящая в немыслимое количество децибел музыка не давала сделать это надолго. Как бы Айдо ни прикрывал уши ладошками, это не спасало, и под утро расшатанная нервная система начала давать сбой: свернувшись калачиком от бессилия, он обхватывал себя руками, пытаясь заткнуть уши даже коленями, покачивался взад-вперед как умалишённый и кричал в темноту, даже не замечая, как вместе с потом от дикой жары катятся по щекам его слезы. Он бился в дверь, умолял выпустить его, кричал, но криков не было даже слышно, и вот-вот готов был рвать волосы на голове. Казалось бы, как набор простых вещей, таких как жара, голод и шум, могут так легко лишить человека рассудка.       — Если это не поможет, у меня ещё куча методов в запасе.       — Садист, — буркнул Рави, смотря на агонию парня на экране, который сидел в углу комнаты, сунув голову между коленей, — Лои звонит, — отвлёкся он на вибрацию телефона в кармане брюк и ответил на звонок, — доброе утро. Ты что-то нашёл?       «— Доброе, — сонно тянет хакер, а за заднем фоне слышатся щелчки клавиш, — ликуйте, распознавание лиц дало плоды.»       — Ну-ка, — оживился Халлвард.       «— Я выведу на экран, — через пару мгновений на экране появляются фотографии и видео, — его зовут Айдо Этель. Но это скорее всего псевдоним.»       Рави и Орм уставились на экран, а последний от увиденного даже присвистнул. Черноволосый парень, что сейчас находился за стеной, на видео обхаживал двух богатеньких папиков, сидя между ними в вип-зоне какого-то клуба, декорированного под древний Китай. Один из них нагло лапал его, засовывая свои руки под откровенное кимоно, второй кормил его с рук, а Айдо улыбался, стрелял глазками и шептал им на уши наверняка что-то безумно пошлое и грязное. В соседних зонах можно было заметить таких же, как он, парней и девушек в кимоно: все красивые и лощеные, как на подбор. На экране появились ещё парочка подобных видео, где под вульгарно красным освещением клуба Айдо ублажал клиентов.       «— Он шлюха из самого элитного борделя в Техасе. Этот клуб находится в Хьюстоне и наверняка принадлежит Койотам.»       Рави нахмурился. На первый взгляд всё очевидно. А отсутствие паспорта с этой информацией можно объяснить, как минимум, несколькими способами.       — Обычно такие бордели глаз да глаз следят за своими «активами», вопрос в том, что он делал в Луизиане.       — Как ты узнал его фамилию? — спросил Халл, не без интереса продолжая рассматривать фотографии. Он немного был разочарован принадлежностью своего очаровательного пленника к древнейшей профессии. Это можно сравнить с безумно интересной загадкой, разгадав которую, расстраиваешься из-за её простоты и заурядности. Хотя вопросов все ещё была масса.       «— На сайте клуба есть профайлы всех проституток. В Техасе бордели — это прибыльный легальный бизнес, так что не удивительно».       — Так он ещё и самый дорогой, — усмехнулся Рави, читая его профиль и видя кругленькую сумму, за которую клуб продаёт своего, по-видимому, самого лучшего парня.       — Отлично, теперь мне есть, с чем работать, — хлопнул в ладоши Халлвард, уже зная, что с этой информацией допрос пойдёт быстрее, — спасибо, Лои.       «— Я попробую нарыть что-нибудь ещё,» — ответил хакер и отключился.       Допив свой кофе, Рави бросил взгляд на часы в телефоне и тяжело вздохнул.       — Я дам тебе час на допрос, потом мы должны поехать на базу, — с интонацией, говорящей об отсутствии энтузиазма для этой встречи, сказал юноша и посмотрел на мужчину, что подхватил со стола поднос, приготовленный для Айдо, — пора всё же познакомиться с Ордой.       Прошлым вечером из-за налёта на усадьбу с людьми Орвуда, Рави перенёс эту встречу, чему оказался очень рад. У него была целая ночь, чтобы к ней подготовиться, но волнение его не покидало.       — Постараюсь побыстрее, — кивнул Халлвард, нажал на панели управления пару кнопок, отключая свои пыточные меры в камере, и вышел из комнаты наблюдения.       Открыв дверь, Халл поморщился от хлынувшего в лицо затхлого горячего воздуха, как из сауны. Скрывать своё лицо он сегодня не стал, перед этим обсудив это с Рави. Главным всё равно было то, что Айдо не видел лицо Блауна, а личность норвежца же никакой стратегической ценности не представляла.       Зайдя внутрь, он обнаружил, что мальчишка так и не сдвинулся с места — всё так же сидел в углу на матрасе, покачиваясь и затыкая руками уши. Голову он так и не поднял, наверняка сидит зажмурившись, даже не заметив, что свет уже включён. Халлвард по себе знает — в таком состоянии можно и не заметить, что всё закончилось. Его тоже когда-то так пытали. Причём это был сам Даниэль. А потом он так же пытал и его. Такими были их тренировки в спецподразделении, в котором они работали сразу после армии. Из них ваяли бойцов, готовых ко всему.       Вместе с подносом еды, воды и медикаментов он принёс с собой ещё один стул. Подойдя к пареньку, Халл нарочно громко ляпнул им по полу, ставя его напротив. Айдо подскочил на месте и, резко подняв голову, тут же вжался в стену. От дезориентации он стал оглядываться по сторонам, не веря, что вокруг больше не темно и адской музыки больше нет, хотя она всё равно шумит в его ушах. Парень еле находил силы, чтобы моргать, настолько его тело было измождено, а дыхание было таким частым и прерывистым, что, казалось, вот-вот сердце остановится. Он бы и заплакал, так показалось Орму, но жидкости в организме почти не осталось, жара осушила тело, не оставив даже слёз.       Халл оставил поднос на стуле по центру комнаты, взял с него какой-то ингалятор и, подойдя к парню, сел на стул перед ним, позволяя ему себя рассмотреть.       — Как спалось? — усмехнулся он, клацая стальными пальцами по баллончику в своей руке.       Айдо смерил его ненавидящим взглядом и только сжал зубы, прижимаясь к стенке измученным зверьком. Жара постепенно спала, и он уже чувствовал себя немного лучше, но невыносимая жажда воспаляла нервы до сих пор. Он вчера пытался представить лицо, скрывающееся за маской, но сегодня смог его увидеть. Выбритые виски, копна русых волос сплетенных в колосок, брутальные тату покрывающие все руки, чёрная футболка, обтягивающая массивное, но гибкое тело, слегка безумный жесткий взгляд. Он совершенно не так представлял своего похитителя.       — Вижу, отдохнуть тебе не удалось, — продолжил Халл, — значит, у тебя было время подумать над ответами.       — Я ничего не знаю, — во рту пересохло настолько, что каждое слово отдавало болью, словно язык и нёбо покрыты острыми осколками стекла, а силы были лишь на то, чтобы концентрировать свой самый злобный взгляд на мужчине напротив.       — Дальше будет только хуже, если ты не станешь со мной говорить, — Орм задумчиво посмотрел на боллон в своей руке, — ладно, я немного помогу тебе, Айдо Этель.       Черты молодого лица заострились, и парень охватил себя руками, на что норвежец только усмехнулся, видя хоть какой-то отклик на свои слова.       — Ты шлюха из борделя Мемуар. И я хочу знать, что ты делал в Луизиане, так далеко от дома.       В ответ снова молчание.       «Во имя Одина, как сложно», — простонал про себя Халл, закатив глаза. Он бы предпочёл видеть ужас в этих фиолетовых глазах, а никак не злость. Привычнее слышать мольбы своих жертв и уговоры отпустить, но этот парень только молчит. Но так даже интереснее, это заводит.       — Если я уйду, не получив от тебя ответы, твои страдания продолжатся и станут только хуже. Ты голоден и хочешь пить. Я дам тебе поспать и поесть, если ты ответишь на мои вопросы, — Халлвард вздохнул и потёр переносицу, — нужно тебя немного взбодрить.       Он поднялся со стула, встряхнув ингалятор, и парень заёрзал на месте, тихо всхлипнув.       — Пожалуйста, не надо, — проскулил он, выставляя руки перед собой, когда Халл опустился на одно колено перед ним и вцепился пальцами в его лицо, подтягивая ближе к себе, как тряпичную, ничего не весящую куклу. Мальчишка стал бить его по рукам и барахтаться ногами по матрасу, но это дало ровным счётом ничего.       Орм надавил на его щеки, заставляя открыть рот и вставил ингалятор, тут же нажимая на кнопку. Айдо закашлялся и попытался выдохнуть неприятного вкуса вещество, но Халл закрыл ладонью его рот и нос, не дав это сделать.       Через пару секунд он его отпустил и сел обратно на стул, вальяжно раскинув ноги и сложив руки на груди. Стал ждать.       — Что это? — хватаясь за горло, прохрипел Айдо, когда откашлялся, не в силах даже подняться, чтобы сесть.       — Норадреналин. Сейчас у тебя начнётся паника.       Она и началась. Глаза мальчишки совсем скоро распахнулись и он стал жадно глотать воздух ртом, мечась на одном месте, не зная, куда себя деть. Страх и тревога усилились в сотни тысяч раз, сердце забилось в бешеном ритме, адреналин из лёгких расходился по венам как наркотик, тревожа воспаленные нервные клетки, как соль открытую рану, и вытягивал остатки сил из закромов истощенного организма.       — Пожалуйста, выпустите меня. Я никому ничего не скажу, я ничего не знаю, — жалобный голосок срывался на всхлипы, но слез так и не было. Айдо обхватил себя руками, прижимая к груди колени и зарывая в них лицо. Тело пробило крупной дрожью.       — Что ты делал в Луизиане?! — рявкнул Халлвард, от чего парень даже подпрыгнул.       — Пожалуйста…       — Зачем ты нужен Орвуду?! — повторял уже знакомые вопросы мужчина, а потом, встал со стула, схватил парня за руки, рывком поднимая его с матраса.       — Нет, не надо, — жалко всхлипнул он и в следующее мгновение полетел в соседнюю стену. Больно ударившись спиной и затылком, он рухнул на пол, и постарался отползти от неспешно надвигающегося на него Халлварда.       — Что ты делал в Луизиане?       Он дернул Айдо за ворот кимоно, что тут же затрещало по швам, опять поднял на ноги, а потом схватил за шею стальной кистью, больно сдавливая горло. Парень захрипел, затрепыхался, пытаясь отбиться, и в ужасе смотрел на совершенно спокойное, даже умиротворённое лицо мужчины.       — Пойми, Айдо, я ещё добр к тебе. Не заставляй меня переходить к крайним мерам, — тихим рокотом сказал он, заглядывая в наливавшиеся кровью глаза. Мальчишка что-то прохрипел, насколько это было возможно с передавленной трахеей, Орм отпустил его горло и схватил за волосы, оттягивая их назад, не дав возможности нормально откашляться и отдышаться.       — Я кое-что покажу, — ухмыляется Халл и указывает пальцем на потолок над стулом в центре. Ведёт его туда за волосы, а потом прижимает к себе спиной, кладя руку на шею под подбородок и запрокидывая его голову к себе на плечо, заставляя смотреть вверх, — там, под потолком, ороситель, похожий на старые аналоговые системы пожаротушения, — посмотри туда, — рычит Халлвард и хорошенько встряхивает слабое тело, издающее жуткие тяжелые хрипы, — надеюсь, ты знаешь, что такое пытка каплей, потому что это тебя ждёт ближайшие несколько дней, если ты не станешь мне помогать.       Айдо забился и захныкал в ужасе, без сил цепляясь на руку, обвившую его пояс и больно сдавившую его ребра, прекрасно зная, что это такое. Китайская пытка каплей - одна из самых зверских, что способен был придумать человек. Халлвард специально оставил её на десерт. Капля за каплей в равном промежутке времени будет падать на его голову долго, очень долго. А вокруг тишина в пустой бетонной камере без окон. Кажется таким безобидным. Мозг не выдержит однообразия и начнёт постепенно сходить с ума, и все шизофренические затишья раскроются даже в самом психически здоровом человеке.       — У тебя есть выбор, и сделать тебе его надо прямо сейчас, — Орм указывает на поднос с едой и водой на стуле. — Поэтому я спрошу в последний раз, — голос стал тише, даже ласковым, но потом Айдо снова вскрикнул от боли в волосах, которые снова дёрнули вверх, — кто ты, мать твою, такой?! — громко рявкнул он ему на ухо.       — Я скажу! Я скажу! — закричал мальчишка, срываясь на истерические рыдания, — пожалуйста, я расскажу всё, что захотите.       Халлвард тут же ослабил хватку, отпуская копну чёрных крепких волос, и медленно выпустил парня из рук, растягивая губы в победной ухмылке. Айдо на ногах не устоял, рухнул на пол, закрывая лицо руками. Жалобные всхлипы заполнили комнату. Сердце викинга предательски вздрогнуло. В такие моменты он всегда оставлял его за дверью, не разрешая вмешиваться в работу. Жалости в таких комнатах, как эта, места нет, а удивительная способность абстрагировать свою человечность от кровожадного животного внутри себя, почему-то подвела.       Он опустился рядом с парнем на корточки и протянул руку к его лицу. Айдо дёрнулся, но даже отползать и спасаться сил совсем не осталось. Он зажмурился, задержав дыхание, но всё равно подрагивал от всхлипов, рвущихся наружу из груди, а потом почувствовал нежное холодное касание титановых пальцев к своей щеке. Халлвард, склонив голову к плечу, заботливо убрал волосы, прилипшие к грязному от пота и крови лицу, заправил их за ухо, а потом подцепил пальцами подбородок. Добрый и плохой коп - хороший метод допроса, особенно, когда два этих копа сочетаются в одном человеке, заставляя жертву бояться этого контраста и впадать в ужас от безумия и двуличия своего истязателя, но сейчас Халлварду больше не хотелось его пугать.       — Теперь мы спокойно поговорим, ладно? Я больше не сделаю тебе больно, — ровным тоном сказал он.       Айдо спешно закивал, не отводя глаз.       — Вот и умница, — улыбнулся Халлвард и, подняв парня с пола, усадил обратно на матрас. Сходил за подносом и поставил его рядом с ним, прихватив бутылку воды.       Айдо недоверчиво косился на него исподлобья, пока он откручивал пробку, и когда ему протянули бутылку, вцепился в неё, как в живительный источник, буквально вырывая из рук, и стал жадно пить, почти захлёбываясь и проливая драгоценные для него капли прямо на себя. Не остановился, пока не выпил всё до последней капли, а потом отбросил бутылку в сторону и устало откинулся на стену, прикрывая глаза.       Халл перевернул стул, оседлал его, сложив руки на спинке, и терпеливо ждал, рассматривая парня.       — Всё из-за одного особенного клиента пару дней назад, — отдышавшись начал Айдо, — вип-клиенты имеют право купить такого как я на несколько дней или даже недель и возить с собой куда угодно.       — Почему тебя не ищут твои хозяева?       — Может и ищут, — усмехнулся парень, показывая запястье, на котором ничего не было, — обычно мы носим браслеты. Так они следят, чтобы мы не сбежали, хотя это всё равно невозможно.       — И где твой?       — Его срезали те люди и оставили там, откуда меня забрали.       — Кто был твоим клиентом?       — Какой-то богатый тип со своей женой. Его звали Карлос. Синклер что ли, — нахмурился парень, пытаясь вспомнить имя, — не помню точно.       — Зачем тебя забрали люди Орвуда?       — Я хочу ещё воды, — парень заметно расслабился, вытянул ноги, откинувшись к стене, но всё равно изредка вздрагивал всем телом, сам того не желая.       — Получишь, когда мы поговорим, — жёстко отрезал Халл и даже глазом не повёл.       Айдо презрительно поморщил нос, скривив верхнюю губу, и смерил мужчину гневным взглядом, отчего Орм усмехнулся про себя, отмечая, что парень всё же с характером.       — Мой клиент привёз меня на какой-то курорт в Порт-Артуре. У них была вечеринка. А потом туда пришли койоты. Перестреляли всех гостей. Я так понял, этот Карлос что-то не поделил с Орвудом. Они его убили.       — Ха, что-то не сходится, — усмехнулся Халл, — они убили всех, кроме тебя? Ты же просто шлюха, с чего вдруг?       — Я не сказал, что убили всех, — осклабился он, видимо обижаясь на небрежно брошенное «шлюха», хотя это было по факту, — его жена успела сбежать. Я спрятался тогда, но они меня нашли. Думали, что я что-то знаю, и забрали с собой.       — Почему у тебя нет паспорта?       — В Мемуаре ты либо работаешь потому, что любишь подставлять задницу богатым жирдяям, либо потому, что тебя продали. Я из последних.       — И откуда ты? — сощурился Халлвард.       — Я не знаю.       — Ну конечно…       — Я не знаю! — настоял Айдо. — Мне было примерно пятнадцать, когда я оказался на рынке. Я не помню ничего.       — Как удобно, — устало протянул мужчина и поднялся со стула, что заставило мальчишку снова боязливо подтянуть под себя ноги, — расслабься, я обещал, что не буду тебя трогать.       Орм взглянул на часы и, не утруждая себя объяснениями, направился к выходу.       — Вы отпустите меня? — залепетал Айдо, пытаясь подняться на ноги. — Эй! Я же всё рассказал!       — Прости, малыш, верить на слово я тебе не буду, — усмехнулся Халл, выходя из комнаты и на последок добавил: — Мы поговорим ещё, когда я вернусь. ***       Рави предстал перед Ордой. Это был первый визит, и его колени тряслись как у школьника перед самым важным экзаменом в жизни. По сути, так и было. Люди, что стояли перед ним в огромном тренировочном ангаре на одной из баз в самой северной части болот Манчак, являются самыми приближенными к Даниэлю и, по мнению Халлварда, будут верны до конца. Но сейчас перед ними не тот Блаун, что вёл их за собой столько лет, а мальчишка, который ещё не заслужил такого уважения. Рави чувствовал себя под микроскопом, чувствовал на себе их взгляды. Взгляды убийц, шпионов, взгляды воинов. И сейчас всё зависит от того, примут ли они его как своего лидера, ведь за слабаком они не последуют. Это было собеседованием, они изучали его.       — Как долго Даниэль будет в больнице? — спросил светловолосый парень, восседающий на стопке сложенных кейсов от какого-то оружия с логотипом Роуг Индастриз.       — Я не знаю.       — И каковы шансы, что он вообще выживет?       — Этого я тоже не знаю.       Халлвард, стоящий по правую руку от него, немного внушал ему уверенность. Слово норвежца имело огромный вес для этих людей, но заставить их уважать Рави он не мог.       Чуть больше двух десятков глаз были направлены на него. Это заставляло нервничать, но Рави готов к ним.       — Орда раскалывается на части, а ты до сих пор ничего не сделал, — сказал уже другой парень, тряхнув головой, отчего на мочке его уха звякнули друг о друга три серебряных кольца, висящих в ряд. Он был в чёрной косухе, а шея была под самый подбородок забита татуировками, — если дальше так и пойдёт, от нас останется только кучка мертвецов.       — Линчи подняли бунт, ты должен был пресечь его сразу, — подхватил за ним первый.       В толпе таких людей сразу можно выявить лидеров мнений.       — В этом моя ошибка, — и ошибка в том, что он не должен оправдываться перед ними, ведь это проявление слабости. Об этом подумал Халл после его слов, но младший так не считал. Он считал, что уметь признать поражение — достойный поступок, — если вы ждёте от меня того же, что от Даниэля, вы ошибаетесь. Я не он.       Рави выделялся из их толпы. Перед толпой головорезов, облаченных в большинстве своём в черную экипировку, он выделялся не только точеной модельной фигуркой в дизайнерской шелковой рубашке серого цвета, заправленной в чёрные узкие скинни, не только копной пепельных волос, уложенных так идеально, что даже ветер обходит её стороной. Он отличался необыкновенной манерой стоять, говорить и, Халлу иногда казалось, даже дышать. Почти все хромы были такими — неземными, нечеловечески притягательными. Рави завораживал не просто своей красотой (сейчас ей никого не удивишь), он источал из себя то, что называлось величием. Пусть внутри него всё сжалось в огромный тугой комок нервов, и ему было страшно настолько, что вот-вот вырвет, но он никому из этих людей не доставит удовольствия узреть его уязвимым.       — Я удержу Аркон под контролем, но для этого мне нужны вы. Каждый из вас.       — Его ты, может, и удержишь, — усмехнулся парень с тату на шее и спрыгнул с капота автомобиля, подходя ближе, — Линчи затеяли переворот, потому что Дан при смерти, они не знают про Орвуда и что он скоро пойдёт на нас войной. Но, как говорится, слухами земля полнится, и как только эти слухи дойдут до них — все побегут как крысы с тонущего корабля, — боец подошёл к Рави почти вплотную, склоняя голову к плечу, — как ты собираешься решать эту проблему? А, красавица?       — Кот, следи за языком, — рыкнул Халлвард, обращаясь к наёмнику, хотел добавить что-то ещё, разгневанный его наглостью, но Рави вдруг поднял руку вверх, одним взмахом кисти заставив его замолчать. Это увидели все. Увидели, что такое хрупкое и изящное создание может без слов осадить второго после Дана человека в Аркон.       Юноша сделал шаг навстречу наглому наёмнику:       — Ждёшь, что я испугаюсь? — спокойно спросил Рави, едва заметно улыбнувшись уголками губ, а потом продолжил громче, чтобы слышали все, — вешать вам лапшу на уши, что всё будет хорошо, я не буду. Орвуд опасный человек, и мы не готовы к такому противнику. И не были бы готовы, даже если вместо меня здесь бы стоял Дан. Хотите гарантий, что никто из вас не подохнет завтра, когда он пришлёт сюда людей? Так у меня их нет.       — Рави… — шепнул норвежец, переживая, что эта речь ни капли не вдохновляет.       — У вас этих гарантий не было никогда, — не обращая внимания на мужчину, продолжил юноша, — но это Ваш дом, Ваши территории. Вы последовали за Даном, кровь проливали ради него. И по-моему, не напрасно. Вы навели здесь порядок, на улицах стало безопаснее, потому что картели и банды теперь подчиняются Орде. Они больше не трогают мирное население, не устраивают перестрелки на улицах, не толкают наркоту в школах, где учатся ваши дети, — Халлвард увидел, что его люди затихли, внимательно слушая хрома, — у многих из вас есть дети, и вы не боитесь за их жизни. Даже, к примеру, твоя престарелая мама, — Рави взглянул на парня, которого все именовали Котом. Тот нахмурился и слегка опустил голову. О да, Рави знал куда давить, — может спокойно выйти ночью на улицу, не переживая, что её порежут во время ограбления в какой-нибудь затхлой подворотне, — юноша произнёс это с чувством, сквозь зубы, прожигая наёмника взглядом, которому явно было неприятно даже представлять такое про свою мать, — а знаешь, что будет, когда сюда придёт Орвуд? Здесь наступит такой же хаос, как и в Техасе… Сейчас полиция, правосудие и банальный страх перед вами, перед Ордой, обеспечивают безопасность. Но там. Анархия. Там из законов только произвол Койотов, которые делают всё, что пожелают, и о чести ни разу не слышали… Эта война не просто за территорию, это война за ваш дом, и только Вы способны помочь мне удержать его.       Рави не зря давил на чувство собственной важности каждого из присутствующих. И они молчали, слушали, как завороженные. Когда было необходимо, он был прекрасным оратором, умея подбирать слова и видел отклик в лицах убийц напротив.       — Нас слишком мало, — спустя недолгую паузу отозвалась симпатичная девушка лет тридцати, стоящая в толпе рядом со светловолосым парнем.       Рави скромно ухмыльнулся, а потом гордо вздернул нос:       — Сейчас мне нужно, чтобы вы не дали Орде развалиться. Против таких, как Орвуд, воюют не количеством. Стратегию предоставьте мне.       Халлвард смотрел на юношу и невольно вспоминал тот день, когда ФБР пришли в их дом. Рави тогда ловил кайф от своей же уверенности, и пусть сейчас она, вероятно, была напускной, для вида, но не довериться ей было невозможно.       Наёмники затихли, кто-то переглядывался, но Орм мог сказать с абсолютной точностью, что именно эти люди в этом ангаре пойдут за Рави, как и за Даниэлем, даже без пафосных вдохновляющих речей. Не смотря на то, что Рави никогда не участвовал в управлении Ордой, а был где-то там, за кулисами, они знали, кто он такой. Долгое время наблюдали, как трепетно сам Даниэль относился к своему мужу, как сильно его уважал и чтил Семью. Они все прекрасно знали, что именно Рави был тем, к кому он прислушивался (возможно единственным, чьё мнение влияло так сильно), и знали, что без него, а особенно без Роуг Индастриз (на секундочку, детищем самого Рави, руку к которому Даниэлю даже не пришлось прикладывать) Аркон не достиг бы таких высот.       Кот, стоящий рядом, качнулся на носках, хитро потирая руки, как сытый… Кот. Рави усмехнулся про себя. Видимо, не зря его так называют.       — Вернём мы тебе Орду, красавица, — боец опасно улыбнулся, блестящими глазами смотря на Рави и аккуратно поцеловал его руку. Это начинало раздражать. Почему все целуют его руки, словно руки какой-то принцессы? — Как говорится, мой меч к вашим услугам.       Под словом «меч» он вряд ли имел ввиду только своё оружие, тем более с такой пошлой ухмылочкой на лице.       — Боже, Кот, — Халлвард закатил глаза и толкнул его в плечо. — Дан тебя расчленит, если узнает, что дотронулся до него.       — Я умру счастливым, — наёмник картинно расставил руки в стороны и звонко засмеялся.       Рави видел, как толпа заметно расслабилась. Напряжение, до этого витавшее в воздухе, спало, и он ощутимо выдохнул, радуясь, что их знакомство прошло хорошо.       — Что ж, как бы там ни было, мы будем верны тебе, Босс, — хлопнул в ладоши светловолосый и подошёл ближе, махая рукой парням, — и у нас подарок.       Рави закатил глаза: сюрпризы и подарки вроде того, что притащил вчера Халлвард в их дом, порядком надоели.       — Кстати, меня зовут Джесси, — представился наёмник, пока пара человек из толпы направилась за «подарком», и стал указывать на других бойцов, — это Аиша, — Рави приветливо махнула та девушка, — Кота ты уже знаешь, — вышеупомянутый послал боссу воздушный поцелуй, от чего получил увесистый братский подзатыльник от Халла, — так же Лео, Тэхён, Лола, малыш Айс.       — Я знаю каждого из вас, — остановил его Рави, после чего услышал удовлетворительное «хм» откуда-то из толпы. У него была отличная память, а эту ночь он потратил на изучение досье самых значимых наёмников Орды. Он со всей ответственностью готовился к этой встрече.       — Это кто? — спросил Халлвард, когда толпа расступилась и парни вывели двух людей с мешками на голове и связанными руками.       — Подарок, — улыбнулся Джесси. Пленников усадили на колени, и Рави подошёл к ним ближе. Он кивнул теперь уже своим парням, сцепив руки в замок, чтобы те сняли мешки с их голов, а Орм усмехнулся с его жеста, подумав, что Рави быстро адаптируется и с его природной королевской грацией как никто другой подходит для роли того, кто и пальцем не пошевелит (в данном случае сам даже «обертку» с подарка не снимет), ведь для этого есть его слуги.       Избавленные от мешков его взору предстали двое мужчин, один постарше, лет тридцати пяти, другой совсем молодой, примерно ровесник Рави.       — Двое из братьев Линч, — сказал Кот, указывая на испепеляющих их взглядами бывших соратников, — тебе решать, Босс, что делать с предателями.       Братьев всего было четверо, а этих двоих сегодня ночью шпионы Халлварда схватили при попытке переманить картель в Батон-Руж на свою сторону.       Рави долго смотрел на них, сложив руки на груди, а потом большим пальцем манерно покрутил обручальное кольцо на безымянном (дурацкая привычка так делать, когда он думает). Кто-то ворчал и хотел их убить, кто-то советовал их использовать как приманку.       — Кто-то ещё присоединился к ним? — спросил он.       — Только одна новая база в Лафайетте. Но их там немного, четырнадцать человек.       — Отлично, — улыбнулся Рави и обернулся в толпу, — Лола, — указал он на женщину, которая не слишком на неё походила, даже при обладании такого имени, — возьми с собой пять человек. Лафайетт в расход. Убейте дронами, чтобы среди вас потерь не было, — наёмница отсалютовала и махнула парнями, они тут же направились на сборы, — все остальные, готовьтесь к штурму базы Линчей. У вас двадцать минут.       — Я один представил, что он таким же тоном приказы отдаёт где-нибудь в бдсм-клубе. В роли госпожи. С плеткой в руках…? — мечтательно протянул Кот, не отрывая своего безумного взгляда от Рави, а потом поправил свои штаны в районе паха. Сказал он это довольно тихо стоящему рядом Джесси, но услышали это все.       — Клянусь, я тебе язык скоро вырву, — взвыл Халлвард и отвесил парню пендель.        Наёмники вокруг громко застонали что-то на подобии «ты опять за своё?», «Кот, умолкни», кто-то засмеялся, видимо, даже не удивляясь таким выходкам, и разбрелись по своим углам на сборы, оставляя немного опешившего Рави одного.       «Что ж, к этим странностям придётся привыкнуть», — выйдя из оцепенения, подумал Рави и направился к скай-джету.       Через двадцать минут три корабля с дюжиной до зубов вооружённых бойцов вылетели с базы.