На три шага вперед. Халлвард

      — Куда ты меня везёшь? — нахмурился Лои, увидев, что они пропустили съезд. Он сидел на пассажирском сидении с пакетом еды, что Халл взял на вынос, и думал, что сразу после ужина старший повезёт его домой.       — Расслабься, я не кусаюсь, — Халлвард продолжал вести машину, периодически посматривая на паренька, — мы просто катаемся. Ночной город — это красиво.       Лои не особо был разговорчивым с тех пор, как они выехали за ворота виллы. Он включил музыку погромче и предпочитал всю дорогу до Французского квартала пялиться в окно. Халл не настаивал, потому что был рад и тому, что мальчишка согласился с ним поехать. Тем более ему и самому было над чем подумать. Например, о том, что Лои отважился сказать про Айдо. Халл, если честно, надеялся на его трусливость, что он не поднимет эту тему никогда в жизни, и норвежца в скором времени перестанет волновать его совесть. Он бы забыл об этом, но вот, это было произнесено в слух и будто подняло со дна болота самую гадкую мерзость, которую никто не хотел видеть.       — У меня много работы, — хакер переводит на него умоляющий взгляд, в момент перестав жевать самый вкусный буррито в Орлеане. Собственно, таким вкусным он был скорее из-за того, что он не ел целый день. Лои хотел бы поскорей оказаться дома, ведь на долгое общение с Халлвардом он пока не был готов. Ужин во Французском квартале и молчаливая поездка под громкую музыку — это всё, на что он рассчитывал, потому что не знал, что говорить и как себя вести, но мужчина снова решил всё за него.       — У меня тоже, но нам иногда нужно отдыхать.       — Я хочу спать, — попытка найти отмазку и прямо сейчас развернуть машину не сработала.       — Не можешь найти смелость сказать, что не хочешь меня видеть?       — Это совсем не так, — удивляется Лои, а потом стихает, ковыряя упаковку буррито, — просто многое случилось.       — Что именно? — нахмурился он, поджав губы, — я вот не понимаю, например. С чего вдруг между нами стало всё так натянуто? В какой момент ты стал меня избегать?       Халлварда действительно это злило. Если отбросить в сторону ситуацию с Айдо, то можно было увидеть, что напряжение между ними начало расти ещё до этого. Но он упрямо не хотел понимать почему.       — Ты обещал его убить!       И снова всё сводится к Мэйсону. Лои просто не может так просто взять и выкинуть это из головы. Это раздражало. Возможно, если бы они обсудили всё спокойно, то эта тема перестала бы быть такой болезненной.       — О, да у меня дежавю, — скалится мужчина, останавливая машину на огромной полупустой парковке давно заброшенного супермаркета, — в прошлый раз я вёз тебя в больницу, и мы тоже спорили из-за этого.       Халл привёз его сюда, чтобы научить водить, но, похоже, они снова разругаются. Чтобы хоть как-то сбавить обороты, он выходит из машины и достаёт пачку сигарет, но только успевает закурить, как пассажирская дверь хлопает следом.       — Ты похитил его и мучил! Как можно быть таки жестоким?       Халлвард досадно усмехнулся:       — Убей несколько сотен человек и, если крыша не поедет, тогда поймёшь.       Орм видел мир иначе, он видел всю ту грязь, кишащую прямо под носом у мирных хороших людей, видел, как эти мирные люди слепы и не хотят видеть этого. Лои был таким же, идеалистом, который считал, что со злом борется добро. Но это не так. Только чудовище способно убить чудовище, на какой бы стороне оно ни воевало. Рави осознал это быстрее, чем все они. Он не делил мир на чёрное и белое и сейчас сам обращался монстром, когда это было необходимо. Халл хотел бы, чтобы Лои также это понял.       — И я не убил! — продолжил Халл, всматриваясь в не нашедшего что сказать хакера, и развёл руками, бегло затягиваясь едким дымом, — у нас был уговор. Я сдержал слово.       Орм был тем, кто и впрямь не понимал, что сделал что-то ужасное. Он искренне пытался понять, почему благополучие Мэйсона до сих пор волнует мальчишку, но у него не выходило. И единственный правильный ответ, к которому он пришёл, крылся в трёх годах совместной жизни с этим абьюзером и в том, что они оставили на мальчике след куда глубже, чем казалось на первый взгляд. Оставалось найти ответ на вопрос, сможет ли он этот след заполнить собой.       — То, что ты с ним сделал, хуже смерти. Ты сломал ему жизнь, — Лои отстаивает свою правоту, которая никому, кроме его собственного упрямства, не нужна, даже ему самому, и вопреки своим словам начинает осознавать сказанное Халлвардом. Он ведь прав.       Халлвард и Мэйсон были единственными мужчинами в его жизни. Норвежец об этом не знал, но в ту их первую ночь Лои переступил через себя и свой страх снова быть раненым. Он впустил Халлварда к себе в квартиру с таким чувством, будто добровольно шагнул в бездну, не зная, останется ли он невредим. Оказалось, эта бездна таит в себе страшных демонов, голодных и жестоких. Он испугался, но выбраться из тьмы не смог, потому что полюбил. Потом, к своему удивлению, он обнаружил, что демоны его не трогали, просто находились рядом где-то в темноте и засыпали, стоило ему приблизиться. Они защитили его от другого чудовища, но этим же и напугали, показав своё истинное лицо. Лои было трудно заставить себя поверить, что кровожадные демоны могут быть хорошими для него, но смертельными для других. Сложно было в этой бездне, которая окунула его в незабываемый коктейль чувств из любви и страха, разделить происходящее на чёрное и белое. В этом и была его глупая ошибка.       — Ты повторяешь одно и то же, — Халл со злости ломает сигарету, которую не успел докурить, и обходит машину, чтобы быть ближе к мальчишке, — я сделал с ним то, что он сделал с тобой. Он это заслужил.       — Не тебе это было решать, — Лои пятится и обходит машину в обратную сторону, не позволяя к себе приблизиться и сократить расстояние, которое позволяло ему сохранять уверенность. Халл усмехается и кладёт руки на крышу машины, буравя его взглядом. Пусть убегает, он всё равно его поймает.       — Всё это было ради тебя. Не делай из меня чудовище.       — Но так и есть! — разводит руками Лои, — я видел, каким ты можешь быть.       — Не делай вид, что ты этого не знал, Лои, — Халлвард скалит зубы в ухмылке, — не делай вид, что был не в курсе, после каких заданий я приходил и трахал тебя. Ты был не против. Тебе нравилось.       — Не будь таким… — шипит Лои, складывая руки на груди. Он знает, что Халл прав. Снова его дурацкое упрямство и не желание признать, что эти демоны всегда были рядом. Он как ребёнок, но оно и понятно, у него не было шанса повзрослеть и увидеть суть рядом с таким, как Мэйсон. Но Халлвард сильнее, он достучится до него, потому что уже осознал, что ни в жизни не простит себя, если потеряет своего мальчика.       — Каким? — удивляется Орм, — я всего лишь правду говорю. Раньше тебя это не волновало. Но теперь, когда я избавил тебя от того, кого ты так боялся, ты стал бояться меня. Это несправедливо.       Лои с удовольствием бы сбежал сейчас от этого разговора, потому что просто боится его неизвестных последствий. На языке все труднее удержать слова, рвущиеся наружу.       — Что ты от меня хочешь, Халл?       — Чтобы всё было как раньше! Мне тебя не хватает.       — Как раньше? — сглатывает Лои. Возможно, он пожалеет о том, что сейчас скажет, — чтобы ты и дальше трахал своих шлюх, а потом приходил ко мне, когда тебе вздумается? Мне это надоело…       Лои подумал, что всё же может сбежать от этого разговора. Почему нет?! Особенно теперь, когда произнёс это вслух и ответа слышать не желал. Да и готов к нему не был, потому что если Халлвард ответит «да», то это разобьёт ему сердце. По правде говоря, глубоко внутри факт распутства норвежца его задевал куда сильнее, чем то, что он может голыми руками жестоко убивать людей. Лои понял это прямо сейчас, услышав это дурацкое «как раньше».       Хакер недолго думая сел на водительское сидение и громко хлопнул дверью, тут же отдавая приказ бортовому компьютеру, заблокировать двери.       — Лои, что ты делаешь? — Халлвард подёргал ручку пассажирской двери и быстро обошёл машину, склоняясь к окну, — открой, давай поговорим.       — Не хочу! — капризно заявил Лои, сверкая упрямым и злым взглядом.       — Малыш, не дури… — Орм на секунду опешил, увидев, что на панели управления он нажимает на автопилот и тыкает на кнопку «домой», — эй, а как же я?! Ты оставишь меня здесь?       — Ты же такой крутой! Доберёшься сам.       Лои гаденько улыбнулся мужчине и, перед тем как машина тронулась с места, послал ему воздушный поцелуй. Хоть раз он хотел, чтобы последнее слово осталось за ним.       Халлвард в шоке даже сделал пару шагов вслед машине, но потом всплеснул руками и покачал головой.       — Маленький засранец, — беззлобно выругался он и тихо посмеялся, восхищаясь его решительностью. Всё-таки сбежал от него.       Эта поездка пошла на пользу. По крайней мере, Лои больше не бьётся в истерике, не отводит глаза, боясь взглянуть на Халлварда, и не дрожит от страха рядом с ним. Орм доволен результатом, даже если Лои кажется, что ничего не изменилось. Он много говорил с Рави о том, что хакер не простой случай, что это раненый и пугливый зверёк с проблемами доверия. Понадобится терпение, чтобы это исправить. И Халл готов на это пойти, он уже на это пошёл, ради него усыпив всех тех демонов, что пугали Лои. ***       — Когда ваша Белоснежка даст новое задание? Скука смертная.       Тэхён перевёл взгляд на вошедшую в раздевалку Сирену. Он только закончил свою тренировку с Лолой и направлялся в душ, как его одиночество и тишину нарушил мелодичный голос.       — Можно подумать, ты горишь желанием вернуться в свою секту, — усмехнулся кореец и стянул с себя футболку, обнажая блестящее от пота тело. Далее он принялся за ремень штанов.       — Мы не секта, — возразил Айдо и сложил руки на груди, внимательно наблюдая за телодвижениями наёмника. Плотные штаны рухнули на пол, оставляя мужчину в одних черных боксерах.       — Как угодно себя называйте, мне всё равно, — Тэ бросил на него заинтересованный взгляд, замечая, что парень пялится на него, — так и будешь тут стоять?       — Я тебя разве смущаю? — Сирена по-детски надула губы. Ему было скучно.       Халлвард игнорировал его уже неделю, на задания вместе они больше не ездили, а под боком постоянно маячил Тэхён, единственный, кто не воспринимал его скептически на этой базе. Лео и малыш Айс особо с ним не общались, Лола и Аиша почти всегда игнорировали, а остальные косо смотрели на него. Шлюха. Шпион. Все знали, кто он такой, и старались держаться подальше. Опасались того, на что он был способен, что он может узнать любые их секреты.       К Сирене доверия не было. Особенно после того, как на одной из вылазок в Техас все узнали о его таланте к гипнозу. Они тогда атаковали картель. Рави просил прихватить с собой любые данные, которые могут быть полезными. Айдо погрузил в гипноз одного из Койотов, тот открыл ему потайной сейф, показал, где что лежит, и ответил на все вопросы, как безвольная кукла, когда Сирена попросила его рассказать о своих тайнах. Потом он застрелился. Сам, после неведомых слов, что нашептал ему на ухо Айдо своим томным голосочком. Орда Сирене не доверяла, боясь за свои собственные скелеты в шкафах.       Тэхён окинул его взглядом и, зачесав назад свои влажные волосы, подошёл вплотную, всматриваясь в фиолетовые глаза. Он приподнял уголок губ в ухмылке и приблизился к его губам, обдавая их дыханием:       — Ни капли, — Айдо даже не дёрнулся, играя в гляделки, даже после того, как Тэхён стянул с себя трусы, показательно отбросив их к своей одежде. От любопытства Сирена не удержалась, опустив глаза вниз, рассматривая абсолютно голое, безумно красивое и разгорячённое после тренировки тело мужчины. Запах пота и мускуса бил в нос, но Айдо с удовольствием вздохнул его поглубже, опуская взгляд всё ниже.       Тэ довольно хмыкнул, когда уловил, как приподнялась бровь мальчишки, когда тот без капли стеснения рассматривал его член. Наёмник снова склонился к нему и прошептал прям в губы:       — Наслаждайся видом, Сирена, можешь даже в душ со мной пойти. Только смазку прихвати. Не хочу драть тебя насухую.       Айдо не сдержал улыбку, отведя глаза в сторону:       — Я подумаю над твоим предложением.       Тэхён ушёл в душ, но так его и не дождался.       На следующий день приказа на вылет в Техас снова не поступило, Рави устроил Койотам передышку. А Этель уже умирал со скуки на базе Орды и рвался в бой.       — Халлвард, — тянет мальчишка, из-за угла выскакивая на норвежца. Тот даже слегка пугается, а потом закатывает глаза, шагая дальше, — мы давно не виделись. Я скучал.       — Айдо, мне не до тебя.       Орм был явно не в духе. Оно и понятно, шесть человек Орды полегло из-за нападения на базу у границы с Техасом. Это не к добру. Койоты оставили послание. Орвуд больше не будет давать поблажек, даже несмотря на свои внутренние проблемы. Он решил, что отсиживаться и ждать, когда Рави всё развалит, бессмысленно, раз Орда только наращивала свою мощь, пока он зализывал раны от ударов неизвестных врагов. В воздухе повисло ожидание чего-то ужасного.       — Что мне сделать, чтобы стало «до меня»? — Сирена встаёт прямо перед ним, заслоняя собой нужную дверь.       — Айдо, — стонет Халл. На этого мальчишку у него совсем не было сил.       — Ты так напряжен, — перебивает его он и кладёт руки на широкую грудь, мурлыча куда-то на ухо, — я мог бы помочь тебе расслабиться. Тебе ведь понравилось в прошлый раз…       Халлвард перехватил его руки, спускающиеся всё ниже, и отстранил от себя, смеряя безразличным взглядом. Айдо поджал губы, а улыбка сползла с красивого лица. Орм раньше смотрел с интересом и похотью, потом с ненавистью, но теперь он смотрит так, будто ему наплевать.       — Хочешь помочь — передай своим, чтобы в следующий раз предупредили нас о налёте.       Халл отбросил его руки и отодвинул паренька в сторону от двери, скрываясь за ней. Может, Айдо выбрал неподходящий момент, чтобы снова напомнить ему о себе? Всё таки сегодня погибли люди. Он предпочитает думать, что дело в этом, а никак не в том, что Халл потерял к нему всякий интерес.       Сирена секунду помедлила, а потом пошла прочь. Айдо уже ненавидел это своё задание. Рави и Халл сослали его на базу, на виллу он заезжал теперь редко, постоянно был под присмотром Орды и только вылазки в Техас его радовали.       Проходя мимо ангара, он наткнулся на несколько наёмников и спросил, где Тэхён. Они молча указали ему на оружейную и вернулись к своим делам, провожая его косыми взглядами. Стоило отойти на пару метров, как он услышал за своей спиной шепотки. Он обернулся и стал в неподвижную позу, всматриваясь в трёх мужчин, восседающих на складных стульях с пивом и автоматами в руках. Те тут же обратили на него внимание, замерев. Смешки прекратились, когда Сирена, внимательно смотря поочерёдно на каждого из них, начала насвистывать незамысловатую мелодию, а потом щелкать пальцами. Выглядело довольно зловеще.       — Эй, что ты сделал?! — подскочил один из них с места, боясь, что они, того не желая, попали под чары Сирены. Мужчина нахмурился и быстрым шагом направился к нему, но Айдо выставил руку вперёд:       — Ещё шаг, и ты пожалеешь, — ярко улыбнулся он и поднял руку вверх, показывая, что в любой момент готов щёлкнуть пальцами.       — Какого черта?! — остальные так же напряглись и следом поднялись со своих мест. Этот хрупкий с виду паренёк наводил ужас на взрослых мужиков. Забавно.       — Не стоило говорить гадости за моей спиной, я такой обидчивый, — Айдо театрально приложил руку к груди, надув губы, а потом сменил выражение лица на гневное и показательно щёлкнул пальцами, — теперь бойтесь засыпать, мальчики. Кто знает, может вы перережете друг друга во сне.       Айдо гадко ухмыльнулся и зашагал дальше, своими словами вогнав наёмников в ступор. Отвернувшись и отойдя на достаточно большое расстояние, он не сдержал смешок:       — Идиоты, — сказал он себе под нос и зашёл в оружейную.       Там он тут же наткнулся на Тэхёна, всё это время перебиравшего у окна старый, но функционирующий револьвер.       — Дай угадаю: скоро они побегут жаловаться Халлварду, что ты их гипнотизируешь? — протянул кореец, даже не смотря на вошедшего. Прекрасно знал, кто это, потому что своими глазами видел сцену на улице. Ему даже не нужно было смотреть на Сирену, чтобы знать, как он двигается. Подобно вольной кошке, он ступал тихо, бесшумно, наверняка покачивая бедрами.       Айдо прыснул смехом и запрыгнул на стол рядом с мужчиной, болтая ногами в воздухе:       — Ты бы видел их лица. Эти идиоты поверили, — мальчишка от всей души радовался своему розыгрышу. Конечно, он никого не гипнотизировал, это ведь не так уж просто, но проучить их за грязные словечки в спину очень уж хотелось. О нём на этой базе ходили разные слухи, так почему бы не воспользоваться одним из них для веселья. Айдо склонил голову вбок, закусывая губу:       — Будешь ругать меня?       — Нет, это и правда смешно, — улыбнулся Тэ, за всё это время так и не взглянув на Сирену. Он был занят натиранием деталей до блеска, — что хотел?       — Ну, — тянет парень, откидываясь и опираясь на стол руками, — ты здесь единственный, кто не шарахается от меня, как от прокаженного.       — Не думал, что это из-за таких вот приколов? — Тэ указал на спорящих за окном парней. Те наверняка уже решали, что им теперь делать: просить у Сирены прощение, чтобы он их «расколдовал», или пристрелить его и надеяться, что чары по лучшим законам ведьмовского жанра развеются с его смертью.       — Они сами напросились, — пожал плечами Айдо и грустно посмотрел в окно, — мне скучно.       — Халлвард приехал, — скептически поднял бровь мужчина, смотря на мальчишку, — а ты ещё не вывел его из себя. Заболел?       — Я собирался, но, боюсь, сегодня он меня точно отправит на тот свет.       — И зачем тебе это? Почему ты его достаёшь? Вы переспали, я думал, ты получил, что хотел.       — Он такой сексуальный, когда злится, — Айдо растянул губы в хитрой улыбке, наблюдая, как Тэхён собирает револьвер, — эх, видимо, я плохая Сирена, раз не справляюсь со своей работой. Я его больше не интересую.       — С чего ты взял? — хмыкнул Тэхён.       — Ваш викинг перестал меня хотеть, как только понял, что я не такой уж беззащитный, каким притворялся. У него же фетиш на слабых мальчиков.       — Ну, что верно, то верно, — наёмник согласно кивнул. У него и самого такой был. Вкусы на парней и женщин у них были почти одинаковые и именно они позволяли им время от времени устраивать оргии прямо у Халлварда в клубе, так что он прекрасно понимал своего друга.       — Тот маленький хакер меня обскакал, — не без печали озвучил свою мысль Айдо, а потом с прищуром посмотрел на Тэ, — что у Халлварда с ним? Они встречаются?       — Это не моё дело, — улыбнулся мужчина.       — Ты же его лучший друг.       — Я его лучший холостой друг, — объясняет кореец. Даниэль лучший друг Халлварда, а Тэхён был тем самым другом, который не откажется вдвоём поиметь какую-нибудь шлюху, потому что его не ждёт дома любимый муж и с ним можно творить разные бесчинства, не боясь осуждения. Тэхён был другом для всех Халловских аморальных забав, потому что был абсолютно таким же отбитым и очень любил отрываться вместе с ним. Но, увы, в последнее время Орм и впрямь задумался о своих чувствах к Лои. Это расстраивало и заставляло самого Тэхёна задуматься о том, какую жизнь они ведут.       — И какие же обязанности у «лучшего холостого друга»? — томно тянет Айдо, отмечая, что сильные мужчины с оружием всегда его заводили, а Тэхён так гордо рассматривал свой револьвер, что это казалось чем-то невероятным.       Звук вращающегося барабана заставляет Сирену приковать взгляд к оружию. Тэхён ухмыляется, исподлобья смотря на мальчишку, и, защелкнув барабан в рамку, ткнул дулом ему под ребра:       — Я отвечаю за развлечения, — в тон ему тянет мужчина и жмёт на курок.       Айдо машинально вздрогнул, хотя знал, что патронов там нет, и не смог удержать улыбку, без спросу расползающуюся на лице. Тэ видел, как заискрились его глаза.       Вот оно. Эта Сирена не так уж сложна, как кажется на первый взгляд.       — Хочешь, покажу какие? — мужчина делает шаг в сторону, становясь между его ног, — тебе ведь скучно.       Айдо закусывает нижнюю губу, и согласно кивает, наблюдая за неторопливыми движениями Тэхёна.       Барабан револьвера открывается со стальным лязгом, вкладывая в голову мальчишки самые очевидные догадки. Тэхён берет один патрон из коробки на столе и показывает его Айдо:       — Эта пуля тебя развеселит. Поцелуй её, — кореец ухмыляется, поднося смертоносную вещицу к его губам, и замечает, как сбивается его дыхание, — на удачу. Ну же.       Айдо целует. Оставляет на патроне осторожный поцелуй, не сводя глаз с Тэхена. Наблюдает, как опасная ухмылка на его лице становится ещё безумнее, когда его губы при этом коротком поцелуе касаются грубых пальцев.       — Насколько Сирены смелые, Айдо? — спрашивает Тэ, вставляя пулю в барабан.       — Зависит от того, как сильно они хотят жить, — почти шепотом даёт ответ парень, видя, как наёмник несколько раз прокручивает барабан и одним нехитрым движением, взводит курок.       — Ты нервничаешь? — снова эта жуткая ухмылка, и холодное дуло пистолета касается его щеки. Айдо сглатывает, даже сомневается в его адекватности, не веря, что Тэхён способен пойти до конца и довериться случайности.       — Сирены должны быть храбрыми, — мужчина ведёт дулом ниже, к подрагивающим губам, потом под подбородок и оставляет его там, — но ты так дрожишь.       — Тэхён, — имя само срывается с его губ. Айдо отстраняется, всерьез начиная переживать, но большая ладонь опускается на его спину и толкает себе на встречу, заставляя сидеть смирно.       Он любит играть со смертью. Их учат быть с ней на "ты". Но каждое существо на этой пропащей планете хочет жить хотя бы благодаря инстинктам, которые у мужчины, держащего этот пистолет, кажется, совершенно иные, не похожие на инстинкты нормальных людей.       — Давай, Сирена, будь смелым, — шепчет Тэхён прямо ему в губы, — давай закончим игру, раз начали.       Айдо уже давно не улыбается, сжав ладони в кулаки, а жмурится, задерживая дыхание. Кажется, в эту игру он Тэхёну проиграл тем, что начал дрожать как осиновый лист. Но он не сбежит. Ни за что.       Тэхён спускает курок, и с губ Сирены срывается облегчённый выдох. Адреналин лучший наркотик. Лучший кайф. А от близкой смерти вообще ни с чем не сравнимый. Он пьянит, сводит с ума. Пережив его однажды, никогда не забыть, будет хотеться вкусить его снова.       Айдо распахивает глаза, в которых зрачки словно блюдца, замечает, как сильно сдавил бедра мужчины своими ногами. Но тому кажется без разницы.       — Тебе всё ещё скучно? Мм? — Тэхён снова открывает барабан и снова прокручивает. На этот раз дуло револьвера приставляя к своему виску. Айдо мотает головой, и вздрагивает, когда тот не раздумывая жмёт на курок.       Снова ничего. Только щелчок курка.       Тэхён ещё более безбашенный, чем он сам. Мальчишка ёрзает на столе, но сидит на месте, не сбегает, потому что, мать вашу, этот адреналин лучше любого кокаина. Но страх окутывает, заставляя тело сопротивляться. Оно пытается заставить больной разум бежать подальше, но Айдо сильнее. Он дрожит, дыхание забывает контролировать, но продолжает смотреть, как Тэхён снова повторяет ритуал и подносит ствол к его лицу.       — Я обещал, что эта пуля развеселит тебя, — хриплый тихий смех наёмника, пробирает до костей. И Айдо готов сдаться уже сейчас. Закричать и умолять Тэхена остановиться, потому что второй раз ему может так не повезти. Этот голос заставляет его колени дрожать.       — Тэхён, — тихая мольба, задвинувшая гордость на второй план. Сирена упирается ему плечи и почти всхлипывает, когда тот ладонь ему сзади на шею кладёт, удерживая голову.       — Что такое, Айдо? Мы не закончили играть, — Тэ ухмыляется и, прижав к себе, сильнее пахом в его пах упирается. Он снова дуло револьвера к губам Сирены прикладывает. Водит медленно, наслаждаясь сбитым шумным дыханием, оттягивает нижнюю губу, сам облизывается, как голодный волк, и крепче его шею пальцами сдавливает:       — Возьми его в рот, — не принимающий возражений сухой приказ.       Айдо сглатывает, смотрит в безумные глаза и скулит, комкая кофту на крепких плечах.       — Ну же, Айдо, мы же развлекаемся. Будь умницей, открой рот.       Мальчишка послушно размыкает губы, позволяя Тэхёну засунуть ему в рот холодное дуло пистолета. Наёмник языком по своим зубам скользит и готов волком взвыть от того, что видит. Это заводит. Та самая своевольная Сирена, ввергающая в ужас отпетых головорезов одним своим видом, сейчас покорно делает то, что он ей говорит, и так сладко подрагивает, пачкая слюной с острого язычка начищенную до блеска сталь. Боится, но продолжает ждать спуска курка.       — Знаешь, в этот раз тебе может не повезти. Наверное, страшно, — Тэхён медлит специально, издевается, наслаждаясь блеском влажных губ. Он даже почти видит своё отражение в расширенных страхом зрачках. — Хочешь, чтобы я прекратил?       Айдо молчит, не дёргается. Нормальный человек давно бы разрыдался и бился бы в конвульсиях. Но не они. Безумная игра с доверием и смертью их только будоражит.       — Не хочешь, — Тэ смеётся, склоняя голову вбок, — любишь адреналин, значит. Мне осталось только нажать на курок. Я даже сделаю тебе одолжение — я посчитаю, — Тэхён взводит курок и переходит на шёпот:       — Три, — Айдо зажмуривается, напрягаясь всем телом. Становится невыносимо жарко. — Два, — цепляется сильнее пальцами за его плечи. Руки больше не слушаются, дрожат, то оттолкнуть хотят, то сопротивляются инстинктам в погоне за кайфом. — Один…       Тэхён уверенно жмёт на курок, не раздумывая, не медлит. Айдо вздрагивает всем телом и тихо скулит. Ничего. И снова тишину не нарушил оглушающий выстрел.       Он распахнул глаза, ошарашенно смотря на мужчину. Дуло револьвера покидает его рот и оказывается рядом на столе. Сирена шумно дышит, ёрзая на месте, Тэхёну даже кажется, что его слух улавливает едва заметные стоны, срывающиеся с губ. В глазах Айдо пылает страсть. Он получил свою дозу. И она осчастливила его.       Мальчишка кусает губы, с восторгом смотря на наёмника, сумасшедшую улыбку не прячет и срывается на тихий безумный смех, запрокинув голову вверх. Ему понравилось. Тэхён подарил ему незабываемые ощущения.       Мужчина усмехается, видя, что этот мальчишка безумен до кончиков своих длинных пальцев. А ещё он чувствует, как Айдо возбуждён и как крепко натягиваются его узкие штаны в паху. Тэхёну становится интересно, что именно возбудило Сирену: дурацкая игра или он сам.       — Я смог тебя избавить от скуки, Айдо? — Тэхёну нравится произносить его имя и нравится смотреть, как темнеют от похоти фиолетовые глаза. Говорит как с ребёнком, но, по сути, так и есть. Айдо Этель — большой, взрослый ребёнок, выращенный в нечеловеческих условиях. Похотливый, горячий и такой жадный в своём желании вкусить чуждые нормальной психике ощущения смерти. Они его возбуждают, заставляют визжать от восторга, кусать губы до крови и царапаться, пока кто-то не утолит его голод. И сейчас перед ним Тэхён, такой спокойный, держащий все свои порывы в узде крепкой хваткой. Его спокойствие и лёгкая ухмылка изводят Сирену, не дают желаемого.       — Я хочу… — Айдо положил руки на его шею и прильнул ближе, спускаясь ладонями по мощном торсу, — хочу ещё.       Тэхён смеётся ему в губы, но их не касается. И смех выходит каким-то снисходительным, словно ребёнок сказал какую-то глупость. Айдо не замечает, он уже видит, как окажется совершенно голым под сильным телом наёмника.       — Не стоит испытывать судьбу так часто, — улыбается Тэхён, удерживая себя от порыва опустить руки на талию мальчишки, — иначе удача отвернётся.       Он отстраняется и забирает со стола револьвер, оставляя Айдо в недоумении.       — Ты уходишь? — брови парня изламываются. Сирену словно ведром ледяной воды окатили. Он не может просто так безнаказанно уйти, после того что сделал, после того как возбудил его. Он не может ему отказать и оставить одного с возбуждением.       — Да, у меня задание, — легко улыбается Тэ и накидывает на плечи снятую кобуру.       — Но как же я…       Мужчина снова подходит к нему и склоняется к растерянному и покрасневшему от злости личику:       — А ты будешь хорошо себя вести, пока я не вернусь, — Тэхён ухмыльнулся и, легонько похлопав Сирену по щеке, вышел из оружейной, оставляя того в бешенстве от обломанного секса.       Что ж, выполнить задание Рави будет не только легко, но и приятно.