На три шага вперед. Халлвард

      — Босс, вы не можете оставить меня здесь! Я могу работать!       — Даже четырёх дней не прошло после ранения. Ты же хромаешь, — Рави не хотел его даже слушать. Сделать это было довольно трудно, потому что Кот таскался за ним с самого утра, уговаривая взять с собой во Флориду.       — Я буду сидеть в машине и управлять дронами, вдруг что-то случится. Лишние руки не помешают.       Спустившись в холл, где уже ждали Халлвард и Джесси, готовые к вылету, Рави нервно поправил свой пиджак и резко обернулся на медленно ковыляющего по лестнице Кота.       — Живо на больничный! — зло рявкнул Рави, заставив вздрогнуть всех троих. Настырность его телохранителя была как никогда не вовремя, он был слишком взволнован сегодняшней встречей в Майами.       Коту с его округлившимися глазами понадобилось пару секунд, чтобы переварить неожиданно лопнувшее терпение Босса и его приказной тон, но уже после он с совершенно серьёзным лицом схватил Рави за руку и потянул её к своему паху:       — Хочешь потрогать, у меня даже привстал?       Раздражённо прорычав, Рави резко отдернул руку и едва удержался, чтобы капризно не топнуть ножкой под откровенный смех Халлварда и Джесси.       — Боже правый! Ты совсем спятил? Шагай уже, тебя отвезут домой, — хром зло указал наглому наёмнику на выход и, развернувшись на пятках, сам пошёл туда же, по ходу влепив затрещину по плечу норвежца, который старательно сдерживал смех, закусив губы, чтобы не разозлить Рави ещё больше.       Быстро одернув себя, Халл принял суровый вид и шутливо пригрозил Коту пальцем, а потом вслед за хромом и Джесси направился к кораблю, припаркованному на лужайке возле бассейна.       — Интересно посмотреть, что будет делать Кот, когда вернётся Дан, — усмехнулся Джесси, спуская для Рави трап. ***       Жаркий Майами встретил их палящим солнцем, огромным количеством пальм и воздухом, пропахшим деньгами кишащих здесь миллиардеров. Жизнь кипит здесь круглые сутки и не останавливается ни на миг. Город вечеринок, дорогих отелей и самых лучших пляжей.       Шагая по просторному коридору загородного гольф-клуба, Рави смотрел в панорамные окна, за которыми на гладко выстриженных бескрайних газонах игроки, предпочитающие реальный гольф голографическому, неспешно расхаживали вокруг лунок со своими дорогущими клюшками и обсуждали последние новости их мира, а за его спиной зловеще вышагивало четыре человека охраны, словно мощные титаны, стерегущие нежный стан своего босса.       Без стука и предупреждения распахнув перед собой массивные двери в конце коридора, Рави шагнул внутрь, сразу оказавшись под прицелом пяти пар изумленных глаз. Двое парней остались по ту сторону двери, Халлвард и Джесси вошли вслед за ним.       — Добрый день, Господа, — скромно поздоровался хром, окинув взглядом присутствующих.       — Я знала, что здесь что-то не так, — равнодушно проворчала пожилая женщина, сидящая в кресле, и потянулась к столику с выпивкой.       Перед ним было пять человек. Тех самых, о которых говорил Халлвард, рассказывая о власть имущих во Флориде. Четверо мужчин и одна женщина сидели в своих креслах вокруг небольшого столика и хмуро смотрели на своего гостя.       — Полагаю, вы — Рави Блаун, — очнувшийся раньше остальных чёрный седоволосый мужчина в сером костюме поднялся с кресла и, застегнув пуговицу на своём пиджаке, протянул хрому руку, которую тот незамедлительно пожал. Представляться самому он даже не посчитал нужным — тот, кто к ним так нагло заявился, и так наверняка знает их имена.       — Это из-за тебя мы все здесь? — недовольно спросил тот, кто сидел по левую руку от женщины. Он был чуть моложе остальных, черноволосый колумбиец со стаканом виски в руках.       — Вы раз за разом отказывались встретиться со мной, пришлось действовать, — пожал плечами Рави. Выслать приглашения и заманить их на совместную встречу не составило труда.       — Какая наглая пошла молодёжь, — усмехнулась женщина, презренно вздернув верхнюю губу.       — Прошу меня простить, но я больше не мог ждать, — Блаун снисходительно улыбнулся и, сцепив руки в замок за своей спиной, прошёл к креслу, которое ему уступил мужчина, первым протянувший ему руку.       — Принимать отказы — важное умение для бизнесменов, — заметил один из мужчин.       — А он и не бизнесмен, — женщина высокомерно поморщилась, — как и его муж.       — Иметь дело с мафией лично у меня желания нет. Адьос, — отозвался колумбиец и поднялся с кресла, проследовав к выходу, где дорогу ему тут же перегородил Халлвард.       — Присядьте, Господин Ривера, — спокойно сказал Рави, даже не обернувшись, — я всего лишь хочу пару минут вашего внимания.       Рави не боялся их. Несмотря на статус каждого из присутствующих даже почувствовал себя хищником в клетке с мышами. Их власть мерилась деньгами, пусть и большими, но всего лишь деньгами, которых, к слову, у их семьи было столько же, если не больше. В какой-то определённый момент, единицы и нули кода, отсчитывающие кругленькие суммы на банковских счетах толстосумов, переставали иметь значение перед уважением и страхом. Орда имела власть, укрепленную ресурсами Роуг Индастрис и армией Аркон, поэтому для Рави Флорида не была угрозой, в отличие от Койотов, которые только укрепят свою мощь за её счёт, если найдут союзников в лице этих пяти человек.       Джесси мягко попросил мужчину занять своё место, и тот, невольно стиснув зубы, решил не рисковать перед людьми с оружием.       — Я знаю, зачем вы приехали, Господин Блаун, — впервые подал голос полный седоволосый мужчина в белой рубашке. Этот человек интересовал Рави больше остальных. Он был не самым старшим среди своих партнёров, но по мнению разведки к нему прислушивались больше остальных.       — Сеньор Варгас, — юноша слегка склонил голову, здороваясь с мужчиной, — наверняка вы уже наслышаны о том, что мои люди искали поддержки в ваших краях.       — Для борьбы с Койотами, — кивает он и подаётся вперёд. Настойчивость хрома и то, как он уверенно держался для своих лет, его поразили, и он посчитал, что обязан предоставить хотя бы шанс себя заинтересовать. Во всяком случае, от этого разговора они ничего не потеряют, кроме времени. Возможно.       — Верно. И вероятно вы наслышаны о том, что происходит между нами.       — Койоты хотят захватить Луизиану, но не пойму, какое мы имеем к вам отношение. Мы простые бизнесмены, разборки мафии в другом штате нас не касаются.       — Ох, поверьте, они коснутся вас в первую очередь, когда Орвуд доберётся и до вас, — Рави изобразил что-то наподобие улыбки, больше походившей на оскал.       — Вы пришли сюда, чтобы угрожать? — спрашивает женщина.       — Что вы, я вам не угроза, — заверил её Рави, — но стану ей, если вы выберете неверную сторону.       Варгас нахмурился. Побережье полнится слухами, которые рождают сомнения. Люди в этой комнате уже должны были слышать массу из них.       Блаун продолжил:       — Орвуд не остановится, если сможет завладеть моей территорией. Это только начало, а его конечная цель — это Флорида со всеми её богатствами.       — Хотите сказать: мы следующие?       — Мой муж сейчас на больничной койке, потому что был угрозой для Орвуда. Вы к нему присоединитесь, когда тоже встанете у него на пути. А так и будет, ведь когда сюда придут Койоты, у вас даже не останется намёка на власть. Флорида для него — самый лакомый кусок из-за ваших денег.       — Не понимаю, к чему вы клоните, молодой человек? — развёл руками один из мужчин. Сенатор Ли. — Мы владельцы корпораций. Бизнесмены и политики. Кто окажется у власти преступности, нам дела нет.       Окинув взглядом этого мужчину, можно было назвать его совершенно безликим. Совершенно ничем не примечательная внешность с большими выпирающими глазами, говорящими о недоверии ко всему, что бы ему ни сказали.       — Флорида, — мечтательно протянул Рави, устремив глаза к потолку, — оплот демократии даже на уровне уличных крыс. Здесь довольно занятный уклад жизни. Сплошная свобода и равенство, — хром усмехнулся, думая о том, что людям в этих краях меньше всего понравится быть под гнётом Койотов.       Обернувшись на Джесси, он коротко указал на пятёрку. В руках у него было несколько бумажных именных папок, которые он тут же неторопливо раздал присутствующим.       — Что это? — спросил Варгас и недоверчиво открыл папку.       — Да как ты смеешь?! — выкрикнула женщина и подскочила с места, бегло пробежавшись по данным, пропечатанным на плотных листах бумаги. Её неоднократно омоложенное пластическими хирургами лицо исказилось в гримасе загнанной в ловушку жертвы. Она была напугана, прикрывая свой страх злостью и готовностью защищаться:       — Что себе позволяешь, ты, высокомерный мальчишка!       Вместе с ней напряглись и остальные, читая содержимое своих папок.       — Миссис Колман, не стоит так бурно реагировать, — ровный тон Рави заставил её осесть обратно на своё место, — это всего лишь правда. Неприкрытая голая правда о каждом из вас и вашем «законном» бизнесе.       Сеньор Варгас никак не выказал своих эмоций, он безразлично закрыл папку и оставил её в своих руках:       — Сказал, что пришёл с миром, а теперь показываешь нам компромат? — мужчина, как и остальные здесь, видимо, никак не мог определиться, как стоит обращаться к молодому хрому перед ним: на «ты» или на «вы». Да и в принципе было сложно понять, как к нему относиться: то ли опасаться, то ли не искать в его лице черты врага.       — Всего лишь хочу напомнить вам, что как бы вы ни старались убедить мир в том, что никак не связаны с мафией, меня вы не обманете, — Рави поднялся и, одернув рукава чёрного узкого пиджачка, прошёлся по комнате, огибая сидящих в центре комнаты бизнесменов. Со стороны весь его утонченный вид мог показаться высокомерным, но за этой горделивой выправкой хрупкой фигуры скрывался стальной стержень, который источал превосходство во всём, чего бы ни коснулись его руки.       — Ваш банк, Миссис Колман, отмывает деньги картеля, а больницы Господина Риверы бок о бок трутся с их производством экстази. О многоуважаемом Сенаторе Ли я вообще молчу. И это я даже не старался копнуть глубже, — Рави невинно развёл руками. Остановившись за своим креслом, он положил длинные пальцы на его спинку и внимательно посмотрел на Сеньора Варгаса:       — Не стоит делать вид, что вас не коснётся эта война. Ваши головы полетят первыми, когда придут Койоты.       — И что ты предлагаешь? — хмуро спросил мужчина, складывая руки на груди, — поддержать тебя в борьбе с ними?       — Именно, — покачал головой юноша, подбирая слова:       — Знаете, я никогда не думал, что мне придётся заниматься чем-то подобным. Но вот, мой муж при смерти, а я обязан стоять у руля вместо него, — Рави неискренне засмеялся, вскинув голову к потолку, будто совсем этому не рад. Мужчины нахмурились, посмотрев на него как на сумасшедшего, но улыбка быстро покинула лицо хрома:       — Все равно, что управлять страной, только вместо обычных граждан, которых можно осадить законом, непредсказуемые преступники и бандиты. Боже, а ещё прогнившее правительство, за которым нужен глаз да глаз. Да, Сенатор? — Рави усмехнулся, подмигнув пучеглазому политику.       — К чему ты клонишь? — спросил Ривера, пренебрежительно откидывая папку со своим именем на стол.       — К тому, что Орда — успешный инструмент власти, держащий всё под контролем. Вы, как опытные бизнесмены, давно находящиеся на вершине, должны были воочию наблюдать, как Луизиана и Миссисипи расцвели, когда к власти пришёл мой муж. В наших штатах снизился уровень преступности, стало безопасно и спокойно… Пока к нам не заявился Орвуд, — Рави сделал паузу, внимательно осматривая пятёрку, — у него хватит сил, чтобы захватить всё побережье, и жизнь здесь, та жизнь, к которой вы привыкли, изменится навсегда. Примите мою сторону. Если объединимся, три наших штата смогут побороть Койотов.       — Ты предлагаешь нам добровольно вступить в Орду? Мы всегда были независимы, а теперь должны подчиниться мафии? — вспылил до этого спокойно сидящий мужчина. Тот, что пожимал Рави руку.       — Я не предлагаю вам менять ваши устои, я предлагаю вам протекцию, — спокойно отвечает юноша, не вздрогнув от повышенного на него тона и ни капли не изменив свой, — взаимовыгодный союз, если вам угодно. К тому же сотрудничество с Ордой даст вам массу перспектив.       Кто-то уже хотел открыть рот и вылить на хрома новую порцию сомнений и недоверия, но голос подал Сеньор Варгас, прочистив своё горло, и все замолкли:       — Что, если Орвуд предложит нам больше, чем ты?       Рави сперва замер, удивлённо хмыкнув неожиданно правильному вопросу, но тут же беззвучно посмеялся:       — Вы глупец, если думаете, что Орвуд придёт к вам с переговорами, как я. Он придёт к вам со своей армией головорезов и спрашивать не станет. Наверняка каждый из вас наслышан о том, какие расправы он прямо сейчас устраивает даже над собственными людьми, — юноша устало потёр переносицу, посчитав, что стоит закончить с любезностями. А Халлвард, стоящий за его спиной, удивился как безразлично Рави бросается тем фактом, что сам подтолкнул Койотов на эту резню.       — Я могу часами убеждать вас. Могу привести кучу доводов, почему вам стоит принять моё предложение, и рассказать, как жизнь в наших штатах перевернётся с ног на голову, приди сюда Койоты. Но думаю, что я изначально неверно обозначил свою позицию, — Рави снова сделал многозначительную паузу, а потом серые глаза потемнели, внимательно всматриваясь в лица бизнесменов:       — Пора перестать строить для вас иллюзию выбора… Если вы решите поддержать Койотов или решитесь отсиживаться в стороне, поверьте, с помощью этого, — Рави указал на папки, — и всей той грязи в вашем белье, до которой я скоро доберусь, я уничтожу вас, ваши семьи и всех ваших партнёров до единого. Если случится так, что Орда не выстоит против Техаса, я утащу вас на дно вместе с собой, но Флорида Орвуду не достанется.       Младший Блаун оказался жесток настолько, насколько был милосерден. Годы, проведённые с Даниэлем, он впитывал всё, что видел, как губка. Брал от него лучшее, но и о худшем не забывал. Складывал на полочку, как багаж необходимых, но сомнительных знаний, которые могут и не пригодиться. Жажда власти и способность душить свою человечность, все те жуткие качества, которые он в своём муже осаждал и усмирял, силясь перевоспитать в нём то голодное Чудовище, что жило внутри и постоянно хотело больше; в это нелёгкое время они необходимы ему самому.       Времени уговаривать этих людей, привыкших к свободе и безвластию, у него не было, как и на то, чтобы дать им время подумать. Рави не принял бы их отказ в любом случае, но и отказываться от протекции Орды им смысла нет. Либо оказаться среди хаоса, подчинившись безумному завоевателю, либо продолжить процветать в привычной среде за исключением того, что в их затылки будет дышать Орда, которая, как суровый отец, будет как наказывать за проступки, так и защищать от обидчиков, посягнувших на них.       Хмурые мужчины переглянулись, с силой стискивая свои зубы. Многим в этой комнате уже давно перевалило за пятьдесят, а им не оставляет выбора мальчишка, годящийся им в сыновья. Это как минимум должно бить по гордости.       Гнетущую тишину вдруг нарушил тихий неприятный смешок, который перерос в полноценный смех.       — Что смешного, Валерио? — презрительно фыркнула Миссис Колман, толкая мужчину в плечо, — ты находишь это забавным? У этого выскочки молоко на губах не обсохло, а он возомнил себя…       Варгас отмахнулся от старухи и поднялся с кресла, бросая свою папку к остальным:        — Хватит истерить. Разуй глаза — перед тобой хром, — мужчина нервно зачесал волосы, не в силах терпеть её ворчание и архаичные взгляды. За вечно цветущей внешностью таких, как Рави, мог ещё скрываться и гениальный ум, созданный генной инженерией, и никто из присутствующих понятия не имел, какой набор генов хранился в каждой клеточке их гостя. Предвзятое отношение к хромам было чреватым, Варгас знал это не понаслышке: у самого две таких же подрастающих дочери.       — Этот мир становится всё безумнее, — прошептал он, когда закончил прожигать старуху осуждающим взглядом, — большинство из нас закостенели и не готовы к переменам. Ты прав, Флорида — оплот демократии, и нам трудно будет принять подобный… образ жизни, — ходя взад-вперёд, Варгас задумчиво постучал пальцами по губам, с трудом из-за живота разглядывая носки своих начищенных до блеска ботинок, — но! Если у Койотов на нас наполеоновские планы и его, как ты выразился, «протекция» нам обойдётся дороже, чем твоя, то…       Свои рассуждения вслух он не закончил — перевёл вдумчивый, полный не озвученных вопросов взгляд на Рави, терпеливо дожидающегося ответа. Бодро хмыкнув каким-то своим выводам, он поспешил сесть обратно в кресло:       — Ты меня заинтриговал, но мы в первую очередь бизнесмены — любим выгоду… Стоит обсудить детали, Господин Блаун, — решительно выразился он и жестом предложил хрому присесть, чтобы начать переговоры. Четвёрка его не столь же решительных деловых партнёров, услышав вердикт Варгаса, возражать не стала.       Рави не удержал уголок своих губ от ухмылки, которая несла скорее снисходительный посыл, чем победный. Юноша опустился в кресло, словно в собственный трон. Если им будет спокойнее воспринимать это как сделку — да будет так. Рави подыграет.       Курки взведенны. Разведка Орды и Сирены расползлись по всем закуткам солнечного штата, из тени запуская в него свои длинные цепкие пальцы, словно метастазы. Он бы не пришёл к ним, если бы не был готов к захвату прямо сейчас. Не просто так Халлвард днями пропадал, разъезжая по полуострову. Не просто так новый отдел хакеров трудился до судорог в пальцах, стучащих по клавиатурам. Опередить Орвуда Рави готовился с тех пор, как узнал о его планах. Эти мысли его посетили ещё в тот момент, когда унялась паника от первой встречи с ним — в той больнице, когда слёзы от возможной утраты мужа ещё не успели высохнуть на его лице.       Рави менялся на глазах. Халлвард начал это замечать с тех пор, когда впервые его увидел. Он только крепчал, глубоко внутри пряча свою слабость. Норвежец с каждым днём всё отчетливее начинал видеть, что за тонкостью и холодной хромной грацией таится ещё нераскрытая сила такой мощи, что должна сметать города и ставить народы на колени. Ему хотелось увидеть, что в будущем станет с этим прекрасным созданием, бросившим своим существованием вызов самой природе. Что станет с ним через годы, десятилетия? Станет Рави великим или же очередным безумцем, не справившись с самим собой? Это они узнают, если смогут выжить в этой войне. А пока…       Флорида будет принадлежать Орде. Рави подарит её Даниэлю, когда тот наконец откроет глаза.